Загрузка...



Теософические письма

Перевод – О. Колесников

Первое письмо (1888 г.)

Уильяму К.Джаджу

Генеральному Секретарю Американской Секции

Теософического Общества


Мой дорогой брат и Сооснователь Теософического общества:

Отправляя вам это письмо, которое очень прошу вас зачитать на Съезде, созываемом 22-го апреля, сначала хочу передать мои сердечные поздравления и самые добрые пожелания всем делегатам и славным Собратьям нашего Общества, а также вам лично – сердцу и душе этой организации в Америке. Нас было всего несколько человек, когда мы дали ей жизнь в 1875 году. И с тех пор вы остались один, кто оберегает эту жизнь, независимо от хороших или скверных обстоятельств. Это ваша заслуга, что Теософическое общество все еще существует в 1888 году. Позвольте мне поблагодарить вас за это, ибо это первый и, возможно, последний раз, когда я могу сделать это публично и из глубины моего сердца, которое бьется только благодаря тому, чему вы служите с такой преданностью. Также я прошу вас помнить, что, для такого важного случая, мой голос – всего лишь слабый отголосок других, более священных голосов и является только передатчиком ободрения Тех, чье присутствие живо в более чем одном сердце, воистину преданном теософии, и насколько мне известно, в первую очередь живо в вашем сердце. Так пусть же собравшееся Общество ощущает это теплое приветствие с таким же жаром, с каким оно посылается, и пусть каждый присутствующий на съезде Собрат, кто осознает, что заслужил это, вместе с письмом получит благословение.

Недавно в Америке теософия взяла новый старт, что отмечено началом нового цикла всевозможных дел Общества на Западе. И стратегия, которой вы ныне следуете, восхитительно приспособлена для того, чтобы с наибольшим размахом увеличивать распространение этого движения и упрочить твердый фундамент организации, которая при этом стимулирует ощущения братского сочувствия, социального единства и солидарности, предоставит широчайший простор для индивидуальной свободы и усердия в каждом отдельном случае – что и поможет всему человечеству.

Прежде всего, вы должны думать об умножении числа местных центров, и каждый человек должен стараться, чтобы он сам – лично – стал центром работы. Когда его внутренне усовершенствование достигнет определенной точки, он естественно притянет к себе тех, с кем он общается под тем же самым влиянием; и тогда будет создано ядро, вокруг которого станут собираться люди, формируя центр, излучающий духовное влияние и информацию, и этот центр будет стремиться к еще большему влиянию. Однако никому нельзя позволять вместо теософии учреждать папизм, поскольку подобные действия можно рассматривать, как самоубийство, и они всегда заканчиваются роковым образом. Все мы – братья-ученики, более или менее обладающие знанием предмета; однако никто, принадлежащий к Теософическому обществу не должен считать себя чем-то большим, в лучшем случае – учеником-учителем – тем, кто не имеет права высказывать догмы.

С тех пор как было основано Общество, дух этого века претерпел различные перемены. Те, кто давали нам поручение создать Общество, заранее предвидели быстро растущую волну трансцендентального влияния, следующей сразу за другой волной – обычного феноменализма. Даже спиритические журналы постепенно сокращали материалы о феноменах и чудесах, заменяя их философскими статьями. Теософическое общество находилось в авангарде этого движения; хотя теософские идеи внедрились во все новые теории и отрасли, чему способствовала пробудившаяся духовность, все же чистая и простая теософия по-прежнему пребывает в суровой борьбе за признание. Дни старины ушли, чтобы больше не вернуться, и многие теософы, наученные горьким опытом, дали торжественный обет больше не делать из Общества «клуб чудес». Малодушные люди во все времена требовали знамений и чудес, и когда им переставали их показывать, они отказались верить. Подобные люди – отнюдь не те, кто всегда рассматривал теософию чистой и простой. Однако среди нас есть и другие, кто интуитивно осознает, что признание чистой теософии – это философия рационального объяснения вещей, а не догматов, и это – самая жизненно важная вещь в Обществе, ввиду того, что только оно одно способно предоставить путеводную звезду, необходимую, чтобы повести человечество по верному пути. Этого ни в коем случае не следует забывать, равно как пропустить следующий факт. В те дни, когда теософия выполнит до конца свою самую святую и самую важную миссию – а именно, крепко объединит определенную группу людей всех стран в братской любви и склонит их к чисто альтруистическому труду, а не к работе из корыстных мотивов – в этот день саама теософия станет крепче, нежели любое условное людское братство. И это воистину будет чудом, ибо это будет осуществлением того, что человечество тщетно ожидало на протяжении последних восемнадцати веков, и чего до сего времени не смогло осуществить ни одно общество.

Ортодоксальность в теософии – это как невозможно, так и совершенно нежелательно. Именно расхождения во мнениях, в пределах определенных границ, и сохраняют Теософическое общество живым и здоровым телом, вопреки его многим другим неприятным особенностям. Если бы этого не было, то, из-за чрезмерной неопределенности в умах изучающих теософию, такое здоровое состояние было бы невозможным, и Общество опустилось бы до секты, в которой имело бы место ограниченное и стереотипное верование, лишенное жизненности, свежего дуновения Истины и даже вечно растущего Знания.

В соответствии с тем, насколько люди готовы будут принять, Теософия и будет предоставлять им новые учения. Но пользы от этого будет не больше, чем ее даст мир на его нынешней стадии духовности. Это зависит от распространения теософии – ассимиляции того, что уже предоставлено, – несмотря на то, что гораздо больше пока скрыто от всех.

Важно помнить, что Общество было основано не в качестве няньки для поддержки оккультистов или как фабрика для изготовления адептов. Его намерения – это очистить мир от нынешнего материализма, а также от спиритуалистического феноменализма и поклонения мертвым. Ему придется стать проводником для начинающего теперь духовного пробуждения, а вовсе не пособничать физическим желаниям, которые есть не что иное, как еще одна форма материализма. Поскольку материализм подразумевает не только анти-философское отрицание чистого духа, но и, более того, материализм по своему поведению и грубому действию, лицемерию и, наконец, эгоизму – является плодом неверия во все, кроме материальных вещей, неверия, которое чрезвычайно выросло в течение прошлого века и повело очень многих к отрицанию существования всего сущего, кроме материального, и к слепой вере в материализацию духа.

Тенденция современного развития цивилизации – это реакция в сторону анимализма, к развитию тех качеств, которые приводят к жизненному успеху человека, точно так же, как животное борется за свое животное существование. Кроме животной природы человека, теософия стремится усовершенствовать его человеческую природу, причем на жертве избыточной животности, которую современная жизнь и материалистические учения подняли до уровня, совершенно ненормального для человеческого существа на этой стадии его развития.

Все люди не могут стать оккультистами, но все могут стать теософами. Многие, кто никогда не слышал об Обществе – теософы, даже не зная об этом; ибо сущность теософии – это совершенная гармонизация божественного и гуманного в человеке, это согласование его богоподобных качеств и стремлений, и они господствуют над его земными или животными страстями. Нежность, отсутствие злобы или эгоизма, милосердие, доброжелательность к любым существам и совершенная справедливость к другим, как к себе самому – вот его главные особенности. Тот, кто учит теософии, проповедует убеждения доброжелательности, и тем самым превращает это в истинную правду, – тот, кто проповедует доброжелательность, учит теософии.

Эту сторону теософии всегда принимает и полностью признает на своих страницах «ПУТЬ», журнал, которым по праву может годиться Американская Секция. Этот журнал и учитель и сила; и тот факт, что подобное периодическое издание должно издаваться и всячески поддерживаться в Соединенных Штатах, не вызывает сомнений ни у его Издателя, ни у читателей.

Америка заслуживает похвалы за увеличение количества Отделений или Лож, что в настоящее время имеет место. Это знак, указывающий на то, что и в духовных, и в преходящих вещах великая Американская Республика весьма соответствует независимости и самоорганизации. Основатели этого Общества хотят, чтобы каждая Секция как можно быстрее стала достаточно сильной, чтобы быть самоуправляемой, быть как независимой, так и совместимой в своей привязанности и верности Обществу в целом, и Великому Идеальному Братству, самой низшей формальной ступени, представляемой Теософическим обществом. Здесь, в Англии, теософия пробуждается к новой жизни. Клевета и нелепые измышления Общества психических исследований почти парализовали ее, хотя лишь на очень короткое время, а пример Америки подтолкнул английских теософов к тому, чтобы снова проявить активность в своих действиях. «ЛЮЦИФЕР» возвестил эту «утреннюю побудку», и первым плодом явилось учреждение «Общества теософических публикаций». Это Общество имеет огромную важность. Оно взяло на себя весьма необходимую работу по устранению таких препятствий, как предубеждение и невежество, которые и представляли собою самую главную помеху для распространения теософии. Оно будет действовать в качестве вербовочного агентства для Общества посредством распространения простой и доступной всеобщему пониманию литературы на эту тему среди тех, кто во всяком случае готов к ней прислушаться. Уже полученные письма показывают, что к этой теме возникает интересе, и к тому же доказывают, что в таком крупном городе, как Лондон, находится достаточно отдельных теософов, чтобы сформировать группы или Отделения, функционирующие на правах и по Уставу Общества. Однако в настоящее время эти теософы даже не подозревают о существовании друг друга, и многие из них до сих пор никогда не слышали о Теософическом обществе. Я глубоко удовлетворена огромной пользой от этого нового созданного Общества, равно как постоянным увеличением количества членов Теософического общества и тем, что оно находится под руководством выдающихся теософов, таких, как вы, мой дорогой брат У.К. Джадж, Мэйбел Коллинз и графиня Вахтмейстер.

Я уверена что, когда истинная природа теософии понята, то все предубеждения против нее, которые ныне к несчастью превалируют, прекращаются. Теософы – необходимые друзья всех мировых движений, будь то движение интеллектуальное или просто практическое, за улучшения условий жизни человечества. Мы – друзья всех, кто борется против пьянства, жестокого обращения с животными, несправедливости к женщинам, против коррупции в обществе или правительстве, несмотря на то, что в политику мы не вмешиваемся. Мы – друзья тех, кто на деле проявляет милосердие, кто стремится хоть немного приподнять тяжелое бремя страданий, выпавшее на долю бедных. Однако, в соответствии с нашими моральными свойствами, мы, теософы, не можем поручать кому-либо какой-либо из этих великих трудов. В качестве индивидуалов, мы можем заниматься этим, но в качестве теософов у нас есть огромная, более важная и намного более сложная работа. И ее надо выполнить. Люди говорят, что теософам следует продемонстрировать, что в них такого, что «дерево узнается по его плодам» и т. д., и т. д., и мир поверит, что в теософии что-то есть. Эти славные люди забывают, что теософы, как и они – бедны, как уже говорилось, и что сами Основатели беднее, чем кто бы то ни было, и что один из них, во всяком случае, та, кто пишет эти скромные строки, вообще не имеет никакой собственности, и ей приходится работать за ежедневный кусок хлеба в свободное от своих теософских обязанностей время. Деятельность теософов открыта людским сердцам, как и понимание милосердия, справедливости и великодушия – качеств, особенно присущим царству людей, и они естественны для человека, усовершенствовавшего качества человеческого существа. Теософия учит человека-животного стать человеческим существом; и когда люди научатся думать и чувствовать, как должны чувствовать и думать истинные человеческие существа, они будут поступать по-человечески, и тогда работа ради милосердия, справедливости и великодушия будет сама делаться совершенно во всем.

Теперь, что касается «Тайной Доктрины», публикацию которой некоторые из вас столь любезно и от чистого сердца требовали от меня кое-какое время назад. Я очень благодарна за эту поддержку, обещанную мне от всей души, и за ту манеру, в которой это выражалось. Текст первых трех томов уже готов для печати; и публикация отсрочилась только из-за сложностей, которые пришлось испытать, дабы отыскать необходимые средства. Хотя я не писала этот труд ради денег, все-таки, покинув Адьяр, мне пришлось жить, стараясь не влезать в долги до тех пор, пока у меня оставались деньги. Кроме того, Теософическому обществу настоятельно требовались деньги для многих целей, и я понимаю, что с моей стороны несправедливо было бы заниматься «Тайной Доктриной», как я занималась «Разоблаченной Изидой». От моей первой работы я лично получила за все только несколько сотен долларов, хотя этот труд вышел девятью изданиями. В связи с этими обстоятельствами, я стремилась найти какой-либо способ реализовать издание «Тайной Доктрины» на этот раз на более хороших условиях, но в этом мне не пообещали почти ничего. Поэтому, мои дорогие Братья и Сотрудники из трансатлантических стран, вам придется извинить меня за отсрочку и не порицать меня за это, из-за неудачных условий, в которые я угодила.

Мне бы хотелось снова посетить Америку и, наверное, следует однажды это сделать, когда позволит здоровье. Я получила настойчивые приглашения поселиться в вашей великой стране, которую я беспредельно люблю за ее благородную свободу. Полковник Олькотт, в свою очередь, категорически настаивает на моем возвращении в Индию, где он чуть ли не из последних сил сражается в боях за Истину; но я чувствую, что в настоящее время долг призывает меня остаться в Англии, вместе с теософами Запада, где сейчас идет жестокая борьба против предубеждений и невежества. И эту войну обязательно следует выиграть. Но, будь я в Англии или Индии, большая часть моего сердца и надежды на теософию находятся в Соединенных Штатах, где образовано Теософическое общество, и я горжусь, что являюсь гражданкой этой страны. И вы должны помнить, что, хотя существуют местные Секции Теософического общества, но не существует «местных теософов»; и поскольку я принадлежу Обществу, тем самым я принадлежу всем вам.

Я оставляю моему дорогому другу и коллеге полковнику Олькотту рассказать вам все о состоянии дел в Индии, где, как мне сообщили, все выглядит вполне благоприятно, ибо я не сомневаюсь, что он тоже обязательно пошлет самые добрые пожелания и поздравления вашему Съезду.

Между тем, мой далекий и дорогой друг, примите самые теплые и искренние пожелания благоденствия ваших Обществ и вам лично, и, когда вы передадите всем вашим коллегам выражение моего братского уважения, заверьте их в том, что в тот момент, когда вы будете читать им эти строки, я, если буду жива, – духом, душою и мыслью буду находиться среди всех вас.

Всегда ваша, и верная ВЕЛИКОМУ ДЕЛУ, над которым мы все работаем,

(Е.П. Блаватская)(Лондон, 3 апреля 1888 года.)
Второе письмо (1889 г.)

Друзья и Собратья-теософы:

Сейчас вы снова собрались на Съезд, и я опять посылаю вам мои самые сердечные приветствия и пожелания, надеясь, что нынешний Съезд сможет доказать больший успех, нежели предыдущий.

Миновало четырнадцать лет с тех пор, как в Нью-Йорке вами было основано Теософическое общество, и с небывалым упорством и неукротимой энергией Общество продолжает расти среди неблагоприятных обстоятельств, среди доброй и скверной молвы. И сейчас мы вступили в последний год нашего второго семеричного периода, и совершенно справедливо, что нам следовало бы проанализировать занимаемую нами позицию.

В Индии, благодаря заботе полковника Олькотта, продолжают формироваться Секции, и всякий раз, когда Президент читает лекции или наносит визит, безусловно, появляется новая группа людей, интересующихся теософией. Такие визиты духовно питают и его самого, как проливной дождь во время засухи питает иссушенную солнцем почву; цветы и травы начинают произрастать в изобилии, и уже посеяно семя здоровой жизнеспособной растительности. В настоящее время он находится в Японии, куда его пригласила крупная и влиятельная делегация для чтения лекций о теософии и буддизме среди людей, которые оказались настолько безумны, чтобы принять западную цивилизацию; которые верят, что лишь при помощи нее можно добиться самоубийственного принятия христианства в качестве национальной религии. О, Боже! – пренебречь своей естественной национальной религией ради паразитического развития и ради западной цивилизации, с ее благами, такими, какие они суть на самом деле!

Воистину, молодой японец похож на высокомерного грека перед Троей: «Мы восхваляем себя, ибо мы намного лучше наших отцов».

С превеликим сожалением я узнала, что, хотя полковник Олькотт задумывал после посещения Японии поездку с лекциями в Америку, его визиту категорически воспрепятствовали.

Здесь, в Англии, мы много и усиленно работаем; мы сталкивались со множествами трудностей и преодолевали их, однако другие трудности, подобно многоголовой лернейской гидре, которую одолел Геракл, тут же возникали на нашем пути с каждым нашим шагом. Но твердая воля и непоколебимая преданность нашему великому Делу Теософии должны преодолеть и обязательно преодолеют всякие препятствия, пока Истина будет прорываться через все границы и сметать все трудности своим бурлящим потоком. Пусть карма ускорит этот день.

Однако вы – в Америке. Карма вас, как наций, привела теософию к вам домой. Жизнь Души, психическая сторона характера открыта многим из вас. Жизнь альтруистическая – это скорее не высокий идеал, а дело практики. Естественно, при этом теософия обретает дом во многих сердцах и умах и моментально доносит звучащую повсюду гармонию до ушей тех, кто готов к ней прислушаться. Вот это и есть часть вашей работы: высоко поднять факел Свободы Души и Истины, чтобы все смогли его увидеть и извлечь для себя пользу от его света.

Следовательно, теософская этика намного более необходима для человечества, чем научные аспекты психических фактов природы и человека.

При таких благоприятных условиях для теософии, какие существуют ныне в Америке, совершенно естественно, что Общество должно быстро увеличиваться и развиваться, Секция за Секцией. Но в то время, когда организация распространения теософии становится все больше и больше, мы должны помнить необходимость консолидации. Общество должно расти пропорционально, а не слишком быстро, поскольку как бы не наступила опасность, как у некоторых детей, что оно перерастет свои силы, и наступит период трудностей и проблем, когда естественный рост следует остановить, чтобы не принести в жертву сам организм. Это вполне реальный факт, касающийся роста человеческих существ, и мы обязаны тщательно наблюдать за тем, как бы «Дитя-Переросток» – Теософическое общество – не пострадало от той же самой причины. Некогда раньше росту способствовали психические феномены, и все же настало время, когда нравственность и этические основы Общества могли пострадать от них же. Чтобы предотвратить подобное, надо было – каждому Собрату Общества сделать теософию жизненно важным фактором в его жизни – короче говоря, сделать Общество своим собственным и относиться к Теософическому обществу, словно оно – это ты сам. Тщательно следовать этому – необходимо для солидарности среди братьев Общества; и необходимо достичь такого чувства тождественности каждого со всеми, что нападение на одного собрата рассматривалась бы как нападение на всех. Затем нам следует консолидироваться и сплотиться в духе Братства и Любви, однако нам не понадобится для этого, как Архимеду, ни точки опоры, ни рычага, чтобы нам сдвинуть мир.

Нам понадобится вся наша сила, чтобы противостоять трудностям и опасностям, что нас окружают. У нас есть внешние враги в виде материализма, суеверий и невежества, с которыми необходимо вступить с ними в бой; есть и враги в виде различных форм религиозных верований; и эти враги настолько многочисленны, чтобы сейчас перечислить их всех; они почти подобны толстым облакам пыли, вздымающихся в пустыне от свирепых порывов сирокко. Разве нам не понадобится сила, чтобы бороться с этими врагами? И все-таки, снова и снова, появляются коварные и вероломные враги, которые «называют наше имя всуе» и которые делают теософию любимым словечком в устах людей, а Теософическое общество – маркой, которую втаптывают в грязь. Они клевещут на теософов и теософию и превращают нравственность и этику в одежку, которой прикрывают свои корыстные намерения и мысли. И, словно этого недостаточно, есть еще более плохие всеобщие враги – и это собственные домочадцы человека, – теософы, которые вероломно относятся как к Обществу, так к себе самим. Таким образом, мы действительно окружены врагами со всех сторон. Перед нами и вокруг нас – «Долина Смерти», и нам приходится атаковать наших врагов – наступая прямо на их оголенные пистолеты – если мы хотим победить в этом бою. Кавалерию – людей и коней – можно обучить скакать вперед и вместе, как один, устремляться в атаку; так неужели нам не следует сражаться и победить в битве души, мысленно сражающиеся с высшим эго, чтобы завоевать наше духовное наследство?

Давайте-ка на мгновение оглянемся на тот уровень, который мы уже завоевали. Как говорилось прежде, мы стойко держимся против спиритистов, во имя Истины и духовной науки. Мы боремся не против людей, изучающих истинное знание психики, не против просвещенных спиритистов, а против самого низшего типа феноменализма, слепо поклоняющегося иллюзорным призракам мертвых. В этом мы сражаемся ради Истины, а также против тех, кто пытается ввести мир в заблуждение. И я повторяю еще раз: ведется извечное «сражение» не против людей, жадно стремящихся к знаниям и изучающих психические науки. В прошлом году в своем обращении к Западному Обществу психических исследований профессор Коэс сделал очень много, чтобы прояснить нашу настоящую позицию. Он ясным и доходчивым языком объяснил огромную важность занятий психикой, и он проделал воистину великолепную работу, особенно подчеркнув трудности, опасности и, кроме всего, ответственность за их действия. Как он продемонстрировал, существует не только схожесть между подобными исследованиями и изготовлением смертоносной взрывчатки – особенно, если она делается неопытными руками – но и экспериментами (как признался профессор), которые он проводит с и при помощи человеческой души. В случае если перед подобными экспериментами не пройти долгий и тщательный курс специальных штудий, экспериментатор рискует не только душою медиума, но и своей собственной. В настоящее время эксперименты по гипнотизму и месмеризму – суть эксперименты в области бессознательного, тогда как в экспериментах по черной магии сознание не присутствует вообще. Этот путь, широкий и просторный, приводит к подобному разрушению; причем это слишком легко обнаружить; и только те, кто игнорируют слишком многое, приводят себя к такому разрушению. Однако практическое исцеление от этого состоит в одном. Это курс изучения, о котором я упоминала до этого. Это звучит очень просто, однако это чрезвычайно трудно; ибо это исцеление есть «АЛЬТРУИЗМ». Это и есть ведущая идея теософии и исцеление от всех зол; это и есть то, что истинные Основатели Теософического общества поддерживают в качестве своего первого намерения – ВСЕЛЕНСКОЕ БРАТСТВО.

Таким образом, даже если номинально это альтруистическая организация, Теософическое общество должно бороться со всеми, кто, под прикрытием поиска, добиваются магических сил для использования их в своих корыстных целях и для нанесения вреда остальным. Многие из тех, кто присоединился к нашему Обществу, не имеют иных целей, чем любопытство. Но при этом, стремясь к психологическим феноменам, они не желали ни на йоту уступить своим собственным удовольствиям и привычкам, чтобы их достичь, – и очень быстро уходили с пустыми руками. Теософическое общество никогда не было и не будет школой беспорядочных теургических обрядов. Однако существует дюжина небольших оккультных Обществ, которые весьма правдоподобно рассказывают о магии, оккультизме, розенкрейцерстве, адептах и т. д. Они очень горячо заявляют о том, что даже обладают ключом ко Вселенной, но в конце концов идущие по их путям упираются в голую стену вместо «Дверей к Мистериям». Это – наши самые вероломные враги. Под прикрытием философии Мудрости-Религии им удалось достичь такого использования мистического жаргона, который иногда делает их весьма эффективными и дает им возможность при помощи малейшего ясновидения вымогать деньги у мистически настроенных, но невежественных стремящихся к оккультному и повести их, как овец, почти в любую сторону. Об этом свидетельствуют печально известный «Х.Б. их Л.» и недавно прославившийся «Г.Н.К.Р.». Но горе тем, кто пытается превратить благородную философию в притон для омерзительной безнравственности, корысти, алчности и стяжательства под покровом теософии. Карма достанет их, когда они меньше всего этого ожидают. Но возможно ли для нашего Общества быть готовым ко всему и оставаться респектабельным, в то время как его члены пока только планируют в будущем стать единым, как один человек, справиться с хулой и поношениями на себя и мерзкими карикатурами на его высшие идеалы, которые так подло изобразили двое из его претендентов?

Но чтобы мы могли эффективно работать на благо нашего общего дела, нам надо забыть о личных разногласиях. В Теософическом обществе есть очень много энергичных членов, которые готовы работать, не покладая рук. Однако цена их помощи – что приходится действовать именно так, как работают они, а не кто-либо еще. И если этого не будет, они утонут в апатии или вообще оставят Общество, громко объявив, что только они и есть истинные теософы. Или, если они останутся, то станут стремиться к тому, чтобы вселить свой метод работы во всю его мощь в остальных преданных Обществу работников. Это – факт, но это – будет не теософия. Ибо все это может завершиться лишь одним: быстрым расколом Общества на множество разнообразных сект, по количеству лидеров, и это приведет к таким же роковым последствиям, к каким пришло христианство, когда в настоящее время только в одной Англии насчитывается 350 отдельных сект. Разве подобную перспективу видит перед собой Теософическое общество? Разве эта «Раздельность» созвучна объединенному альтруизму Вселенского Братства? Разве это – учение наших благородных Мастеров? Братья и Сестры в Америке, сейчас все в ваших руках, и вам решать, претворится ли подобное в жизнь или нет. Вы работаете, не покладая рук. Но чтобы работать в соответствии с Великим Делом, необходимо забыть все личные различия во мнениях, и особенно, что касается непрерывно продолжаемой работы. Давайте же все вместе пойдем собственным путем и не станем стремиться к тому, чтобы навязывать наши идеалы соседям. Вспомните, как Посвященный Павел предупреждал в своих письмах против позиции сектантства, которое начали было проповедовать в годы раннего христианства: – «Ибо, когда один говорит „Я Павлов“, а другой „я Аполлосов“, то не плотские ли вы?» И пусть это предостережение пойдем нам на пользу. Теософия несектантская по своей сущности, а работа для создания врат, чтобы войти через них во Внутреннюю жизнь. Но никто не сможет войти туда, кроме самого человека, пребывающего в высшем и истиннейшем духе Братства, а все другие попытки будут либо тщетны, либо этот человек падет навзничь у самого порога.

Но карма стирает все различия в убеждениях. Строгий счет нашей действительной работы будет принят, и «заработок» будет записан на наш кредит. Но поскольку в строгий счет за работу кого-то одного, будет зачтена поблажка за его горести, то это, возможно, помешало работать его соседям. Как вы думаете, легко удержать от назначенной работы Теософического общества, когда оно представляет человека, как одного из своих лидеров? Безусловно, когда кармическая сила, стоящая за Обществом, направлена всей своей мощью прямо на отвечающего за это препятствие, он оказывается безрассудным и невежественным человеком, противопоставляющим свое тщедушное эго выполнению назначенной задачи.

Выходит, и вправду «СОЮЗ – ЭТО СИЛА»; и по этой причине все различия должно позабыть для объединенной работы ради нашего Великого Дела.

Итак, что же нами проделано за прошлый год? При помощи и по указаниям Президента-Основателя, полковника Олькотта, мы организовали Британскую Секцию Теософического общества. Вместо одной Ложи мы сформировали несколько – более маленьких секций, которые, благодаря этому, имеют больше возможностей для работы и организации встреч. О том, что нами сделано в Индии, вы наверняка уже знаете. К тому же, вы слышали или сами знаете, что уже удалось претворить в жизнь вашей Секции, в которой трудитесь вы сами.

Что касается наших намерений по распространению знания, то на Западе у нас есть журналы «Люцифер», «Путь» и книжки «О.Т.П». Посредством всех этих изданий мы вступаем в контакт с многочисленными людьми, о чьем существовании нам, возможно, не известно. Все эти люди необходимы для Дела, например, хотя бы их попытками повлиять на общественное сознание при помощи обычной прессы. К сожалению, должна отметить, что некоторое сотрудники «Люцифера» в настоящее время покинули журнал и Общество из-за чисто личных разногласий, о которых уже упоминались выше, и теперь стали нашими антагонистами, не только лично моими, но и системы мышления, прививаемой Теософовским обществом.

Вследствие личной неприязни в отношении полковника Олькотта, французский журнал «Лотус» также откололся от теософии; но мы только что основали «Теософское Ревю», чтобы вскоре перенести его в Париж. Этот журнал редактируется мною, а руководит им графиня д’Адемар, американская леди, уважаемая и любимая всеми, кто с нею знаком, и большой друг нашего Собрата, д-ра Бука.

Как уже узнали многие из вас, мы сформировали «Эзотерическую Секцию». Ее члены, помимо всего прочего, дали торжественный обет трудиться ради теософии под моим руководством. Благодаря ей, с одной стороны, мы стремимся сохранить некоторую сплоченность в нашей общей работе; сформировать крепкую организацию для сопротивления попыткам причинить нам вред в некоторой части внешнего мира, а также предубеждениям против Теософического общества в целом и – меня лично. Таким образом, во многом сводится на нет угроза работе Общества в прошлом, и раскрываются широкие горизонты его работы в будущем.

Тем не менее, сейчас я бы охотно изменила бы ее название. Бостонские скандалы полностью дискредитировали название «эзотерический»; однако это вопрос для дальнейших рассмотрений.

Так что, как я уже говорила, наши главные враги – это общественное предубеждение и категорическое упрямство со стороны мира материалистов; строгая «индивидуальность» некоторых из его членов; фальсификация наших целей и имени со стороны алчных до денег шарлатанов и, наконец, дезертирство совершенно преданных членов, которые теперь стали самыми нашими опасными врагами.

Воистину, были мудры те слова, что приписываются Иисусу Евангелием. Мы сеем наши семена, и некоторые из них небрежно пропускаются мимо ушей; некоторые попадают на каменистую почву, где пытаются прорасти на одном только энтузиазме, ибо не имеют под собою корней, и они погибают, увядают. В других случаях «тернии» и страсти материального мира подавляют рост плодоносного урожая, и он погибает, пытаясь противостоять «заботой о жизни и надувательству богатых». Увы, всего-навсего несколько семян теософии обретают плодородную почву и прорастают, давая стократную отдачу.

Но наш союз – есть и всегда будет нашей силой, если мы сохраним наш идеал Вселенского Братства. Нашим девизом должно стать древнее выражение «In hoc signo vinces»,[711] ибо под этим священным стягом мы и должны победить.

А теперь хотелось бы сказать слово на прощание. Мои слова могут и запомниться, и быть забытыми, однако несколько фраз из писем Мастеров никогда не забудутся, потому что они – олицетворение самой высшей практической теософии. И мне следовало перевести их для вас:

«*** Не давайте плодам хорошей кармы стать вашим мотивом; ибо ваша карма, хорошая она или плохая, будучи единственной или принадлежащей всему человечеству, не принесет вам ни хорошего, ни плохого, если не будет разделена с другими. Тем самым ваш мотив, если он корыстный, может вызвать только двойственный эффект, хороший и плохой, и либо сведет на нет ваш хороший поступок, либо обернется к выгоде другого человека». ** «Так что нет счастья для того, кто всегда задумывается о Себе и забывает обо всех остальных эго».

«Вселенная стонет под весом таких действий (кармы), и ничто иное, кроме кармического самопожертвования, не облегчит ее. * Как много из вас помогли человечеству нести эту мельчайшую ношу, что вы должны нести вы сами, теософы. О, люди Запада, кто расплатиться за Спасителя человечества перед тем, как потратит свою жизнь москита, угрожающего жалом? Разделите ли вы Божественную Мудрость, станете ли истинными теософами? Так поступайте, как воплотившиеся боги. Ощутите себя движителями всего человечества, ощутите себя его частью, и поступайте соответственно. ******»

Это – золотые слова; так, может, вы постараетесь слиться с ними! Ведь это – надежда того, кто искреннее подписывается под этими словами, и сама – ваша преданная и любящая сестра и слуга каждого истинного последователя Мастеров Теософии.

С искренним братским приветом,

(Е.П. Блаватская)(7 апреля 1889 г.)
Третье письмо (1890 г.)

[Это письмо было прочитано на Американском Съезде в апреле мистером Бертрамом Кейтли. Оно составлено из записок, сделанных им под диктовку мадам Блаватской, поскольку в то время она была больна. Все ее остальные письма, опубликованные здесь, были письмами-автографами. Тексты всех писем взяты из официальных докладов Съезда Американской Секции Т. о.]

Собратья теософы и сотрудники:

Новый цикл, открытый теософией, уже начинает давать плоды. Прогресс, сделанный движением за прошлый год, более заметен, чем когда-либо, но, если он и вдохновляет нас, то он также являет собой напоминание о том, что время сбора урожая требует упорного труда ввиду вскоре последующей зимы с ее штормами и бурями. И все же, несмотря на мои поздравления, обращенные ко всем вам, мои самые ревностные и активные сотрудники нашего славного дела, и особенно моего дорогого коллегу, мистера У.К. Джаджа, я должна настоятельно требовать от вас намного ускорить работу, а вовсе не ослаблять ваши усилия.

Оглядываясь на прошедший год, можно увидеть, как много было сделано, благодаря силе союза и бескорыстной преданности в работе. В течение 1888-89 гг. в Америке появилось только шесть новых Секций; в то время как в прошлом году сформировалось пятнадцать, а количество Обществ возросло пропорционально тоже в большей мере. Однако самое важное – это заметное изменение духа среди членов по отношению к Обществу и его работе, признаков чего не ожидалось. За последние двенадцать месяцев засвидетельствована большая активность в истинно теософской работе, стремление помогать остальным, чем в любом предшествующем году в истории Общества на Западе. Это заметные признаки, хотя они только постепенно появляются в поле зрения, что члены Общества наконец пробудились от своей апатии и активно приступили к работе, чтобы практически реализовать первый принцип теософии – ВСЕЛЕНСКОЕ БРАТСТВО. Постепенно они стали осознавать свой долг помогать другим, как прежде всегда помогали, донося знания животворной истины теософии так, чтобы те достигали всех. Направление Главного Маршрута получает все большую и большую поддержку, большее количество работников, готовых на добровольную помощь, и наконец поступили ожидаемые денежные средства для продолжения работы с усиленной действенностью и энтузиазмом. Секции Тихоокеанского побережья явили собой пример, взявшись за выполнение этой задачи в качестве Секции, работающей систематически и организованно, и возвышенное состояние ее сотрудников вкупе с рвением их работы заслуживает наивысшей похвалы. Также я обязана выразить горячую признательность множеству преданных и ревностных членов в Америке, которые так благородно и великодушно ответили на мой призыв о помощи для продолжения издания «Люцифера». Я выражаю им лично мою самую сердечную благодарность, всем и каждому, и плоды их усилий вскоре скажутся на будущей карьере журнала.

В прошлом году в Англии засвидетельствован быстрый рост и обширное распространение Общества и его работы. Наше дело получило двух благородных и преданных последователей, чьи имена были заметны и на протяжении долгих прошлых лет в связи с их усилиями принести реальную помощь страждущему человечеству. Это Анни Безант и Герберт Барроу. Благодаря ним наше движение на Западе сумело добиться выражения своих идей как пером, так и голосом. До некоторой степени они удовлетворили давнюю и сильнейшую потребность в ораторах, которые сумели бы пролить истинный свет на теософию перед огромными аудиториями, и я, в особенности, глубоко обязана Анни Безант за ее бесценную помощь и сотрудничество в том, что касается «Люцифера».

За последние двенадцать месяцев здесь сформировались новые Секции, а к нашим рядам примкнуло множество членов, и при этом в общем возрос интерес к теософии, о чем показывают изменения тона в прессе и частые письма и статьи относительно этого вопроса. В Лондоне интерес к теософии стал настолько велик, что мы были вынуждены построить большой зал для собраний в новой Штаб-квартире, которую нам пришлось в августе перенести, чтобы проводить еженедельные встречи в Ложе Блаватской, поскольку наш старый дом стал слишком мал, чтобы вместить такое огромное количество интересующихся, которые упросили полковника Олькотта подольше задержаться в Англии, что тоже было несравнимой помощью для нашей работы. Он читал лекции по всей Англии и Ирландии, что стало причиной формирования нескольких новых Секций, и его пример и влияние сделало много хорошего повсюду. Для меня его присутствие доставляло огромное удовольствие и удовлетворение, и к тому же – дополнительную силу, когда «Два Основателя» снова оказались бок-о-бок в каждом направлении нашей работы. Я глубоко сожалела, когда узнала об его отбытии в Индию без заезда по дороге в Америку; однако Общество на Востоке больше нуждалось в его присутствии, а смерть мистера Пауэлла только придала его быстрейшему отъезду настоятельности. Хотя я лично не знала мистера Пауэлла, не могу удержаться от того, чтобы не воздать сердечную дань благодарности его памяти за великолепную работу, проделанную им для Общества, и за благородство его полнейшего самопожертвования ради службы Человечеству. На пути в Индию полковника Олькотт сопровождали двое работников из здешнего штата, мистер Боулз Дэли и мистер Е.Д. Фаусетт, чье присутствие в Адьяре, как я считаю, будет весьма ценно для моего досточтимого коллеги, нашего Президента-основателя.

Большая часть этих результатов обязана дополнительной силе, и, кроме того, возросшему духу сплоченности, которую вселила в Теософическое общество организация Эзотерической Секции. Членам этой Секции я скажу следующее: Смотрите и осознавайте, каких огромных результатов можно достичь теми, кто действительно ревностно и сообща бескорыстно трудится ради человечества. Пусть же результат этого года покажет вам, посредством этих верных знаков, какая тяжкая ответственность возложена на вас, и не только забота об Обществе, но и всем Человечестве. Потому вы ни на секунду не должны ослаблять ваши усилия; день ото дня смыкайтесь как можно ближе, плечом к плечу; и держитесь вместе, как один человек, а потом ступайте вперед, несмотря ни на прекрасную погоду, ни на бурю, и победа нашего дела, которому вы поклялись – несомненна. Стремитесь делать это в унисон с вашим высшим эго; ваши усилия будут плодотворны для Общества, для вас самих и для Человечества. А грядущие годы покажут крепкий, здоровый рост, строгую, сплоченную организацию, долговечное, надежное и действенное орудие в руках Мастера. Когда же вы сплотитесь в реальной солидарности, в истинном духе Вселенского Братства, то никакая сила не сумеет побороть вас, никакое препятствие не помешает вашему развитию, и никакая преграда не помешает вступлению теософии в грядущий век.

Но довольно о прошлом. Пусть же энтузиазм и воодушевление, которое мы получаем от обозрения результатов, достигнутых в этом пролетевшем году, подвигнет нас на еще большие усилия и еще большие, напряженные старания. Пусть чувство силы, стоящей за Обществом, придает нам силу, которая нам так необходима и которая способна сдвинуть мир, если мы станем Объединенными и будем Работать, как один ум и как одно сердце. Мастера требуют от каждого только чтобы он делал все, возможное для него, и, кроме того, что каждый должен стремиться действительно ощутить себя единым вместе со своими собратьями-сотрудниками. Это не тупое согласие в интеллектуальных вопросах или невозможное единодушие относительно всех подробностей работы, которая требуется; а истинная, сердечная, ревностная преданность делу, согласны мы или нет с конкретно данным методом ведения работы. Только тот человек, кто абсолютно заблуждается в своем методе – ничего не делает; каждый человек должен сплотиться со всеми, и все – с каждым в великодушном порыве товарищества, чтобы привнести теософию в дом к каждому мужчине или женщине в этой стране.

Давайте смотреть вперед, а не назад. Что такое грядущий век? В первую очередь, слово предостережения. Поскольку происходит подготовка к новому циклу, то предвестники этой новой суб-расы появятся на американском континенте; скрытые и оккультные силы в человеке начинают пускать почки и расти. Отсюда и быстрое развитие таких движений, как христианская наука, врачевание ума, метафизическое исцеление, духовное исцеление и тому подобное. Все эти движения ничего не представляют, кроме разнообразных фаз упражнений этих растущих сил, – не понимаемых и, потому, слишком часто злоупотребляемых по невежеству. Понять все это – значит не прийти ни к чему «духовному» или «божественному» в любом из этих проявлений. Осуществленные такими способами исцеления обязаны просто-напросто бессознательным упражнениям оккультной силы на самых низших уровнях природы – обычной праны, или жизненных потоков. Конфликтующие теории разнообразных школ основаны на неверном понимании и злоупотреблении метафизикой, часто на гротескно-нелепых логических заблуждениях. Однако у них есть одна общая отличительная черта, которая представляет наибольшую опасность в ближайшем будущем. Почти в каждом случае смысл учений этих школ таков, что приводит людей к тому, что они рассматривают процесс исцеления применяемым к разуму пациента. Здесь и кроется опасность, ибо любой подобный процесс, хитроумно замаскированный в слова и скрываемый под ложным чутьем – делается просто для того, чтобы исследовать пациента с психологической точки зрения. Иными словами, куда бы ни вмешивался целитель – сознательно или бессознательно – при помощи свободных умственных действий по отношению к пациенту, все это – черная магия. Уже существуют так называемые науки «Исцеления», частенько используемые, как добыча средств к существованию. Скоро какая-нибудь проницательная личность раскроет, что посредством того же самого воздействия на умы других можно воздействовать во многих, самых разных направлениях, а корыстному мотиву личного обогащения и добывания денег в один прекрасный будет разрешено проникнуть в науку, и тогда однажды «целитель», вероятно еще бессознательно, направит свою силу – для добывания богатства или каких-либо иных объектов своих желаний.

Это – одна из опасностей нового цикла, которая, ко всему прочему, с огромной силой возбуждает страсть к соперничеству и борьбе за существование. К счастью, появляются и новые, здоровые тенденции. И они работают, чтобы изменить основу ежедневной жизни человека, стараясь избавить ее от эгоизма и привести к альтруизму. Националистическое Движение – одно из применений теософии. Но помните все, что если национализм применяется теософией, то последнюю вы должны всегда должны видеть первой на своем пути. Теософия – это действительно жизнь, обитающий дух, который создает каждое жизненно важное преобразование реальности, ибо теософия – это Вселенское Братство, фундамент и краеугольный камень всех движений, ведущих к улучшению нашего состояния.

То, о чем я говорила в прошлом году, остается правдой и сегодня, то есть, нравственность теософии – намного важнее, чем любые опубликованные законы или факты. Последние рассказывают обо всем материальном и исчезающей части семеричного человека, но человек как за соломинку хватается за нравственность – это реинкарнированное эго. Внешне мы – создания только этого дня; внутри – мы вечны. Хорошо познавайте доктрины кармы и реинкарнации и учите, практикуйте, распространяйте эту систему жизни и систему мышления, которая только одна сможет спасти грядущие расы. Не работайте просто на Теософическое общество, а работайте при помощи него на Человечество.

Пусть теософия растет сильнее и сильнее, набирается жизненных сил в каждом из наших членов, и тогда грядущий год будет более полон славной работы и здорового прогресса, чем год, только что ушедший – это и есть скромное желание вашего сотрудника и члена вашего братства.

Четвертое письмо к бостонскому съезду Т. О., 1891 г.

В третий раз со времени моего возвращения в Европу в 1885 году мне удалось отправить моему теософскому братству и знакомым гражданам в Соединенных Штатах делегата из Англии, чтобы он присутствовал на ежегодном Теософском Съезде и передал на словах мое приветствие и самые теплые поздравления. Поскольку я постоянно больна, единственным оставшимся для меня утешением стало узнать о прогрессе священного Дела, которому я отдала все свое здоровье и силы; и которому, теперь, когда оно продолжается, я могу предложить только мою страстную преданность и никогда не уменьшающиеся добрые пожелания его успеха и благоденствия. Новости, прибывающие из Америки в письме за письмом, оповещают о новых Секциях и об отлично продуманном и терпеливо работающем плане развития теософии, бесконечно ободряют и радуют меня, как свидетельство ее роста, причем такого, что это даже трудно выразить простыми словами. Братья-теософы, я горжусь вашей благородной работой в Нью-Йорке; Сестры и Братья Америки, я благодарю и благословляю вас за ваш неутомимый труд ради общего дела, столь дорогого для всех нас.

Позвольте мне еще раз напомнить вам, что эта работа необходима более чем никогда. Этот период, во время которого мы очень много достигли в этом новом цикле, завершается примерно в 1897-98 гг., и отныне будет продолжать расти один из крупнейших конфликтов и постоянное напряжение. Если Теософическое общество сумеет это преодолеть, превосходно; если же нет, то в то время, когда теософия сама пострадать не может, Общество погибнет – быть может, весьма бесславно – и Мир будет страдать. Я лихорадочно надеюсь, что не увижу это несчастье в моем нынешнем теле. Критическая природа стадии, на которую мы вступили, прекрасно известна тем силам, которые борются против нас, как и тем, кто находится на нашей стороне. Ни в коем случае нельзя допустить возможности затеряться в посеянной вражде, дать преимущество ошибочным и ложным ходам, сомнениям, вливаемым капля за каплей, ожившим подозрениям, короче говоря, любым способам разрушить единство Общества и сделать ряды наших братьев более тонкими, чтобы привести их в беспорядочное смятение. Сейчас для членов Теософического общества нет ничего важнее, чем принять близко к сердцу древнюю притчу о связке прутьев; ведь, разобщенные, они неизбежно будут сломаны один за другим; а когда они вместе, то нет силы на земле, способной разрушить наше Братство. Сейчас я с болью в сердце отмечаю среди вас склонность (как и среди европейских и индийских теософов) ссориться по пустякам и позволять вашей преданности делу теософии вести вас к разъединению. Поверьте, это отделение от естественной тенденции происходит из-за присущего человеческой природе несовершенства, и вашими же благородными качествами, как своим преимуществом, часто пользуются наши недремлющие враги, чтобы совершить предательство и сбить вас с толку. Скептики рассмеются над такими словами, и даже некоторые из вас, вероятно, мало верят в действительное существование ужасных ментальных сил, субъективных и невидимых, и все-таки живущих в вас и оказывающих на вас мощное влияние. Однако они есть, и мне известно, что не один среди вас ощущает их и действительно вынужден признать эти чуждые вам ментальные воздействия. На тех из вас, кто бескорыстно и искренне предан Делу, они производят маленькое, если вообще производят, воздействие. На некоторых других, тех, кто поставил гордость выше долга Теософическому обществу, выше, чем даже торжественный обет своим божественным эго, они оказывают обычно разрушительный эффект. Самонаблюдение никогда не бывает более необходимым, чем когда личное желание к первенству и уязвленное тщеславие обряжается в павлиньи перья преданности и альтруистической работы; однако нынешний кризис Общества, отсутствие самоконтроля и самонаблюдения может в каждом случае стать роковым. Но эти дьявольские попытки наших могущественных врагов – непримиримых врагов истины – теперь провозглашенных открыто и практически объявленных – могут быть сметены. Если каждый Собрат Общества согласился бы стать беспристрастной силой ради добра, не обращать внимания как на похвалу, так и на порицание до тех пор, пока он полезен целям Братства, то прогресс удивил бы Мир и поставил бы Ковчег Теософического общества вне опасности. Так возьмите же за свой девиз, который поведет вас через грядущий век: «Мир со всеми, кто искренне любит Истину», и Съезд 1892 года станет красноречивым свидетелем силы, которая родится в единстве.

Ваше положение в качестве предвестников шестой суб-расы пятой коренной расы имеет свои особенные опасности, равно как и свои особые преимущества. Вам необходимо развивать в себе психизм, со своими соблазнами и опасностями, и вы должны остерегаться, чтобы психизм не вышел за пределы манасического и духовного развития. Возможности психизма надо строго держать под контролем, проверять и направлять посредством манасических принципов, и это очень ценная помощь в развитии. Но эти способности буйствуют, контролируя вместо того, чтобы быть контролируемыми, пользуются вместо того, чтобы быть используемыми, и ведут ученика к самым опасным заблуждениям и, безусловно, к моральному разложению. Поэтому надо тщательно следить за этим развитием, неизбежным для вашей расы и эволюционного периода, так чтобы оно наконец смогло работать ради добра, а не зла; и заранее получить искреннее и могущественное благословение от Тех, чьи благодеяния никогда не покинут вас, если вы не потерпите крах сами.

Я очень рада, что здесь, в Англии, могу сообщить вам, происходит стабильный и быстрый прогресс. Анни Безант подробно расскажет вам о вашей работе и о растущей силе и влиянии Общества; доклады, которые она везет из Европейской и Английской секций, говорят сами за себя, поскольку там запечатлена их деятельность. Английский характер, трудный для понимания, но основательный и упорный, стоит его хоть раз встряхнуть, добавляет к нашему Обществу весьма ценный фактор, и в Англии было заложено много крепких и прочных фундаментов для Теософического общества двадцатого века. Здесь же, с вашей помощью, попытки привнести влияние индийского и английского мышления увенчались успехом, и многие из наших индусских братьев теперь пишут короткие и ясные статьи для «Люцифера» об индийских философах. Поскольку одна из задач Теософического общества сблизить Запад и Восток, то это делается так, что качества, отсутствующие у одного, передаются другому и развиваются настолько братские чувства среди столь отличающихся народов, что они буквально смешаются один с другим, и я надеюсь, это и докажет наивысшую службу арианизации западной мысли.

Ссылка на «Люцифер» напомнила мне, что нынешнее упрочившееся положение журнала весьма и весьма обязано помощи, оказанной в самый критический момент американскими Братьями. Поскольку журнал – одно из моих совершенно безграничных средств общения с теософами всего мира, продолжение его издания имело огромное значение не только для меня, но и для всего Общества. Каждый месяц на его страницах я сообщала публике, насколько возможно, о теософских доктринах, и таким образом – о самом важном в нашей теософской работе. Теперь журнал уже почти покрывает все свои расходы, и если Ложи и отдельные Собратья помогали бы увеличению его тиража, он стал бы еще полезнее, чем в настоящее время. Тем самым, когда я благодарю от глубины моего сердца всех тех, кто так великодушно помогал установить журнал на прочный фундамент, я радуюсь, видя все большее увеличение количества регулярных подписчиков, ибо отношусь к ним как к своим ученикам, среди которых обязательно найду кого-нибудь, кто докажет готовность для получения дальнейших инструкций.

Теперь я сказала все. Я недостаточно здорова и сильна, чтобы писать более длинные письма, и могу сделать намного меньше нужного, чем мой друг и доверенный посланник Анни Безант, которая здесь является моей правой рукой. Она сумеет объяснить вам мои желания более полно и лучше, чем я сумею описать их. В конце концов, каждое желание и мысль, которые я сумею высказать, можно вложить в одну-единственную фразу, в никогда не дремлющее желание моего сердца: «Будьте же теософами и работайте ради теософии!» Сначала теософия и потом – теософия; только ее практическая реализация может спасти западный мир от корысти и небратских чувств, которые сейчас разделяют народы и расы, из-за чего появляются ненавидящие друг друга классы и общественные конфедерации, которые прокляты и ненавидимы так называемыми христианами. Только одна теософия способна спасти мир от его полного потопления в примитивном и одновременно роскошествующем материализме, в котором он будет разлагаться и загнивать, когда цивилизация погибнет. Братья, только вашим рукам можно доверить благоденствие грядущего столетия; но и ответственность ваша будет не менее велика, чем это доверие. Наверное, мне осталось недолго жить на этом свете, и если кто-либо из вас хоть в какой-то степени познает мое учение или при моей помощи достигнет огонька Истинного Света, я попрошу его взамен укрепить наше Дело посредством триумфа, от которого этот Истинный Свет при помощи ваших индивидуальных и совместных усилий станет еще ярче и более величественнее, и осветит весь Мир, и тогда, перед тем, как отделиться от моей бренной и поношенной оболочки, я смогу увидеть, что стабильность Общества сохранена.

Благословляю моих прошлых и настоящих великих Учителей. От меня примите все вы уверенность в моих истинных, братских чувствах и искреннюю, сердечную благодарность за работу, проделанную всеми нашими собратьями.

Ваша покорная слуга до последнего,

(Е.П. Блаватская)(15 апреля 1891 г.)







Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх