Загрузка...



Русский «симпозиум»

Перевод – К. Леонов

Недавно трое известных русскоязычных автора были вовлечены в дискуссию о российско-британских отношениях. Один из них, г-н Мартынов, профессор Санкт-Петербургского университета, статья которого «Русские и китайцы» полностью напечатана в «Revue du Droit International» и обширно цитирована в «Pioneer» за 20 января [1881 г. ], ныне опубликовал другой, еще более интересный памфлет, который привлек к себе значительное внимание. На этот раз ученый профессор обсуждает проблему «России и Англии в Центральной Азии» в целом и пытается найти в этой ситуации «совпадение англо-российских интересов». По его словам, «никто из образованных русских людей никогда не помышлял о завоевании Индии». В то же самое время г-ну Мартынову не кажется абсурдным предположение, что попытка такого рода является вероятной и может возникнуть как результат ухудшения отношений между двумя странами. И каков бы ни был возможный итог, он воображает, что английский престиж обязательно пострадает, так как в случае русского вторжения английская армия будет, соответственно, состоять в основном из индусов. Для защиты отечества объединятся все индийские князья независимых княжеств. Когда захватчики потерпят поражение, азиатские союзники Великобритании припишут себе всю славу этой победы. Чем они будут многочисленнее, тем сильнее, разумеется, будет их убеждение, что без их помощи британская армия была бы разгромлена; отсюда распространится общая уверенность в бессилии английского правительства и его вооруженных сил. «Такая уверенность чревата для Англии, ибо она может привести только к всеобщему восстанию в Индии».

Благодаря подобным умозрительным заключениям, основанным на неправильной интерпретации основополагающих фактов, возникает комичная путаница. Когда наши русские критики рассуждают об индийских князьях и независимых княжествах, призванных объединиться для защиты своей страны, можно себе представить ту степень, в которой иностранцы бессильны понять реальное положение в отношениях независимых княжеств с верховными властями в Индии. Не только г-н Мартынов, но и его русские оппоненты равным образом неспособны уяснить истинный характер этих фактов. Так г-н Даневский, профессор и ректор Харьковского университета, опубликовал в Лондоне свои воззрения в небольшом памфлете, написанном на французском языке. Полностью соглашаясь с вышеприведенными соображениями г-на Мартынова, этот автор расходится с ним относительно предполагаемых общих интересов двух соперничающих сил. Будучи профессором международного права (которое он понимает таким образом, что считает своим долгом нудно читать пространные проповеди о гармонии и солидарности международных интересов), г-н Даневский берет на себя особую функцию доказать, что «между Англией и Россией не может быть никаких общих интересов, потому что таких интересов не может быть никогда». «И лишь от воли Божьей зависит», – благочестиво восклицает он, – «чтобы такая война никогда не разразилась между двумя этими народами», но, тем не менее, он берется предположить, что, «в соответствии со всеми предзнаменованиями и знаками, вероятность мира очень мала», отчего он со всей определенностью угрожает Англии российской военной кампанией в Индии. Детально комментируя противоречивость русских интересов в восточном вопросе, как он сегодня стоит, г-н Даневский фактически основывает часть своих аргументов на коммерческих интересах Великобритании в Турции!

Вслед за ним на арену выступает третий претендент. Лондонский корреспондент санкт-петербургского «Нового времени» с неуважением отзывается о двух упомянутых авторах, особо наваливаясь на изыскания г-на Даневского в отношении английской коммерции в Турции. «Если бы автор хотя бы мельком взглянул на британскую коммерческую статистику», – отмечает он, – «он смог бы убедиться, что в настоящее время турецкие рынки играют сравнительно незначительную роль в английском экспорте». Но вот чего, по всей вероятности, не замечают англичане, так это, напротив, то, сколь сильно переплелись их интересы в данной области с успехами, а, следовательно, и с интересами русских. «С освобождением балканских жителей и возрастанием их благосостояния под руководством свободного национального правительства, британский экспорт и торговля в целом могут лишь увеличиться». Далее корреспондент сетует на одну из частей памфлета харьковского профессора. «Г-н Даневский признает», – говорит он, – «что хорошее взаимопонимание и совершенное entente cordiale [сердечное согласие, франц. ] в восточном вопросе между Россией и Англией, безусловно, нужно сохранить, и английскому правительству следует поддерживать его всеми силами до тех пор, пока правит министерство Гладстона. Но г-н Даневский также добавляет, что поскольку сам м-р Гладстон не может оставаться у власти вечно, его кабинет также может однажды пасть, и тогда вновь возобладают непримиримые британские интересы, а война Англии против России станет почти неизбежным, если не абсолютно очевидным фактом. Откуда следует, согласно г-ну Даневскому», – приходит к заключению корреспондент, – «что м-р Гладстон, дабы сохранить хорошие отношения с Россией, по мнению автора должен будет принести в жертву британские интересы!» Критик, конечно, должен отдавать себе отчет в том, что, утверждая это, он окончательно reductio ad absurdum [доводит до абсурда, лат.]. Хотя возможно английские читатели воспримут этот аргумент в несколько ином свете.

Вряд ли нам стоит объяснять, что, обсуждая эту полемику, мы просто хотели показать, на основании каких неточных и ошибочных представлений о ситуации в целом формируется общественное мнение в России, – а вовсе не из стремления представить взгляды, имеющие якобы какие-то серьезные основания на привлечение к себе внимания.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх