Загрузка...



Наши три цели

Перевод – О. Колесников

Все поступки человеческого сердца, на которые мы взираем с похвалой или изумлением, суть примеры непреодолимой силы УПОРСТВА. Благодаря этому карьер становится пирамидой и отдаленные друг от друга местности соединяются каналами… Работы продолжались непрерывно, случались времена, когда преодолевались величайшие трудности, горы выравнивались, а океаны сдерживались слабыми силами человеческих существ.

(Джонсон)

Так и есть, и должно быть всегда, мои дорогие мальчики. Если бы Ангел Гавриил спустился с небес и повел успешное восстание против самой отвратительной и неправедной монополии, под тяжестью которой страдает бедный старый мир, то вполне вероятно, что он лишился бы своего благодушия за многие годы, возможно – за века, и не только из-за владельцев вышеупомянутой монополии, но и благодаря значительной массе тех людей, которых он освободил.

(Хьюгз)

Post nubila Phoebus.[385] После ненастья – солнце. Этими словами начинаем пятый год издания «ЛЮЦИФЕРА»; и, имея целью прервать межличностные баталии, разразившиеся на протяжении предыдущего года, издатель чувствует себя так, словно она заработала право на перемирие. Решив любой ценой насладиться им в будущем, она движима как сильным чувством презрения со стороны тупоголовости, невежества и фанатизма своих соперников, так и чувством усталости от подобных утомительных глупых пререканий. До сих пор ей удавалось справляться со своим негодованием и не слишком спокойным характером, и впредь она будет относиться свысока к клеветническим заявлениям, постоянной жертвою которых, похоже, становится.

Начало года – самое подходящее время для обращения к прошлому; и теперь мы приглашаем читателя обратить на это внимание.

Если посторонняя публика видит теософию через дым сражения лишь как смутно проступающие тусклые очертания, то по крайней мере члены нашего Общества должны помнить о задаче продвижения к нашей цели. Было бы страшно, если бы они не придали этому значения, посреди грохота этой сенсационной дискуссии о принципах Общества и клеветнических измышлениях, направленных на его участников. В то время как узколобые атеисты, христиане и спиритуалисты состязаются друг с другом в попытках покрыть бесчестием одного из лидеров теософии и умалить его притязания на внимание публики, Теософическое общество с достоинством движется к своей цели, поставленной им с самого начала.

Бесшумно, но непреодолимо расширяется его круг полезных деяний, распространяется любовь к ним у разных народов. Пока клеветники заняты своею недостойной работой, Общество творит факты для его будущих историографов. Это не полемические памфлеты или сенсационные газетные статьи, регулярно появляющиеся в печати, а очевидная реализация его первоначального плана по созданию ядра вселенского братства, возрождению восточной литературы, философских систем и психологических наук. Обществу исполнилось почти четырнадцать лет, и все-таки как много оно еще не осуществило! Но как много работы уже совершено, причем работы самого высочайшего сорта! Наши противники, возможно, и не склонны оценивать нас по достоинству, однако наши доказательства (и оправдания) обязательно появятся позднее. Между тем, давайте проясним факты, чтобы зафиксировать их без преувеличения и приукрас. Итак, обозначенные соответствующими заголовками, они будут выглядеть следующим образом:

I. Братство

Когда в феврале 1879 года мы прибыли в Индию, на полуострове не было никакого единения между расами и сектами, ни ощущения обычных общих для всех интересов, ни расположения к поискам взаимных связей между несколькими ветвями древнего индуизма, равно и связей между верами в ислам, джайнизм, буддизм и зороастризм. Между индийскими индусами-брахманами и их родственниками, современными сингальскими буддистами, не имелось религиозных сношений с довольно отдаленной эпохи. И опять же, даже между несколькими сингальскими кастами – ибо, своим древним происхождением родственные по крови индусам, сингальцы все еще оставались верными касте, несмотря на букву и дух их буддистской религии – имела место полнейшая разобщенность, не говоря уже о браках между родственниками и духе патриотической однородности. Зато были мстительные и злобные сектанты и враждующие касты. Что касается международных взаимосвязей в общественных или религиозных делах между сингальцами и северными буддистскими народами, то таких не существовало вовсе. Каждый относился к точке зрения, желаниям и стремлением другого с совершенным пренебрежением и равнодушием. Наконец, между народами Азии, Европы и Америки царило абсолютное отсутствие взаимного понимания во всех религиозных и философских вопросах. Работы востоковедов, от сэра Уильяма Джона и Бюрнуфа до профессора Макса Мюллера, были созданы с научными и философскими целями, но отнюдь не для широких масс. Если к вышесказанному добавить, что все восточные религии без исключения были смертельно отравлены ядовитыми миазмами западной официальной науки, вопреки посредничеству образовательных агентств европейской администрации и пропаганде миссионеров, и еще что местные выпускники учебных заведений и студенты последних курсов учебных заведений Индии, Цейлона и Японии в большинстве становились агностиками и хулителями древних религий, можно понять, какую трудную задачу предстояло решить для того, чтобы вынести из всего этого хаоса хотя бы некоторое подобие гармонии и привнести туда терпимость, если не дружелюбные чувства, чтобы избавиться от ненависти, злобных подозрений и взаимного равнодушия.

Минуло десять лет, и что мы видим? Рассматривая все эти вопросы по порядку, мы находим – что по всей Индии прежнее разъединение сменилось единством и братством, что в одной только Индии находятся сто двадцать пять филиалов нашего Общества, и каждое являет собою ядро нашей идеи братства и центр религиозного и общественного единения. Среди их членов – представители всех лучших каст и всех индуистских сект, и большинство представляет собой класс наследственных видных ученых и философов, брахманов. Чтобы обратить их в христианство, миссионеры вели тщетную войну, и при этом у них были собственные задачи и хлипкая надежда на высший класс и на Миссии Оксфорда и Кембриджа. Президент нашего Общества, полковник Олькотт, несколько раз пересекал Индию по приглашениям и выступал перед огромными толпами на теософские темы – и посеял зерно, из которого в свое время будет собран большой урожай нашего евангелия от братства и взаимного доверия. Чувство дружелюбности растет, что можно доказать самыми разными способами: во-первых, беспрецедентным собранием рас, каст и сект на ежегодных Съездах Теософического общества; во-вторых, очень быстрым ростом популярности теософской литературы, пропагандирующей наши альтруистические взгляды; в создании разнообразных журналов на нескольких языках и быстром прекращении сектантских споров; в-третьих, во внезапном рождении и феноменально быстром развитии патриотического движения, которое сосредоточилось в организации под названием Индийский Национальный Конгресс. Эта влиятельная политическая организация была задумана и организована некоторыми из наших англо-индийских и индуистских членов по образцу и с особенностями Теософического общества и с самого начала руководилась нашими же коллегами, людьми, среди которых были самые влиятельные личности Индийской империи. Но при этом нет никакой связи, за исключением связи через отдельные личности, между Конгрессом и его материнской организацией – нашим Обществом. Но эта организация не могла возникнуть, если бы полковник Олькотт лично не приложил огромных усилий, чтобы пробиваться окольными путями человеческого братства, через политиков, социальные преобразования, и т. д. и т. д. Он сделал так много, сколько от него потребовалось. Мы пробудили спящий дух и подогрели арийскую кровь индусов, и она дала всход новой жизни, создав для себя этот Конгресс. Все это – уже в истории и изменению не подлежит.

Перебравшись на Цейлон, закрепляя чудесные преобразования, наше Общество работало над текстами многих речей и обращений, докладами и другими официальными документами, при этом принимая во внимание замечания наших читателей и обычной публики. Люди разных каст объединялись; сектанты, настроенные враждебно, оказались почти изгнаны; шестнадцать отделений Общества были созданы на Острове, и вся сингалезская община, как заметил кто-то, ожидала от нас совета, примера и руководства; делегация буддистов отправилась в Индию вместе с полковником Олькоттом, чтобы посадить кокосовую пальму – древний символ любви и доброжелательности – на территории индуистского храма Тинневелли, а благородные кандиане, прежде державшиеся в стороне от презренного низкого народа, в соответствии со своими феодальными традициями, теперь стали Президентами наших отделений и даже совершают поездки по стране в качестве буддистских лекторов.

Цейлон был foyer [вестибюлем], из которого религия Гаутамы заструилась потоком в Камбоджу, Сиам и Бирму; что же еще могло бы больше подходить, чем эта Священная Земля, для отправки братской миссии в Японию! Как эта миссия была воспринята, как осуществлена нашим Президентом и с какими восхитительными результатами – очень хорошо известно всему западному миру, так что нет никакой надобности очередной раз пересказывать эту историю в связи с настоящими событиями. Достаточно сказать, что она относится к важнейшим событиям в истории и представляет собой одно из серьезнейших, неопровержимых доказательств жизненной реальности нашего плана, нацеленного на то, чтобы породить чувство Вселенского Братства среди всех народов, рас, кланов, каст и цветов кожи.

Одно из доказательств практического здравого смысла, продемонстрированного нашей администрацией – это создание «Буддистского Флага», в качестве общепринятого символа религии, для отличия от всяческих сектантов. До сих пор буддисты не имели подобного символа, поскольку крест присвоили себе христиане, и в результате буддисты лишились этого весьма важного знака их связи друг с другом, – что, так сказать, подтвердило востребованность объединяющей братской силы нашего Общества. Буддистский флаг весьма действенно поддержал эти тенденции. По размерам флаг выдержан в обычных пропорциях национального флага и составлен из шести вертикальных цветных полос, расположенных в следующем порядке: сапфирно-голубая, золотисто-желтая, темно-красная, белая, алая и полоска, составленная из всех остальных цветов. Выбор оттенков не был произвольным, но для данной цели были нанесены краски, описанные в трудах на древнем пали и санскрите, которые отчетливо окаймляли психосферу, или ауру, личности Будды и весьма заметно отображали вибрацию цветов вокруг его образов на Цейлоне и в других странах. Эзотерически эта комбинация весьма многозначительна. Впервые новый флаг был поднят над нашей штаб-квартирой в Коломбо, затем с шумными приветствиями он пространствовал по всему Цейлону; и, будучи представленным полковником Олькоттом в Японии, был пронесен через всю Империю даже за очень короткий период недавнего визита нашего Президента в эту страну.

Никакие клеветнические высказывания не способны даже ни на йоту преуменьшить эти факты. Они прошли сквозь туман и мрак сегодняшней ненависти и, наконец, выбрались на солнечный свет, освещающий все события для зоркого глаза историка.

II. Восточная философия, литература и т. п.

Не будучи знаком с Индией и индусами, никто не сумеет сформировать концепцию о состоянии чувств среди самого молодого поколения – студентов колледжей и индусов, воспитывающихся в школе, где их обучают религии их предков, – которое преобладало в момент нашего прибытия туда десять лет назад. Материалистическая и агностическая направленность ума к абстрактной форме религии, что преобладает в западных университетах, передалась индийским колледжам и школам выпускниками этих университетов, европейскими профессорами, занявшими несколько кресел в местных храмах науки. Учебники подпитывали этот дух, и образованный индус, как класс, весь проникся скепсисом к религиозным вопросам и лишь следовал ритуалам и обычаям национального культа из соображений общественной необходимости. Что касается миссионерских колледжей и школ, они создавали только эффект сомнения и предубеждения против индуизма и всех религий, хотя по крайней мере не пытались навязывать христианство или обращать в свою веру. Чтобы вылечить это своеобразное «заболевание», необходимо было штурмовать цитадель скептицизма, научного дилетантизма и обосновывать основы религии вообще, а индуизма – в частности. Попытка справиться с этой задачей была предпринята нами с самого начала и продолжалась до победного конца; а результат очевиден для каждого путешественника, который интересуется нынешним состоянием индийских убеждений. Это изменение было отмечено сэром Ричардом Темплом, сэром Эдвином Арнольдом, мистером Кейном, членом Парламента, леди Джерси, сэром Монье Уильямсом, примасом Индии, епископами и архидиаконами всех округов колоний, учреждениями нескольких миссионерских обществ, директорами и профессорами колледжей страны, корреспондентами европейских журналов, целой уймой индийских авторов и издателей, конгрессами санскритских ученых мужей, и было воспринято с великой благодарностью в огромном количестве посланий и обращений к полковнику Олькотту во время его длительных поездок. Без преувеличения или опасности чрезмерно приукрасить можно заявить, что труды Теософического общества в Индии вдохнули новую и энергичную жизнь в индусскую философию; возродили индусскую религию; вернули людям, окончившим университеты, привязанность к древним убеждениям; породили увлеченность санскритской литературой, что демонстрируется переизданиями старых энциклопедий, древних писаний и комментариев, учреждением множества санскритских школ, покровительством местных принцев санскриту и различными иными способами. Кроме того, при помощи разнообразной литературы и всемирных агентств Общество рассеяло по всему миру знания и возродило вкус к арийской философии.

Результаты этой работы видны в повсеместном спросе на теософскую литературу и том, что в романах и журнальных историях отчетливо проглядываются восточные идеи. Еще один не менее важный эффект – изменение посредством восточной философии взглядов спиритуалистов, которые отчасти начали относиться к источнику любого разума без оглядки на феномен медиумизма. Еще от группы атеистов к нам примкнула миссис Анни Безант – по причине изучения Эзотерической доктрины; событие, чреватое очень важными последствиями, как для нашего Общества, так и для атеизма и обычной публики. Санскритские слова, прежде никогда не слышанные на Западе, стали знакомыми читающей публике, а такой труд, как «Бхагавадгита», теперь можно обнаружить в книжных магазинах Европы, Америки и Австралии.

Цейлон видится местом возрождением буддизма, местом изучения десятков тысяч книг, перевода Буддистского Наставления (Катехизиса) на множество языков Востока, Запада и Севера, местом основания Высших Школ в Коломбо, Кэнди и Ратнапуре, открытия почти пятидесяти школ для буддистских детей под патронажем нашего Общества, разрешения правительством проведения национального буддистского праздника, а также других важных церемоний; учреждения в Коломбо на местном языке буддистского журнала, издаваемого два раза в неделю, и журнала на английском языке, причем оба составляются, печатаются и издаются в издательстве и собственной типографии Общества. Также отметим, что из Японии прибыли семь умных молодых буддистских священников от имени всеми почитаемого Высшего Священника Сумангалы для изучения пали, чтобы суметь подробно разъяснить своему населению каноны буддизма, как это происходит в Южной Церкви уже двадцать пять веков с тех пор, как Будда впал в нирвану.

Таким образом, нельзя ни подвергать сомнению, ни отрицать, что за первые четырнадцать лет своего существования Теософическое общество успешно распространилось за пределы всех ожиданий в реализации первых двух из своих трех объявленных целей. Тем самым доказано, что ни раса, ни убеждение, ни цвет кожи, ни сложившаяся неприязнь не являются непреодолимыми препятствиями для распространения идеи альтруизма и человеческого братства – утопических видений, как полагают теоретики, видящие в человеке только физическую сторону, пренебрегая его внутренним, величайшим и самым высшим эго.

III. Оккультизм

Хотя очень мало наших членов настроены все-таки мистически, фактически ключ ко всем нашим успехам, перечисленным выше, – есть признание факта высшего эго – безрасового, космополитичного, не относящегося ни к какой секте, бесполого, неземного, альтруистичного – и выполнение нашей работы на этой основе. Для атеиста, агностика, дилетанта в науке такие результаты недостижимы, мало того, они к тому же и непостижимы. Мирное общественное устройство – это утопия, поскольку никакое количество аргументов, основанных на экзотерических соображениях общественной морали или целесообразности, не способно отвратить сердца предводителей народов от корыстной войны или завоевательских намерений.

Социальные различия, результат физической эволюции и материального обеспечения, создают расу ненавистников, сектантов и неодолимые социальные противоречия. Но поскольку человеческая природа всегда идентична, все люди одинаково открыты влияниям, которые концентрируются в человеческом «сердце» и взывают к человеческой интуиции; а там-то как раз и находится Абсолютная Истина, и это – душа и жизнь всех людских убеждений; и это, возможно и осуществит взаимный альянс для исследований и распространения этой основной Истины. Нам известно, что общепонятный термин для этой Вселенской Истины есть «Тайная Доктрина»; мы ее проповедовали, добились того, чтобы ее выслушали, пусть хотя бы в некотором объеме, сметали старые препятствия, сформировали наше братское ядро и, оживив арийскую литературу, докопались до ее совершенной религии, философских и научных доктрин, и всё для того, чтобы донести их до самых отдаленных народов.

Если мы не открыли школы, где обучали бы адептов Общества, то по крайней мере выдвинули определенные доказательства, что адепты существуют и что это приверженство нашему учению логически необходимо в естественном порядке человеческого развития. Таким образом, мы помогли Западу обрести более ценный идеал человеческих возможностей, чем он имел прежде. Изучение восточной психологии предоставило Западу ключ к определенным мистериям, до этого им не понимаемых, например, в отношении месмеризма и гипнотизма, и еще мы пролили свет на предполагаемые послесмертные связи реинкарнированного существа с живым. Это дополнительно обосновывает естественную теорию связи Силы и Материи, которую способен проверить на практике любой человек, обученный и приверженный экспериментальным методам восточных школ оккультных наук. Наш собственный опыт приводит нас к утверждению, что эта наука и дополняющая ее философия бросает свет на некоторые глубочайшие проблемы человека и природы: в науке она перебрасывает мост через «Непреодолимую Пропасть», в философии делает возможным сформулировать непрерывную теорию происхождения и участи небесных сфер, происхождения их «царств» и множества иных уровней. Когда мистер Крукс прекратил свои поиски мета-частиц и вдруг обнаружил, что нашел след утерянных атомов в их гипотетических сериях по семь элементов, философия адвайты усовершенствовала эту теорию развитием дифференцированной матери из недифференцированной, Пракрити из Мулапракрити – «бескорнего корня».

Вместе с недавней публикацией «Ключа к теософии», новой работы, которая ясным и доступным языком объясняет, что наша эзотерическая теософия верит в то, во что не верится и что положительно отвергается, у нас не осталось больше поводов, чтобы забивать себе головы фантастическими обвинениями. Теперь «корреспондентам» спиритуалического и других «Еженедельников», как и тем, кто беспокоит солидные ежедневные газеты разоблачениями сомнительных «теософских учений», не существовавших никогда за пределами голов этих хулителей, придется доказать, что эти учения имеют к нам какое-то отношение, продемонстрировав, что глава или абзац действительно имеет место в наших теософских публикациях, и особенно – в «Ключе к теософии». Они больше не смогут ссылаться на незнание, и если по-прежнему будут поносить нас, им придется это делать с учетом заявленных там оснований, поскольку теперь каждый сможет без труда предложить ему изучать нашу философию.

Чтобы покончить со всем этим, следует отметить, что наше Общество за четырнадцать лет своего существования ознакомило западных мыслителей с великим арийским учением и открытиями гораздо больше, чем какая-либо другая организация за прошедшие девятнадцать веков. Нельзя предсказать, чтo мы, возможно, предпримем в будущем; однако опыт сулит надежду, что сделано будет очень много, и что проделанная работа еще больше увеличит и без того широкое поле труда на пользу человечества.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх