Загрузка...



МЗл

Лёгкий танк МЗ был принят на вооружение армии США 5 июля 1940 года. Эта машина стала широко известной под названием «Генерал Стюарт», или просто «Стюарт». Имя собственное ему присвоили англичане, получившие в 1941–1942 годах по программе ленд-лиза большинство боевых машин этого типа.


Лёгкий танк МЗл (МЗА1 «Стюарт») на полигоне в Кубинке.


Производство танков МЗ началось в марте 1941 года на заводе компании American Car and Foundry. Корпус танка собирался из катаных броневых листов на каркасе из уголков и полос с помощью клепки, а у танков поздних выпусков — частично с помощью сварки. Внутри корпус делился на два отделения: объединенное управления и боевое и моторное.

Довольно комфортабельно оборудовались лишь места механика-водителя и его помощника, по совместительству выполнявшего обязанности стрелка из курсового пулемета. Их сиденья имели спинки, регулировались по высоте и даже оснащались ремнями безопасности! Поскольку у башни МЗ не было вращающегося полика, наводчик и заряжающий (он же командир танка) обходились без сидений. В походе они размещались на ящиках с боекомплектом 37-мм снарядов, крышки которых имели мягкие подушки, а в бою обслуживали орудие стоя.

Надо сказать, что конструктивно новая машина повторяла своих предшественниц, вобрав в себя целый ряд недостатков, присущих американским танкам 1930-х годов. Так, например, ширина ее лимитировалась размерами стандартного американского наплавного моста предвоенных лет. Высокий и короткий корпус не позволил разместить в башне артсистему калибром крупнее 37 мм. Узкие гусеницы, заимствованные у более лёгких машин, обусловили высокое удельное давление и ограниченную проходимость по слабым грунтам.

К основным достоинствам танка МЗ следует отнести высокую эксплуатационную надежность и прекрасные динамические характеристики. Достаточно мощным было и вооружение, состоявшее из 37-мм пушки и пяти 7,62-мм пулемётов Browning M1919A4 (1 — спарен с пушкой, 1 — курсовой, 2 — в бортовых спонсонах, 1 — зенитный).

В ходе серийного производства в конструкцию танка постоянно вносились изменения, главным образом технологические. Так, многогранная клепаная башня на машинах ранних выпусков уступила место аналогичной по форме, но сварной, а затем ее сменила так называемая «подковообразная» башня, боковые стенки которой состояли из одного гнутого броневого листа. На танках поздних выпусков корпус собирался с частичным использованием сварки.


Колонна танков 5-й гвардейской танковой бригады. Во главе колонны «валентайны», за ними — МЗл. Северо-Кавказский фронт, август 1942 года.


В 1942 году в связи с нехваткой стандартных бензиновых авиамоторов Continental W670–9A мощностью 250 л.с. часть танков выпустили с дизельным двигателем Guiberson Т-1020–4 мощностью 265 л.с. Следует отметить, что дизельные танки не прижились в американской армии, они использовались главным образом в учебных целях и поставлялись на экспорт. В качестве топлива для танков с бензиновыми двигателями использовался авиационный бензин с октановым числом не ниже 92. В случае крайней необходимости мог использоваться бензин с меньшим октановым числом, но не ниже 82.

В апреле 1942 года началось производство «стюартов» модификации МЗА1. Основные изменения затронули конструкцию башни. Внешне она представляла собой «подковообразную» башню МЗ, но без командирской башенки. Для посадки членов экипажа служили два треугольных люка в крыше башни. В распоряжении наводчика и заряжающего имелись перископические приборы наблюдения. Вращение башни осуществлялось с помощью гидропривода, в отличие от МЗ, снабжавшегося только ручным приводом. Возросшая скорость поворота башни потребовала внесения изменений в ее конструкцию. В частности, она получила полик, а рабочие места располагавшихся здесь членов экипажа оборудовали сиденьями.

В маск-установке М23 была смонтирована 37-мм пушка Мб, стабилизированная в вертикальной плоскости, что позволяло значительно повысить точность огня с ходу. Правда, для этого требовалась длительная подготовка наводчиков, что в реальных условиях было трудноосуществимо. Неподвижные пулеметы М1919А4 в спонсонах были сняты. На их месте разместили дополнительную боеукладку. В результате боекомплект танка составил 116 артвыстрелов и 6400 патронов.

С апреля по август 1942 года производство МЗА1 велось параллельно с МЗ. Изменения вносились постепенно, поэтому на некоторых МЗ поздних выпусков встречались сварные корпуса и новые башни, но без полика и гидропривода поворота. На части МЗА1 ранних выпусков можно было увидеть пулеметы в спонсонах (на промежуточных машинах их амбразуры заваривали круглыми заглушками) и клепаные корпуса. Всего до февраля 1943 года выпустили 4621 танк МЗА1, из них — 211 с дизелем.

После американской и английской армий наибольшее количество танков «Стюарт» модификаций МЗ и МЗА1 получила Красная армия. По программе ленд-лиза в СССР было поставлено 1232 боевые машины этого типа: 977 — в 1942 году и 255 — в 1943-м. Первые 46 «стюартов» прибыли в СССР в январе 1942-го, а последние 16 — в апреле 1943-го. В советских документах тех лет невозможно встретить ни обозначений МЗ или МЗА1, ни названия «Стюарт». В Красной армии танк назывался МЗ «лёгкий», или кратко МЗл (МЗЛ).


Экипаж танка МЗл изучает возможность форсирования водной преграды вброд. Северо-Кавказский фронт, август 1942 года. Многие американские танки поначалу поставлялись вместе с экипировкой и личным оружием для экипажа. На фотографии хорошо видны американские танковые шлемы на головах танкистов и пистолеты-пулёметы «Томпсон» у них в руках.


Легкий танк МЗл форсирует вброд водную преграду. Северо-Кавказский фронт, август 1942 года.


Танки МЗл 5-й гвардейской танковой бригады в предгорьях Северного Кавказа. Август 1942 года.


Экипажи танков МЗл готовятся к отражению воздушной атаки. Огонь танкисты готовятся вести не только из пулемёта «Браунинг» М1919А4, но и из пистолета-пулёмета «Томпсон».


МЗл поступали на вооружение батальонов лёгких танков в составе танковых бригад и отдельных танковых батальонов. Последние могли иметь как смешанный состав — из средних МЗс и лёгких МЗл, так и однородный. Например, 6 сентября 1942 года в распоряжение командования Северной группы войск Закавказского фронта прибыл 75-й отдельный танковый батальон в составе 30 танков МЗл. С 7 по 22 сентября 1942 года, ведя бои в районе Кизляра во взаимодействии с 11-м гвардейским стрелковым корпусом, батальон уничтожил 18 танков, 28 противотанковых орудий, 34 миномета, 25 пулеметов, 11 орудий, 3 автомашины, до 1700 солдат и офицеров. За этот период 75-й отдельный танковый батальон потерял 28 танков (из них 9 было эвакуировано), убитыми 33 и ранеными 36 человек.

Из 18 подбитых танков противника большая часть пришлась на счет взвода лейтенанта Павкина. 19 сентября 1942 года, проводя разведку в районе города Малгобек, он обнаружил колонну из 16 немецких танков. Организовав со своим взводом (три танка МЗл) засаду, «лейтенант Павкин атаковал противника и, действуя смело и решительно, уничтожил 11 машин. Потерь в личном составе и материальной части взвод лейтенанта Павкина не имел».

Следует отметить, что в 1942 году большинство танков МЗл было сосредоточено именно в частях и соединениях Северо-Кавказского, а затем Закавказского фронта. На 1 ноября 1942 года, помимо уже упомянутого 75-го отдельного танкового батальона, танки МЗл имелись в 249-м отдельном танковом батальоне (30 единиц), в 15-й (16) и 140-й (16) танковых бригадах. Воевала на этих машинах и 5-я гвардейская танковая бригада.

На Западном фронте в составе 31-й армии, которая в августе 1942 года вела позиционные бои на Сычевском направлении, действовали 92-я танковая бригада (МЗс — 30, МЗл — 20) и 101-я танковая бригада (МЗс — 30, МЗл — 20). 61-й армии была придана 192-я танковая бригада (на 10 августа 1942 года в ее составе имелось пять KB, восемь «матильд», шесть «валентайнов», 14 МЗс, 31 МЗл). Во время проведения Ржевско-Вяземской операции в августе 1942 года 153-я танковая бригада 30-й армии имела в своем составе 51 танк: 24 МЗ «средних» и 27 МЗ «лёгких». Имелись «стюарты» и в составе других фронтов — Воронежского и Северо-Западного.

МЗл не пользовался особым успехом у наших танкистов. Несмотря на прекрасные динамические качества и неплохую бронезащиту, машина отличалась довольно большими габаритными размерами, затруднявшими ее маскировку, и была оснащена авиационным бензиновым двигателем, работавшим на дефицитном высокооктановом топливе. Кроме того, танк требовал регулярного и тщательного технического обслуживания, что было не в традициях наших зампотехов. Причины же довольно высоких потерь танков МЗл кроются не столько в их конструктивных недостатках, сколько в неграмотном тактическом применении танковых частей и подразделений, характерном для Красной армии в этот период. Последнее обстоятельство можно проиллюстрировать следующими примерами.

В июле 1942 года 61-я армия Западного фронта проводила Волховскую наступательную операцию, конечной задачей которой было освобождение г. Волхова Орловской обл. В числе танковых соединений, участвовавших в этой операции, находилась и 192-я танковая бригада (14 МЗс, 31 МЗл, 2 «матильды»). О ее действиях можно почерпнуть сведения из соответствующего отчета.

«5 июля в 5 ч 50 мин после авиационной и артиллерийской подготовки 149-я стрелковая дивизия во взаимодействии со 192-й танковой бригадой перешли в наступление.

К 6 ч 40 мин танковые подразделения овладели пунктами Кабала и Близново. Пехота, попав под сильный фланговый огонь противника, отстала и двигалась за танками очень медленно. Это вынудило танковые подразделения несколько раз возвращаться к пехоте, что привело к дополнительным потерям танков.

Командир 192-й танковой бригады полковник Петров с целью развития успеха ввел в бой свой резерв (лёгкие танки), но и на этот раз пехота была отсечена от танков огнем противника, и последние вынуждены были вступать в единоборство с подошедшими к этому времени танками и противотанковой артиллерией противника. В создавшейся обстановке, когда пехота отстала от танков, было целесообразно ввести в бой мотострелковый батальон, находившийся в резерве командира бригады. Однако этого не было сделано, и танки оказались в тяжёлом положении. К тому же авиация вместо помощи нашим наземным войскам, потеряв ориентировку, несмотря на опознавательные знаки на танках, нанесла удар по подразделениям 192-й бригады, занимавшим Близново. В результате чего было выведено из строя 6 танков.

В это же время 68-я танковая бригада (11 KB, 6 Т-34, 15 Т-60), приданная соседней 342-й стрелковой дивизии, при выходе в атаку приняла танки 192-й танковой бригады, возвращавшиеся к своей пехоте из Близново, за противника и обстреливала их в течение 30 мин, вследствие чего было повреждено несколько танков.

К исходу дня 5 июля 192-я танковая бригада, понесшая большие потери (она потеряла от огня противника, на его минах, а также от бомбежки нашей авиацией и обстрела 68-й танковой бригадой 40 танков из имевшихся на ее вооружении 47), была выведена из боя и отошла на исходные позиции».

В начале 1943 года «стюарты» принимали участие в Новороссийской десантной операции, причем высаживались в первом эшелоне.

Как известно, в ночь на 4 февраля под Новороссийском осуществлялась высадка двух десантов: основного — в районе п. Южная Озерейка и отшгекающего — у п. Мысхако. Для основного десанта привлекались крупные силы: две бригады морской пехоты, стрелковая бригада, 563-й отдельный танковый батальон и подразделения усиления.

563-й отдельный танковый батальон был сформирован в начале лета 1942 года в Сумгаитском танковом лагере. В боевой состав Закавказского фронта он вошел 31 августа и принимал участие в боевых действиях в районе Моздока и Нальчика. В декабре батальон перебросили в Геленджик и укомплектовали однотипной материальной частью — 30 легкими танками МЗА1. В течение января танкисты проходили усиленную подготовку к десантной операции.

3 февраля танки погрузили на десантные суда — несамоходные баржи-болиндеры, имевшие откидные сходни. На каждом разместилось по 10 танков и 2 автомашины ГАЗ, а также по 300–350 морских пехотинцев.

Из-за просчетов при подготовке операции авиация и корабли Черноморского флота нанесли удар по берегу за полтора часа до подхода десанта, причем вслепую, без корректировки стрельбы. В результате огневые средства противника оказались неподавленными, и болиндеры встретил шквальный артиллерийско-минометный огонь. С двух болиндеров, подошедших к берегу первыми, удалось выгрузить только 7 танков, вслед за этим баржи были разбиты снарядами и загорелись. Вспыхнули и танки, находившиеся на них. Третий болиндер был брошен буксиром и остановился в 30–40 м от берега. Разгрузка боевых машин началась прямо в воду. В итоге до суши добралось только 5 танков, остальные пришлось взорвать. Высадившиеся танки в течение трех дней как могли поддерживали подразделения 140-го и 142-го батальонов 255-й бригады морской пехоты в бою с превосходящими силами противника. При этом никаких подкреплений ни с моря, ни с воздуха не поступало, поскольку командование пришло к выводу, что операция закончилась неудачей. Израсходовав топливо и боеприпасы, экипажи взорвали свои танки и вместе с моряками стали пробиваться к плацдарму у Мысхако, захваченному вспомогательным десантом. В ходе высадки и боев в районе Южной Озерейки 563-й отдельный танковый батальон потерял все танки, погиб и весь личный состав батальона.

Совершенно очевидно, что в приведенных эпизодах типаж материальной части не имел никакого значения. Если бы вместо «стюартов» в 192-й танковой бригаде и 563-м отдельном танковом батальоне имелись бы, скажем, танки Т-34 или KB, то при подобной организации боя результат оказался бы столь же плачевным.

С мая 1943 года по инициативе советской стороны поставки танков «Стюарт» прекратили. Тем не менее в ряде танковых частей их продолжали использовать на советско-германском фронте в 1943,1944 и даже в 1945 годах. Так, например, по состоянию на 25 марта 1945 года в составе 1-й конно-механизированной группы 2-го Украинского фронта имелось 20 танков МЗл.


Танки МЗл 52-й Краснознамённой танковой бригады на подступах к Моздоку. Закавказский фронт, ноябрь 1942 года.


Командир танка МЗл младший лейтенант К. П. Григорьев ведёт огонь по самолётам противника. Северо-западнее Сталинграда, ноябрь 1942 года.


Танк МЗл в районе Сталинграда. Январь 1943 года.


Советские танки в освобождённом Белгороде: на переднем плане — МЗл, на заднем — Т-34. Февраль 1943 года.


Лёгкий танк «Стюарт» в определенном смысле можно считать уникальной боевой машиной. Это был самый массовый лёгкий танк Второй мировой войны — выпущено 22 716 единиц. В ходе войны в его адрес высказывались самые противоречивые оценки. С одной стороны — весьма положительные от англичан, с другой — совсем нелестные от советских танкистов. Вот что, например, по поводу МЗ написал в январе 1943-го в своем рапорте, направленном в штаб Закавказского фронта, командир 5-й гвардейской танковой бригады гвардии подполковник П. К. Шуренков:

«Касаясь боевых качеств танков МЗ лёгких, я должен сказать, что этот танк в боях себя не оправдал: тонкая его броня и слабая пушка не дают нужного эффекта не только против тяжелых немецких танков, но и против средних. Танки противника с более мощными пушками бьют с дальних дистанций, которые для пушки МЗ лёгкого недоступны. В результате этого танк МЗ легкий терпит поражение, не причиняя ущерба противнику».

Следует подчеркнуть, что и та и другая точки зрения были крайними, а истина, как водится, находится где-то посередине. Поскольку англичане были первыми, применившими «Стюарт» в бою, то с анализа их оценки и имеет смысл начать.

«Стюарт» понравился британским танкистам совсем не случайно. По вооружению, бронированию и маневренности лёгкая американская машина ни в чём не уступала британским «тяжёлым крейсерам» А9, А10 и А13. При этом техническая надежность «Стюарта» была гораздо выше. На английских крейсерских танках устанавливались старые, отработавшие летный ресурс авиационные моторы, постоянно выходившие из строя. Частыми были и поломки узлов ходовой части. На их фоне «стюарты» имели явное превосходство в эксплуатационных характеристиках. Однако эйфория быстро прошла — англичане убедились, что «стюарты» могут эффективно бороться только с легкими немецкими танками. Поэтому в линейных танковых частях при Эль-Аламейне их было уже значительно меньше. Зато эти машины как нельзя лучше подходили для разведки и преследования отступающего противника. В дальнейшем они и использовались только для решения этих задач.

В Красной армии ситуация была несколько иной, хотя и здесь «стюарты» были поставлены в первую линию танковых частей. Однако полная их непригодность для этой роли выявилась быстрее, поскольку у немцев и танков на Восточном фронте имелось значительно больше, чем в Африке, и противотанковых средств тоже. Кроме того, совершенно другим был рельеф местности и значительно меньше дальность прямого выстрела. Как следствие, возрастала вероятность поражения этих танков первым снарядом, а надеяться на высокие динамические характеристики «Стюарта» и возможность быстрого выхода из-под обстрела было уже нельзя. Тем не менее подполковник Шуренков, резко критикуя американскую машину, был не совсем прав. По комплексу основных оценочных параметров МЗ существенно превосходил основной советский легкий танк того периода — Т-70. Последний имел перед американской машиной лишь два преимущества — меньшие размеры и пушку более крупного калибра. Против первого трудно что-либо возразить, а второе само по себе ничего не решало, поскольку понятие «огневая мощь» складывается не только из характеристик орудия, но и возможности эти характеристики реализовать. Совершенно очевидно, что огневая мощь МЗ, а уж тем более МЗА1 с гидроприводом поворота башни и стабилизатором наведения, пушку которого обслуживали два человека, была выше, чем у Т-70, где находившийся в башне один член экипажа должен был и танком командовать, и орудие наводить, и заряжать его. Что же касается возможности поражать немецкие тяжелые и средние танки, то на это не был способен и Т-70 — находясь при ведении боевых действий в одной линии с Т-34 и KB, он становился легкой и быстрой добычей противника.


Постановка задачи экипажу танка МЗл (в данном случае — МЗА1). Западный фронт, зима 1942/43 г.


Легкий танк МЗл на подступах к Риге. 2-й Прибалтийский фронт, октябрь 1944 года.


Подытоживая сказанное, можно привести оценку «Стюарта», данную в 1945 году генерал-майором инженерно-танковой службы доктором технических наук профессором Н. И. Груздевым в статье «Анализ развития зарубежной танковой техники за годы войны и перспективы дальнейшего совершенствования танков»:

«В 1940–1941 гг. США имели отработанными два танка: МЗл и МЗс, или, как их классифицировали американцы, — кавалерийский танк и артиллерийский танк. Если бы действительно требовался специально кавалерийский танк в смысле подвижности, то американцы создали полноценный танк. Подвижность танка МЗл и его работоспособность поистине изумительны. В районе боевых действий как при движении по дорогам, так и по местности танк МЗл наиболее быстроходный из всех известных колесных и гусеничных машин. Но так как танк должен гармонически сочетать броню, скорость и вооружение, то в этом смысле танк МЗл является неполноценным. Пушка 37-мм калибра — основное вооружение МЗл — несомненно, слабое вооружение, и это основная причина, почему танк не мог продолжительное время продержаться на поле боя».

Абсолютно справедливая оценка, причем не только для «Стюарта», но и вообще для всех легких танков. Как известно, Вторая мировая война поставила крест на существовании этих боевых машин в их классическом виде.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх