Загрузка...



MK.II «Матильда»

[Такое написание было принято в СССР в годы войны. Обозначения ленд-лизовской техники в Красной армии имели ряд особенностей. Так, буквенно-цифровые индексы часто писались через дефис, а в обозначениях английских танков обе буквы были прописными. Британские названия американских танков — «Стюарт», «Ли», «Шерман» практически не использовались. Два первых именовались соответственно МЗл или М-ЗЛ (МЗ «легкий») и МЗс (МЗ «средний»), а последний — М4 или М4А2 (М4-А2). Названия английских боевых машин употреблялись как в переводе, так и в русской транскрипции. Например, «Валентайн» и «Валентин», «Черчилль». Могли использоваться как иностранное, так и советское название, например, самоходка Т48 именовалась в советских документах Т-48, но чаще СУ-57. Далее названия и обозначения ленд-лизовской техники соответствуют использовавшимся в Красной армии в годы Второй мировой войны.]


Первые английские танки прибыли в Архангельск с караваном PQ-1 11 октября 1941 года, а всего до конца года в СССР доставили 466 танков, из них 187 «Матильд». Всего же из 1084 отправленных за годы Великой Отечественной войны боевых машин этого типа 918 попали в пункт назначения, а остальные погибли в пути.

Пехотный танк Mk. II Matilda II разрабатывался фирмой Vulcan Foundry начиная с ноября 1936 года. К апрелю следующего года был готов деревянный макет. Испытания прототипа состоялись в 1938 году, и сразу вслед за ними последовал заказ на первую партию из 65 машин, впоследствии увеличенный до 165. Для производства «Матильды II» привлекли ещё несколько фирм, однако Vulcan осталась генподрядчиком и выполняла большинство работ по литью.

В сентябре 1939 года в строю имелось всего две новых «матильды», а к весне 1940 года ими был укомплектован только один батальон 7-го Королевского танкового полка.


Танк МК-И «Матильда» во время испытаний на НИИБТ Полигоне в Кубинке.


За время серийного производства внешний облик «Матильды» практически не изменился. Корпус танка состоял из литых (носовая часть, подбашенная коробка и корма) и катаных (днище, борта и фальшборта) броневых деталей, соединявшихся друг с другом гужонами. Башня танка — литая, цилиндрическая. Ее поворот осуществлялся при помощи гидравлического привода или вручную. «Матильда», кстати, стала первым танком, в котором был установлен гидропривод поворота фирмы Frazer Nash Company, применявшийся для вращения стрелковых башен боевых самолетов. Толщина брони корпуса колебалась в пределах 14…78 мм, а башни — 20…75 мм.

В передней части башни, влитой маске, устанавливались 2-фунтовая (в нашей литературе обычно упоминается как 40-мм, хотя английский калибр в 2 фунта соответствует 42 мм) пушка, 7,92-мм пулемет BESA (начиная с модификации Мк. IIА; на варианте Мк. II ставился 7,92-мм пулемет «Виккерс», кожух водяного охлаждения которого был прикрыт литой броневой маской), и телескопический прицел. Танки модификации «Матильда IIICS» оснащались 76-мм гаубицей. На крыше командирской башенки имелась стойка для зенитной стрельбы из пехотного 7,7-мм пулемёта «Брен». Кроме того, на части танков устанавливались мортирки для запуска дымовых мин калибра 101,6 мм. Боекомплект танка состоял из 92 артвыстрелов, 3150 патронов (14 лент) калибра 7,92 мм, 2800 патронов (100 магазинов) для пулемёта «Брен» и 8 дымовых мин.


Эшелон с танками «Матильда» направляется на фронт. Весна 1942 года.


Силовая установка танка, начиная с варианта Мк. III, состояла из двух 6-цилиндровых рядных дизелей «Лейланд» жидкостного охлаждения мощностью 95 л.с. при 2000 об/мин каждый. (На модификациях Мк. II и Мк. IIА — по два 6-цилиндровых дизеля АЕС мощностью 87 л.с. каждый.) Правый и левый двигатели не были взаимозаменяемы и различались расположением вспомогательных механизмов. Каждый из моторов, а также системы питания, смазки, охлаждения и агрегаты запуска были совершенно самостоятельны и работали независимо друг от друга. Для облегчения запуска при низких температурах окружающего воздуха двигатели снабжались эфирными карбюраторами, соединенными трубопроводами с прокалывающими пистолетами, расположенными на моторной перегородке. Там же находился ящик с эфирными ампулами.

Два топливных бака общей ёмкостью 225 л обеспечивали танку запас хода по шоссе 130 км. При этом двигатели, имевшие суммарную мощность 190 л. с, разгоняли 26-тонную боевую машину до максимальной скорости 25 км/ч.

На танке устанавливалось однодисковое сухое сцепление автомобильного типа. Ничего более мощного не требовалось, поскольку крутящий момент от двигателей передавался на планетарную коробку передач. Особенностью последней, как известно, является возможность включения передач торможением соответствующих шестерен, что исключает необходимость пользоваться для этой цели сцеплением. Поэтому приводы сцепления на «Матильде» отсутствовали, поскольку последние были постоянно соединены с трансмиссией. Необходимость в выключении сцепления возникала только при запуске двигателей. Эта операция осуществлялась с помощью ручного привода (на каждый двигатель), помещенного в боевом отделении на моторной перегородке.


Командование 3-й ударной армии осматривает перевернувшиеся «Матильды» из состава 170-го отдельного танкового батальона. Февраль 1942 года.


В процессе эксплуатации танков был устранён ряд выявленных недостатков. В частности, усилено крепление двигателей, что позволило снизить вибрацию; более рационально размещены масло- и воздухопроводы; увеличена емкость топливных баков. Эти машины получили обозначение «Матильда IV». На танках «Матильда V» появился пневматический усилитель управления трансмиссией фирмы «Вестингауз».

Из этого перечня усовершенствований видно, что «матильды» разных модификаций внешне были абсолютно похожи. Даже «матильды» IIICS и IVCS, вооруженные 76-мм гаубицами, распознать можно было только с близкого расстояния, поскольку ствол гаубицы имел практически ту же длину, что и ствол 2-фунтовой пушки.

У танков с двигателями «Лейланд» выхлопные трубы выводились по обоим бортам корпуса, а с двигателями АЕС — только с левой стороны. Начиная с модели Мк. III на «матильды» устанавливалась радиостанция № 19, которую было легко отличить от более ранней № 11 по двум антеннам, а с Mk. IV на крыше башни размещали специальную сигнальную фару. Впрочем, и антенны, и фара выполнялись съемными, и после их демонтажа все «матильды» внешне вновь становились одинаковыми.

Прибывавшие в СССР танки после разгрузки направляли в учебный центр в город Горький, где и происходили их приемка и освоение. Положение на фронте было крайне тяжелым, и освоение зарубежной бронетанковой техники начиналось сразу же после ее прибытия, буквально с колес. Первыми подразделениями, получившими танки «Матильда» в ноябре 1941 года, стали 132, 136 и 138-й отдельные танковые батальоны. Батальон английских танков по штату № 010/395 насчитывал в своем составе 24 машины: 21 — МК.II «Матильда», 3 — Т-60 и 150 человек личного состава. Такие батальоны могли входить в танковую бригаду двухбатальонного состава (штат № 010/345 от 15.02.1942 г.), имевшую 46–48 машин. Поступали «матильды» и в танковые и механизированные корпуса, правда, в небольшом количестве. Единственным корпусом, полностью укомплектованным машинами английского производства (в основном МК.II), стал 5-й механизированный в период ведения им боевых действий в составе Юго-Западного фронта в 1943 году.


«Матильды» 196-й танковой бригады. 10-я армия, Калининский фронт, 1942 год.


С момента поступления первых «матильд» в Красную армию наши танкисты хлебнули с ними горя. Эти машины прибыли на советско-германский фронт, оснащенные так называемыми «летними» гусеницами, которые не обеспечивали нужного сцепления с грунтом в зимних условиях, и, случалось, скатывались с обледенелых дорог в кюветы. Чтобы как-то справиться с этой проблемой, на траки гусениц приходилось наваривать специальные металлические «шпоры». Между фальшбортами и гусеницами часто набивалась грязь, которая замерзала и лишала танк возможности двигаться. В сильные морозы трубопроводы жидкостной системы охлаждения, расположенные близко к днищу, замерзали даже при включенном двигателе. Замерзал и пневматический усилитель управления трансмиссией на танках «Матильда V». Рассматривался даже вопрос о его замене на механический.

Впрочем, многие недостатки танка выявились только на советско-германском фронте, для которого он не создавался. Усугублялись они безграмотным применением боевых машин и крайне низким уровнем подготовки личного состава. Пятнадцати дней, отведенных командованием на освоение иностранной техники, более сложной, чем отечественная, было явно недостаточно. Особенно плачевная ситуация складывалась, когда вдобавок «матильды» использовались на совершенно неподходящей для этого местности. Наглядный пример приводит в своих воспоминаниях Д. Лоза.

«Наша 233-я танковая бригада 17 сентября (1943 года. — Прим. автора) была введена в бой на правом берегу реки Десны. Наступление на Рославль развивалось медленно. Во-первых, противник сопротивлялся отчаянно, а во-вторых, танки „Матильда“ для действий в лесисто-болотистой местности оказались абсолютно непригодными. Эти машины предназначались для использования в пустынях Африки. Какая „умная голова“ в Москве решила их сюда направить — осталось загадкой. Дело в том, что у названного английского танка ходовая часть полностью закрыта фальшбортом с рядом „окошек“ небольшого размера в его верхней части. В пустыне через последние с траков свободно сыпался песок. В смоленских лесах и болотах за фальшборты набивалась грязь и корни деревьев. Гусеницу практически заклинивало. Даже мотор глох. Приходилось через каждые 4–5 километров останавливаться и очищать ходовую часть ломом и лопатой».

Что тут добавить? Командование было обязано учитывать конструктивные особенности тех или иных танков, «нарезая» участки, где им приходилось действовать.


Рота «Матильд» перед атакой. Брянский фронт, лето 1942 года.


Постановка боевой задачи экипажу лейтенанта С. А. Северьянова. Западный фронт, 1942 год.


Необходимо отметить, что в послевоенной литературе упомянутые недостатки «Матильды» излишне выпячивались, а о достоинствах танка предпочиталось не распространяться. Наиболее же объективная оценка этим машинам была дана во время войны, так сказать, по горячим следам. В этом можно убедиться, прочитав выдержки из соответствующего отчета:

«Тов. Федоренко

В ответ на исх № 421 от 21.01.1942 г. имеем сообщить следующее:

Пехотный танк Мк. II „Матильда“ является образцом среднего танка тяжелого бронирования. По своим основным параметрам он в целом не уступает танку KB и выгодно отличается от последнего меньшей массой и несколько лучшей безотказностью в работе трансмиссии… Особенностью конструкции танка является наличие у него фальшбортов из катаной брони толщиной 20–25 мм, защищающих подвеску танка и усиливающих броневую защиту бортов… В условиях плохих дорог Подмосковья эта особенность приводила к тому, что пространство за фальшбортом часто забивалось грязью и снегом… Это требовало частой очистки ходовой части и ухудшало поворотливость машины. Также наличие фальшбортов затрудняет смену гусеницы в боевых условиях…

Для изготовления корпуса Мк. II применена катаная и литая броня с высоким содержанием хрома, никеля и молибдена, отличающаяся хорошей однородностью, закаливаемостью и вязкостью. Замер твердости брони по методу Бриннеля показывает, что она относится к разряду гомогенной (однородной) брони средней твердости. Толщина бортовой брони танка Мк. II „Матильда“ составляет 70–78мм и в целом равнозначна броневой защите танка КБ… Качество закалки брони хорошее. Опасных отколов при поражениях, близких к ПТП, не обнаружено…

Двигательная установка танка состоит из двух двигателей дизеля типа „Лейланд“ суммарной мощностью 195 л. с, что обеспечивает танку удельную мощность в районе 7,5 л.с. к 1 тонне веса. Этого, несомненно, недостаточно для осуществления быстрых маневров на пересеченной местности, однако танк КБ также имеет недостаточную уд. мощность 8,1 л.с. к 1 тонне веса танка… при этом более удачная конструкция КПП и бортовых редукторов танка Мк. II делает его легче управляемым на бездорожье…

К числу недостатков танка Мк. II „Матильда“ следует отнести слабость его орудия при ведении огня по живой силе и огневым точкам. Бронепробиваемость орудия удовлетворительна и несколько превышает таковую у отечественной 45-мм танковой пушки обр. 1938 г.

В настоящее время рассматривается вопрос по перевооружению танка Мк. II „Матильда“ отечественной 76-мм танковой пушкой обр. 1941 г. для полного уравнивания его возможностей с возможностями танка КБ.

Вывод: Практику очернения танков союзников и распространения им обидных кличек „каракатица“, „шарманка“ прекратить; заказ танков Мк. II „Матильда“ продолжать…»

Действительно, существенным недостатком вооружения «Матильды» являлось отсутствие осколочно-фугасных снарядов в боекомплекте 2-фунтовой пушки. Поэтому уже в декабре 1941 года на основании распоряжения ГКО конструкторское бюро В. Г. Грабина на заводе № 92 в Горьком разработало проект перевооружения «Матильды» 76-мм пушкой ЗИС-5 и пулеметом ДТ (заводской индекс ЗИС-96 или Ф-96). В том же месяце один образец такого танка прошел испытания и был отправлен в Москву. В январе 1942 года последовало решение об аналогичном перевооружении всех «матильд» — такая мера уравнивала их боевые возможности с тяжелым танком КВ. Сейчас сложно сказать, происходило ли их перевооружение в серийном порядке. Пока удалось обнаружить только один документ, касающийся этой проблемы, — письмо наркома танковой промышленности В. Малышева наркому вооружения Д. Устинову, датированное 28 марта 1942 года:

«Напоминаю Вам, что план производства 76-мм танковых орудий Ф-96 для танков „Матильда“ заводом № 9 фактически сорван, вместо запланированных 120 сдано только 47. В то же время выпуск 76-мм пушек ЗИС-5 для танков KB даже перевыполнен. Сложившееся положение вещей считаем неприемлемым, так как орудия для KB имеются в достаточном количестве.

Вопрос же скорейшего перевооружения имеющихся толстобронных английских танков 76-мм пушкой в настоящее время считается задачей № 1. Примите срочные меры по оперативной корректировке производства артиллерии для танков на II квартал текущего года с тем, чтобы недосдача пушек в I квартале была восполнена как можно скорее».

Вполне возможно, что перевооружение «матильд» 76-мм советской пушкой вообще не производилось, поскольку с весны 1942 года в СССР стал прибывать танк огневой поддержки пехоты МК.II «Матильда CS», вооружённый 76-мм гаубицей, имевшей в боекомплекте дымовые и осколочно-фугасные снаряды.


«Матильды» 133-й танковой бригады 22-го танкового корпуса выбивают противника из населенного пункта. Юго-Западный фронт, май 1942 года.


Несмотря на то что первые «матильды» поступили в войска в декабре 1941 года, их фактическое боевое применение началось только в январе 1942-го, когда в состав 3-й ударной армии Северо-Западного фронта был включен 170-й отдельный танковый батальон в составе 4 KB, 13 МК.II и 18 Т-60. Батальон был придан 23-й стрелковой дивизии и с 14 января включился в боевые действия в районе Великих Лук.

Танковая рота МК.II, приданная первому батальону 225-го стрелкового полка, 20 января 1942 года пошла в атаку. Увидев советские танки, немцы начали отходить к селу Малвотица. МК.II, ведя интенсивный огонь, медленно продвигались вперед, ожидая подхода пехоты. Но пехота в атаку не пошла, а засела на северной окраине деревни Мышкино. Танки же, израсходовав весь боекомплект, вынуждены были вернуться на исходные позиции. После боя выяснилось, что атака пехоты была отменена, а танкистов известить об этом забыли.

Надо сказать, пример весьма характерный и распространенный, и что главное — никак не зависевший от типажа материальной части, участвовавшей в бою.


«Матильда» с пушкой Ф-96 (реконструкция).


В феврале на Северо-Западном фронте развернулись ожесточенные бои за город Холм (Ленинградская область). Приказом штаба Холмской группы войск танковая рота МК.II была придана 128-му стрелковому полку 391-й стрелковой дивизии, которая получила задачу атаковать немецкие позиции на южном фланге обороны города.

На этот раз операцию продумали более тщательно. Командиры учли, что снежный покров достигал метровой толщины, а это затрудняло продвижение и танков, и пехоты. На исходные позиции рота выдвинулась ночью, предварительно проведя рекогносцировку местности. За 12 часов до боя танкисты согласовали свои действия с пехотой по следующему плану: саперы разминируют шоссе и улицы на южной окраине Холма, по которым должны двигаться танки, обозначая проходы вешками и флажками; танки с десантом движутся к населенному пункту; десант спешивается, и начинается штурм опорных пунктов в городе.


Подбитая «Матильда» из состава 48-й танковой бригады. Юго-Западный фронт, май 1942 года.


В 12.00 13 февраля 1942 года танки с десантом на броне походной колонной (из-за высокого снежного покрова) двинулись в атаку. Но, увы! Саперы не успели разминировать проходы, а сообщить об этом танкистам не сумели. Не доезжая 70 м до южной окраины города, головной танк подорвался на мине. При попытке объехать его, одновременно разворачиваясь в боевой порядок, подорвались еще три машины. Пехота под сильным огнем противника соскочила с брони и укрылась на расположенном поблизости кирпичном заводе. Танки, ожидая разминирования проходов, вели огонь с места. В результате полноценной операции по взятию населенного пункта не получилось, к тому же на минах было потеряно четыре машины.

В ходе боев с 14 по 17 февраля штурмовавшему город 82-му стрелковому полку было придано два танка «Матильда».

«Их экипажи за пять дней штурма проявили не только чудеса мужества и героизма, но и показали хорошие тактические знания по ведению боев в городе. Танки вели огонь по опорным пунктам врага согласно заявкам пехотных командиров с дистанции 150–400 м. Каждый опорный пункт перед атакой пехоты обязательно обстреливался. Танки лейтенанта Данилова и лейтенанта Журавлева постоянно поддерживали и обеспечивали действия пехоты. Так, радист машины Данилова красноармеец Халипов залез на крышу дома и руками корректировал артиллерийский огонь, который велся экипажем его танка по противнику. 17 февраля лейтенант Журавлев в пешем строю повел автоматчиков 82-го стрелкового полка в атаку и в рукопашной схватке выбил немцев из трех домов».

С 15 по 20 февраля в операции по взятию Малвотицы и Холма 170-й отдельный танковый батальон уничтожил пять орудий ПТО, одну бронемашину, 12 ПТР, четыре ручных пулемета, 12 миномётов, 20 автомашин и до двух рот пехоты противника. За это же время его потери составили восемь танков МК.II (четыре подбиты огнём противотанковых орудий, четыре подорвались на минах) и четыре Т-60.

Из отчетов вышестоящему командованию следует, что:

«…танки МК.II в боях показали себя с положительной стороны. Каждый экипаж за день боя расходовал до 200–250 снарядов и по 1–1,5 боекомплекта патронов. Каждый танк отработал по 550–600 моточасов вместо положенных 220. Броня танков показала исключительную стойкость. У отдельных машин имелось 17–19 попаданий снарядами калибра 50 мм и ни одного случая пробития лобовой брони. На всех танках имеются случаи заклинивания башен, масок и вывод из строя орудий и пулемётов».

Зимой — весной 1942 года «матильды» наиболее активно использовались на Западном, Калининском и Брянском фронтах, где в основном шли позиционные бои. В мае в составе 22-го танкового корпуса (127 танков, из них 41 MK.JI) «матильды» участвовали в неудачном наступлении Юго-Западного фронта на Харьков (Барвенковская операция), в ходе которого все они были потеряны. В августе «матильды» использовались и в Ржевской операции (30-я армия Калининского фронта), но из-за неграмотного применения понесли большие потери. Например, 196-я танковая бригада к 1 августа имела в строю 35 «матильд» и 13 Т-60. Через полтора месяца боев в ней осталось лишь шесть и четыре танка соответственно.

Составить представление о боевом применении английских танков на советско-германском фронте и о том, как их оценившти в Красной армии, можно по приводимому ниже документу:

«Доклад-справка о применении английских танков на фронтах Отечественной войны 17 апреля 1943 г. Секретно

1. Английские танки типа МК-2 „Матильда“ и МК-3 „Валентин“ применялись на фронтах Отечественной войны, организационно входя:

а) в состав отдельных танковых бригад и отдельных танковых батальонов, где они были объединены с танками отечественных марок, главным образом типа Т-70, Т-60;

б) в состав танковых полков 5-го механизированного корпуса, вооруженных исключительно английскими танками МК-2, МК-3;

в) в состав танковых бригад 9, 10, 11 танковых корпусов, в объединении с лёгкими танками Т-60, Т-70.

Танки типа МК-2 и МК-3 применялись в течение 1942–1943 гг. в условиях зимы и лета, преимущественно на Западном (до 200 танков), Брянском (до 250 танков) и Северо-Кавказском фронтах (до 150 танков) и в 5-м мехкорпусе на Юго-Западном фронте (до 180 танков).

2. Практика боевого применения английских танков показала, что они с успехом вели боевые действия, но в их конструкции, эксплуатации и вооружении имеется ряд существенных недочетов, отрицательно влияющих на использование этих танков в условиях ряда фронтов нашего театра военных действий.

Наиболее существенными из этих недочетов являются:

а) система охлаждения танков МК-2 и МК-3 расположена в труднодоступных для экипажей местах; трубопровода от двигателя к радиаторам идут по днищу танка, в зимних условиях вода в трубопроводах замерзает даже при работающем двигателе.

Это сильно затрудняет подогрев танка и делает почти невозможным заправку системы охлаждения водой, при низких температурах;

б) конструкция танков сложна, что усложняет работу по ремонтам и требует в 3–4раза больше затраты времени;

в) маневренность танков и их проходимость в силу маломощности двигателей, большого удельного давления (0,7–1,0) и низкого коэффициента сцепления с грунтом очень ограничена, особенно зимой. Запас хода 70–100 км;

г) в танке МК-2 фальшборт сильно затрудняет замену узлов и агрегатов ходовой части, а также при незначительном прогибе брони фальшборта от удара артснаряда заклинивает гусеницы и выводит танк из строя;

д) танки вооружены 40-мм пушкой, снабженной только бронебойным снарядом (болванка), предназначенным для ведения огня по танкам. Не имея осколочного и осколочно-фугасного снаряда, танки не могут вести эффективного пушечного огня по живой силе и огневым точкам противника.

3. Практика боевого применения и боевых действий английских танков дает возможность установить:

а) целесообразность использования этих танков в частях и соединениях танков непосредственной поддержки пехоты;

б) организационно объединять эти танки с отечественными танками типов Т-34, Т-70с целью повышения огневой мощи соединения (части);

в) применение этих танков наиболее целесообразно на южных участках театра боевых действий в течение всего года. На остальных участках применение их в зимних условиях затруднено.

(Начальник штаба ВТ и MB KA полковник Заев».)

С весны 1943 года Советский Союз отказался ввозить танки «Матильда» — к этому времени стало ясно, что они уже не отвечают современным требованиям. Кроме того, в Великобритании завершилось и серийное производство этого танка. Тем не менее их активно использовали в боях 1943 года, причем на важнейших стратегических направлениях. Например, к началу немецкого наступления на Курской дуге в составе 201-й танковой бригады (7-я гвардейская армия Воронежского фронта) имелось 18 танков «Матильда», 31 «Валентайн» и три Т-34. Совместно с пехотой 73-й гвардейской стрелковой дивизии и 1669-м истребительно-противотанковым полком эта бригада занимала оборону в районе хуторов Гремучий и Крутой Лог.


«Матильда», брошенная при отступлении советскими войсками. Юго-Западный фронт, май 1942 года.


6 июля 1943 года танкисты отразили шесть атак немецкой пехоты, поддерживаемой танками, подбив пять машин и уничтожив до 150 солдат противника. На следующий день бригада отбила ещё 12 атак вражеской пехоты силой до двух батальонов при поддержке 45–50 танков. В этом бою, согласно сводке, было подбито два Pz. IV, три Pz. III, три САУ и уничтожено до 750 солдат вермахта, а в качестве трофеев захвачены две исправные немецкие самоходки. Наши потери составили один сгоревший и два подбитых «валентайна» и три подбитых «матильды». В дальнейшем бригада отражала по 6–7 атак противника ежедневно, а 12 июля сама перешла в наступление. В результате атаки был сожжен один танк Pz. III, уничтожен шестиствольный миномёт, два грузовика с боеприпасами и до 150 немецких солдат. Ответным артогнём были сожжены три «матильды» и два «валентайна», подбито семь «матильд» и три «валентайна».


«Матильды» 5-го механизированного корпуса на марше. На переднем плане танк, вооружённый 76-мм гаубицей Юго-Западный фронт, октябрь 1943 года.


В боях с 5 по 25 июля 1943 года 201-я танковая бригада уничтожила 30 немецких танков, 7 САУ, 28 орудий, 13 миномётов, 23 пулемёта и 9 автомашин.

17 июля 1943 года в 8-ю гвардейскую армию прибыл 224-й отдельный танковый полк в составе 33 танков МК.II «Матильда» и семи МК.III «Валентайн». На следующий день полк атаковал позиции противника в районе деревни Богородичное. Однако из-за пассивности нашей пехоты атака была неудачной: в бою танкисты уничтожили 16 противотанковых пушек, но сами потеряли сгоревшими пять МК.II, подбитыми пять МК.II и пять MK.III. Кроме того, восемь МК.II вышли из строя по техническим причинам.

Спустя четыре дня девять «матильд» 224-го отдельного танкового полка при поддержке роты автоматчиков атаковали опорный пункт немцев в деревне Голая Долина. В связи с этим интересно привести выдержку из доклада о ходе боя:

«В 7.50 во время атаки наши танки столкнулись с 14 немецкими танками. Огнем с ходу и с места танкисты подожгли два и подбили один танк противника. Пехота в это время залегла, и танки вернулись к ней. В 13.00 танки еще раз выдвинулись в атаку, но наша пехота, увидев танки противника, тут же залегла. Ведя огонь с места и на малых скоростях, был подбит один танк, один танк сожжен и уничтожено орудие противника. В 15.00 танки снова атаковали, но, нарвавшись на минное поле и потеряв одну машину, отошли…»

Весьма впечатляющий результат: уничтожено три и подбито два немецких танка ценой потери всего лишь одной «Матильды», подорвавшейся на мине. Правда, в докладе не указывается тип вражеских танков. Всего же в боях с 17 июля по 2 августа 1943 года 224-й отдельный танковый полк потерял все «валентайны» и 13 «матильд» (из них безвозвратно — семь) и к 3 августа имел 20 МК.II в строю и шесть в ремонте.

По-видимому, последним соединением Красной армии, имевшим на вооружении большое количество «матильд», был уже упоминавшийся 5-й механизированный корпус (68-я армия Западного фронта). На 13 декабря 1943 года в его составе имелось 79 танков «Матильда».

К лету 1944 года в советских танковых частях остались лишь единичные экземпляры «матильд», а к осени их можно было встретить только в учебных подразделениях.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх