Загрузка...



БИРЖА ТРУДА

Не лучше дело обстояло и с промышленностью. Хотя для возобновления производства в ноябре 1941 года и была создана биржа труда. Просуществовала биржа до 27 декабря 1941 года. Размещалась она по ул. 3-го Интернационала близ раймага.

Возглавлял ее немецкий лейтенант, данные о котором неизвестны, а помощником его был лейтенант Гляс. Административно высланный из Москвы Шиханов Филипп Степанович (умер в 1942 году) — начальник канцелярии. Переводчица Грасс Елизавета Мартыновна, бывший счетовод-кассир ДЭУ-33. При организации биржи комендант просил бургомистра Сафронова скомплектовать штат ее из учителей, поэтому регистраторами были бывшие учителя: Разумихин Алексей Александрович (умер в 1942 году); Савельева Мария Михайловна; Разумихина Васса Алексеевна; а также бывший бухгалтер горпищекомбината Григорьев Иван, две бывшие работницы госбанка Ляхова Мария и Эйзнер Елена, бывшая ученица Елисеева Мария и Глухарев Георгий Митрофанович, проживавший с Грасс Елизаветой на Московском взводе, дом № 4.

Со слов делопроизводителя Ржевской горуправы Савельевой Зои Михайловны 13 ноября 1941 года по распоряжению немецкого коменданта все евреи г. Ржева должны надеть нарукавные повязки. Весной 1942 года комендатура обязала горуправу отвести для них дом. Такой дом был определен по улице 3-го Интернационала угол Урицкого, бывший детский сад. Там разместили 15 семей.

Примерно в июле 1942 года всех евреев, кроме одного часовщика и портного, посадили на автомашину и повезли за город. В овраге около аэропорта расстреляли. Вещи, изъятые полицией, переданы в торговый отдел для реализации через магазин. Оставленные часовщик и портной жили до отступления, потом куда-то исчезли. Как и кто производил расстрел показал бывший полицейский 2 участка Куликов Яков Семенович, 1898 года рождения, житель г. Ржева. Поздин Петр Евгеньевич сказал: «Завтра утром будет работа» и обращаясь к нему, Селенкову Александру Александровичу и Иванову Николаю Сергеевичу, приказал быть в районе аэропорта. В 7 часов утра прибыли туда. Туда же немцы на машине привезли евреев, 10 или 15 человек. Немцы подводили к воронке по одному еврею и расстреливали из пистолета. Мы трое стояли в стороне, на расстоянии 30–40 метров и смотрели, как немцы расстреливают.

После расстрела евреев Куликов ходил к старосте Новикову Никонору Моисеевичу, взял у него 10 человек с улиц Трудовой и Фрунзе и пошел с ними к месту расстрела закапывать.

И следующая информация. Летом 1942 года арестовано 38 евреев и на поле у аэропорта расстреляны сотрудниками «СД». В 6 часов утра немцы погрузили их на два грузовика. Охрана из полицейских.

Вскоре после освобождения Ржева в центре города, позади разрушенных зданий улиц: Коммуны, Декабристов, Ржевской и Смольной обнаружено 8 трупов зверски замученных граждан. Зарыты только снегом и находились в различных положениях; раздеты до нижнего белья, обезображены и окровавлены до неузнаваемости: часовой мастер, лет 35, еврей. Рана в области затылка, сквозная в левом боку, на ладони и пальцах левой руки рваные раны. Его жена, лет 40, еврейка. Сквозная рана во лбу и правом бедре. Правая нога вывернута.

И, наконец, кто повинен в их смерти? Им был Лакуста Михаил Владимирович, 1923 года рождения, уроженец и житель г. Ржева, работавший сапожником в Ржевской комендатуре. По его показанию в начале января 1943 года он посетил квартиру часового мастера, еврея, проживавшего на улице Коммуны и изъял у него десятирублевую золотую монету. После чего предложил Сукачу (Николаю Константиновичу, переводчику комендатуры) расстрелять еврея и его жену. В феврале 1943 года они были расстреляны Сукачем и в числе других расстрелянных брошены в яму. Об этом ему рассказал сам Сукач и его напарник Семенов-Симон Яков, также принимавший участие в расстреле.

Так немцы решили еврейский вопрос в Ржеве.

С мая по август 1942 года работала вторая биржа труда. Располагалась она на улице Смольной в доме № 17. Возглавлял ее обер-лейтенант, а переводчиком был Коваленко Карл, примерно 1923 года рождения, уроженец и житель г. Львова, взятый в комендатуру из лагеря военнопленных в г: Ржеве в январе 1942 года. Начальником канцелярии — Смирнов Ипат Моисеевич. Регистраторы: Краюшкина Любовь Пантелееена, дочь заместителя бургомистра; Гладышева Анна Ивановна, 1920 года рождения, уроженка д. Полунино Ржевского района, жительница г. Ржева и Денисова-Бакланова Мария Васильевна, 1921 года рождения, уроженка д. Попелиха Калининского района, жительница г. Ржева.

Прежде всего, большое значение для немецкой группировки имела железная дорога. Особенно ветка Ржев — Вязьма. Комендатурой 1/532 была поставлена задача восстановления и пуска этой ветки уже к 10 ноябрю 1941 года.

После учета населения в Ржеве и выяснения, кто из железнодорожников остался в оккупированном городе их стали через горуправу направлять в комендатуру, а та непосредственно в немецкие железнодорожные части.

На железнодорожном транспорте у немцев работали: Мамонтов Василий Петрович, Ящерицын Семен Васильевич, Долгополов Иван Иванович, Садов Павел Николаевич, Чураков Александр Петрович, Наумов Константин Павлович, Суслов Петр Александрович, Черванский Петр Степанович, Резанов Георгий Никифорович, Шилкин Анатолий Леонтьевич, Шилкин Леонтий Иванович, Турсков Сергей Михайлович, Фокин Иван, Клыгин Александр, Гурьев Дмитрий, Ботов Иван, Еремеев Дмитрий, Волков Иван и другие.

Полиция и жандармерия на станции Ржев-2 располагалась в трехэтажном каменном доме маслозавода. Мастером был немец Карле Пауль, а переводчиком Филипп Карлович.

По показанию бывшего начальника уголовного розыска Ржевской полиции Белова Ивана Васильевича, 1902 года рождения, жителя г. Ржева, переводчиком шефа депо был учитель химии Арсеньев Борис Арсеньевич.

Что же известно об Арсеньеве-Благовещенском Борисе Арсеньевиче. Родился он в г. Твери в 1891 году. Окончил он Либавское коммерческое училище, затем до 1917 года учился в Варшавском политехническом институте и переведен в Московское императорское высшее техническое училище. Перед оккупацией г. Ржева преподавал химию в средних школах и техникумах г. Ржева, проживал — угол Ржевской улицы и Грацинской, дом № 18а/5б. Где-то в декабре 1941 года к нему пришел бывший преподаватель немецкого языка средней школы № 3 г. Ржева Каппеллини Горальд Юльевич и сказал, что в депо Ржев-2 требуется переводчик и предложил ему эту работу. На другой день Благовещенский пошел к коменданту, где Каппеллини представил его коменданту. Комендант направил его к начальнику депо Ржев-2 немецкому офицеру Клозе, а тот к дорожному мастеру Хаделер.

Во второй половине декабря 1941 года Благовещенский был вызван в «СД», где с ним разговаривал человек, хорошо владевший русским языком, видимо русский. Он завел разговор об успехах немецкой армии, о неизбежном разгроме Красной Армии. Затем заявил, что среди советских людей есть много недовольных немецкими порядками, которых надо выявлять и вести с ними борьбу. Сами вы это сделать не сможете и предложил подобрать для этого людей из числа работающих в депо Ржев-2 недовольных советской властью. Предложил побеседовать с кладовщиком инструментальной мастерской Столбовым.

Примерно, зимой 1942 года Благовещенский получил данные, что женщина, работающая в мед. пункте, занимается хищением медикаментов. Клозе уволил ее.

В феврале 1942 года один рабочий с водокачки сообщил ему, что там работает коммунист. Коммунист был арестован «СД», но затем якобы освобожден.

Заведующим канцелярией депо был немец Рикпорс. Было оформлено около 300 человек, о чем Благовещенский вел специальную книгу. Через недели две-три к Клозе прибыл переводчик-немец Вилли, а он остался при дорожном мастере Хаделере.

12 мая 1942 года вместе с дочерью Ольгой, 1925 года рождения, Благовещенский выехал в Германию. При заполнении немецкой анкеты он указал, что немецким языком владеет хорошо.

20 сентября 1944 года в своей автобиографии Благовещенский указал: «…с божьей помощью мне и моей дочери удалось избежать эвакуации вглубь России. Когда немецкие войска заняли Ржев с 12 октября 1941 года по 12 мая 1942 года находился на службе Германской армии, как только позволила возможность, уехал с дочерью в Германию….. Через Германское общество Красного Креста и епископство в Латвии, в Риге я, наконец, снова нашел своих отца и мать. От родителей я не имел известий с 1921 года по июль 1943 года. С просьбой посетить моих родителей я обратился к руководителю округа господину Фрицу Заукель и через его посредство получил пропуск для проезда в Либау для себя и своей дочери. Нашим начальником производства господином дипломированным инженером Отто Байер нам был предоставлен для этой цели отпуск с 30 октября до 14 ноября 1943 года. В Германию мы возвратились своевременно и снова продолжаем свою работу. Хайль Гитлер!»

А вот его обращение к господину Государственному секретарю и руководителю Министерства Внутренних дел Тюрингии.

«Глубоко уважаемый господин Государственный секретарь!

Чтобы оправдать свою к Вам просьбу, прошу Вас прочесть мою коротко изложенную биографию….. первый раз женился в 1922 году….. второй раз женился в 1937 году…… Перехожу к изложению своей просьбы. С 25 мая 1942 года нас поместили в барак от фабрики. Жизнь в бараке для меня и дочери губительна. Сам я чувствую в бараке как белая ворона среди черных.

Мне 52 года, но такой скотской культуры и такого сквернословия, как в бараке я в своей жизни еще не видел и не слышал. Влияние русского общества на мою дочь пагубно. Сердечно прошу Вас, господин Государственный секретарь, помогите нам в получении паспортов для иностранцев. Этот паспорт даст нам возможность снять частную меблированную комнату. В России я все потерял и никогда туда не возвращусь. Наши русские паспорта находятся в здешнем полицейском Управлении…, а пока с благодарностью к вам

Хайль Гитлер!»

На это обращение последовал ответ.

«Немецкий рабочий фронт

Управление — Тюрингии Ваймер, Управление трудовыми резервами 13 сентября 1944 года Министерству всех оккупированных областей Востока Берлин-Принц-Лью-Ферд-2

В приложении пересылаю анкеты, биографии и фотокарточки Бориса Благовещенского и его дочери. Упомянутые получили от начальника Управления полиции г. Ваймер паспорта иностранцев за №№ 19144 и 018360/43, выданные 5 августа 1944 года.

Хайль Гитлер!

Руководитель Объединения НСДАП Хойер».

О Ржевском периоде деятельности Благовещенского известно и со слов Наумова Константина Павловича, 1909 года рождения, уроженца и жителя г. Ржева, Красноармейская набережная, дом № 66. Наумов показал, что в ноябре 1941 года его вызвали в Управу, где дали направление для работы на транспорте. Переводчик железнодорожной конторы Борис Арсеньевич предложил работать столяром. В январе 1942 года Борис Арсеньевич пришел в мастерскую к Наумову и повел его в контору коменданта, который его завербовал для выявления партийно-советского актива. Делалось это через переводчика Бориса Арсеньевича.

У коменданта депо Ржев-2 работала Колпашникова Александра Дмитриевна, 1923 года рождения, уроженка и жительница г. Ржева, улица Калинина, дом № 11, квартал 12.

22 октября 1941 года в г. Ржеве была запущена в производство маслобойня для получения льняного масла. На маслобойне работал Суворов Сергей Андреевич, 1911 года рождения, уроженец д. Чекулино Оленинского района, житель г. Ржева.

Были открыты жестяная, столярная, кузнечная мастерские, а также веревочная, которую потом взял в аренду житель г. Ржева Сазонов Василий Васильевич.

Заведующим кузнечной мастерской был житель г. Ржева Викенст Петр Иванович. В сельскохозяйственной мастерской слесарем работал Колпашников Иван Анатольевич, 1915 года рождения, уроженец и житель г. Ржева.

По сведениям Тихомирова Григория Петровича, 1904 года рождения, жителя г. Ржева, улица Союза, дом 51, в городе функционировала только одна мельница, расположенная против Варваринского кладбища. Это единственное мукомольное предприятие. Мельниками работали Безобразовы: отец и сын Иван с улицы К. Маркса.

Вопросами предприятий в горуправе ведал Макушкин Иван Ильич, в прошлом техник. В жестяной и столярной мастерских работало всего до тридцати человек. Изготовляли печи, тазы, ведра для нужд немецкого командования.

Из отчета комендатуры 1/532 видно, что на середину марта 1942 года мастерской изготовлено 372 печки для землянок. Организована мастерская в д. Марьино, в которой около сорока русских рабочих. Ежедневно делают 100 килограммов гвоздей и 150 штук лопат. Был пущен лесозавод, на котором частично использовались военнопленные. В середине ноября 1941 года в комендатуру по вопросу пуска кирпичного завода вызывался бывший инженер этого завода Охотников Иван Иванович, 1908 года рождения, уроженец г. Ровеля, житель г. Ржева.

По указанию коменданта он был назначен директором завода. Был восстановлен локомобиль, затоплена печь на 116 тысяч кирпича. Имелись постоянные рабочие и комендатурой давались 100–150 человек. Шефом был обер-лейтенант Гофман. Хотя горуправой и проводились заседания с повесткой дня: «О пуске кирпичного завода», «О состоянии столярной мастерской», но, по мнению комендатуры «авторитет» гражданских властей очень мал, поэтому для привлечения населения к работам приходится использовать военные силы. Вознаграждения почти не играют роли. Вновь созданная управа состоит из неспособных и не подходящих для этой работы лиц».

Трудовая дисциплина, как видно, была низка. Так, по словам Цветкова Михаила Ивановича, 1915 года рождения, жителя г. Ржева работавшего в депо «стучали молоточками, когда смотрят немцы, а не видят, стоим и ничего не делаем».

В феврале 1942 года комендатура 1/532 сообщила: «Снова появились сообщения о подстрекательской пропаганде среди рабочих мастерских. Ведется расследование. Для привлечения к работе чаще прибегают к наказанию тюремным заключением».

Интересно сообщение отделения I-е VI АК от 9 марта 1942 года о том, что «на вокзале Ржев-2 были арестованы гражданские лица Еремеев Василий и Суслов Петр. В отделении при VI АК они были допрошены. Доказательств их прямой вины в поджоге поезда с горючим нет. По распоряжению отделения I-ц при VI АК оба были подвергнуты трехдневному аресту без питания, а затем отпущены».

Подробностей о поджоге поезда с горючим не указывалось, хотя работавший в депо Жилкин Леонтий Иванович, 1891 года рождения, житель г. Ржева, говорил о каких-то зажигалках, которые они ставили в вагоны.

В августе 1942 года, как отмечала комендатура, промышленность почти полностью прекратила свою деятельность. Не помогал немцам и их лозунг: «Кто не желает работать, тот не получает есть». Но рабочая сила нужна была и для Германии. Там даже имелось имперское министерство по обеспечению рабочей силой Германии, министром которого являлся Заукель.

В оккупированном Ржеве имелась служба имперской трудовой повинности, расквартированная в городе совместно с одной из военных частей.

Специальная вербовочная контора для выезда в Германию размещалась по улице Смольная, дом 43. Там работали только немцы и переводчик.

Житель г. Ржева Нелекин Борис Егорович, 1905 года рождения, уроженец с. Матвеевка Чкаловской области, рассказал, что 27 декабря 1941 года он в числе 70 человек был вызван в вербовочную контору. Там один из пяти немецких офицеров, говоривший по-русски, сказал: «Если желаете скорей победить Советскую власть и большевиков, то должны помогать Германии своим трудом». Он обещал хорошую жизнь в Германии. Какова хорошая жизнь в бараках Германии видно из письма Благовещенского Бориса Арсеньевича.

В паспорте наших рабочих на немецком и русском языках было написано: «Владельцу сего разрешается выход из помещения единственно ради работы». Вот какую хорошую жизнь давали русским немцы в Германии.

В мае 1942 года комендатура 1/532 в отчете писала: «В Ржеве началась вербовка на работу в Германию и в оккупированные вермахтом области. Обращаются добровольно для переезда гражданские лица всех возрастов и профессий… Три железнодорожных транспорта приблизительно с 650 гражданскими лицами уже отправлены комиссией по найму в Смоленск. Вербовка в Ржеве идет с большим успехом, так как из Германии стали приходить письма от тех, кто уже там работает и о том, что на работе у них хорошие условия, достаточно еды, в стране порядок, к ним относятся хорошо».

В мае 1942 года в д. Боярниково выезжал бургомистр Кузьмин, который на собранном сходе населения ряда деревень выступил, восхвалял жизнь крестьян в Германии, куда он выезжал на экскурсию, призывал население вербоваться.

Бывший староста д. Горчаково Ржевского района Седов Василий Титович, 1884 года рождения, показал, что примерно в июне 1942 года он был извещен о прибытии в д. Першино с жителями деревни для просмотра кино. Собралось около 500 человек.

Немецкий офицер пригласил его читать письма, присланные из Германии и дал четыре письма. Седов дал их Соколовой Анне, но она отказалась читать. Одно письмо прочитала бывшая учительница Образцова Елена Ивановна, 1922 года рождения из д. Голышкино. Кино было в клубе на аэродроме около Ржева.

Со слов Игнатьева Ивана Алексеевича, 1890 года рождения, жителя г. Ржева, улица Кооперативная, дом 14, квартального старосты, из Ржева выехало примерно 1000 человек, в их числе Гоменюк Алексей Федорович и Сергей Федорович, Смирновы Прасковья Ивановна и Мария Ивановна.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх