Загрузка...



СОВЕТСКИЕ БОМБАРДИРОВКИ ФИНЛЯНДИИ В ИЮНЕ 1941 ГОДА

Карл-Фредерик Геуст/Хельсинки, Финляндия

Фото предоставлено автором


* Перевод с английского и редактирование А. Ю. Совенко/ «АиВ»


Война-продолжение

События на советско-финском фронте в 1941-44 гг. в советской и постсоветской историографии не выделяются в отдельный конфликт, а считаются частью Великой Отечественной войны, однако в Финляндии их принято называть Войной-продолжением. Имеется в виду, что они стали продолжением Зимней войны между СССР и Финляндией, которая длилась с 30 ноября 1939 г. по 13 марта 1940 г. (фактически это была Великая Отечественная война Финляндии против Советского Союза). До 1980-х гп в Финляндии превалировало мнение, что Война-продолжение началась с массированных советских бомбардировок нескольких крупных финских городов ранним утром 25 июня 1941 г. Причем на тот момент Финляндия являлась нейтральным государством и не участвовала в атаках Германии против СССР. После налетов парламент и президент страны Ристо Рити объявили, что Финляндия вновь стала жертвой советской агрессии и вынуждена вступить в войну.

Однако новая война с СССР стала следствием не только его действий, В 1987 г. профессор Мауно Йокипии (Mauno Jokipii) опубликовал свое 748-страничное исследование событий межвоенного периода и убедительно доказал, что руководство Финляндии сразу после Зимней войны втайне взяло курс на политическое и военное сближение с Германией. Причем в тех условиях данный курс был единственно верным, т.к. прямое сотрудничество скандинавских стран стало невозможным ввиду оккупации немцами Дании и Норвегии.

Более того, еще до захвата этих стран Финляндия стремилась установить контакты со Швецией с целью заключения оборонительного соглашения, однако этому процессу активно мешал Советский Союз. Насколько одинока была Финляндия, убедительно демонстрирует оставшийся без последствий факт уничтожения 14 июня 1940 г. финского пассажирского самолета (Ju 52, бортовое обозначение ОН-АЩ собственное наименование «Kaleva»), выполнявшего регулярный рейс из Таллинна в Хельсинки, бомбардировщиком ДБ-3 из 1-го МТАП ВВС Балтфлота. Находившиеся на борту два члена экипажа и семь пассажиров, среди которых были дипломаты из Германии, Франции и США, погибли. Этот ничем не спровоцированный акт агрессии не был признан руководством СССР, и Финляндии не было принесено извинений.

Сближение с Германией не было простым решением для финского руководства. Ведь во время Зимней войны Германия проявляла к врагу Финляндии – СССР – большую лояльность, чем финны были немало удивлены. В частности, Германия часто запрещала транзит через свою территорию вооружений, закупленных финским правительством в Венгрии и Италии. Так, в декабре 1939 г. несколько истребителей Fiat G.50, уже находившихся на германско-финской границе, были возвращены в Италию после протеста Молотова, высказанного германскому послу в Москве. Все это стало большой неожиданностью для финских лидеров, и они столкнулись с огромными трудностями в поисках опоры на международной арене.

Германско-финские контакты стали особенно активными после оккупации летом 1940 г. балтийских стран советскими войсками и последовавшего вскоре визита в Берлин министра иностранных дел СССР Молотова. Финское руководство постепенно приходило к выводу, что Гитлер все же планирует напасть на Советский Союз, и развернуло в стране военные приготовления к неким «гипотетическим совместным операциям в случае эскалации напряженности в Европе». Целью таких операций стало возвращение территорий, утерянных в результате Зимней войны. Таким образом, они были направлены против СССР, но об этом знала лишь горстка высших военных руководителей страны. Немцы до самых последних дней не информировали финскую сторону о предстоящем вторжении в Россию, более того, они утверждали, что ведут со Сталиным секретные переговоры, направленные на разрешение всех проблем. Здесь нужно подчеркнуть, что Финляндия никогда не была формальным союзником фашистской Германии (подобно Италии, Венгрии и др. странам), она выступала только в качестве «воюющей стороны» против «общего врага» – Советского Союза,

Несмотря на большой объем исследования профессора Йокипии, вопросы деятельности ВВС отражены в нем недостаточно подробно. В то же время, данная статья представляет информацию из финских и советских архивов о событиях, развернувшихся в небе на Севере Европы накануне и сразу после «дня Барбаросса». Многие сведения публикуются впервые.



Авиаторы-балтийцы готовят бомбардировщик СБ к боевому вылету на Финляндию
22 июня и накануне

Еще 18-19 июня люфтваффе было разрешено использовать несколько финских военно-воздушных баз: Утти (Utti), Хельсинки-Мал ми (Helsinki-Malmi), Луонетярви (Luonetjarvi) в Южной и Центральной Финляндии, Рованиеми (Rovaniemi), Кемиярви (Kemtjarvi) и Петсамо (Petsamo) в Лапландии. Так, 18 июня три дальних разведчика Do 215 из 1 .(F)/Aufkl.Gr/Ob.d.L (эскадрилья дальних разведчиков высшего командования люфтваффе) прибыли на Луонетярви для выполнения разведывательного рейда в глубь северо-запада России. Подобный полет с аэродрома Рованиеми совершили и три Do 17Р из 3.(F)/22. Одна из самых первых операций немецких ВВС в рамках «плана Барбаросса» – минирование подходов к портам Кронштадт и Ленинград ранним утром 22 июня – также была выполнена с использованием воздушного пространства Финляндии, Груженные минами Ju 88 из состава KGr 806 взлетели с аэродрома Провехрен (Prowehren) в Восточной Пруссии. На штурманском кресле ведущего бомбардировщика сидел к-н финских ВВС Поли Эрви (Pauii Ervi), только что назначенный на должность офицера связи между своими ВВС и 1-м Воздушным флотом Германии. После сброса мин, в 4 ч 45 минут (здесь и далее время московское), «Юнкерсы» приземлились на аэродроме Утти, где дозаправились и взяли курс на Германию.

Одновременно немцы нанесли бомбовые удары по 66 советским аэродромам на всем пространстве от Балтийского до Черного морей. Во многих местах краснозвездные самолеты были выстроены в ряд, как будто для парада в мирное время. Как известно, потери ВВС РККА были огромны – за первые 2 дня войны на земле и в воздухе немцы уничтожили 3992 советских самолета, из них значительную часть – в первые же часы. Очевидно, не представляя себе реального положения, народный комиссар обороны СССР маршал Тимошенко в 7 ч 15 минут утра 22 июня послал в западные военные округа приказ №2, предписывавший разрушить вражеские аэродромы и базы наземных сил на глубину до 150 км от границы. Однако советские ВВС находились в состоянии глубокого шока и фактически не были способны выполнить та кую задач у, Сражались с немцами в основном истребительные части, бомбардировочные полки оставались на земле. Лишь 1-й ДБАК, базировавшийся настолько далеко от границы, что оказался недосягаемым для немцев, отправил несколько бомбардировщиков для атаки Кенигсберга.

На северном фланге развернувшегося сражения после внезапной немецкой атаки в более или менее боеспособном состоянии пребывали только ВВС Ленинградского военного округа (ЛВО) и авиация флотов – КБФ и СФ. (На Балтфлоте, например, состояние повышенной готовности было объявлено еще 19 июня в 16 ч 15 минут, а весь советский флот пришел в полную боеготовность 21 июня в 23 ч 37 минут, тогда как в ВВС такое состояние было объявлено лишь в 6 ч 44 мин утра 22 числа.) Сравнительно боеготовые части ВВС остались также в Эстонии, в то же время, буквально все, базировавшиеся в Литве и Латвии (южная часть ПрибВО}, были практически уничтожены.

Возможно, поэтому первые боевые столкновения между финнами и русскими произошли с участием самолетов ВВС КБФ. В 7 ч 05 минут утра финские морские суда уже подверглись атаке советских самолетов у о. Соттунга (Sottunga) Аландского архипелага. Еще через 10 минут бомбы упали на Форт Алскар (Fort Als-kar), расположенный между Турку (Turku) и Аландом (Aland), а в 7 ч 45 мин четыре самолета нанесли удар по финским транспортам неподалеку от Корпо (Когро).

В ночь с 22 на 23 июня разведывательные рейды люфтваффе через финскую территорию повторились. На этот раз один Ju 88 из З./KGr 806 (бортовое обозначение M7+GL) был сбит советской зенитной артиллерией, трое членов его экипажа выпрыгнули с парашютами. Раненых авиаторов захватили в плен и поместили в военный госпиталь в Левашово, где их допросил командующий авиацией ЛВО генерал А. А. Новиков. Хотя война шла уже сутки, на все вопросы немцы отвечали, что «потеряли ориентацию в ходе тренировочного полета». Однако изъятые у них карты и письменные документы ясно говорили, что это ложь. Более того, на картах была обозначена главная цель разведки – Кировский завод в Ленинграде. Так командование ЛВО получило доказательство планов люфтваффе бомбить город. Тогда же советская радиоразведка получила подтверждения дислокации многочисленных немецких самолетов в Финляндии, что было воспринято как еще один довод, говорящий о неизбежности скорых бомбежек Ленинграда.

Чтобы предотвратить их, ранним утром 24 июня советское командование приступило к планированию превентивного удара по финским аэродромам. К 10 часам утра детальный план налета, включающий координаты целей, позиций зенитной артиллерии и т.п., был подготовлен разведывательным отделом Л ВО. Однако, поскольку в приказе Тимошенко был особо оговорен запрет на вторжение в финское воздушное пространство, разрешение на реализацию плана следовало получить из Москвы. Командующий ЛВО генерал М.М. Попов позвонил маршалу Тимошенко, но тот не дал конкретного ответа, сославшись на необходимость переговорить со Сталиным. В своих мемуарах, изданных в 1968 г,, Попов писал, что финские аэродромы были подвергнуты бомбардировке по конкретному приказу Тимошенко и имели целью противостоять «финским попыткам бомбить Ленинград, Кронштадт и города Карело-Финской АССР», которые якобы были зафиксированы 23 и 24 июня. Что же стоит за голословным утверждением генерала о том, что финны пытались бомбить Ленинград и другие советские города? Может, он имел в виду секретные разведполеты финских самолетов над СССР в начале лета 1941 г? Но знал ли он о них вообще? Между тем, 24 и 25 мая, а также 11 июня такие рейды на специально оборудованном высотном «Бленхейме» (бортовое обозначение BL-141) выполнил к-н финских ВВС Армас Эскола (Annas Eskola), Точные маршруты его полетов остаются неизвестными до сих пор, и вполне возможно, что капитан действительно пролетал над Ленинградом и Кронштадтом.

Однако возможно, что советский генерал имел в виду те финские самолеты, которые действительно летали в воздушном пространстве СССР 23 и 24 июня. Так, в 0 ч 50 минут 23 числа советские пограничники обнаружили два самолета, летевших со стороны Финляндии. В 3 часа ночи неприятельские самолеты обнаружили восточнее Беломорского канала. Это были два немец-ких поплавковых Не 115, которые забросили в советский тыл диверсантов финского спецподразделения Osasto Martlina. Группа из четырех «Брюстеров» из эскадрильи 4./LLv 24 была послана, чтобы прикрыть возвращавшиеся «Хейнкели». Пилоты получили приказ «патрулировать на русской стороне. В случае агрессивных действий вражеских истребителей контратаковать». «Брюстеры» провели в советском воздушном пространстве полтора часа, но германских самолетов не встретили. Один из них вскоре совершил вынужденную посадку по причине полной выработки топлива.

23 и 24 июня оснащенная «Бленхеймами» авиагруппа LLv 46 получила приказ фотографировать дороги на Карельском перешейке, А еще раньше – с 18 июня трофейные бомбардировщики СБ из состава LLv 6 приступили к разведывательным полетам над Финским заливом, особенно в районах полуострова Ханко, Таллинна и Палдиски (Paldiski). 24 июня один СБ (борт VP-2, пилот л-т A. Karmila) был обстрелян советскими зенитками неподалеку от Таллинна и подожжен. Возможно, генерал Попов вспоминал именно эти полеты, когда писал свои мемуары? Но вправе ли он был интерпретировать одиночный «Бленхейм» над Карельским перешейком как попытку бомбить Приозерск, Петрозаводск или даже Ленинград?

С другой стороны, за первую половину 1941 г. финская пограничная охрана зарегистрировала 85 пролетов советских самолетов над своей территорией, из которых 13 – в мае и 8 – с 1 по 21 июня. Особенно часто краснозвездные машины появлялись со стороны полуострова Ханко. 23 и 24 июня финны зарегистрировали у себя пролеты сразу нескольких советских самолетов. В полдень 24 числа два МБР-2 из 15-го МРАП ВВС КБФ совершили посадку недалеко от Форта Глосхолмена (Fort Glosholmen) в Финском заливе. Одну летающую лодку финнам удалось захватить. Экипаж рассказал, что взлетел с Онежского озера и направлялся в Го гланд (Hogland), но пошел на вынужденную из-за проблем с двигателем.



В 1940 г. финны закупили в Великобритании 24 бомбардировщика «Бленхейм»

Заправка немецкого разведчика Ju 88 на финском аэродроме Хельсинки-Малми. Июнь 1941 г.

Приказ нанести удар по финской территории Тимошенко подписал того же 24 июня. В первых строках документа он утверждал, что немецкое командование намерено вскоре предпринять атаку Ленинграда с воздуха, используя базы в Финляндии. С целью предотвращения налетов он приказывал начать непрерывные дневные и ночные бомбардировки с задачей разрушить вражеские аэродромы в Южной Финляндии у населенных пунктов Турку, Малми, Порву, Котка, Холлола, Тампере, расположенных поблизости от Карельского перешейка, а также Кемиярви и Рованиеми. Операцию предписывалось выполнять совместно с авиацией Балтийского и Северного флотов.


Бомбардировки Финляндии 25-30 июня

Приказ был доведен до личного состава двенадцати бомбардировочных и пяти истребительных полков советских ВВС, а также бомбардировочных полков авиации Балтийского и Северного флотов. Это был первый случай, когда ВВС и авиация флотов должны были выполнить совместную скоординированную атаку, ведь ВМФ СССР подчинялся отдельному Наркомату и формально не имел отношения к Наркомату обороны. Свидетельство тому – полеты флотских самолетов над финской территорией 22-24 июня, на которые запрет Тимошенко не распространялся.

Касательно деталей операции штаб ВВС Северного фронта, в который 25 июня был преобразован Л ВО, издал следующую инструкцию: «Бомбардировки должны выполняться небольшими группами (3-9 самолетов) в течение одного дня, каждый аэродром надо подвергнуть удару не менее 4 раз. Высота бомбардировки – 2500-3000 м, результаты сфотографировать. Вылеты выполнять со следующей нагрузкой: два самолета с бомбами ФАБ-ЮОи третий с зажигательными бомбами. Первая атака в 4ч 30 мин. Если на указанной высоте будет облачность, бомбить с меньших высот».

В соответствии с планом, для участия в операции выделили 375 бомбардировщиков и 165 истребителей, но похоже, что фактически в воздух смогли подняться только около 300 самолетов. Много бомбардировщиков были отправлены в рейд без истребительного эскорта. Большинство истребителей по причине ограниченной дальности полета атаковали с бреющего полета цели вблизи границы. Они, а также часть бомбардировщиков, 25 июня выполнили несколько вылетов.

Очевидно, самые первые удары по целям на территории Финляндии утром 25 июня были нанесены 1 -м и 57-м авиаполками ВВС КБФ, Бомбардировщики этих частей эскортировали две эскадрильи истребителей 13-го ИАП, взлетевшие с Ханко. Около 6 часов утра 54 СБ и 30 ДБ-3 атаковали финские броненосцы береговой обороны «Вяйнемяйнен», «Ильмаринен» и несколько тральщиков в районе Турку, а также расположенный рядом аэродром. Там базировалась авиагруппа LLv 6, на вооружении которой находились трофейные СБ и истребители И-153, Повреждения получил один СБ, а также аэродромные здания. Разрушения оказались незначительными. В журнале боевых действий LLv 6 имеется запись: «Разрушено одно здание и убито 5 лошадей». Налет был повторен меньшими силами в 9 ч 30 минут, 19 ч 25 минут и 24 ч 00 минут.

Ранним утром следующего дня между 3 ч 00 минут и 4 ч 05 минут 9 СБ были снова замечены над Турку. Их пытался атаковать пилот LLv 6 Тармо Хамела (Tarmo Hamela), который на своем И-153 (борт VH-14) возвращался с патрулирования. Пилот открыл огонь по бомбардировщикам с дистанции 200-300 м. Один СБ задымил, но скрылся в облаках. По докладу наземных наблюдателей, этот самолет упал в море, но фактически все советские самолеты возвратились на базы. Через 3 часа, е 6 ч 15 минут, атака против Турку повторилась, 22 СБ вновь бомбили аэродром и гавань. Повреждения получили ВПП и несколько ангаров, пострадали 3 самолета, погиб один механик и два человека получили ранения. В городе ущерб был более значительным: 13 человек из гражданского населения погибли и 29 получили ранения. Весь приморский район Турку пылал, было разрушено 18 каменных зданий и 101 деревянное. Следующая волна бомбардировщиков работала с 10 ч 20 минут до 11 ч 05 минут. Помимо Турку балтийцы бомбили также Котку, Сало (Salo), Утти, Малми и Порво (Porvoo).

25 июня ударам подверглась также Раума (Rauma), Форсса (Forssa), Нокиа (Nokia) и Тойала (Toijala), но нанесенный им ущерб был незначительным. Пригород Хельсинки Тиккурила (Tikkurila) бомбили18 самолетов, а Пуистола (Puistola) – 8, Возможно, их экипажи пытались найти аэропорт Хельсинки-Малми, который использовали немецкие Ju 88, возвращавшиеся с минных постановок? К востоку от Хельсинки 6 бомб упали на Порво, где сгорело несколько зданий, Ловизу (Loviisa) (3 бомбы) и другие населенные пункты.

За ПВО финской столицы отвечала группа LLv 32, оснащенная «Фоккерами» D.21 и базировавшаяся на аэродроме Хивинкаа (Hyvinkaa) в 60 км севернее Хельсинки. Около 8 утра 25 июня в завязавшемся бою ее пилот л-т Вейкко Эвинен (Veikko Evinen) сбил 2 ДБ-3 к востоку от столицы. В то же время два «Фоккера» были повреждены стрелками советских бомбардировщиков, причем на одном истребителе был пробит топливный бак, но пилот сумел благополучно посадить его. Один советский бомбардировщик сбила к северу от Хельсинки зенитная артиллерия. До полудня в расположении LLv 32 тревога звучала еще несколько раз: советские самолеты подлетали к границе Финляндии, но не пересекали ее.

Юго-восточную часть Финляндии атаковали части 2-й САД, в которых распространили приказ, предписывавший в течение 25.06-01.07: а) уничтожить вражеские аэродромы Порво, Котка и Ловииза и самолеты на них; б) уничтожить дамбу и здание гидроэлектростанции в Иматра; в) нарушить движение по железной дороге между Коувола и Виипури и уничтожить вражескую пехоту и артиллерию у Яааккола, запасная цель – топливохранилище северо-западнее Котки. В приказе говорилось, что каждый самолет должен взять по две бомбы ФАБ-250, а для достижения максимальной эффективности атаку дамбы поручили пикирующим бомбардировщикам Пе-2, 58-й СБАП входил в состав 2-й САД и базировался в Старой Руссе, Вот как в истории этой части описывается первая атака: «Густые облака в районе цели помешали точному бомбометанию по аэродрому Порво, поэтому первая группа (3 СБ) бомбила железнодорожную станцию, а вторая группа (5 СБ), вылетевшая на 15 минут позже, бомбила центр населенного пункта Пихтаа в 34 км северо-западнее Котки. Третья группа (4 СБ), взлетевшая в 10 ч 45 минут, и четвертая группа (3 СБ), взлетевшая минутой позже, также не смогли найти аэродром Порво и бомбили здания у гавани с высоты 3000 м. Были отмечены два прямых попадания в здания».



Финский истребитель Кертисс «Хок». Обратите внимание – на фюзеляже изображена карикатура на Сталина

Один из истребителей «фиат» G.50 из состава авиагруппы LcLv 26. 28 июня 1941 г.

Столь частое упоминание в советских документах аэродрома Порво, которого на самом деле вообще не существовало (!), ясно показывает низкое качество советской разведки. Однако краснозвездные бомбардировщики не нашли также вполне реальный аэродром Везивехмаа (Vesivehmaa), где базировались 30 «Брюстеров» – основные силы наиболее боеспособной истребительной авиагруппы LLv 24, которой командовал майор Магнуссон (G.E. Magnusson). Экипажи 201-го СБАП не нашли аэродром Хей-нола (Heinola) и бомбили резервную цель – местную железнодорожную станцию и близлежащие склады, на которые были сброшены 108 бомб калибром 100 кг и 17 бомб калибром 50 кг Пострадал и центр города Хейнола. Это наводит на мысль, что советское командование вообще плохо представляло дислокацию финских ВВС.

Надо сказать, что финны также плохо контролировали ситуацию. В момент первой атаки штаб национальных ВВС находился в состоянии переезда из Хельсинки в Миккели (Mikkeli), где во время Зимней войны и Войны-продолжения располагалась ставка командования финской армии. Связь штаба с частями налажена еще не была. Поэтому даже расположенная неподалеку эскадрилья «Брюстеров» не была поднята в воздух вовремя, и лучшие пилоты-истребители финских ВВС безучастно смотрели на дымы пожаров в Хейнола!

Тем не менее, на аэродроме в Селанпаа (Selanpaa), где была расквартирована 2-я эскадрилья LLv 24 (8 «Брюстеров» под командованием к-на Ахола (Leo Ahola), тревожный сигнал прозвучал, и «Брюстеры» поднялись в небо в 7 ч 15 минут, за считанные секунды до того, как 18 бомбардировщиков СБ (3 группы по 6 машин} из 202-го СБАП появились над летным полем. Сам Ахола в спешке начал взлет с винтом, установленным на неправильный угол, и его самолет разбился в конце полосы, так и не оторвавшись от земли. Другие финские пилоты в завязавшемся бою сумели сбить 6 советских самолетов. Они атаковали и снизу, и сверху, сначала ведущий самолет каждой группы. Огонь открывали с дистанции не более 50-70 м. Первая группа бомбардировщиков потерь избежала. Но вторая и третья потеряли по три машины, включая обе ведущих. Один пилот и один штурман спаслись на парашютах, остальные члены экипажей погибли. Советские же авиаторы по возвращении доложили, что «были атакованы 9 истребителями Me-109, 5 из которых сбили стрелки. Вражеские «мессеры» несли красные звезды!»,

В 8 ч 5 минут новая шестерка советских бомбардировщиков появилась над Селанпаа. Она вновь бомбила аэродром, правда, опять безрезультатно. Эта группа принадлежала 202-му СБАП из Керсто-во. в это же время остальные силы полка бомбили аэродром Валкеала, который русские ошибочно именовали Утти, а для самого Утти при этом применяли название Селанпаа! Согласно советским докладам, «обе базы были уничтожены – были видны взрывы и пожары. Было сброшено е общей сложности сто восемь 100-кг бомб и четырнадцать 50-кт бомб. Во время бомбардировки замаскированной базы Селанпаа взлетели 8-9 вражеских самолетов, из них 2 под бомбами. Во время возвращения один СБ был сбит вражеским истребителем». Фактически же Ирьо Туркка (Yrjo Turkka} обил два СБ. В 10 Ч 45 минут в Селанпаа прозвучала новая тревога. Старший сержант Еро Киннунен (Еего Kinnunen) сбил 2 бомбардировщика, а Туркка засчитали повреждение третьего самолета, который задымил. По советским данным 2-й СБАП из Крестцов потерял в воздушном бою 3 самолета.

Целями 10-го СБАП стали аэродромы Миккели и Мантыхарью (Mantyharju). Первый бомбили три эскадрильи, второй – две. По советским докладам, самолетов на базах не было. На обратном пути два СБ совершили вынужденные посадки (один – в Кронштадте], третий вообще не вернулся после налета

25 июня большого успеха, который стал известен всей Финляндии, добилась группа LLv 26 под командованием м-ра Рауля Харью-Джанти (RaouS Harju-Jeanty), вооруженная истребителями «Фиат» G.50 и базировавшаяся в Йоройнен (Joroinen). В тот день фортуна войны оказалась к пилотам «Фиатов» еще более благосклонной, чем к их коллегам – летчикам «Брюстеров» из Селанпаа, которые сумели удачно взлететь под бомбами, Интересно, что практически до полудня в Йоройнен никто не знал о советских бомбежках. LLv 26 с ее 22 исправными истребителями продолжала тренировочные полеты и патрулирования в режиме мирного времени. Лишь в 11 ч 15 минут пришло сообщение, что 8 вражеских бомбардировщиков проследовали Керма (Кегта) и идут на Варкаус (Varkaus). Четыре истребителя из второй эскадрильи, ведомые л-том Лаури Хамалайненом (Lauri На-maJainen), взлетели немедленно, но не нашли врага, который сменил направление полета, и вернулись на базу В 11 ч 40 минут, перед самой посадкой этой группы, пришло новое сообщение, что 15 самолетов противника замечены над Енонкоски (Enonkos-ki). Тотчас третья эскадрилья л-та Урхо Ниеминена (Urho Niemi-nen) была отправлена наперехват, но также не нашла свои цели.

В 11 ч 55 минут, когда группа Хамалайнена стала приземляться, подчиненные Харью-Джанти увидели самую страшную картину для любого офицера ВВС – строй вражеских бомбардировщиков прямо над собственным аэродромом! Сирены тревоги завыли в тот момент, когда первые бомбы уже рвались на ВПП, Четыре истребителя, три из которых только что приземлились и не успели дозаправиться, снова взлетели, невероятным образом избежав повреждений от близких разрывов. Строй СБ уже успел развернуться на восток, но финны сумели догнать бомбардировщики и сбить два из них, пока нехватка топлива не заставила их прекратить преследование и возвращаться. Отличились сержанты Ласе Аалтонен (Lasse Aaltonen) и Суло Суикканен (Sulo Suikkanen). В ю же самое время возвращавшаяся домой эскадрилья Ниеминена получила по радио приказ продолжить преследование и в течение 10-15 минут сбила еще S бомбардировщиков. Интересно, что уцелевшие экипажи СБ по возвращении доложили своим начальникам о сбитии двух «Фоккеров» D,21 и девяти «Мессершмиттов» Bf 109. за которые они приняли «Фиаты», Кроме того, в официальной истории 72-го СБАП, самолеты которого приняли участие в этом рейде, говорится, что на аэродроме удалось уничтожить 9 бомбардировщиков Не 111.

Удача продолжала оставаться на стороне летчиков «Фиатов» – как только они вернулись на базу, над ней появились еще 5 советских бомбардировщиков. Но зенитная артиллерия открыла по ним столь плотный огонь, что вынудила экипажи СБ сбросить бомбы за пределами аэродрома. Один бомбардировщик получил попадание – у него задымил двигатель, Очевидно, этот самолет позже был сбит летавшим на «Моране» MS.406 сержантом Антти Тани (Antti Tani) из LLv 28, также только узнавшим о войне, В общем, в районе Йоройнена финны посчитали сбитыми 13 советских самолетов. Места крушений, как минимум, 9 из них вскоре удалось обнаружить.



Бомбардировщики СБ летят на Финляндию

Один из СБ, сбитых финской ПВО 25 июня

В то же время, летчики «Харрикейнов» из LLv 30, аэродром которых находился в Холлоле, оказались не столь счастливыми. 25 июня два самолета этой авиагруппы были потеряны в авариях, один пилот погиб.

В Лапландии 9 советских бомбардировщиков атаковали Рованиеми, 3 самолета совершили налет на Аутти (Autti) и Келло-селку (Ketloselka), и 6 самолетов сбросили свой груз на Кемиярви. Нанесенный ими ущерб везде был минимальным. 25 июня побережье Баренцева моря было покрыто облаками, поэтому ВВС Северного флота не смогли, как планировали, атаковать Киркенес и бомбили резервные цели – аэродромы Лакселвен (Lakselven) и Луостари (Luostari). 26 июня флотские летчики продолжили бомбардировки аэродромов в Лапландии, но действовали маленькими группами – не более 4 самолетов. Как записано в разведсводке ВВС СФ от 26 июня, «в ночь на 26 июня вылеты выполнялись на Миккели-Котка, но вражеской активности в воздухе замечено не было. Враг не оказывал никакого сопротивления». Тем не менее, нанесенный финской стороне ущерб вновь был крайне незначителен. На следующий день морские летчики повторили налеты на главные порты Финского залива: Турку, Хельсинки и Котку. Аэродром и топливные цистерны в Турку были объявлены уничтоженными. При этом бомбы снова упали и на город, где причинили серьезные разрушения. А 29 июня 15 самолетов балтийцев бомбили береговую батарею на полуострове Ханко. Их экипажи заявили также о разрушении железнодорожного моста в Таммисаари (Tammisaari). На самом же деле на этот населенный пункт упали всего 5-6 бомб, да и то двумя днями ранее. Сгорел один деревянный дом, несколько других получили повреждения. Один человек погиб, но стратегически важный железнодорожный мост остался невредимым.

Несчастливый 72-й СБАП, понесший большие потери 25 июня над Йоройненом, имел реальную возможность отыграться за них в полночь 29 числа, когда 8 СБ полка совершили очередной налет на эту базу. Но LLv 26 вновь сопутствовала исключительная удача – все бомбы разорвались в западной части летного поля и не нанесли повреждений самолетам. Затем был воздушный бой. По докладам советских летчиков, бортстрелки сбили три вражеских истребителя, но финские документы этого не подтверждают.

К 30 июня бомбежки финской территории, в основном, прекратились. Причиной стала значительно ухудшившаяся обстановка на советско-германском фронте. Так, командование авиации Балтфлота все наличные силы бросило на удары по немецким танкам и пехоте на реке Западная Двина. Для выполнения этой задачи вылетел 121 самолет морской авиации. Результаты их рейда были самые трагические – 32 бомбардировщика (14 ДБ-3, 5 ДБ-ЗФ и 13 СБ) были сбиты немецкими истребителями, погибли 115 советских авиаторов.


Результаты бомбардировок

По официальным советским данным, в первый день атак 25 июня удары по 18 аэродромам в Финляндии и Северной Норвегии нанесли 263 бомбардировщика и 224 истребителя, из которых 90 машин принадлежали авиации КБФ. В результате 30 финских самолетов были уничтожены на земле и 11 сбиты в воздушных боях. Атаки продолжались до 1 июля. За 6 дней ударам подверглись 39 аэродромов, причем некоторые – многократно.

Всего было совершено 992 вылета и, как сказано в книге А.А. Новикова и ИТ. Иноземцева, «130 вражеских самолетов было уничтожено на земле и в воздухе». Командующий ВВС Северного фронта генерал А.А. Новиков с гордостью писал в своих мемуарах: «Это была первая многодневная операция в истории советских ВВС», Именно эти данные долгое время носили характер «канонизированной правды» советской историографии и повторялись в различных изданиях (автор нашел, как минимум, 10 таких книг). Собственные потери там упоминаются с большой неохотой. А в монографии Н.М. Кожевникова об организации советских ВВС, опубликованной престижным издательством «Наука» в 1977 г. и переизданной в 1985 г., говорится, что вся операция прошла вообще без потерь!

Когда эти книги вышли в свет, они вызвали сильное недоумение среди финских историков, А в наши дни, когда появилась возможность опереться на данные советских архивов, можно с уверенностью утверждать: 25 июня «сталинские соколы» либо бомбили пустые аэродромы, либо вообще не нашли мест дислокации финских самолетов. Может быть, поэтому в богатой советской мемуарной литературе так мало упоминаний об этой операции. Подготовка атак описана лишь у Новикова, да еще у офицера разведки Л,Г Винницкого, Единственное детальное описание налетов содержится в романтизированной истории 72-го СБАП, изданной в 1985 г в Петрозаводске. Это может означать, что тема налетов на Финляндию была объектом внимания цензуры, не желавшей появления рассказа о таких неприятных вещах, как большие потери, просчеты разведки, несовершенная подготовка и т.д.

А потери были действительно большими. По архивным данным, участвовавший в налетах на Йоройнен 72-й СБАП потерял 9 самолетов от вражеских истребителей, а десятый был сбит по ошибке советским истребителем перед самым приземлением. В документах потери объясняются отсутствием истребительного прикрытия и, что особенно удивительно для финских читателей, отсутствием внезапности, поскольку часть самолетов полка перед налетом на Йоройнен бомбила аэродром Йоенсу (Joen-suu), кстати, совершенно пустой! Советское командование верило, что гарнизон Йоройнена был заранее предупрежден о налете, что абсолютно не соответствует истине.

Приказ атаковать финские аэродромы на юго-востоке Финляндии получил и 153-й ИАП, базировавшийся в бывшем финском городе Какисалми (сейчас Приозерск). Полк имел на вооружении истребители-бипланы И-153. О результатах налетов практически ничего неизвестно, за исключением того, что один из И-153 полка, очевидно, после потери ориентации приземлился в 8 утра неподалеку от церкви в городке Керимаки (Kerimaki). Пилот мл. л-т В.И. Поздняков застрелился, когда его пытались взять в плен. А совершенно невредимый самолет был включен в состав финских ВВС и получил бортовое обозначение VH-19, Другой И-153 полка совершил неудачную вынужденную посадку на берегу Ладожского озера после повреждения огнем зенитной артиллерии.



Центр города Хейнола, разрушенный в результате советского налета 25 июня

Собор в городе Турку после удара советской авиации 25 июня

По результатам анализа всех собранных данных можно сделать вывод, что 25 июня советская сторона потеряла в общей сложности 24 бомбардировщика СБ, из которых 22 были сбиты финскими истребителями, и два И-153 (см, таблицу). Погибли пять командиров эскадрилий: м-ры Ф.Ф. Москаленко (2-й СБАП), СИ. Косякин (44-й СБАП), Ф.И. Панюшкин (201-й СБАП), к-ны В.И. Поляков (72-й СБАП) и Б.А. Стойлик (201-й СБАП). Общие потери самолетов за 6 дней налетов составили 51 бомбардировщик и 20 истребителей, людские потери достигли 170 человек.

Однако на самом деле ситуация была не такой благоприятной для финнов, как может показаться из вышесказанного. Ущерб, нанесенный финским самолетам, действительно был минимальным, от действия врага их потеряно вообще не было, только один трофейный СБ в Турку получил незначительные повреждения 25 июня: да несколько истребителей отделались пулевыми пробоинами в воздушных боях. Но дело в том, что в тот день фортуна была полностью на стороне финнов. Если бы хоть частица удачи финских ВВС досталась русским, они легко могли бы довести финскую ПВО до полной катастрофы. Лишь несколько минут {или даже секунд) отделяли эскадрильи в Турку Селанпаа и Йоройнене от почти полного уничтожения. Лучшая четвертая эскадрилья LLv 24 на «Брюстерах» вполне могла бы быть разгромлена, если бы советские бомбовозы нашли аэродром Везивехмаа. Финская служба воздушного наблюдения и оповещения 25 числа совершенно опозорилась. Хотя истребительные эскадрильи базировались близко к городам, которых бомбили, или даже сами становились целями, они не получили сигнала тревоги! В ряде мест тревога звучала, когда бомбардировщики были уже над аэродромом. Финские самолеты остались целыми лишь благодаря чуду!

Когда 25 июня «Брюстеры» наконец взлетели из Везивехмаа, их пилоты не обнаружили вражеских самолетов. Тогда эскадрилья выполнила патрульный полет над Южной Финляндией. В журнале LLv 24 есть запись: «Патрульные полеты выполнялись в течение дня над районами Л ахти, Хейнола, Котка и Порво. Враг не был замечен. Сообщения наземных постов наблюдения и оповещения часто были ошибочными». Журналы боевых действий финских истребительных эскадрилий содержат записи об очень большом количестве случаев обстрела своей зенитной артиллерией – очевидно, огонь открывался по всем самолетам, которые были замечены в небе. И несмотря на все это, к вечеру 25 июня финская ПВО одержала впечатляющую победу – сбила почти 30 самолетов противника, не потеряв ни одного своего! В результате общественное мнение о ПВО и боевой дух ВВС, как и всего населения Финляндии, очень усилились. Пресса писала о невероятных победах героических летчиков-истребителей, А вся информация об ошибках и неподготовленности, которые так легко могли привести к катастрофе, была спрятана в архивах на десятилетия. Выводы финское командование делало в тишине. Систему воздушного наблюдения и оповещения стали энергично улучшать.

Потери, понесенные советскими ВВС в Финляндии и во всем балтийском регионе в течение первой недели Войны-продолжения, дали возможность финским ВВС достигнуть локального господства в воздухе и сохранять его вплоть до первой половины 1943 г. Другим важным итогом описанных событий – возможно, наиболее важным – стало следующее. Поскольку 25 июня советские бомбардировщики в большинстве случаев не нашли намеченных целей – финских аэродромов, они сбросили свой смертоносный груз на расположенные поблизости населенные пункты, вызвав разрушения и жертвы среди мирного населения. В результате несколько поколений финнов верили, что именно жилые кварталы были основной целью советских ударов, а их страна подверглась совершенно неспровоцированной и террористической по своей сути бомбардировке.









Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх