Загрузка...



Эхо Мексики на ташкентском стадионе


Когда казалось, что вершина сезона пройдена мной в Мексике, неожиданно пришлось совершить еще одно «восхождение». В конце ноября мне предложили судить дополнительный матч на первенство страны между ЦСКА и «Динамо» (Москва), который должен был определить нового чемпиона СССР.

И вот я в Ташкенте. Со своими помощниками — ленинградцем А. Ивановым и москвичом А. Табаковым я хорошо знаком. Их судейский почерк мне близок, а это немаловажно в таком ответственном поединке, который нам предстояло провести.

Перед матчем мы втроем провели коротенькое «производственное» совещание. Наша главная задача, как мы отлично понимали, — сразу же пресечь малейшее проявление грубости.

Первые пятнадцать минут матча игры, по-существу, не было. Обе команды словно состязались, кто больше допустит брака. Однако такой футбол чреват опасными последствиями. Досада за нелепо отданный сопернику мяч — плохой советчик…

Особенно беспокоила меня дуэль Авруцкого и Капличного, обычно не очень-то ладивших друг с другом на поле. Я сразу же дал им понять, что держу их на «контроле». После двух замечаний, с умыслом высказанных мною в легкой, деликатной форме, дело пошло на лад.

Конечно, счет в матче мог бы быть открыт, однако блистательно сыграли вратари. Пильгуй дважды спас свою команду от неприятностей после коварных ударов армейца Поликарпова. Пшеничников, в свою очередь, сумел фантастически отразить удар Авруцкого.

На следующий день прогнозы нашей судейской тройки были не слишком оптимистичными. Я, например, полагал, что футболисты не смогут полностью восстановить силы и будут поэтому играть жестко. В этих условиях исход состязания должен был решить один мяч. Даже два забитых мяча казались мне чистейшей утопией.

Но — в который раз! — я ошибся в прогнозах…

Вот оно, эхо Мексики! Футболисты играли без оглядки. Атака и только атака была их девизом.

Пильгуй неудачно отбивает мяч, посланный Истоминым на Дударенко. Армейские футболисты повели в счете.

Динамовцы рвутся вперед. Они отнюдь не хотят проигрывать. Наконец Жуков сравнивает счет. Затем Еврюжихин с близкого расстояния вгоняет мяч в ворота, а позже в сутолоке на вратарской площадке в падении посылает мяч в сетку В. Маслов. 3:1.

— Игра сделана, — говорит в перерыве А. Иванов.

Я не возражаю. Так оно, очевидно, и есть.

И верно, второй тайм поначалу идет в вялой, маневренной борьбе. Судить по-прежнему легко. Прибегать к свистку приходится очень редко. Каждая выигранная минута — это шаг динамовцев к золотым медалям. И блеск золота, думается, ослепил их раньше времени. Они потеряли бдительность, и Федотов, на мгновение оставленный Масловым без присмотра, получая мяч, тут же примерно с линии штрафной неотразимо бьет под планку. Разрыв сократился. Пока ликующие армейцы спешат к центру, я бросаю взгляд на секундомер. До конца минут двадцать.

Но что это? Расстроенные динамовцы сникли. Армейские футболисты хозяйничают в чужой штрафной, как в своей собственной. Упустив контроль над игрой, динамовские футболисты постепенно теряют самообладание. Теперь свисток следует за свистком.

Армейцы же, напротив, воодушевлены, охвачены единым порывом. Они борются за любой, даже безнадежный, мяч. Вот Федотов врывается в штрафную площадь за уходящим мячом, безнадежным мячом. Даже обладая скоростью Джеси Оуэнса, вряд ли он смог бы его достать. Но Аничкин аккуратно укладывает Федотова на газон прямо у одиннадцатиметровой отметки. Нервы, нервы…

Пенальти. Игроки принимают его без обычных в таких случаях споров. Значит, решение правильное. Теперь я смотрю на Поликарпова — совладает ли он с собой? Нет, он спокоен. Пильгуй поднимается с земли в правом углу ворот. Мяч покоится в левом. 3:3. И до конца пятнадцать минут.

После этого я уже не сомневался в исходе состязания. В случайном решающем голе Владимира Федотова своя, если хотите, закономерность. Это — закономерность неукротимой воли, неуемной жажды победы. Армейцы не искали счастья в этом трагическом поединке. Они беззаветно боролись за него и по справедливости были вознаграждены.

После игры я от всего сердца поблагодарил помощников, четкие действия которых чрезвычайно облегчили мне проведение этого матча. А. Иванов и А. Табаков были просто безупречны. Как показал просмотр видеомагнитофонной ленты, они не пропустили ни одного положения «вне игры», уверенно фиксировали нарушения и сигнализировали об этом.

На другой день ранним утром перед отлетом в Баку в полупустом зале аэропорта ко мне подошел какой-то мальчуган.

— Извините меня, — сказал он, протягивая мне мяч, испещренный автографами футболистов ЦСКА. — Я не спал всю ночь, сидел здесь и сторожил футболистов и вас. Дайте, пожалуйста, автограф.

— Ну что с тобой делать! — Я достал ручку, расписался и поставил в конце огромную точку.

Последнюю точку большого и напряженного сезона.











Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх