Загрузка...



Победа открытого футбола


В Англии латиноамериканский футбол потерпел полное фиаско. В Мехико европейский футбол подтвердил свою возросшую силу. Как ни великолепны бразильцы, все же наиболее близки им по классу оказались не другие команды Южной Америки, а сборные Англии, ФРГ, Италии.

Безусловно, англичане выступали не хуже, чем четыре года назад. Только в одной встрече из шести превосходство бразильцев было минимальным. И было это в групповом турнире, в матче с чемпионами. Теперь уже экс-чемпионами мира.

Мексиканские баталии показали, что европейцы подняли свою техническую оснащенность до уровня лучших южноамериканских звезд. Но и игроки сборных Бразилии и Перу, в свою очередь, ни на йоту не уступили на этот раз европейцам в своей атлетической подготовке.

Однако при приблизительном равенстве сил бразильцы обладали большим числом игроков высокого класса, способных не только безоговорочно выполнять указания тренера, но и творчески в ходе состязания осмысливать их. Очень ярко проявились именно эти их качества в полуфинальной встрече с уругвайцами, демонстрировавшими жесткий оборонительный футбол.

Тренер сборной Бразилии Загало перед матчем не скрывал тревоги. Его волновала дополнительная психологическая нагрузка, которую испытывали бразильские футболисты, решившие во что бы то ни стало взять реванш за поражение 16 июня 1950 года на стадионе «Маракана» в финале четвертого чемпионата мира.

Наставник уругвайцев был более категоричен в своих высказываниях.

— Мы приехали сюда побеждать, — самоуверенно заявил он, доставив своих питомцев на стадион «Халиско» в Гвадалахаре.

С первых же минут на поле развернулась борьба двух противоположных тенденций в футболе: открытого, созидательного и оборонительного, разрушающего. Причем, как и в «доброй, старой Англии», уругвайцы не стеснялись «мелкого» фола, сознательно шли на нарушения правил. К чести бразильцев, они не отвечали грубостью на грубость, в отличие от первых минут матча с британцами не имитировали травмы. Они, презрев синяки, отвечали на медлительный и злой антифутбол быстрым и красивым футболом.

Конечно, де Мендивилу и его помощникам Ф. Маршаллу и мне пришлось нелегко. Свисток то и дело фиксировал нарушения уругвайцев почти при каждом столкновении. Из-за этого «почти» разгорелся спор в середине первого тайма, когда на поперечный пас одновременно вышли Пеле и кто-то из защитников уругвайской команды. Оба упали около одиннадцатиметровой отметки, а мяч отлетел к Мазуркевичу. Единственный раз в матче бразильцы попытались склонить арбитра на свою сторону, устроив нечто вроде импровизированного митинга. Но де Мендивил не пошел у них на поводу.

— Надо выигрывать у противника, а не у судьи, — сказал он.

К тому времени бразильцы уже проигрывали 0:1. На 18-й минуте в одну из редких контратак уругваец Кубилла, приняв навесную передачу партнера, на ходу обыграл защитника и с близкого расстояния протолкнул мяч в сетку мимо оцепеневшего Феликса. Этот гол был отыгран на последней минуте тайма, когда уругвайцы остановились, ожидая сирены на перерыв. Они услышали свисток, зафиксировавший взятие их ворот после быстротечной комбинации Тостао — Клодоалдо.

Тренер сборной Уругвая Хохберг впоследствии утверждал, что не пропусти его футболисты этот мяч, конечный исход поединка был бы иным. Смею утверждать, что такое оптимистическое заявление практически не имело никакого основания. Гол, и не один, как и случилось, несомненно, был бы пропущен. Уругвайцы могли противопоставить острой мысли и высокой технике бразильцев только грубость и насыщенную «отбойную» защиту. А это очень ненадежный фактор победы.

Полчаса во втором тайме уругвайцы еще сдерживали натиск бразильских форвардов, а потом оборона их рухнула. Тостао и Ривелино дважды в последние пятнадцать минут заставили их начать с центра поля.

Прозвучал финальный свисток, и все — игроки обеих команд, судьи, тренеры — бросились к экрану телевизора. В Мехико в дополнительное время оспаривали право на выход в финал сборные Италии и ФРГ. Крупным планом показывают операторы, как массажисты отчаянно разминают мышцы игрокам, как врач подвязывает руку Беккенбауэру, как бушуют трибуны на стадионе.

Кто-то из служащих стадиона, смотревших наш матч Бразилия — Уругвай с транзисторным телевизором на коленях, захлебываясь, рассказывает, как на 92-й минуте — Ямасаки прибавил время — Шнеллингер уложил мяч в сетку, поймав прострельную передачу Хелда.

— В четырех матчах из пяти немцы проигрывали, — говорит он и, загибая пальцы, перечисляет: — С Марокко, с Болгарией, с Англией, с Италией. Вот это мужество!

В просторной комнате служебного помещения, где установлен большой телевизор, тесно. Я сижу, правда, в кресле — судейская привилегия. Рядом на металлическом стульчике примостился Пеле. Он без майки, в синих трусах. Многие сидят перед нами на полу. Многие расположились позади, в «амфитеатре». Никто, по-моему, не пошел в душевую. Затаив дыхание, все следят за захватывающим поединком.

Итальянцы наконец-то, как и в матче с Мексикой, только в дополнительное время, а не во втором тайме, отбросили оборонительные тенденции. И футбол засверкал. Я краем глаза наблюдаю за Пеле. Просто удивительна детская непосредственность его восприятия! Когда Мюллер смело идет навстречу вратарю Альбертози и защитнику Полетти, овладевает мячом и посылает его в сетку, я вижу, что Пеле непроизвольно повторяет его движения. Как не хватает многим нашим умудренным футбольным «волкам» вот такого чистого игрового азарта!

На гол Мюллера итальянцы отвечают двумя. Сначала защитник Бургинч сравнивает счет, потом Рива мощным ударом выводит сборную Италии вперед. Команды меняются воротами. Я включаю секундомер. Неумолимо бежит время. Остается 14, 13, 12 минут. Либуда бьет штрафной. Зеелер головой ловит мяч и с ходу переправляет его в ворота. Наперерез, вытянув руки, летит Альбертози. Но в прыжке, словно камень, выпущенный из пращи, его опережает Мюллер. Изменив направление полета мяча, он посылает его в противоположный, незащищенный, угол. Пеле вскакивает, бьет в ладоши.

— Мюллер! Мюллер! — восклицает он.

Действительно, «несчастливый» тринадцатый номер западногерманской команды Герд Мюллер во всей красе раскрыл на чемпионате свой незаурядный талант бомбардира. Десять раз после его ударов исполняли вратари печальную обязанность — доставали мячи из собственной сетки. Счастливое сочетание редкой интуиции на острый момент и смелости, готовности в любую секунду включиться в самую острую схватку.

А время бежит. Секундомер отсчитывал 111-ю минуту матча, когда Рива с подачи Бертини забил победный гол. Прозвучала сирена Ямасаки, безупречно, на мой взгляд, проведшего этот сложнейший поединок. Футболисты пожимают друг другу руки, обмениваются майками, а мы все еще недвижимы, потрясенные великолепным футбольным спектаклем. Я достаю из кармана судейский блокнот, шариковый карандаш и протягиваю Пеле. Он смотрит на меня непонимающим взглядом.

— Автограф, автограф, — объясняю я.

— Ах автограф, — словно очнувшись, повторяет Пеле и, сильно нажимая, аккуратно выводит свою подпись.

Да, подобного матча я не припомню за всю свою более чем двадцатилетнюю футбольную карьеру. И не я один.

— Я слишком стар для таких переживаний, — сказал после победы тренер итальянцев Валькареджи.

— Такой поединок не для моих нервов, — в тон ему заметил тренер сборной ФРГ Шен.

Уже возвратившись в Мехико, я долго беседовал об этой игре с Хусейном Али Кандилом, который смотрел ее с трибуны стадиона «Ацтека». По его мнению, матч этот знаменателен окончательной победой открытого футбола.

— Мрачные времена массированной обороны канули в прошлое, — говорил он. — Чтобы выиграть, надо забить гол. А защищающиеся всегда делают это хуже, чем атакующие. Помяни мое слово, как ни устали немцы, уругвайцам нечего рассчитывать на третье место. Сегодня команда, ставящая своей главной целью сохранить свои ворота, а не поразить ворота противника, обречена.

Кандил точно в воду глядел. В матче за третье место во втором тайме уругвайцы полностью овладели инициативой. Но промахивались из самых выгодных ситуаций. Вероятно, действительно, забивать голы было для них делом непривычным.

Кроме того, даже ослабленная западногерманская команда — без вратаря Майера, защитников Шульца и Шнеллингера, полузащитника Беккенбауэра, нападающего Грабовского, — обескровленная в предыдущих поединках, оказалась слишком крепким орешком для уругвайцев. И хотя Хохберг склонен видеть причину поражения в том, что его ребятам «фатально не везло», мне кажется — по организации игры сборная ФРГ была несомненно выше своих соперников на протяжении всего этого матча.

Французский футбольный обозреватель Р. Мессмер верно подметил: «То, что удалось уругвайцам против сборной СССР в четвертьфинале и против Италии в групповом турнире — я имею в виду уругвайское «каттеначчио», сосредоточение сил в обороне, — предопределило их поражение от бразильцев и немцев, так как и те, и другие располагают футболистами высокой техники, которым не страшна никакая опека».

…Либуда прорвался по правому краю и высоко прострелил на одиннадцатиметровую отметку. Зеелер в характерном для него стиле сбросил верховой мяч на ногу Мюллеру. Но тому бить было неудобно, и он сделал пас назад, на набегающего Оверата. Мяч мог бы перехватить защитник, опекавший Зеелера, но он не решился оставить своего подопечного. Наверное, подумал: «А вдруг в борьбе мяч отскочит к нему, никем не прикрытому?..» В результате Оверат, которому никто не помешал, хлестко пробил в угол с линии штрафной.

После игры я спустился в судейскую комнату и от души поздравил своих коллег по Леону — Антонио Сбарделла и его помощников Агилара Элизальде и Веласкеса — с хорошо проведенным матчем. В этой встрече они практически не допустили ни одного сколько-нибудь серьезного промаха.

Вместе с тем, подчеркивая принципиальность и объективность арбитров, я вовсе не собираюсь вообще выводить себя и своих коллег из-под огня критики, без которой просто немыслимо поступательное движение вперед. Анализ спорных решений и ошибок, допущенных судьями в ходе чемпионата, несомненно, принес определенную пользу. Весьма знаменательно, что Судейский комитет принял предложение вице-президента ФИФА В. Гранаткина о повышении ответственности арбитров и необходимости обсуждения этого вопроса с целью выработки каких-то конкретных мер.

Но вместе с тем я смею снова утверждать, что даже неверные в некоторых эпизодах действия арбитров не сказались на турнирной судьбе команд. В целом, как я уже говорил выше, судейство получило положительную оценку, причем отмечалось, что сделан большой шаг вперед по сравнению с чемпионатом мира в Англии. Многолетний капитан сборной Англии Билли Райт, излагая обозревателю «Ассошиэйтед Пресс» Колину Фросту свою точку зрения на судейство, подчеркнул:

— Не думаю, что судейские ошибки серьезно повлияли на итоги. В матчах, которые я наблюдал, катастрофических решений не было, как не было предвзятости или злого умысла. Правда, я не видел всех игр. Но, с другой стороны, здесь, в Мексике, с поля не был удален ни один игрок. Это положительный факт.

Справедливость выводов Билли Райта да и многих других специалистов футбола как бы подтвердило и уверенное судейство Руди Глехнером из ГДР и его помощниками Рудольфом Шерером и Анхельмом Корезза финального поединка чемпионата. Всем троим после состязания ФИФА выразила признательность.

Лишь однажды в ходе встречи возник спорный момент. Итальянцы утверждали, что Пеле, отдававший мяч Жаирзиньо, который и забил третий гол, находился в офсайде. Верно, Р. Шерер поднял флаг. Но Р. Глехнер находился в двух шагах от места событий и принял решение засчитать мяч. Просмотр пленки убедительно показал, что между Пеле и воротами в момент удара — бразильцы били штрафной — находилось по меньшей мере два итальянца. Они прозевали рывок бразильца, головой отбросившего мяч к дальней штанге, куда на всех парах устремился Жаирзиньо.

В этом матче итальянцы вновь избрали стратегию, основанную на благосклонности «госпожи Удачи». Непрерывные атаки бразильцев в первом тайме лишь однажды увенчались успехом. Пеле головой послал мяч в сетку после дальней передачи Ривелино. Это произошло на 19-й минуте игры. А на 38-й промахнулся сначала Клодоалдо, за ним — Феликс, и против пустых ворот с мячом оказались Рива и Бонисенья. Они едва не помешали друг другу, но все же Бонисенья успел закатить мяч в сетку.

Бразильцы были огорчены случившимся. А итальянцы даже не попытались возблагодарить судьбу за нежданный подарок, использовать свой шанс. 112 тысяч зрителей на «Ацтека», 800 миллионов у экранов телевизоров увидели, что итальянская команда не может сбросить оковы «персоналки», играть свободно, с выдумкой, изобретательно, как она это сделала во втором тайме четвертьфинала, в дополнительное время полуфинала.

А бразильцы тем временем оправились от шока. Они словно в стальных тисках многотонного пресса зажали итальянскую сборную на ее половине поля. И многослойный бетон не выдержал давления, брызнул во все стороны осколками.

Сразу же открылись бреши, в которые таранами врывались бразильские игроки — нападающие, полузащитники, защитники.

Все в атаке — вот девиз бразильцев. Переломный второй гол в ворота итальянцев забил представитель средней линии — Герсон, четвертый — игрок обороны Альберто.

— Мы не умеем и не хотим играть в закрытый футбол, — сказал счастливый Пеле. — Мы победили, атакуя в нашем, бразильском, стиле.

С последним свистком Р. Глехнера трибуны и поле стадиона «Ацтека» превратились в огромный танцевальный зал. Просто чудо, как сквозь этот бушующий ураган страстей смогли пробиться бразильцы к ложе президента Мексики, получить из его рук статуэтку «Золотой богини» и пронести ее вокруг футбольного поля в тесных объятиях обезумевшей от восторга толпы…











Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх