Загрузка...



«СПАРТАК» ВОСЬМИДЕСЯТЫХ: МЕЖДУНАРОДНЫЕ МАТЧИ


В чемпионате страны 1982 года «Спартак» сделал шаг назад, завоевав бронзовые медали. Наверное, в какой-то степени отразилось на игре команды участие многих ее футболистов и старшего тренера в мировом турнире. А нам еще предстояло вступить в борьбу в рамках розыгрыша Кубка УЕФА. Чтобы завершить наконец международную тему, расскажу о тек матчах «Спартака» 80-х годов, которые мне особенно запомнились.

В 1/32 финала Кубка УЕФА из дальнейшей борьбы выбыли знаменитые английские клубы «Арсенал», «Ипсвич», «Саутгемптон», «Манчестер Юнайтед», голландский «Эйндховен», итальянская «Фиорентина», западногерманская «Боруссия», московское и тбилисское «Динамо»,

«Нашими заботами» из розыгрыша был на первом же этапе выбит «Арсенал», команда с внушительнейшим послужным списком, имевшая к тому моменту в своем активе выигранный Кубок УЕФА. Такая доля досталась нам по жребию. И первый, московский, матч с «Арсеналом» начался для нас примерно так же, как для венгерской сборной ее встреча с советской командой в 1986 году. На 15-й минуте Бобби Робсон ударом под перекладину открыл счет, на 28-й Чепмэн головой, поймав Дасаева на противоходе, послал второй мяч в сетку наших ворот.

Эх, если бы спартаковцев каждый раз так задевало за живое! В случае с «Арсеналом» они проявили истинно мужской характер. Пошли вперед, закрутили фирменную «карусель», сбили с толку оборону британцев, и в конце концов защитник Вуд свалил Родионова, стараясь остановить опасный прорыв. Штрафной удар. Мяч заметался возле ворот и, прочертив несколько зигзагов в разных направлениях, попал к Сергею Шавло, который отправил его в ворота арсенальцев. Шла 37-я минута.

В перерыве мы говорили кратко и откровенно (кстати, наши обсуждения событий в интервалах между таймами никогда не были неоткровенными, с недомолвками или задними мыслями, — нет, все я открытую, только правду и только прямо в глаза). Было понятно, что, даже выйдя вперед в счете, мы с незначительными шансами на дальнейшее продвижение в розыгрыше Кубка УЕФА поедем с ответным визитом в Лондон. Но проигрывать дома в первой же встрече,,,

Спартаковцы атаковали весь второй тайм. Юрий Гаврилов, к которому вернулись его глазомер, хладнокровие и хитроумный расчет, на 69-й минуте пробил пенальти и сквитал «чет, а на 88-й забил победный мяч. 3:2.

«Нашим футболистам придется в Лондоне очень и очень нелегко», — так заканчивался отчет в «Советском спорте» о первой игре с «Арсеналом».

Принимая в Москве «Арсенал», мы ждали, что он изберет оборонительный вариант, постарается поменьше пропустить и периодически контратаковать. Но британцы опрокинули наши предположения. Они не стали отсиживаться в защите. Два гола на чужом поле — неплохой запас, рассуждал я, пробуя стать на место английского тренера. Выиграв у себя дома хотя бы 1:0, можно без хлопот выйти в следующий тур, «Спартак» не может этого не понимать. У него и в Москве не ладилась оборона, а ведь в Лондоне агрессивность хозяев поля неизбежна! Значит, «Спартаку» только и остается, что уйти в глухую защиту и постараться удержать преимущество в один мяч…

— Сделаем то, чего англичане от нас никак не ждут, — сказал я команде во время установки. — С самого начала будем атаковать и атаковать!

В тот день спартаковцы преподнесли подарок всем. Мне, себе, своим друзьям и почитателям, любителям спорта и в нашей стране, и в Англии, где умеют ценить искусную игру «вопреки логике». Пять мячей забили они «Арсеналу», тренер которого Терри Нейл после матча нашел в себе силы и мужество поздравить меня «с победой и с превосходной командой».

Вслед за «Арсеналом» спартаковцы дважды одолели голландский «Харлем» — 2:0 и 3:1. В этом туре выбыли из дальнейшего розыгрыша «обидчики» тбилисских и московских динамовцев — итальянский «Наполи» и польский «Шленск», а также «Глазго рейнджере», «Ференцварош» и «Хайдук». А дальше… Я уже отмечал, что по мере приближения к финалам европейских клубных турниров соперники все больше напоминают миниатюрную сборную континента, хорошо сыгранную. Скажем, доставшаяся нам испанская «Валенсия» — в свое время обладатель Кубка УЕФА и Суперкубка, выигравшая в 1981 году Кубок кубков.

«Валенсия» сумела на нашем поле удержать ничейный счет (0:0), а на своем выиграть у «Спартака» 2:0. Высококлассный был подбор исполнителей у испанцев, сказался и их серьезный кубковый опыт, и обоснованная уверенность, сказалась и усталость наших игроков на финише года.

Замечу, что в обоих матчах полуфинала «Валенсию» победил прославленный бельгийский «Андерлехт». Он тоже владел Кубком кубков, а в 1982 году как раз и выиграл Кубок УЕФА. Именно с «Андерлехтом» свел нас жребий в следующем розыгрыше этого приза.

Трудно было, конечно, тягаться с такими клубами: наша команда теряла игроков, целые связки и блоки. Ушли в ЦСКА Хидиятуллин и Самохин, были призваны на военную службу и стали выступать за армейские команды Шавло и Сидоров, покинули «Спартак» Мирзоян, Сорокин, Калашников. А кто появился? В основном составе прижился молодой Поздняков, из ярославского «Шинника» я пригласил способного, быстро соображавшего на поле Евгения Кузнецова, который превратился в «Спартаке» в классного мастера и со временем стал олимпийским чемпионом и заслуженным мастером. Пожалуй, лучший свой сезон (1983) провел в «Спартаке» вернувшийся из «Кайрата» Валерий Гладилин.

Осенью 1983 года мы вновь стартовали в розыгрыше Кубка УЕФА. Выиграли у финского клуба ХИК в Москве и в Хельсинки — 2:0 и 5:0. В следующем туре по жребию соперником стал обладатель Кубка европейских чемпионов 1982 года «Астон Вилла», мощная команда из английского города Бирмингема.

Что мне всегда нравилось в спартаковцах: их не смущали никакие авторитеты и титулы. «Астон Вилла»? Что же, поспорим с «Астон Виллой». В Москве нам пришлось по ходу матча с бирмингемцами дважды отыгрываться. Первый тайм прошел в обоюдных атаках, в начале второго англичанин Гибсон открыл счет, очень быстро Гаврилов, который был в тот день в ударе, сквитал. На 68-й минуте Уолтерс забил нам второй гол. И до последних секунд игры над нами нависала угроза поражения на своем поле. Но опять же Гаврилов своей непредсказуемой игрой, никак не предусмотренной британцами, сбил их с толку, совершил коварный маневр и нанес хитрый удар…

А мгновение спустя прозвучал финальный свисток арбитра. После такого матча не сразу приходишь в себя, непросто дух перевести. 2:2.

2 ноября игра в Бирмингеме началась для нас плачевно. На первой же минуте британцы послали мяч на левый фланг; популярный форвард Тони Морли пулей пролетел по краю вдоль бровки поля, навесил мяч в нашу штрафную площадь, и его партнер Унер в английском стиле перебросил мяч головой через Дасаева. 0:1. И это после ничьей на московской земле…

Для спартаковцев стартовая неудача стала сигналом боевой тревоги. Началась осада ворот «Астон Виллы». Через все поле пошли, передавая друг другу мяч и меняясь местами, центральные защитники; всюду поспевал Гладилин, затевали комбинации Черенков и Гаврилов. Голкипер Спинк отчаянно метался в воротах, несколько раз «вытащил» мячи, которые считаются неберущимися…

И все-таки до перерыва сквитать счет не удалось.

Придя в нашу раздевалку и оглядевшись, я не почувствовал атмосферы уныния. В отдельных репликах звучала даже уверенность: мол, сейчас сквитаем, а там и выиграем. В общем, убеждать в чем-либо ребят не требовалось. Я лишь напомнил им о матче с «Арсеналом» в Лондоне: «Вы там сыграли так, как умеете. Сыграйте сейчас так же, и все будет в лучшем виде».

На второй тайм выходили с надеждой, а я — и с некоторой тревогой, которую, естественно, ничем не выказывал.

Уже на 46-й минуте встречи Федя Черенков коварным ударом застал Спинка врасплох. Но «Астон Вилла» не дрогнула. Англичане прекрасно понимали, что 2:2 в Москве и 1:1 в Бирмингеме устраивают их, а не нас. Наверное, то был один из вариантов, предусмотренных на тренерской установке наставником британцев Т. Бартоном. Соперники сейчас же применили к нашим игрокам персональную опеку, плотный прессинг по всему полю. Некоторые футболисты старались просто «разменяться» со своими спартаковскими «визави» (по принципу «сам не сыграю, но и тебе не дам»). Чувствовалось, что они хотят удержать ничейный счет.

Человек я строгий, закаленный жизненными и футбольными испытаниями, но при воспоминании об этом втором тайме вдруг возникает прилив нежности к нашим парням, которые показали себя поэтами футбола. Никакими материальными стимулами не вызовешь тот порыв, тот взлет духа и мастерства, который обуял спартаковцев во второй половине матча. И за минуту до его окончания их сверхусилия увенчались триумфом: Черенков сыграл нестандартно, обманул британскую оборону и изящно «положил» мяч в сетку ворот. Счет стал 2:1. Мы победили.

«Все одиннадцать игроков и тренер Бесков заслужили высшие оценки», — заявил на послематчевой пресс-конференции наставник «Астон Виллы» Т. Бартон. «Спартак», как и год назад в матче с «Арсеналом», показал настоящий современный футбол», — писала газета «Дейли стар». «Спартак» — сейчас одна из лучших европейских команд, обладает отличной техникой, демонстрирует потрясающее взаимодействие игроков», — подчеркивала «Гардиан».

Вот какой бой выиграть, какое впечатление произвести на англичан сумел наш коллектив 2 ноября 1983 года. На 6 ноября был назначен наш матч с днепропетровским «Днепром», игра, в которой решалась судьба золотых медалей первенства страны. 3 ноября спартаковцы прилетели из Лондона в Москву и сразу выехали в Днепропетровск. На отдых у нас было очень мало времени. Борьба с «Астон Виллой» отняла много сил. Мы проиграли решающий поединок со счетом 2:4.

«Мы понимаем: спартаковцы очень устали после матча с «Астон Виллой», который потребовал от команды максимальной отдачи сил, — сказал на пресс-конференции старший тренер днепропетровцев Владимир Емец. — «Спартак» остается «Спартаком», в будущем сезоне он наверняка постарается взять реванш, да и сегодня проиграл, не уронив чести клуба. Прощаясь с чемпионатом, обе команды подарили зрителям хорошую игру».

Для «Днепра»-то сезон кончился. А нам вновь выпадала дальняя дорога: в голландский город Роттердам. 23 ноября спартаковцев принимала на своем поле тамошняя «Спарта». Ребята шутили: «Почти одноклубники, одной буквы не хватает».

«Почти одноклубники» знали, что сезон у нас финиширует, что мы потерпели поражение от «Днепра», что скамейка запасных у нас коротка. Пришлось выдерживать натиск мощных голландских игроков, выносливых и техничных, полных энергии, поскольку их сезон лишь недавно начался. Шесть футболистов «Спарты» входили в олимпийскую сборную Нидерландов.

На 34-й минуте голландский защитник Блинд сбил с ног Гладилина в метре от линии штрафной площади прямо напротив ворот. Спартаковцы долго совещались, кому и как бить. Роттердамцы не менее тщательно выстраивали «стенку». Затем, как описывался этот эпизод в еженедельнике «Футбол-Хоккей», Гаврилов разбежался, но вместо того чтобы бить самому, вдруг откатил мяч вправо Родионову, который, судя по его реакции, совсем не ждал паса. Родионов «по системе Станиславского» изобразил на лице полную растерянность — и вложил всего себя в пушечный удар. Это произошло так органично и непредвиденно, что никто из голландцев не попытался кинуться, перекрыть Родионову пространство. Мяч влетел в сетку ворот «Спарты», как ядро из мортиры.

Это, повторяю, точка зрения «Футбола-Хоккея». Не представляю, однако, когда успел Родионов изобразить «полную растерянность», если у него была секунда в распоряжении. Да и не пантомимист Родионов, не Марсель Марсо. Уверен, что они с Гавриловым сговорились именно так исполнить штрафной. Такой вариант они уже применяли. Домашняя заготовка.

Лишь за десять минут до конца матча игроку «Спарты» Де Вольфу удалось забить ответный гол с одиннадцатиметрового. И «сделал» этот пенальти Родионов, придя в свою штрафную площадь на помощь защитникам и нечисто выполнив подкат.

Ничья в Роттердаме вселяла надежды на выход в следующий тур Кубка УЕФА. 7 декабря в Тбилиси эти надежды подтвердились. Хотя «Спарта» активно атаковала (счет угловых ударов в первом тайме — 6:1 в пользу «Спарты»), взять ворота не сумела, а затем два мощнейших удара Валерия Гладилина не оставили гостям ни малейших шансов.

В 1983 году мы стали первой советской командой, вышедшей в четвертьфинал Кубка УЕФА. Вскоре жребий, выпавший на нашу долю, слегка охладил почитателей «Спартака», уже предвкушавших его торжество в этом розыгрыше. Не нашем пути встал знаменитый «Андерлехт», с которым предстояло сразиться в марте 1984 года.

Да, межсезонье безусловно влияет на спортивную форму футболистов, подтачивает фундамент игры, закладывающийся в течение всего игрового сезона. И все же ссылки на то, что готовиться к мартовским матчам спартаковцы могли лишь в манеже, что сезон для них только-только начинался, а у бельгийцев был в разгаре, что у нас выбыл из строя заболевший от перенапряжения сил и нервов Черенков, я решительно отметаю. Пенять не на кого, взялись участвовать в розыгрыше международного кубка — надо играть.

Мы бегали кроссы, работали с набивными, весом 3 килограмма, мячами, выполняли другие специальные упражнения — торопились набрать боевую форму…

2:4 — с таким счетом проиграли мы в Брюсселе. И опять-таки считаю неуместной ссылку на невезение, на то, что Гаврилов не смог забить одиннадцатиметровый. Двадцать два игрока, вышедшие на футбольное поле, равны перед зрителем. Двадцать два — и мяч, который их рассудит. Впрочем, проиграли мы в достаточно равной борьбе. Конечно, «Андерлехт» играл лучше, точнее, чем спартаковцы.

А ответный матч в Тбилиси мы выиграли — 1:0. Были близки ко второму взятию ворот. Гаврилов, который забил один мяч, создал сам себе еще несколько реальных возможностей отличиться. Вот когда вспомнился не забитый в Брюсселе пенальти! Что ж, не довелось. И сознание того, что проиграли самому «Андерлехту», не утешает. Чуть-чуть не одолели, но, увы, как тут не вспомнить поговорку, которую я впервые услышал в детстве: «Чуть-чуть в Москве не считается».

Поскольку «Спартак» последовательно занимал в чемпионатах страны места не ниже третьего, мы и осенью 1984 года должны были включиться в розыгрыш Кубка УЕФА.

Датский портовый город Оденсе встретил нас крепким ветром и штормом в проливе Большой Бельт, на берегу которого построен стадион. Мне пришлось серьезно поговорить с командой перед игрой с клубом «Оденсе БК», чтобы настроить на борьбу: спартаковцы не считали провинциальную датскую команду противником, заслуживающим внимания. То ли беседа помогла, то ли в самом деле «Оденсе БК» оказался намного слабее, но счет был 5:1. На чужом поле в матчах европейского турнира такое может получиться лишь при встрече с явно слабым соперником. Гаврилов, Сидоров, Шавло, Родионов и Евгений Кузнецов забивали как на тренировке. Правда, один мяч мы пропустили.

На ответную игру (3 октября) тоже пришлось настраивать, убеждать, ибо счет 5:1 словно гипнотизировал спартаковцев, посчитавших, что тут и делать-то нечего. Поэтому игра вышла какой-то рваной, незакономерной. Датчане всячески старались доказать, что они не мальчики для битья, и один мяч все-таки провели. Первым забил Черенков, затем Расмуссен, Сидоров. 2:1. По сумме двух матчей — 7:2. Единственный негативный штришок: в одной из схваток за мяч Гаврилов вдруг ударил соперника по ногам и получил за это желтую карточку. Я поспешил заменить его, иначе мог произойти еще инцидент; тогда была бы красная и Гаврилов лишился бы права выступать в 1/16 финала.

Во всех описанных играх срабатывала наша система, о которой я уже не раз здесь рассказывал. Изначально игроки занимали позиции по схеме 4+3+3, но, когда начинали обороняться, в защите наших сразу становилось минимум пятеро, а когда переходили в атаку, то к трем форвардам подключались три полузащитника и один из защитников, то есть атаковали мы шестью-семью игроками.

24 октября, Лейпциг. На 6-й минуте Сидоров головой посылает мяч в верхний угол ворот местного «Локомотива». Вратарь Мюллер успевает среагировать, касается мяча кончиками пальцев и отражает чуть выше; ударившись в перекладину, мяч отскакивает в поле — прямо на ногу Гаврилову. 1:0.

Немецкие футболисты не прекращают борьбу, как правило, до последних секунд игры. В Лейпциге они штурмовали наши редуты большую часть матча, но без помощи все того же Гаврилова не сквитали бы счет. Юрий пришел в свою штрафную площадь и сильно толкнул одного из соперников в спину; тот потерял равновесие. С пенальти нападающий «Локомотива» Цетше равновесие — в счете — восстановил. В свое время Н. П. Старостин нарек Гаврилова футбольным Фигаро — пожалуй, справедливо: Фигаро здесь, Фигаро там…

7 ноября на московском стадионе «Торпедо» Гаврилов искупил свою вину. На 26-й минуте Шавло дал безупречный пас нашему юному форварду Русяеву. Тот бил очень сильно и неточно, мяч ушел рикошетом к Гаврилову, и Юрий четко отправил его под перекладину. Затем, получив отличный пас от Шавло, Родионов удвоил счет. Свои ворота нам, во многом благодаря Дасаеву, удалось уберечь.

Следующим кубковым экзаменатором для «Спартака» стал один из сильнейших клубов ФРГ «Кельн», в составе которого выступали такие знаменитые мастера, как Литтбарски, Шумахер, Аллофс. В очень тяжелом поединке 28 ноября в Тбилиси нам удалось выиграть со счетом 1:0. Цели достиг дальний неожиданный удар Бориса Позднякова. В остальных случаях вратарь «Кельна» и сборной ФРГ Тони Шумахер пресек все попытки наших парней взять ворота.

Грядет ответный матч, думали мы, а игровой практики нет; каким образом поддержать форму? Лихорадочно искали, где тренироваться и кого заполучить в спарринг-партнеры.

Не хватало исполнителей: одни залечивали раны, другие были слишком неопытны. Матчи с противником масштаба «Кельна» очень важны, так как можно сопоставить свои и соперников силы и способности на высшем международном уровне. Такие матчи — барометр команды. И, потерпев поражение, мы не считали это трагедией, а старались извлечь рациональное зерно, искали причины: почему не достигли успеха в атаке, в чем ошиблась оборона?

Проигрывая 12 декабря со счетом 0:2, спартаковцы все же могли бы выйти в четвертьфинал за счет гола, забитого на чужом поле. Могли бы, если бы вышедший на замену Олег Кужлев не «изловчился», получив мяч в трех-четырех метрах от ворот немцев, поднять его ударом почти перпендикулярно земле! Человеку, имеющему звание мастера спорта, конечно, не к лицу так играть в единственный решающий момент. Но мог ли я высказать претензии парню, который лишь пять раз за сезон включался в основной состав «Спартака», а в международных матчах 1984 года участвовал впервые?

Товарищеские матчи мы научились выигрывать у самых авторитетных команд. А тут снова не хватило «чуть-чуть» в розыгрыше Кубка. Собственно, не хватило мастерства, профессионализма. Не одного «Спартака» это проблема, и ее еще предстоит решать всему нашему футболу.

Читатель, не слишком близко к сердцу принимающий футбольные проблемы, может счесть этот беглый обзор международных игр «Спартака» однообразным. Мол, вся разница лишь в том, кто кому и на какой минуте забил. А ведь ни один матч не бывает полностью похож на другой, почти каждый матч — урок, из которого специалист извлекает пользу.

Многие любители спорта, даже болельщики со стажем, рассуждают наивно: «Победив в гостях такие клубы, как «Арсенал», «Астон Вилла» или «Брюгге», никак нельзя сыграть слабо с менее титулованным коллективом, например с финским клубом «Турун Паллосеура». Действительно, многие болельщики нашей страны услышали об этом клубе впервые, когда жребий свел с ним «Спартак» в стартовой игре на Кубок УЕФА 1985 года. Команда из города Турку приехала в сентябре в Москву. И мы еле-еле одолели ее со счетом 1:0.

«Как же так? — воскликнет взыскательный болельщик. — «Арсенал» разгромить сумели, а «Турун Паллосеуру» — с минимальным счетом?» А вот так. На редкость неудобная команда, очень напоминавшая вильнюсский «Жальгирис» в его лучшие дни, с первых секунд матча ушла в глухую защиту.

Наши игроки атакующих линий при поддержке крайних защитников старались преодолеть массированную оборону всякими способами: обводкой, борьбой за мяч в районе штрафной площади, набрасыванием мяча на одиннадцатиметровую отметку, откуда кто-нибудь мог направить его в ворота. И ничего не получалось. Финны ложились под удар, выталкивали мяч из-под ноги дриблера, словом, разрушали все, что созидали спартаковцы (разрушать, как известно, легче). Только однажды Евгению Кузнецову, пошедшему в прорыв и сумевшему обвести двух-трех игроков из Турку, удалось выманить на себя других оборонявшихся и вратаря финнов Эккермана, дать нежнейший пас Черенкову — на линию вратарской площадки, откуда Федор беспрепятственно послал мяч в ворота.

А вот в Турку играть должно было легче: соперникам предстояло сквитать этот гол, если они хотели выйти в следующий тур розыгрыша, а значит, хоть в какой-то степени оголять свои оборонительные рубежи. Правда, мы не надеялись на такую действенную «помощь», какую невольно оказал спартаковцам полузащитник Лааксонен: вратарь изготовился принять несложный мяч, а этот нервный хавбек подправил его прямо в сетку своих ворот. Вскоре Родионов ударом головой завершил быструю спартаковскую комбинацию. Словом, счет 3:1 в Турку объективно отражал перипетии этого необременительного соперничества. После матча тренер «Паллосеуры» Райнер Фосс заверил, что то была лучшая в сезоне игра его команды.

В 1/16 финала на московском стадионе «Динамо» встретились в октябре «старые друзья» — мы и «Брюгге». Меня вполне устроил результат 1:0 в нашу пользу (в штрафной площади бельгийцы снесли Сергея Новикова, и Федор Черенков чисто исполнил пенальти). Почему устроил? «Брюгге» выглядел явно сильнее, чем за четыре года до этого; к тому же спартаковцы переживали в тот момент некий психологический надлом: а чемпионате СССР повторили результаты ряда предыдущих сезонов, заняв второе место, наряду с впечатляющими победами имели огорчительные провалы, например, удивили всех шестью ничьими подряд, проиграли обе встречи киевским динамовцам.

Заметно ухудшилась игра Юрия Гаврилова и Сергея Шавло, которые в течение нескольких лет были ключевыми игроками команды. У Гаврилова участились нарушения режима, были претензии к игре Шавло и Сочнова. После того сезона эти трое расстались со «Спартаком». Правда, уход из команды не повлиял на наши отношения с ними, которые и сейчас остаются теплыми, товарищескими.

Силовую борьбу на скоростях, которую предложили футболисты «Брюгге», у нас выдерживали тогда немногие. Поэтому меня не огорчил скромный итог московской встречи. Зато в Брюгге 6 ноября мои питомцы словно захотели вернуть былое. «Осталось впечатление, будто игроков «Спартака» на поле было вдвое больше», — высказалась о матче газета «Либр Бельжик». Ей вторила «Суар»: «Молниеносные переходы от обороны к атаке и наступательный порыв спартаковцев — атака веером, как в регби… «Спартак» не изменяет своему наступательному стилю и в гостях… Футбольный концерт на Олимпии!» — резюмировала «Суар».

Сменой ритмов спартаковцы сбили соперникам дыхание. Победили со счетом 3:1.

В конце ноября мы принимали в Тбилиси французскую команду «Нант». И проиграли. Дело шло к нулевой ничьей, но за 12 минут до окончания матча форвард «Нанта» Морис забил гол. В еженедельнике «Футбол — Хоккей» в отчете об этом поражении приведено мое высказывание: «Третий год мучительно решаем проблему комплектации. Есть игроки, которые не нужны тем или иным клубам высшей или первой лиг, но местное высокое начальство накладывает табу на их переход в «Спартак». Грубые ошибки в обороне, серия нереализованных голевых ситуаций не позволили нам выиграть сегодня… Сейчас поедем в ФРГ, будем участвовать в турнире с любительскими командами, чтобы сохранить игровое состояние к ответной встрече с «Нантом». Безропотно с дороги сходить не намерены…»

В Нанте Черенков открыл счет, но вскоре Дасаев, выступавший с травмой, нерасчетливо вышел из ворот, и игрок «Нанта» Туре воспользовался его оплошностью. Так что мы выбыли из розыгрыша Кубка УЕФА.

Впервые ехали мы на матч в гостях, имея пассив в домашнем поединке. Положение усугублялось тем, что похвала за стабильную игру в чемпионатах СССР все более походила на критику: «опять только вторые» (где еще ругают команду, часто завоевывающую серебряные медали?). Пользу, на которую мы рассчитывали, любительский турнир в ФРГ не принес. Мы победили с крупным счетом «Тизерваль» (Беккум), «Фризен» (Хенигзее), «Вестринен» (Хамме) и «Крайслид» (Дортмунд). Однако мерзкая погода (снег с дождем) превратила футбольные поля в болота; в лучшем случае, приходилось играть на снегу или на гаревом покрытии, на котором Дасаев и получил травму. Поэтому сохранить нормальное игровое состояние не удалось, команда издергалась, устала.

Занятое в чемпионате страны второе место вновь гарантировало участие в турнире на Кубок УЕФА.

Странным стал для «Спартака» сезон 1986 года. Своего рода трамплином для прыжка к золотым медалям. Впрочем, прыжком это не назовешь, скорее ходьба на дальнюю дистанцию с препятствиями. С натугой выступали мы и в розыгрыше европейского кубка, едва справились с швейцарским «Люцерном» (0:0, 1:0), причем в перерыве второй встречи мне пришлось, сохраняя на лице маску спокойствия, произнести ироничным, беззаботным тоном в раздевалке:

— Чтобы забить гол, приятели, нужно как минимум иногда бить по воротам.

Может быть, сарказм подхлестнул спартаковцев, и одна из комбинации, Еременко — Черенков — Кужлев, завершилась точным ударом головой. Олег Кужлев, не забивший верный гол «Кельну», реабилитировал себя в Швейцарии.

В 1/16 финала мы оказались на муниципальном стадионе в Тулузе, где вскоре предстояло играть за местный клуб нашему Вагизу Хидиятуллину. И эта самая «Тулуза» побила нас — 3:1. Блестяще сыграл в тот октябрьский день игрок сборной франции Пасси, забив все три мяча. Ответный гол забил Родионов.

Представьте, я нашел позитивное и в этом матче. В Тулузе прошли «проверку боем» младшие спартаковцы, совсем юные новобранцы команды или постоянные игроки ее дублирующего состава: Митин, Кужлев, Богачев, Шибаев, Каюмов. А что было делать, если основных исполнителей выбили из строя травмы?

В хорошей команде французов я усмотрел уязвимое место: если во второй встрече, в Москве, приставить к Пасси персонального сторожа с заданием полностью «разменяться», сумеет ли кто-нибудь во всех отношениях заменить его?

Ответная встреча пришлась на 5 ноября. Нас воодушевляло то, что ей предшествовали победы над московскими торпедовцами (4:0), минскими динамовцами (7:0), «Нефтчи» (4:0), «Араратом» (6:2), а еще до этого мы победили «Зенит», «Шахтер», киевское «Динамо», «Черноморец» и торпедовцев Кутаиси. Спартаковцы вспомнили о самолюбии, рассердились на «Тулузу» (в кулуарных разговорах я слышал реплики о том, что, имея над нами преимущество в счете, игроки «Тулузы» не продемонстрировали преимущества в игре). А когда командой овладевает подобная идея, тренер должен лишь не давать ей угаснуть.

Установка на этот матч была проведена тоном, в котором не проскальзывала ни единая нотка сомнения. Вы играете отнюдь не хуже французских мастеров, постарайтесь воплотить свое умение в голы. Время деклараций минуло, настало время действий.

В тот день спартаковцы жаждали расквитаться с обидчиками за ущемленное самолюбие. Их охватила некая беззлобная, радостная ярость. Звучали обрывки фраз: «Ну, дожили до понедельника!», «Теперь пусть не жалуются», «Ух, Тулуза!»

То, что французы в самом начале игры вдруг забили нам гол, только еще больше раззадорило спартаковцев. После этого их было невозможно удержать. Они носились по полю, как черти. Они сводили счеты!

7-я минута — гол Дюрана в наши ворота. 0:1. Задача спартаковцев усложняется. Но они не обескуражены, наоборот! 9-я минута — Андрей Рудаков, 18-я — Андрей Рудаков, 50-я — Сергей Родионов, 79-я — Сергей Новиков, 90-я минута — Сергей Новиков. 5:1. «Тулуза» повержена.

Такие матчи отражают подлинный потенциал команды, высвечивают скрытые способности каждого футболиста и общие неиспользованные резервы, внушают людям на трибунах веру в мастерство и стойкий характер их любимцев, надежду на грядущие победы.

После таких матчей невозможно объяснить болельщикам объективные причины неудачного выступления: все помнят победу над «Тулузой», победу над «Брюгге», «Арсеналом», «Астон Виллой»… Почему в 1/8 финале Кубка УЕФА, принимая в Москве команду из австрийского города Инсбрука «Сваровски-Тироль», не смогли забить хотя бы один мяч? Почему Борис Кузнецов не забил пенальти? На тренировках десятками забивал, а тут не сумел… Почему в Инсбруке тот же Борис Кузнецов, выйдя на позицию, с которой достаточно ткнуть мяч ногой, чтобы он оказался в сетке, вдруг промахнулся? Нечем ответить на подобные вопросы…

Можно попытаться оправдываться. Не смогли из-за травм участвовать в игре Черенков, Хидиятуллин, Морозов, ушел с поля на 10-й минуте Рудаков, повредив в падении руку. Одиноко маячил в линии атаки не получавший пас Родионов. Не нашлось эквивалентной замены выбывшим… Воспримут ли эти аргументы? Все же видели собственными глазами, на что способен наш «Спартак», самая стабильная команда, из года в год — 1979-1986 — призер первенства СССР…

Таковы «невидимые миру слезы» тренера.

События в Кубке УЕФА, имевшие отношение к «Спартаку» в 1987 году, больно врезались мне в сердце и память. Рассмотрим сначала, в какой ситуации была команда к моменту своего вступления в розыгрыш европейского приза, чтобы составить представление о ее потенциале и слабых местах.

«Спартак» уверенно лидировал в чемпионате СССР. Весной в составе появились новички, на каждого из которых можно было возлагать определенные надежды: Валерий Шмаров, Михаил Месхи-младший, Виктор Пасулько, чуть позже — Александр Мостовой, Александр Бокий, Юрий Суров. Ближе к осени Лев Филатов писал в «Известиях»: «Наполовину обновленная команда не утратила ни рисунка игры, ни волевого единства».

Во второй половине сентября спартаковцы выиграли крайне важный для себя матч в Киеве (примета последних лет: «Чтобы считаться полноценным чемпионом СССР, нужно выиграть у киевских динамовцев обе встречи, на их и на своем поле»). Была и неплохая игра в Лужниках с динамовцами Дрездена в 1/32 финала Кубка УЕФА. Пресса дружно хвалила нас за красивую победу, два мяча провел Мостовой, а уж Черенков забил красавец-гол, как было сказано в «Известиях».

О нашей игре с «Нефтчи» спортивный обозреватель отозвался в «Известиях» в высоком стиле: «Двумя разящими контратаками «Спартак» вновь добыл победу». Настроение было радужным, виды на будущее — самыми оптимистичными. Шесть ведущих игроков призывались под знамена различных сборных команд страны — тем больше помета и чести «Спартаку».

На 21 октября были назначены матчи следующего этапа европейских кубковых турниров. Спартаковцы должны были выступить в Бремене против «Вердера». Но руководство УЕФА поменяло очередность. По каким-то «высшим» соображениям, «Спартаку» было предложено провести первую встречу на своем поле. В этой перемене уже был заложен подводный камень. Но мы тогда не думали об этом и согласились сыграть первый матч у себя дома.

«Вердер» летел в Москву из Бремена с посадкой в Вильнюсе, где футболистам пришлось ждать: в Москве стоял густой туман, аэропорты не принимали… Посидев какое-то время в литовской столице, немецкие мастера возвратились в свой город. Сообщили в УЕФА. Из Европейской футбольной федерации им и нам были направлены циркуляры: при первой возможности матч должен состояться. Такая возможность представилась 24 октября. Это субботе. Обычно игры европейских кубковых турниров проводятся по средам. Еще одно отступление от правил допустила УЕФА.

«Яркая игра москвичей» — так назывался краткий отчет в «Известиях» от 25 октября. Описывалось, как в первом тайме Мостовой и Родионов, а во втором Родионов и Пасулько эффектно забили голы в ворота «Вердера». О том, как отквитали один мяч бременцы, не рассказывалось, это выглядело неважным. 4:1 — большой запас прочности. Теперь ответный визит в Бремен, который должен был произойти ровно через две недели, приходился на вторник, 3 ноября. Это было уже третье отступление от правил УЕФА.

26 октября в прессе появились статьи, смысл которых передается заголовком одной из них: «Спартак» близок к вершине». 31 октября в несколько ералашном поединке с «Араратом» в Ереване, где судья В. Жук допустил целый ряд ошибок (он, кстати, и в последующие годы испортил не одну игру), повлиявших на ход встречи, мы проиграли со счетом 2:3. А могли уже в тот день стать чемпионами СССР. Но повода для особых огорчений не было: оставалась еще одна календарная игра первенства страны с выбывавшем в первую лигу ланчхутской «Гурией» на искусственном поле московского спортивного комплекса «Олимпийский». Это, считали все, гарантированная победа «Спартака».

Проводя тренировку перед игрой с «Вердером», я обратил внимание на то, как небрежно, формально, без какого-либо старания выполняют упражнения многие игроки. То же самое отметил после в своем отчете журналист Юлий Сегеневич, присутствовавший на наших занятиях. Футболистам обеих команд, нашей и «Вердера», были известны слова старшего тренера бременцев Отто Рехнагеля, произнесенные на послематчевой пресс-конференции в Москве: «Один — четыре… Это убийственный для нашей клубной кассы результат!»

Увы, слишком по-разному воспринимали эти слова футболисты «Спартака» и «Вердера».

Наших игроков словно убаюкал, загипнотизировал московский результат. Мало кто из них проникся ответственностью за исход предстоявшей встречи на Кубок. Не принимали ребята близко к сердцу мои увещевания. А я, интуитивно ощущая опасность, повторял при каждой возможности: «Вердер» — прочная немецкая, а значит, более чем дисциплинированная команда, конгломерат настоящих профессиональных гладиаторов, умеющих и желающих играть, а уж для спасения клубной кассы они и вовсе сил не пожалеют.

Меня выслушивали, со мной соглашались, но в глазах многих спартаковцев читалось: «Что он тревожится, сыграем, на худой конец, вничью. Мы уже в одной восьмой финала».

И команда была жестоко наказана за свою чрезмерную самоуверенность. Предостережения тренера, к сожалению, подтвердились. Очень быстро счет стал 3:0 в пользу бременцев. Основное время закончилось со счетом 4:1, как и в Москве, только наоборот. И в добавочное время «Вердер» еще добавил. 2:6 — разгром! Нисколько не утешают мячи Черенкова и Пасулько, даже последний, забитый очень красиво (претендовал на лучший гол месяца), но уже ни на что не влиявший.

Меня сжигала обида. Мячи, которые мы пропускали, были нам не свойственны, раньше нам таких голов никогда не забивали! Ошибки, которые мы совершали в этом матче, не были для нас характерны, типичны, нет! Этот матч что-то надломил в моей душе.

В одном из наших спортивных журналов через некоторое время прочитал, будто бы, когда ответная встреча с «Вердером» завершилась, я встал со скамьи спартаковского штаба и бросил гневную реплику: «С этой командой я больше не работаю!»

В статье было сказано, что об этом рассказал корреспонденту Н. П. Старостин.

Честно говоря, я этого не помню, не до того было. Но думаю, что вполне мог и заявить так сгоряча, уж очень расстроили, обидели, разочаровали, обманули мои ожидания спартаковцы в этот «черный вторник», как назвали день нашей игры с «Вердером» журналисты.

И груз этой горькой памяти тяжело лег на душу, уж ничего тут не поделаешь.

Тогда же в одной из газет выступил Лев Яшин: «И это наш сегодняшний чемпион! Такая команда так играть просто не имела права. И тут нужно со всей прямотой сказать, что играли откровенно плохо, и не надо искать оправдания в каких-то побочных сложностях. Ринат Дасаев сыграл, как никогда, неудачно. Пропускал мячи, которые был обязан брать».

…Последняя попытка за годы моей работы в «Спартаке» выступить в международном турнире — участие в розыгрыше Кубка европейских чемпионов осенью 1988 года. Ирландский клуб «Гленторан» мы одолели нормально — на выезде победили 2:0, дома сыграли 1:1. А в следующем туре потерпели два ощутимых поражения от румынской команды «Стяуа» — 0:3 в Бухаресте, 1:2 в Москве. «Стяуа» — клуб экстра-класса, обладатель Кубка европейских чемпионов 1986 года, и к матчам с нами выглядел превосходно. Но не было на поле в обеих встречах игры, присущей московскому «Спартаку» последние десять лет. Ни остроумных многоходовых комбинаций, завершающихся неожиданным «выстрелом» по воротам, ни целеустремленного движения вперед, ни каких-либо иных стройных действий в рамках нашей испытанной и щедрой на варианты системы.

Провал дуплетом! Синдром оцепенения! Чтобы вникнуть в их причины, полезно узнать, как жила и работала, чем дышала команда в восьмидесятые годы.











Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх