Загрузка...



ОЛИМПИЙСКИЕ ОТБОРОЧНЫЕ, 1975


«Нужно так», «нужно этак», «следует выстроить, определить…» В теоретических выкладках все вроде бы выстраивается логично и убедительно. Выполни теорию без отклонений — и ты на коне. Но конкретные задачи и обстоятельства диктуют свои условия, и наступает час, когда тебе уже не до теорий.

В начале 1975 года начальник Управления футбола Спорткомитета СССР А. Д. Еремин обнародовал следующее сообщение: «Любители футбола уже знают, что созданы две сборные команды страны — первая и олимпийская. Нам предстоят два турнира, чемпионат Европы и Олимпийские игры 1976 года. Играть успешно одним составом в двух столь представительных турнирах трудно. Поэтому и решено скомплектовать первую сборную команду СССР на базе киевского «Динамо», олимпийскую сборную СССР — на базе московского «Спартака». Старшим тренером олимпийской сборной назначен К. И. Бесков, тренером — Н. А. Гуляев, старший тренер московского «Спартака», начальником команды — Н. П. Старостин, начальник команды московского «Спартака». Кандидаты в олимпийскую сборную: А. Прохоров, Ю. Дарвин, А. Елизаров, А. Давыдов, В. Букиевский, Н. Осянин, В. Швецов, С. Ольшанский, Н. Худиев, Г. Логофет, Е. Ловчев, Н. Высоких, А. Минаев, Н. Киселев, Ю. Васенин, В. Гладилин, А. Максименков, В. Папаев, М. Мачаидзе, М. Булгаков, Ю. Чесноков, А. Ионкин, А. Пискунов, В. Павленко, Ю. Пилипко, В. Андреев…»

Итак, условия были определены изначально. То, что команда создается на базе клуба, ставшего серебряным призером первенства СССР 1974 года, было решено априори (так же, как то, что основная сборная формируется на основе команды — чемпиона страны, киевских динамовцев). Внимательный и осведомленный читатель, изучив список кандидатов в олимпийцы, заметит, что к спартаковцам руководство Управления футбола добавило игроков из других клубов — тех, кто в чемпионате страны 1974 года производил наиболее благоприятное впечатление, кто был, например, так результативен, как Вадим Павленко из московского «Динамо» или Анатолий Ионкин из алма-атинского «Кайрата» (оба забили за сезон по 16 мячей в первенстве страны). Но мне предстояло посмотреть и других кандидатов в деле: в какой спортивной форме находятся после предсезонья, как вписываются в состав, взаимодействуют с другими кандидатами?

По жребию в нашу первую европейскую группу попали пять олимпийских сборных: СССР, Югославии, Норвегии, Финляндии и Исландии. Согласно положению об отборочных матчах 1975 года, на первом этапе две пары команд (опять же по жребию — мы и югославы, норвежцы и финны) должны были выявить победителей, которые вместе с командой, освобожденной по воле жребия от начальных испытаний, в двухкруговом турнире определят обладателя единственной на группу путевки в Монреаль.

«Лихая нам досталась доля», — говорили мы про себя в связи с предстоявшим югославским экзаменом. Футболисты Югославии в то время входили справедливо в число лучших команд Европы. Замечу, что игравшие против нас югославские олимпийцы — лучшие из этой команды — были включены в состав первой сборной СФРЮ, которая через десять дней после того, как мы в Москве обыграли олимпийскую со счетом 3:0, победила в товарищеском матче команду Йоханна Круиффа, сборную Голландии, серебряных призеров чемпионата мира 1974 года. Значит, югославы чего-то стоили?

Первая встреча наших олимпийских сборных была назначена на 7 мая 1975 года в городе Баня-Лука. Приняли нас югославы с истинно славянским гостеприимством, прекрасно устроили, а в день накануне матча пригласили посетить местную фабрику спортивной обуви, где преподнесли футболистам советской олимпийской сборной изящные новенькие бутсы. Наши ребята были просто растроганы.

В этот момент я понял, что напрасно отступил от своих правил: следовало вежливо и доброжелательно отложить визит на эту фабрику на время после матча. Впрочем, назавтра мы должны были уехать рано утром; что ж, значит, визит не состоялся бы. Ничего, обошлись бы и без подарков. А очаровательные бутсы на память и сердечнейшая встреча размягчили, размагнитили наших парней. Сыграли примерно ту же деморализующую роль, какую играет при подготовке к ответственной игре и настрое на суровую борьбу развлекательный музыкальный фильм с сантиментами, поцелуями и хэппи-эндом.

Наша команда провела свою первую официальную игру неизмеримо ниже своих возможностей. Не было по-настоящему спортивного азарта, упорства. После того как нам забили гол, я мучительно старался найти решение «югославской проблемы». Проигрываем — 0:1, время работает не на нас, каких-то качественных сдвигов в нашей игре нет. Что предпринять, кого заменить и кем?

Минут за пятнадцать до финального свистка мне стало ясно, что дальше выжидать не имею права. Заменить явно следовало Мишу Булгакова, у которого игра просто разладилась. Я повернулся в сторону запасных, встретил взгляд Манучара Мачаидзе и кивнул ему: дескать, снимай тренировочный костюм, сейчас пойдешь заменять… Мачаидзе в считанные мгновения приготовился к выходу на поле и пританцовывал у бровки в ожидании моего приказа…

И тут вдруг задвигался, оживился Булгаков, словно почувствовал, что сейчас может покинуть площадку. Ловко сыграл «в стенку» с партнером, резко промчался вперед, сделал острый пас. Ну а Мачаидзе, как говорится, «ел» меня глазами: когда, когда же ему выходить? А мне какой-то внутренний голос подсказывал: погоди, не торопись с этой заменой…

Булгаков забил-таки свой гол! И вскоре после этого матч завершился. Нескладный, изнурительный матч, преподнесший нам еще один предметный урок. Изрядно понервничав, мы тем не менее покидали Баня-Луку со щитом.

В ответном поединке рисковать было бы просто непозволительной роскошью. Первое, что я сделал, это усилил ряды наших олимпийцев исполнителями высокого класса. Четыре новые фигуры появились в составе команды, которая 21 мая вышла на Большую арену Лужников. Леонида Буряка и Владимира Трошкина пришлось «одолжить» у первой сборной. И призвать дополнительно под олимпийское знамя Давида Кипиани и Василиса Хадзипанагиса.

Пишу эти строки, шепчу знакомые, близкие мне имена и фамилии футболистов и думаю: какое интернациональное братство являли собой во все времена советские спортивные коллективы! Одной семьей жили мы всегда на тренировочных базах, в гостиницах разных стран. Беды и радости делили на всех. Никогда не возникали у нас нелепые вопросы о том, кто какой нации. Леонид Буряк, Юрий Гаврилов, Давид Кипиани, Хорен Оганесян, Алекпер Мамедов, Берадор Абдураимов, Тимур Сегизбаев, Андрей Зыгмантович, Йонас Баужа, Михаил Ан, Михаил Гершкович, Василис Хадзипанагис, Эдгар Гесс, Валерий Газзаев, Йожеф Сабо, Ринат Дасаев… Пуще глаза следует беречь интернациональные традиции нашего спорта: в них наша сила и наше будущее. Люди, проповедующие противоположные взгляды, далеки от спорта и от истины; не верю в их полную искренность, тут не без корысти.

Повторный матч СССР—Югославия проходил в… три тайма. Через 16 минут после его начала на Лужники обрушился такой яростный ливень, что арбитру пришлось прервать игру. Справедливости ради отмечу, что на результат встречи этот катаклизм не повлиял: счет не был открыт ни до него, ни довольно долго после возобновления соревнования. На перерыв команды ушли, не «распечатав» ворота друг друга.

А во втором тайме все решилось довольно быстро, причем именно благодаря действиям тех футболистов, которыми мы усилили состав. На 57-й минуте Леонид Буряк безукоризненно пробил одиннадцатиметровый, назначение которого никто не оспаривал. Еще через четыре минуты он же с игры провел второй мяч. Закрепил победу Василис Хадзипанагис. 3:0.

Тем временем норвежцы выиграли у финской сборной. Определились все три претендента нашей группы.

Почему-то с исландскими футболистами наши игроки почти традиционно состязаются натужно. Исландцы в матчах разных уровней организуют против нас глубокоэшелонированную оборону и контратакуют не без успеха даже на московском поле.

Первый матч в Рейкьявике, 30 июля 1975 года, дался нам с большим трудом. Казалось бы, Исландия не шибко футбольная страна, дальняя окраина Европы… Рослые и атлетичные парни играют в типично скандинавский, силовой и несколько прямолинейный, но техничный и, в сущности, вполне современный футбол. К тому же на поле одиннадцать игроков противодействуют одиннадцати, так что преимущества можно достичь, лишь повысив скорости, хитроумнее маневрируя, исполняя неожиданные и точные удары по воротам. Мы не сумели предъявить все это хозяевам поля в Рейкьявике.

Помнится, наша олимпийская сборная 1956 года лишь со второй попытки одолела (4:0) команду Индонезии, а в первой встрече такие «зубры», как Татушин, Исаев, Симонян, Сальников и Ильин, в течение 90 минут не смогли провести хотя бы один мяч. Вот что значит глухая защита. Против нас у исландцев нечто подобное получилось лишь наполовину, в первом тайме.

А во втором Александр Минаев, находившийся в отличной форме, неожиданно для всех пробил по воротам, и мяч рикошетом от ноги исландского защитника влетел в сетку. Незадолго до конца матча Минаев повторил свой сюрприз, удар был хорош и внезапен, так что мяч миновал защитников и вратаря.

Олимпийская сборная Норвегии, по существу, не представляла для нас никакой угрозы. Правда, забить нам мяч норвежцы сумели, но только при счете в нашу пользу. Два мяча провел Владимир Сахаров, один — Владимир Федоров, новобранцы олимпийской команды, приглашенные мной из минского «Динамо» и ташкентского «Пахтакора».

10 сентября в Лужниках исландцы оборонялись отчаянно, как и подобает потомкам викингов (вспомним арию варяжского гостя из «Садко»: «Отважны люди стран полночных…»). Лишь сильнейший и вновь неожиданный удар «специалиста по исландским вопросам» Александра Минаева решил дело в нашу пользу. 1:0 — и право на поездку команды в Монреаль завоевано досрочно. Поставленная перед командой задача была выполнена.

Поэтому последний, ничего уже не решавший матч отборочной серии, 24 сентября, с норвежцами в Москве ребята провели легко, бодро и, наконец, красиво — 4:0. Мячи были на счету Давида Кипиани (дважды) Владимира Сахарова и Александра Минаева. Далеко не все названные поначалу кандидатами в олимпийскую сборную выступили в ее составе, который, по ходу отборочных матчей изменялся, как показала жизнь, к лучшему. Команда явно сложилась, в немалой степени сыгралась. Однако на финальную часть олимпийского футбольного турнира предстояло ехать в Монреаль первой сборной СССР, так что я сложил свои тренерские полномочия и вернулся к повседневной работе в российском совете общества «Динамо».

Было приятно узнать, что из состава нашей «отборочной» команды в первую сборную были привлечены оба голкипера: В. Астаповский (который провел у нас всего одну игру) и А. Прохоров (на счету этого вратаря — пять отборочных матчей), а также полевые игроки В. Звягинцев (четыре отборочные встречи), А. Минаев (шесть игр, четыре гола), В. Федоров (три игры, один гол) и Д. Кипиани (два матча, два гола). Не менее приятно было услышать, что в матче финального турнира, в четвертьфинале со сборной Ирана, именно наши «отборочники» А. Минаев и В. Звягинцев забили голы (счет 2:1) и благодаря их меткости олимпийская сборная СССР вышла в полуфинал этого турнира.

Вполне естественно, что спортивное руководство страны решило первую сборную СССР 1976 года создавать на основе киевского «Динамо», сильнейшего нашего клуба, который в 1975 году еще более укрепил свою блестящую репутацию, выиграв Кубок обладателей кубков Европы и Суперкубок. Киевское «Динамо» в те времена величали за рубежом «суперклубом». Никому из находившихся у футбольного руля не пришло бы в голову отодвигать в сторону такую команду. Полностью на ее стороне была и пресса.

В календаре-справочнике «Футбол 1976», изданном пресст-бюро Центрального стадиона имени В. И. Ленина, спортивный обозреватель Юрий Ваньят писал:

«Нынешний тандем киевских тренеров импонирует прежде всего неустанным творческим поиском, Научной Организацией Тренировки…

Надеемся, что Лобановский и Базилевич, люди спортивные и дисциплинированные, не упустят штурвал из своих рук… Впереди — Монреаль, борьба за золотые олимпийские медали, которых мы ждем уже два десятилетия».

Понятно, что о команде, незадолго до этого выигравшей два престижнейших европейских приза, иного и не скажешь.

Блестящие победы киевских динамовцев в 1975 году, естественно, чуть ли не автоматически определили организацию участия советских футболистов в Монреальской олимпиаде. В случае неудачи у спорткомитетских аппаратчиков был наготове аргумент: «Послали в Монреаль лучшее из того, чем располагали. Если уж обладатели Кубка кубков и Суперкубка не сдюжили, то чего ждать от прочих команд». С человеком, который предложил бы какой-либо иной вариант, в Управлении футбола не стали бы и говорить.

Когда же в полуфинале монреальского футбольного турнира сборная СССР проиграла команде ГДР, затем одолела бразильских олимпийцев и в итоге заняла третье место (бронзовые медали), наши спортивные обозреватели дружно заявили, что соперники наших футболистов, мягко говоря, не принадлежали к числу самых сильных в мире. Что, если не считать двух ошибок иранского вратаря, умело использованных Минаевым и Звягинцевым, и в четвертьфинале наша сборная действовала в атаке на редкость неубедительно, тактически непродуманно. Совершенно не ладилось с пасом. Когда кто-либо двигался с мячом, партнеры не «открывались», зато тот, у которого был мяч, сразу же получал несколько взаимоисключающих советов: «Отдай вправо, отдай влево, отдай вперед, отдай назад». Словом, журналисты, ставшие очевидцами этих матчей, в один голос утверждали: у нашей сборной игры не было.

Конечно, после турнира, когда известен каждый его момент, легко и просто заявить: эх, надо было отправить в Монреаль ту команду, которая выиграла отборочные матчи… Но ведь и вправду стоило поступить именно так. Чтобы первая сборная не перенапрягалась, не разрывалась надвое, проваливаясь и в четвертьфинале розыгрыша чемпионата Европы, и на Олимпийских играх. Чтобы те, кто начал победный путь к олимпийским медалям, продолжали идти этим путем сколько хватит сил. Говорят, ошибка — промежуточный шаг к истине. Если оно так, то шагов совершается много, но они мало чему учат наших вершителей футбольных судеб.

…Но что я полностью уяснил, размышляя о судьбе «отборочной» олимпийской команды 1975 года, так это причину моего приглашения в потерпевший бедствие «Спартак» в начале 1977 года. Люди, которые выбрали меня, рассуждали логично: с Бесковым «Спартак», базовая команда олимпийской сборной СССР, не гак давно выиграл отборочный турнир. Кому же, как не Бескову, выводить «Спартак», вызволять его из первой лиги?











Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх