Загрузка...



Глава27.Операция на сердце

Внеся тело Главного жреца в комнату Мака и Бака, носильщики в нерешительности остановились. Мак приказал им положить тело на стол, но все три стола были заняты. Поняв замешательство носильщиков, Бак смахнул на пол собаку лежащую на одном из столов и, покрыв стол чистым покрывалом жестом приказал им — кладите.

Жрец так и не приходил в себя и Наин с содроганием смотрел, как стрела приводимая в движение сердцем раскачивается словно маятник.

— Что стоите, ну-ка марш отсюда, — заорал Мак на носильщиков и те, попятившись, исчезли за дверью. Бак тем временем разрезал одежду жреца.

— Наин, — подозвал его Мак, — твоя задача следить за лампами, нам нужен свет и лампы не должны чадить, а гореть ярким светом и, отражаясь в зеркалах падать туда, куда нам надо. Не подведи, — сказал он и стал готовить инструмент. Бак тем временем, приготовил какой то напиток, и через воронку влил его в горло жреца. Всё это время братья переговаривались, но Наин абсолютно не понимал, о чём они говорят. Это был набор, каких то только им знакомых слов и терминов. Братья не суетились, но явно спешили и по тому, что они без страха готовились вытащить стрелу, можно было догадаться, что они делали это не один раз. Привязав руки и ноги жреца к столу, братья переглянулись и, сказав — с богом, — приступили к работе. Мак занёс нож над грудью жреца, и чуть помедлив, как бы решаясь, рассёк её, сделав длинный разрез вдоль ребер в месте входа стрелы. В этот момент одна из ламп мигнула, и Наин стал поправлять фитиль.

— Если хоть одна потухнет, — сказал ему Бак, — я из тебя мумию сделаю, — и, взяв в руки огромные щипцы, раздвинул ими рёбра неподвижно лежащего жреца. Ошарашенный Наин увидел сердце человека, которое продолжало биться!

Братья осмотрели его и нашли, что стрела, пробив грудь, не прошла сквозь сердце, а застряла у него внутри. Не долго посовещавшись, Мак приготовил иглу и нитки и как только Бак по его команде выдернул стрелу, принялся зашивать рану, из которой фонтаном хлынула кровь. Несколькими стежками Мак заставил этот фонтан утихнуть, а потом и пересохнуть. Бак, осмотрев работу брата, нашёл её хорошей и довольный этим весело кивнул Наину. Вдруг сердце жреца остановилось, и у Наина мурашки побежали по спине, — неужели вся работа была напрасной, — подумал он, а Мак, взяв в ладонь сердце несколько, раз сжал его. Сердце заработало опять!

Наин не верил своим глазам. Это было, какое то чудо!

— Как велики люди, — подумал он, — нет преград и предела их возможностям, когда они обладают знаниями.

В это время в комнату вошёл Охос, но братья не обратили на него никакого внимания и молча продолжали свою работу.

Осторожно отпустив щипцы и убедившись, что сердце продолжает работать, они стали зашивать грудь жреца. Закончив это, забинтовали её длинными полосами ткани. Жрец спал и если бы не эта обстановка и не его забинтованная грудь, то можно было подумать, что старичка сморил сон и он прилёг отдохнуть на этом странном месте, несколько не заботясь об удобствах.

Как не пытался Охос поговорить с Маком и Баком, они односложно отвечали, что надо ждать и пока они не могут гарантировать положительного результата. Так и не добившись ничего, Охос ушел, а Наин посидев немного на лавке, дождался, когда Мак позволил ему идти.

— Если хочешь, то ты можешь приходить к нам, — сказал он Наину, — мы научим тебя нашему делу.

Кивнув ему в знак признательности, Наин спросил: — Теперь жрец будет жить?

— Не знаю, мы делали нечто подобное с собаками и только иногда добивались успеха, но, по крайней мере, у нас есть надежда.

Выйдя во двор, Наин удивился, день клонился к вечеру. Значит, он провёл у братьев почти весь день! А ему показалось час, от силы два. Двор был заполнен жрецами, никто ничего не делал, все молились. Вокруг Наина сразу же образовалась толпа, все спрашивали о Главном жреце.

— Жив…Пока всё нормально, братья сказали надо ждать, — отвечал им Наин. В это время Сох наконец то пробился к нему и потащил в своё логово — архив.

— Какой же ты молодец — повторял он, — я уже и не думал больше увидеть тебя.

Присев на стул, и выпив кружку молока, Наин почувствовал слабость и головокружение. Голос Соха доносился до него как будто из другой комнаты и становился всё тише и тише. Уронив голову на стол, Наин крепко уснул.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх