Загрузка...



Глава 9.Высшие жрецы

Главный жрец был строг и суров, отчего дисциплина в Главном храме Бога солнца Ра была всегда на высоте: подъём с восходом солнца, завтрак и занятия до самого заката. Только после него жрецы могли отдохнуть и заниматься личными делами.

Главный жрец готовил сюрприз Фараону. Как первый советник он знал о его мечте построить Великую плотину и укротить Нил. Последние три года Главный жрец разрабатывал проект её постройки и почти что завершил работу, за исключением деталей. Завтра Фараон посетит Главный храм и увидит готовый макет своей мечты. Фараоновская идея перекрыть Нил, вначале показавшаяся ему сумасшедшей, до того захватила его, что, вопреки своей привычке лично контролировать все храмы Египта, он переложил эти обязанности на своего заместителя Берана и, как оказалось, зря. С утра, после трёхлетнего перерыва, он, наконец-то, уселся за отчёты настоятелей храмов, и его изумлённым глазам открылась печальная картина. Он давно знал Берана и уважал его за те огромные знания, которыми тот обладал. В понятии Главного жреца, Беран был гений и только один недостаток, по его мнению, отделял Берана от совершенства: он не любил народ и, не стесняясь, называл его стадом.

— Пройдёт со временем, — успокаивал себя Главный жрец, но время шло, а Беран оставался таким же. Вот и сейчас, направляясь к Берану, он всё ещё надеялся, что все эти отчёты — это какое-то недоразумение.

Беран беседовал с хранителем архива Моу, который, увидев Главного жреца, поклонился и, не медля ни секунды, ушёл. Берану было 40 лет, он был очень высоким, отчего, разговаривая с людьми, ему приходилось смотреть на них сверху вниз.

Находясь в храме с раннего детства, когда его, сироту, определили в храм, он к 25 годам изучил всё, что хранилось в архиве, превзошёл остальных жрецов в сложных вычислениях, астрономии и, особенно, в архитектуре. Его проекты поражали своим совершенством, красотой и величием. Отдавая дань его таланту, Главный жрец всячески продвигал его, и в 30 лет Беран достиг небывалого положения — стал вторым жрецом Главного храм. Но после этого он стал заносчивым, не терпел чужого мнения и всех своих оппонентов в научных спорах, благодаря своему положению выставлял, как никчёмных и бездарных людей.

Одни, не желая с ним связываться, перестали общаться с ним и вступать в дискуссии, другие, наоборот, всячески льстили ему и искали его дружбы.

Вся эта возня Главного жреца с проектом плотины была, как подарок судьбы и Беран решил действовать. Одних жрецов он развратил бездельем, других, непокорных, сослал в отдалённые храмы и теперь его план вступил в завершающую стадию. Осталось совсем немного — убрать Главного жреца, Фараона, его сына и захватить власть в Египте!

Конечно, сам он не сможет захватить трон. По законам Египта только член королевской семьи может стать фараоном, но поставить на трон своего человека, фараона — марионетку, возможно, и тогда вся власть перейдёт к нему в руки.

Поначалу его, как и Главного жреца, захватила фараоновская идея укротить Нил. Своим аналитическим умом он сразу увидел те огромные преимущества, которые получит государство и, поддавшись какому-то мальчишескому задору, сделал необходимые вычисления и даже изготовил небольшой макет за восемь недель.

Все эти восемь недель он работал как раб, которого непрерывно подгоняли плёткой. Он испытывал огромное удовольствие, радуясь найденному простому решению. Он чувствовал себя богом! Но, после завершения проекта его глаза, излучавшие всё это время какой-то сумасшедший блеск, вдруг потухли. Чувство творческого озарения сменилось унынием и злобой.

К чему мой проект? Фараон построит мою плотину, и вся слава достанется ему. Имя Фараона будет у всех на устах, а я, великий учёный, буду забыт и ни одна собака не вспомнит гениального жреца Берана. В припадке слепой ярости он сжёг все свои чертежи и вычисления, разрушил макет и, переболев какое-то время от чувства, что он убил собственное дитя, Беран ещё больше возненавидел окружающий мир, и разработал гениальный план захвата власти. Козырной картой в его пасьянсе был Моисей.

В своё время Берану пришлось обучать сына Фараона Рама и внука Моисея вычислениям. За то время, что он потратил на них, он заметил, что Моисей обладает качествами лидера, завистлив и неизлечимо болен властолюбием. Беран знал эту болезнь по себе, и стоило ему узнать от приручённого им Моу, что Моисей не родной внук Фараона, как он в одно мгновение разработал план переворота.

Расчёт был, как и всё гениальное, прост: убрать Фараона, наследника престола Рама и на том основании, что Фараон не имеет братьев, власть автоматически должна перейти к внуку Моисею. Но Моисей — приёмный внук и не имеет права на трон. Имея такую информацию, можно будет шантажировать его, и держать за марионетку. Вчера был дан старт этой увлекательной и опасной гонке за власть. Развалясь в кресле, Беран слушал Моу, который докладывал ему о результатах вчерашней беседы с Моисеем. Если всё пройдёт нормально и Моисей появится здесь, то час действия пробил, а если нет и Моисей доложил всё Охосу, то он, Беран — полный идиот и не разбирается в людях. Тогда придётся, теряя время, изобретать другой план. Страха перед Охосом у Берана не было, так как сегодня ночью глупый Моу умрёт и своей смертью отрежет все пути, ведущие к нему.

Лицо Главного жреца, вошедшего к Берану, выражало все его чувства.

— Сейчас он начнёт меня учить, — с досадой подумал Беран. Начало действий придало ему такое чувство уверенности и вседозволенности, что весь жалкий вид старого жреца вызвал у него чувство человека, к которому пристала муха, не способная причинить ему вред — только временное неудобство.

— Почему ты не начал строительство храма в Верхнем Египте, как мы планировали с тобой? Почему ты закрыл восемь школ для простого народа? Что происходит?! — с всё возрастающим чуть ли не до крика голосом не спросил, а воскликнул Главный жрец.

Беран почувствовал себя, словно нашкодивший мальчишка. От этого он потерял чувство душевного равновесия, покраснел и, подскочив как лев, готовый к прыжку, заорал, чего прежде никогда не позволял себе в разговорах с Главным жрецом:

— Да нет у нас денег! Мы получаем крохи от Фараона, на которые не только строить, существовать нельзя. Да, я потратил деньги на благоустройство существующих храмов! Почему жрецы — эта голубая кровь египетского народа, должны жить в плохих условиях? Мы, которые выше всех, мы, которые определяем жизнь всех на этой земле, существуем как простые крестьяне! А твои школы для простого народа!? Я даже не могу подобрать слов, чтоб выразить моё отношение к ним! Мы учим народ, мы передаём этому стаду свои знания счёта, архитектуры, культурные ценности. Для чего? Чтобы завтра народ, овладев ими, сказал, что мы им больше не нужны? Да надо не школы открывать, а, наоборот, закрывать их и держать всех в полной темноте. Только так мы сможем управлять всеми.

— Как же я ошибся в тебе, — с горечью думал Главный жрец, слушая тираду Берана. Всё это было не ново для него, и он не раз уже слышал подобные рассуждения.

— Ответь мне Беран, — спокойно спросил его Главный жрец, — для чего нужна религия и мы, жрецы, как её проводники? Мы для народа и страны или страна и народ для нас? Не кажется ли тебе, что ты забыл, что ты жрец, а не жалкий чиновник, пекущийся только о себе? Ты забыл о той великой цели религии в просвещении и воспитании народа и хочешь сделать религию закрытой от всех. Ты хочешь поставить её выше интересов государства? Не выйдет! Я подумаю, как мне поступить с тобой и сожалею, что поднял тебя.

Беран, усмехнувшись, посмотрел на Главного жреца.

— Делай, что хочешь, — сказал он и, как бы желая ему досадить, добавил, — а плотина твоя не выдержит напора воды максимального разлива: её высота не соответствует площади основания.

Главного жреца словно пронзила молния. Три года, проектируя плотину, он пытался решить эту тяжёлую задачу и, как ни бился, не мог найти оптимального соотношения основания к высоте.

— Как Беран определил это, он ведь видел мой макет только один раз? — подумал Главный жрец и, резко повернувшись, заспешил в свою комнату.

Наверное, ещё рано показывать проект Фараону. Надо всё перепроверить. И тут ему в голову пришла хорошая идея: а что если построить рельеф местности с ручьём вместо Нила? Тогда можно экспериментальным путём получить все необходимые параметры!








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх