Загрузка...



Глава 19. Крах?

Первое, что увидел Иисус когда проснулся, был солнечный зайчик. Он как-то странно двигался по стене комнаты, туда-сюда, туда-сюда.

— Где я, — подумал он и вместе с этой первой мыслью пришла головная боль и тошнота подступила к самому горлу. Иисус поднял руки чтобы обхватить голову и вскрикнул от дикой боли. Ладони горели словно их обварили кипятком. Он уставился на забинтованные кисти и стал вспоминать.

— Это тебе за Прокулу, — всплыла в голове фраза Пилата. Потом он увидел внутренний двор Пилатовского особняка, солдат избивающих его бичом и страшные слова Прокуратора-распять.

— Так я умер? А почему тогда у меня болит голова?

Затем он вспомнил, как тащил этот проклятый крест, Марка, который опять поил его вином, вспомнил мать стоящую на коленях перед его распятием, а потом всё словно погрузилось во мрак.

— Так я умер или нет, — опять подумал он? И где солдаты купили это дрянное вино? Убил бы этого винодела.

Иисус огляделся. Судя по качке, то он на корабле. Причём каюта отделана так, что явно принадлежит богатому человеку.

— Водички бы попить, — промелькнула мысль, — в горле всё ссохлось словно он три дня шёл по пустыне. Кто меня сюда притащил? Зачем?

Словно в ответ на его вопрос дверь открылась в проёме показалась Прокула.

— Ты уже проснулся дорогой, — улыбаясь проворковала она и подойдя подсела к нему на кровать.

— Болят? — спросила Прокула гладя его забинтованные руки.

— Где я Прокула? — спросил удивлённо Иисус, — почему ты здесь?

— Ты на моей галлере дорогой и тебе нечего бояться.

— На галлере? А какого чёрта я здесь делаю и где Пилат?

— Забудь про него, — рассмеявшись его удивлённому выражению лица ответила Прокула, — если вам и суждено будет встретиться, то нескоро.

— Куда мы плывём? — морщась от головной боли вымолвил Иисус.

— Туда, куда ведут все дороги мира, в Рим.

125

Она встала и подошла к столику в углу каюты и стала наливать в кружку игристое вино из кувшина.

— Выпей дорогой и забудь обо всём на свете, — проговорила она, — у тебя и у меня начинается новая жизнь.

Иисус сел на кровати, дрожащей рукой взял кружку и жадно припал.

— Ещё? — спросила Прокула, когда он выпил всё до последней капли. Не дожидаясь его ответа она поднесла кувшин и доверху наполнила кружку Иисуса, который не медля ни секунды выпил налитое большими глотками. Вино, как животворящий бальзам, стало растекаться приятным теплом по всему телу, а боль стучавшая в затылке, стихать.

Не дожидаясь его вопроса, Прокула присела на кровать и стала рассказывать: проПилата, про Антипу, про план Лукреция.

— Так это не сон? — вымолвил наконец Иисус. Это не пьяный кошмар и всё к чему я стремился пропало?

Он обхватил голову забинтованными руками и закрыл глаза. Прокула хотела успокоить его, но он опередил её.

— Я никогда уже не буду царём Израиля. Никогда! Но не в этом дело, — увидев жест Прокулы сказал Иисус, — я хотел принести успокоение в томление людских душ. Ты посмотри вокруг, кругом, куда не кинь взгляд беззаконие, нищета и горе. Сидящий выше гадит на нисшего и безжалостно угнетает его. Где справедливость?

В глазах Иисуса загорелся дикий огонь и Прокула испугавшись его взляда поспешно налила Иисусу вина, но он, не став пить, продолжил:

— Нет её и не будет! Проклятое число 666 всегда будет определять законы и поведение людей. Этот дьявол правил и будет править миром, а людишки раз за разом будут продавать свои души этому князю мира. В мире не существует преступлений на которые продавшие свои души не пойдут ради блеска этого дьявольского металла. Куда податься бедному человеку в этой постылой жизни? Куда бы он не пошёл, чтобы он не делал, ему никогда не вырваться из порочного круга безпросветного существования очертанного кучкой людей не раз заложивших свои души Сатане.

Только сейчас Иисус заметил, что в его кружке вино. Он выпил и отбросив кружку в угол каюты продолжил:- Я нашёл другой путь к счастью. Разве моя идея о справедливой жизни после смерти не выход? Там, после смерти будут равны все. Даже больше, тот кто страдал здесь получит беззаботную и вечную жизнь в раю, а тот,

126

мерзавец и тиран, кто правил по своему произволу здесь, будет вечно гореть в пламени справедливости. Так разве моя идея не даёт надежду на будущее? Разве моя идея не поможет страдающему обрести духовную силу и уверенность в ожидании вечной жизни? Верь и тебе воздастся. Правда не сейчас, а потом, но всё равно воздастся. А сейчас, тебе плюнули в лицо, вытрись и не робщи. Предоставь богу наказать обидчика. Тебя ударили по одной щеке-подставь другую, бог разберётся с насильником и воздаст ему. Верь в бога, как в высшую справедливость и это спасёт тебя!

Иисус замолчал и чуть помедлив продолжил:- Знаешь Прокула, я сам вдруг стал верить в мою идею. Я сам поверил, что я сын бога и могу всё. А теперь, когда всё пропало в один миг, как мне жить дальше?

— Налей мне ещё вина, — попросил он.

Прокула вздохгула, подошла к столу и налила вина. Когда она вернулась к кровати то увидела, что Иисус уронил голову на грудь и плакал. Нет, никаких рыданий и всхлипываний небыло, она только увидела, как по щекам Иисуса катятся слёзы. Прокула отставила вино в сторону, села на кровать подлиже к Иисусу, обняла его голову руками и прижала к своей груди.

— Бедненький ты мой, — произнесла она, — сам запутался и других запутал. Загробная жизнь, рай, ад, Бог. А не проще ли нам Иисус жить сегодняшним днём? С его тревогами, волнениями и всем тем, что называется жизнью. Покорись, призываешь ты, смири свою годыню и терпи? А не реальнее ли не ждать суда божьего, а дышать полной грудью: любить своих любимых, мерзавца называть мерзавцем, убийцу судить, а тирана свергать. Счастье милый надо строить и держать своими руками, вот, как я сейчас делаю.

…..Галлера летела в Рим, жизнь продолжалась.

127








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх