Загрузка...



  • БОЛЬШАЯ ЧИСТКА
  • О БЕДНЫХ ГЕНЕТИКАХ ЗАМОЛВИМ СЛОВЕЧКО. И О КИБЕРНЕТИКАХ НЕМНОГО…
  • ПО ВСЕЙ РОССИИ…
  • ИСТОРИЯ

    БОЛЬШАЯ ЧИСТКА

    (Продолжение. Начало в №№8,9,11-15)

    От Бухарина до Горбачева. Антикоммунистический автор Стивен Коэн написал в 1973 году очень доброжелательную биографию Бухарина, который был представлен как последний “Большевик”. Весьма трогательно увидеть, как заклятый антикоммунист “оплакивает конец Бухарина и русского большевизма”. Другой сторонник Бухарина, Рой Медведев, сделал то же самое в эпиграфе:

    “Сталинизм не может расцениваться как марксизм-ленинизм или коммунизм тридцатых годов. То, что представлял Сталин в теории и практике, является искажением коммунистического движения...

    Процесс очищения коммунистического движения, удаления всех слоев сталинистской грязи, еще не закончен. Он должен быть проведен до конца”.

    Вот так два антикоммуниста, Коэн и Медведев, представляют сталинское развитие ленинского пути, как “извращение” ленинизма и, затем, как непримиримое противоречие коммунизму; проповедуют “очищение коммунистического движения”! Без сомнения, эта тактика была хорошо отработана в течение десятилетий: после триумфа революции, ее злейшие враги представляют себя как лучших защитников “истинной революции”, которую “предали с самого начала” ее руководители. Тем не менее надо заметить, что домыслы Коэна и Медведева были приняты почти всеми последователями Хрущева. Даже Фидель Кастро, увлеченный теорией Хрущева, не всегда избегал этого искушения. Однако та же тактика применялась американцами против кубинской революции. Начиная с 1961 года, ЦРУ предприняло активные действия в “защиту кубинской революции” против “узурпатора Фиделя Кастро”, который предал ее. В Никарагуа Эден Пастора присоединился к ЦРУ для защиты “первоначальной Сандинистской программы”.

    Югославия прямо с 1948 года стала первой социалистической страной, повернувшей на пути Троцкого и Бухарина. Тито получил солидную помощь от США. Затем идеи Тито проникли почти во все страны Восточной Европы.

    В семидесятые годы книга Коэна “Бухарин и большевистская революция”, вместе с публикациями британского социал-демократа Кена Коутса, президента фонда Бертрана Рассела, служила в качестве международной основы для реабилитации Бухарина, объединившего ревизионистов из компартий Италии и Франции, социал-демократов - от Пеликана до Жиля Мартена и, конечно, различного рода троцкистов. Тех же течений до самого конца придерживался Горбачев. Все эти антикоммунисты объединились в семидесятые годы для реабилитации Бухарина, “великого большевика”, которого Ленин называл “любимцем всей партии”. Все они заявляли, что Бухарин представлял собой “альтернативный” большевизм, а некоторые даже объявляли его предшественником Еврокоммунизма.

    Направление этой кампании задал открытый враг коммунизма Коэн уже в 1973 году:

    “Идеи и политика Бухарина возродились. В Югославии, Венгрии, Польше и Чехословакии коммунистические реформаторы стали защитниками рыночного социализма, сбалансированного экономического планирования и постепенного, эволюционного развития, гражданского мира, смешанного сельскохозяйственного сектора и терпимости в общественном и культурном плюрализме в рамках однопартийного государства”. “Это точнейшее определение бархатной контрреволюции, с триумфом прошедшей в 1988-1989 годах в Центральной и Восточной Европе.

    Если... реформаторы преуспеют в создании более либерального коммунизма, “социализма с человеческим лицом”, взгляды Бухарина и НЭПовский стиль жизни, который он защищал, могут оказаться, в конце концов, правильным представлением коммунистического будущего - альтернативой Сталинизму и Сталину”.

    Основываясь на этом “передовом опыте” шестидесятых и семидесятых годов стран Восточной Европы, Горбачев принял программу Бухарина. И это прошло, не говоря уже о том, что Коэн был с распростертыми объятиями встречен горбачевским Советским Союзом как великий провозвестник “нового мышления” и “социалистического обновления”.

    Сейчас “школа Бухарина” имеет большое влияние в дэнсяопиновском Китае.

    Процесс Тухачевского и антикоммунистический заговор в армии

    26 мая 1937 года маршал Тухачевский, командармы Якир, Уборевич, Корк, комкоры Эйдеман, Путна и Примаков были арестованы и предстали перед судом военного трибунала. 12 июля был объявлен приговор.

    С начала мая все они находились под подозрением. Восьмого мая в армии была восстановлена система военных комиссаров, использовавшаяся в Гражданскую войну. Это нововведение отражало партийные страхи бонапартистских настроений в армии.

    13 мая 1927 года директивой Наркома Обороны был снят контроль политкомиссаров над высшими офицерами. Военный командир становился ответственным за “общее политическое руководство в целях полной координации военных и политических дел в соединении”. “Заместитель по политчасти” должен был отвечать за “всю партийно-политическую работу” и докладывать командиру о политическом состоянии соединения. Военно-политическая академия им. Толмачева в Ленинграде и комиссары Белорусского военного округа протестовали против “недооценки и снижения роли партийно-политических органов”. В 1928 году СССР посетил Бломберг, один из высших офицеров Германии того времени. В докладе, сделанным им по итогам визита, отмечалось: “Чисто военный подход все более и более берет верх; все остальное подчинено ему”.

    После того, как в армию было призвано много солдат из деревень, влияние кулаков там стало заметным. Уншлихт, до 1930 года занимавший высокие посты в армии, в 1928 и 1929 годах заявлял, что опасность правого уклона была большей в армии, чем в гражданских парторганизациях.

    В 1930 году десять процентов офицерского корпуса, то есть 4500 военных, составляли бывшие царские офицеры. Во время чистки осенью 1929 года Уншлихт не дал провести их массовую чистку из армии.

    Все это показывает, что буржуазное влияние в армии оставалось довольно сильным в двадцатых-тридцатых годах, из-за чего армия оставалась не очень надежной частью социалистической системы.

    Заговор? В. Лихачев был офицером Красной Армии на Дальнем Востоке в 1937-1938 годах. Его книга “Дальневосточный заговор” рассказывает о существовании большого заговора в армии.

    Журналист Александр Верт написал в своей книге “Москва, 41” главу под заглавием “Процесс Тухачевского”. Он писал:

    “Я вполне уверен, что чистки в Красной Армии во многом связаны с верой Сталина в неотвратимость войны с Германией. Что же отстаивал Тухачевский? Люди, близкие к французской разведке, давно еще говорили мне, что Тухачевский отстаивает прогерманские интересы. Чехи рассказывали мне странную историю о визите Тухачевского в Прагу, когда в конце банкета - он уже был изрядно пьян - он вдруг выдал, что соглашение с Гитлером есть единственная надежда как для Чехословакии, так и для России. А затем перешел к оскорблениям Сталина. Чехи не преминули сообщить об этом Кремлю, и это стало концом Тухачевского, а с ним - и многих его последователей”.

    Посол США в Москве, Джозеф Дэвис, писал о своих впечатлениях 28 июня - 4 июля 1937 года:

    “В самых лучших суждениях, похоже, ясно выражено, что, по всей видимости, существовал четко установленный военный заговор с целью переворота силами армии - не обязательно против Сталина, но антипартийный и антигосударственный, и что Сталин нанес удар по нему с характерной решительностью, быстротой и силой”.

    “Хорошо поговорил с Литвиновым. Я рассказал ему совершенно искренне о реакции на чистки в США и Западной Европе; и на казни генералов Красной Армии; что она определенно была нехорошей...

    Литвинов отвечал честно. Он заявил, что они должны были “стать уверены” с помощью чисток в том, что после этого не останется изменников, которые сотрудничают с Берлином или Токио; что однажды мир поймет, что то, что им пришлось сделать, было защитой правительства от “угрожающей измены”. По сути дела, сказал он, они оказывают услугу всему миру тем, защищая себя от угрозы мирового господства Гитлера и нацистов, и что таким образом они сохраняют сильный Советский Союз как оплот против наци-стской угрозы. Что мир еще поймет, насколько велик Сталин”.

    В 1937 году Абдурахман Авторханов работал в Центральном Комитете большевистской партии. Буржуазный националист, он был тесно связан с лидерами оппозиции и членами ЦК - выходцами с Кавказа. В книге “Правление Сталина” он сожалеет о том, что Тухачевский не захватил власть в 1937 году. Он заявляет, что в начале 1937 года после поездки в Англию Тухачевский так говорил своим высшим офицерам:

    “В Британской Его Величества армии примечательно то, что там во главе не может быть агентов Скотлэнд Ярда (намек на роль, которую играла госбезопасность в СССР). А что касается сапожников (намек на отца Сталина), то они сидят на базах снабжения и не лезут в партийные кадры. Британцы не отличаются говорливостью на темы патриотизма, потому что для них естественно быть просто британцами. В Британии нет “политической линии”, правой, левой или центра; просто есть британская политика, которой одинаково усердно служат каждый лорд и рабочий, консерватор и лейборист, офицер и солдат... Британский солдат абсолютно не знаком с историей партии и производственными показателями страны, но, с другой стороны, он знает географию мира, так же, как он знает свою казарму... Король облечен уважением, но у него нет личной власти... Офицеру требуются два качества - храбрость и профессиональные знания”.

    Робер Кулондр был послом Франции в Москве в 1936-1938 годах. В своих мемуарах он упоминает террор Французской революции, который сокрушил аристократию в 1792 году и подготовил французский народ к войне против реакционных государств Европы. В то время враги Французской революции, в особенности Англия и Россия, рассматривали революционный террор как предвестник разложения режима. Фактически все было наоборот. То же самое, писал Кулондр, происходило и с советской революцией.

    “Вскоре после ареста Тухачевского, один из литовских министров, который знал некоторых лидеров большевиков, рассказывал мне, что маршал, расстроенный усилением роли коммунистической партии в армии, особенно в крепких, надежных армейских частях и соединениях, что препятствовало росту русской военной мощи, стал на деле главой движения, которое намеревалось задушить партию и установить военную диктатуру...

    Моя переписка может подтвердить, что я правильно объясняю “Советский террор”. Не стоит делать вывод, я об этом пишу постоянно, что режим разваливается, или что силы России на пределе. Напротив, это всего лишь болезнь роста страны, развивающейся слишком быстро”.

    Черчилль писал в своих мемуарах, что Бенеш“получил предложение от Гитлера при всех обстоятельствах уважать целостность Чехословакии в обмен на гарантии того, что она останется нейтральной в случае франко-германской войны.

    Осенью 1936 года президенту Бенешу было передано сообщение от высших германских кругов с тем, чтобы если он хотел бы получить преимущества, предложенные Гитлером, то ему следует поторопиться, так как ближайшие события в России могут свести на нет ту помощь, которую он мог бы дать Германии.

    Пока Бенеш размышлял над этим волнующим намеком, ему стало известно, что через советское посольство в Праге установлены связи между важными фигурами в России и Германским правительством. Это было частью так называемого заговора военных и старых коммунистов для свержения Сталина и установления нового режима, основанного на прогерманской политике. Президент Бенеш не терял время, связавшись быстро, как только он смог, со Сталиным. Вслед за этим последовали безжалостные, но, возможно, и совсем не лишние чистки военных и политиков в Советской России...

    Русская армия была очищена от прогерманских элементов за счет ослабления ее военной мощи. Произошел знаменательный поворот Советского правительства против Германии... Ситуация, безусловно, была понятна Гитлеру до конца; но у меня нет данных о том, что Британское и Французское правительства были настолько же осведомлены. Для Чемберлена и Британского и Французского Генеральных штабов чистка 1937 года представлялась в основном как разгром Русской армии, а Советский Союз казался раздираемым на части дикой ненавистью и местью”.

    Троцкист Дойчер редко упускал возможность очернить и оболгать Сталина. Однако, несмотря на то, что он заявлял о московских процессах, как о “вымышленных заговорах”, вот что он написал о казни Тухачевского:

    “Все версии противников Сталина сходятся к одному: генералы в самом деле планировали переворот... Главной частью заговора был дворцовый переворот в Кремле, завершающийся убийством Сталина. Также подготавливались решительные военные действия вне Кремля, нападение на здания ГПУ. Тухачевский был движущей силой заговора... Он действительно был единственным из всех военных и гражданских руководителей того времени, кто многими свойствами напоминал Бонапарта и мог сыграть роль русского Первого Консула. Главный Военный Комиссар армии, Гамарник, позже покончивший жизнь самоубийством, был вовлечен в заговор. Командующий Ленинградским Военным Округом, Якир, должен был обеспечить содействие своего гарнизона. Генералы Уборевич, командующий Западным Военным Округом, Корк, начальник Военной Академии в Москве, Примаков, заместитель Буденного в кавалерийском командовании, и некоторые другие, также входили в круг заговорщиков”.

    Дойчер, видный антикоммунист, даже согласившись с достоверностью заговора Тухачевского, ясно дает понять, что он подчеркивает “добрые намерения” тех, кто хотел “спасти армию и страну от безумного террора и чисток”, и он заверяет читателей, что Тухачевский ни в коем случае не действовал “в интересах Германии”.

    Нацист Леон Дегрель в 1977 году в своей книге упоминает Тухачевского следующими словами:

    “Кто бы мог подумать во времена преступного террора Французской революции, что вскоре после этого придет Бонапарт и железной рукой поднимет Францию из бездны? Несколько лет спустя Бонапарт почти создал Объединенную Европу.

    Мог возникнуть и русский Бонапарт. Молодой маршал Тухачевский, казненный Сталиным по доносу Бенеша, в 1937 году был птицей высокого полета”.

    8 мая 1943 года Геббельс отметил в своем журнале высказывание Гитлера. В нем говорилось о том, что нацисты прекрасно понимали важность получения преимущества за счет оппозиции и пораженческих настроений в Красной Армии.

    “Фюрер объяснил еще раз дело Тухачевского и заявил, что мы крепко ошиблись в то время, когда думали, что Сталин развалил Красную Армию. На деле все было как раз наоборот: Сталин избавился от оппозиционеров внутри армии, тем самым, создав гарантию того, что в ней больше не будет пораженческих настроений...

    По сравнению с нами Сталин имеет еще одно преимущество, не имея оппозиции в обществе, так как большевики ликвидировали ее с помощью чисток за последние двадцать пять лет... Большевизм уничтожил эту опасность во время, и мог впредь сосредоточить свои силы на борьбе с другими врагами”.

    Мы даем здесь еще и мнение Молотова. Кроме Кагановича Молотов был единственным членом из состава Политбюро 1953 года, который никогда не отрекался от своего революционного прошлого. В восьмидесятых годах он припомнил ситуацию в 1937 году, когда началась чистка:

    “На весь этот период установилась крайне напряженная атмосфера; необходимо было действовать без жалости. Я думаю, это было оправдано. Если бы Тухачевский, Якир, Рыков и Зиновьев начали свою работу в военное время, борьба была бы исключительно трудной; число жертв было бы колоссальным. Обе стороны были бы обречены на сокрушительное поражение. Оппозиционеры имели связи, которые вели прямо к Гитлеру. Это уже слишком. Троцкий без сомнения имел такие связи. Гитлер был авантюристом, как и Троцкий, это была их общая черта. И, конечно, многих военных руководителей”.

    Милитаристские и бонапартистские замыслы. В исследовании, финансировавшимся армией США и проводившимся Рэнд Корпорэйшн, Роман Колковиц дал анализ отношений между партией и армией в Советском Союзе, отражавший точку зрения военных спецслужб. Интересно отметить, что он выступал в поддержку всех стремлений к профессионализму, милитаризму, аполитичности и привилегиям, имевшим место в Красной Армии начиная прямо с двадцатых годов. Конечно, Колковиц нападал на Сталина за подавление буржуазных и милитаристских тенденций.

    После описания того, как Сталин определял положение армии в социалистическом обществе в двадцатые годы, Колковиц писал:

    “Красная Армия возникла из этого процесса, как дополнение к правящей партийной элите; ее офицерам было отказано в полноте власти, необходимой в военном деле; они находились в долговременном состоянии неуверенности в своем карьерном росте; военное товарищество, которое имеет склонность к исключительности, насильственно удерживалось открытым через продуманную систему контроля и идеологической обработки...

    Сталин ... затеял большую программу, нацеленную на внедрение в Советскую армию современного оружия, оборудования и служб тыла. Но он оставался настороженным к склонности военных к элитарности и исключительности, пристрастие к которым росло вместе с их профессиональным возрождением. Все это настолько переполнило Сталина недоверием, что во время обострения опасности войны в Европе, он ударил по армии массовыми чистками в 1937 году...

    Зажатая со всех сторон тайными службами, политорганами, партией и комсомолом, свобода действий военных была жестко ограничена”.

    Отметим, что больше всего “ненавидит” армия США в Красной Армии: политическое воспитание (“идеологическую обработку”) и политический контроль (со стороны политорганов, спецслужб, партии и комсомола). С другой стороны, армия США благосклонно смотрит на стремление к автономности и на привилегии для высших офицеров (“элитарность”) и милитаризм (“исключительность”).

    Чистки, которые рассматривал Колковиц как этапы в партийной борьбе, направлялись Сталиным против “профессионалов” и бонапартистов из числа высших офицеров. Эти буржуазные течения смогли себя проявить только после смерти Сталина.

    “Со смертью Сталина и последовавшим расколом в партийном руководстве ослабли механизмы контроля, и личные интересы и ценности военной верхушки вышли наружу. Широкий круг военных имел своего выразителя интересов в лице маршала Жукова. Жуков был способен избавить военные верхи от всепроникающего контроля политорганов; он ввел строжайшую дисциплину и разделение на ранги; он требовал реабилитации военных лидеров, подвергнутых чисткам, и наказания тех, кто их преследовал”.

    Во время двух переворотов в верхах СССР Жуков дважды поддержал Хрущева силами армии, в 1953 году (дело Берии) и в 1957 году (дело Молотова-Маленкова-Кагановича).

    Людо Мартенс, из книги «Запрещённый Сталин»

    (Продолжение следует)

    О БЕДНЫХ ГЕНЕТИКАХ ЗАМОЛВИМ СЛОВЕЧКО. И О КИБЕРНЕТИКАХ НЕМНОГО…

    Слёз о страшных гонениях на генетиков и кибернетиков при «злодее» Сталине сиониствующими русофобами пролито много… Целые реки, озера, моря и океаны. В газете уже приводились слова сталинского наркома и министра земледелия Бенедиктова, кстати, награжденного одной из самых почетных наград Индии, учрежденной в честь выдающегося государственного деятеля Д. Неру. Он писал: «Что бы ни говорили критики Лысенко, в зерновом клине страны и по сей день преобладают зерновые, выведенные его сторонниками и учениками. Побольше бы таких «шарлатанов», давно, наверное, решили бы проблему повышения урожайности! Успехи же генетиков намного скромнее. И не от слабости ли их позиций, низкой практической отдачи их крикливые обвинения своих соперников? И потом, как бы ни драматизировались гонения на генетиков, многие из них, несмотря на критику, остались на своих постах. Немчинов, Дубинин, Рапопорт, Жебрак – называю лишь тех, кого помню. Все они критиковали Лысенко и никаким репрессиям не подвергались. Да и сам факт, что после его смерти, воспользовавшись благоприятным моментом, ключевые посты в биологической науке заняли его противники, говорит о многом. О том, например, что никакого поголовного уничтожения «генетиков» не было». Эти слова и ссылка приводились в статье о Лысенко, опубликованной в газете. Те, кто льет крокодиловы слезы, почему-то обходят вниманием такой очень известный факт.

    В 1951 г. министр высшего образования СССР С.В. Кафтанов был освобожден от занимаемой должности и назначен первым замминистра культуры СССР. Сам С.В. Кафтанов был широко известен как в научных кругах, так и среди профессорско-преподавательского состава вузов и пользовался большим авторитетом. И, как пишет о нем однотомник энциклопедии «Великая Отечественная война 1941 – 1945 гг.» (М., 1985): «В 1937-1946 гг. председатель Всесоюзного комитета по делам высшей школы при СНК СССР, в 1941-1945 гг. уполномоченный ГКО по науке. Провел большую работу по координации научных работ, имеющих первостепенное значение для усиления оборонного потенциала страны.

    В 1946-1950 гг. Министр высшего образования СССР. В дальнейшем на другой руководящей работе. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) в 1939 -1952 гг. Депутат Верховного Совета СССР в 1946-1950 гг. Награжден 6 орденами, в том числе 2 ордена Ленина.

    Мой отец, Крюков Г.Т., чл. КПСС с 1940 г., участник Великой Отечественной войны, выпускник Пермского государственного университета им. Горького 1936 г., при Сталине прошел в органах народного образования все посты от школьного учителя до первого заместителя министра просвещения Таджикистана. В 1951 г. присутствовал на Секретариате ЦК ВКП(б), на котором освобождали Кафтанова с поста министра высшего образования СССР. И как вспоминал отец, он был очень приятно удивлен, что при этом выступили порядка 10 человек, которые очень хвалили Кафтанова и благодарили за проделанную работу. На его плечи легло восстановление ВУЗов на освобожденных от гитлеровцев территориях, а также организация многих новых институтов, отделений, кафедр, лабораторий в существующих. В тяжелые послевоенные годы при его непосредственном участии были открыты в том числе московские: инженерно-физический, физико-технический и финансовый институты. Ленинградские: гидрометеорогический институт, Высшее художественно-промышленное училище им. В.И. Мухиной.

    Горьковская консерватория им. Глинки.

    Государственные университеты в Кишиневе, Сталинабаде, Ашхабаде, Фрунзе…

    При Кафтанове началось строительство комплекса МГУ им. Ломоносова в Москве на Ленинских горах.

    Вместо Кафтанова в 1951 г. министром высшего образования СССР был назначен генетик В.Н. Столетов. Многих это назначение тогда удивило, ибо он был моложе Кафтанова всего на полтора года и был членом партии с 1940 г. (а Кафтанов с 1926 г.), не имел ученой степени доктора наук и т.д. Министром он был, правда, всего два года, т.к. руководство страны, вероятно, поняло, что надо в первую очередь развивать прикладные и точные науки, а не генетику. Столетов был переведен на должность зам. Министра высшего образования СССР, а министром назначен доктор технических наук, лауреат Сталинской премии, ректор Московского института стали и сплавов им. И.В. Сталина – В.П. Елютин, проработавший на этом посту много лет и избранный членом-корреспондентом АН СССР. Столетов в 1959-1972 гг. был министром высшего и среднего образования РСФСР, а с 1972 по 1981 г. президентом Академии педагогических наук СССР.

    Вот что написано о Столетове во втором томе Биографического словаря «Профессора МГУ» (Изд-во МГУ, 2005 г.): доктор биологических наук (1958). В 1931 г. окончил Тимирязевскую сельхозакадемию. Профессор, завкафедрой генетики и селекции (1960-1980) биолого-почвенного факультета МГУ. В МГУ читал курс лекций «Генетика с основами селекции». Академик (1968), президент (1972-1981) академии педагогических наук СССР. Член Комитета по присуждению Ленинских премий. Председатель Высшей аттестационной комиссии. Член Советского комитета защиты мира. Председатель редколлегии книжной секции «Педагогическая библиотека» (1974-1981). Член научно-редакционого совета Большой Советской энциклопедии. Область научных интересов: исследование роли нуклеиновых кислот в наследственности. Оказал решающее содействие в издании книги М.Е. Лобашего «Генетика» - первого отечественного учебника, в котором излагались основы классической генетики (1963). Редактор первого переводного учебника по генетике (А. Мюнци «Генетика», 1963, 1967 гг.). Пригласил на работу в МГУ бывших сотрудников кафедры Н.И. Шапиро и С.И. Алиханяна, привлек к чтению лекций видных генетиков – В.В. Сахарова, А.А. Прокофьеву-Бельскую, Н.В. Тимофеева-Ресовского и др. Инициировал проведение в 1965 г. первых Всесоюзных семинаров по генетике и дарвинизму. Опубликовал более 100 научных работ. Генетик Столетов был награжден 8 орденами, в т.ч. 4 орденами Ленина, орденом Октябрьской революции и др. Упомянутый кафтанов был награжден 6 орденами, в том числе 2 орденами В.И.Ленина. Орденов, а во многих случаях и орденов им. Ленина у генетика Столетова больше, чем у многих легендарных сталинских наркомов-министров и других выдающихся деятелей, в том числе А.Г. Зверева (министра финансов), Г.А. Митерева (министра здравоохранения), С.А. Акопова (министра среднего машиностроения), Л.А. Соснина (министра промышленности строительных материалов), А.В. Любимова (министра торговли), М.И. Салтыкова (министра лесной промышленности), Н.Н. Чеботарева (министра целлюлозно-бумажной промышленности), З.А. Шашкова (министра речного флота), Я.Е. Чадаева (управляющего делами Совета министров СССР). Н.А.Михайлова (первого секретаря ЦК ВЛКСМ), В.П. Пронина (председателя Моссовета, одного из руководителей и организаторов обороны Москвы), С.О. Притыцкова (народного героя Белоруссии, Председателя Президиума Верховного Совета БССР), Д.Р. Павлова (руководителя продовольственного снабжения Ленинграда в годы Великой Отечественной войны, а затем министра торговли), И.С. Хохлова (генерал-лейтенанта интендантской службы, председателя Совнаркома РСФСР в предвоенные годы, члена Военного Совета у Г. Жукова, Соколовского, Черняховского и Василевского в годы войны, Председателя правления Цетросоюза СССР в послевоенные годы (награжден 4 орденами, но ордена В.И.Ленина нет).

    Лауреат Ленинской, Сталинской и Государственной премий, выдающийся конструктор судов на подводных крыльях и экранопланов Р.Е. Алексеев награжден 3 орденами, но ордена Ленина нет. Не имел ордена Ленина и наша гордость – диктор Ю.Б. Левитан, всего у него было 3 ордена. Генерал армии С.М. Штеменко был награжден одним орденом Ленина, а маршал инженерных войск Харченко и главный инженер Байконура К.В. Свирин – ни одного ордена Ленина. У генетика Столетова орденов, в том числе орденов Ленина значительно больше, чем у таких известных ученых, как академики и члены-корреспонденты Академии наук СССР Д.Д. Благой, И.Э. Грабарь, Б.Д. Греков, М.А. Михеев и многих других, в том числе лауреатов Ленинской, Сталинской и Государственной премий.

    Сведений о том, что генетику Столетову устраивали такие же торжественные проводы при переходах с работы на работу, как Кафтанову, не имеется. А вот о том вреде, который Столетов вместе с друзьями (министром просвещения СССР М.А. Прокофьевым, министром просвещения РСФСР А.И. Даниловым, вице-президентом Академии педагогических наук А.И. Меркушевичем) нанёс советской школе (вместе с ответственными работниками отдела науки и учебных заведений ЦК КПСС С.П. Трапезниковым, Н.П. Кузиным, Г.П. Сарафанниковой, В.А. Гречишкиным и др. под руководством горе-идеологов М.А.Суслова, Б.Н. Понамарева, П.Н. Поспелова, П.Н. Демичева, М.В. Зимянина и др. учителей агента влияния А.Н. Яковлева) хорошо известно. Во время преступного разрушения СССР во многих антисоветских выступлениях во всех республиках (кроме Белоруссии) участвовали не только студенты, но и школьники.

    К сожалению, это закономерно. О каком качестве знаний и воспитательной работы можно говорить, если в классе 40 и более человек, а школы на 1600 человек и более. Эти школы были неуправляемыми. Учителей ценили не за качество знаний, а за процент успеваемости. Среди учителей ходила поговорка: «три пишем – два в уме». Этому способствовали и очень плохие учебники по ряду предметов, в том числе по математике, физике, другим предметам. Тревогу по этому поводу бил Герой Социалистического труда, Лауреат Ленинской, Сталинской и Государственной премий, а также премии им. Лобачевского академик Л.С. Понтрягин. Газета «Дуэль» к 100-летию со дня рождения Понтрягина (2009 г., №9) в статье «Маресьев в науке» писала, что он обвинил академика Колмогорова, под руководством которого писались учебники по математике, что тот абсолютно не знает школу и не знает, что школе и школьникам надо. В газете «Известия», журнале «Коммунсит» и др. Понтрягин конкретно написал о той глупости, которую ввели в учебники, в том числе понятие «конгруэнтности». Переведите это слово на узбекский или татарский язык и будет абракадабра. А ведь учебники для РСФСР во многих республиках использовали как базовые. Из рук вон плохо было поставлено изучение русского языка во многих союзных и автономных республиках. Если в Панфиловской дивизии, сыгравшей большую роль в обороне Москвы, все хорошо говорили по-русски и героически защищали свою Родину – СССР, то в материалах Главного Политического управления Министерства обороны, «Красной Звезде» и других газетах постоянно звучала тревога, что призывники из союзных республик не говорят по-русски. Горе-руководители союзных республик (кроме Белоруссии) не объяснили им важность слов великого русского советского поэта В.В. Маяковского, сказавшего: «Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин». Ну а горе-наставники молодежи Столетов, Прокофьев, Данилов, Маркушевич работали еще и профессорами МГУ им. М. Ломоносова, заведовали кафедрами, где они, выражаясь воровским жаргоном, «сшибали бабки». Ну а до школы у них руки не доходили. Об их «деятельности» еще будет написано в назидание потомкам. Один из этой «могучей кучки», Маркушевич, впрочем, был вынужден уйти в отставку, т.к. был осужден за кражу исторических документов его помощник. Остальные благополучно почили в бозе и были похоронены на Новодевичьем кладбище, недалеко от Хрущева и Ельцина.

    Сегодня генетиков и кибернетиков, как говорится, сколько угодно, но в каком состоянии сельское хозяйство - известно всем. Никакого запрета на кибернетику нет, но ракеты летят не туда, куда надо, спутники и космические корабли падают на Землю, самолеты и вертолеты бьются, совершают вынужденные посадки, теплоходы тонут и горят… Как тут не вспомнить слова выдающегося советского металлурга, дважды Лауреата Сталинской премии Л.Э. Вайсберга, главного инженера Кузнецкого металлургического комбината в годы войны и директора Нижнетагильского металлургического комбината в послевоенные годы, написавшего в своей книге, вышедшей в 60-х годах, что сейчас широко внедряются ЭВМ, но если вы плохо составили шихту, то не поможет никакая ЭВМ. Кстати, сам Вайсберг передал обе Сталинские премии в годы войны в фонд обороны, за что имел две благодарственные телеграммы от И.В. Сталина.

    С.Г. Крюков

    ПО ВСЕЙ РОССИИ…

    От наркоты, от водяры,

    От безделья, от болезней,

    От настигшей божьей кары,

    Захлебнувшись горькой песней,


    От планиды, что досталась,

    От свободы, что просили,

    Умирают, не состарясь,

    Мужики по всей России…


    Факт печально интересен,

    И понять его не просто:

    Жертвы сталинских репрессий

    Умирают в девяносто.

    Юрий Дегтярёв








    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх