Загрузка...



Глава 2. ЛИЧНОСТЬ ВООРУЖЕННОГО ПРЕСТУПНИКА

1. Понятие личности вооруженного преступника и ее основные характеристики

За незаконные действия и нарушение правил обращения с оружием, боеприпасами, взрывчатыми веществами и взрывными устройствами ежегодно осуждается более двадцати тысяч человек, что составляет немногим более двух процентов от общего числа осужденных в Российской Федерации.

Говоря о личности вооруженного преступника, мы исходим из того, что словосочетание «вооруженные преступления» уже введено в научный оборот, что создает предпосылки для использования в качестве производного понятия термина – «личность вооруженного преступника». Конечно, преступник, совершивший преступление с оружием в руках, не всегда является вооруженным, в частности, при привлечении к уголовной ответственности, отбывании наказания и во время изучения его личности, он не обладает оружием. На первый взгляд, логичнее было бы использовать термин «личность лица, совершившего вооруженное преступление», который более точно отражает сущность изучаемого нами явления. Однако нам данный термин представляется малоудачным вследствие своей громоздкости и тавтологичности (личность лица). Поэтому лиц, совершивших вооруженные преступления, в настоящей работе мы называем вооруженными преступниками. Кстати, такое словосочетание уже нашло закрепление и в криминологической литературе, и в периодической печати.

Изучение личности вооруженного преступника в современный период приобрело особую значимость. Тот факт, что убийцы, насильники, грабители имеют свои характерные особенности, никем не оспаривается. Все особенности связываются с нравственно-психологической характеристикой личности, мотивацией соответствующего преступного поведения. Рост уровня вооруженной преступности, обострение ее качественных характеристик, позволяют выдвинуть гипотезу о том, что и сама личность вооруженного преступника имеет комплекс специфических черт и качеств, отличающих ее от других категорий преступников. Поэтому необходимо выделить личность вооруженного преступника в самостоятельный тип в учении о личности преступника, причем, если личность преступника является общей категорией, то личность вооруженного преступника будет рассматриваться как частное.

Личность преступника наиболее полно характеризуется именно в момент совершения преступления, и здесь прослеживаются криминологические особенности поведения определенных категорий преступников. В частности, личность вооруженного преступника отличается набором признаков, характерных именно для нее: а именно – специфических навыков, умений, комплекса интересов и других существенных и относительно устойчивых свойств, закономерно сформировавшихся под воздействием негативных элементов социальной среды, которые в конечном счете нашли реализацию в совершении преступления с использованием оружия в качестве средства достижения поставленной цели. Указанные обстоятельства и продиктовали необходимость детального изучения всего комплекса названных проблем применительно к современным условиям.

Вооруженное насилие является наиболее опасным в системе криминального насилия. Угроза применения оружия стала неотъемлемой характеристикой совершения разбоев, грабежей (совершаемых с применением нелетального оружия), изнасилований, вымогательств, захвата заложников и других тяжких преступлений.

В криминологической литературе достаточно подробно рассматривались различные типы личности преступника по направленности преступных действий – (корыстный, насильственный, корыстно- насильственный), но особенности личности вооруженного преступника не становились предметом целенаправленного изучения.

Личность преступника наиболее полно характеризуется именно в момент совершения преступления, и здесь прослеживаются криминологические особенности поведения определенных категорий преступников. В частности, личность вооруженного преступника отличается набором признаков, характерных именно для нее. Вооруженный преступник обладает специфическими навыками, умениями, комплексом интересов, связанных с оружием и рядом других существенных и относительно устойчивых свойств, закономерно сформировавшихся под воздействием негативных элементов социальной среды, которые в конечном счете нашли реализацию в совершении преступления с использованием оружия в качестве средства достижения поставленной цели.

Проблема особенностей лиц, совершивших вооруженные преступления, связана с вопросами определения особенностей личности преступника вообще. Личность есть определенный носитель специфических мотивов, свойств, сформировавшихся под воздействием соответствующих социальных элементов. Как очень метко замечено П. А. Мясоедом, «человек рождается организмом, становится индивидом, на протяжении жизненного пути создает из себя личность». Сам факт совершения лицом того или иного преступления, будь то убийство или разбой, определяет специфическую преступную направленность личности и ее характерологические особенности. А специфический – вооруженный способ совершения преступления отличает их от других категорий преступников.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что назрела необходимость выработки понятия личности вооруженного преступника, уяснения ее места в криминологической классификации преступников и выделение четких типологических признаков, присущих только данному типу.

В отечественной криминологии личность преступника рассматривается как категория, возникающая только после совершения лицом конкретного преступления и определяется как совокупность социальных и социально значимых свойств, признаков, связей и отношений, характеризующих лицо, виновно нарушающее уголовный закон, и в сочетании с иными (неличностными) условиями и обстоятельствами, влияющих на его антиобщественное поведение.

Особенностью вооруженных преступлений является то обстоятельство, что их совершению предшествует приискание, приобретение, хранение и ношение виновным оружия. То есть комплекс криминогенных свойств личности вооруженного преступника в своем развитии проходит через комплекс криминогенных свойств личности, незаконно владеющей оружием.

При совершении тяжких насильственных преступлений с использованием оружия, преступник дистанцируется от последствий своих действий, смягчая психотравмирующее воздействие убийства или нанесения увечий на собственную психику.

Как справедливо заметил Конрад Лоренц, «…с открытием камня… возросла легкость убийства, а главное – утонченная техника убийства привела к тому, что последствия деяния уже не тревожат того, кто его совершил. Расстояние, на котором действует все огнестрельное оружие, спасает убийцу от раздражающей ситуации, которая в другом случае оказалась бы в чувствительной близости от него, во всей ужасной отвратительности последствий… Ни один психически нормальный человек не пошел бы даже на охоту, если бы ему приходилось убивать дичь зубами и ногтями». Это правило подтверждается исключением из него: сексуальные маньяки – убийцы наоборот, в процессе совершения преступлений сливаются с жертвой, воздействуют на нее именно «зубами, ногтями» или столь своеобразным оружием, как белье жертвы.

Избираемый способ насилия и вид применяемого оружия характеризуют личность преступника, особенности характера, его профессиональные и специальные навыки и умения, а в некоторых случаях особенности его психологии.

Являясь разновидностью личности преступника и отвечая всем закономерностям этой родовой категории, личность вооруженного преступника имеет свои отличительные особенности:

1) предшествующее преступлению поведение преступника выражается здесь не только в отношении к труду, учебе, другим людям и отношении в семье, но и в приобретении знаний об оружии, умения обращения с ним, в подыскании орудий совершения преступления или их изготовлении;

2) выбор способа совершения преступления, который может определяться характером и эффективностью имеющегося оружия либо наоборот – определять характер приискиваемого оружия, более подходящего к использованию в конкретной ситуации в зависимости от личностных умений преступника и условий обстановки; 3) отношение к орудию совершения преступления, навыки и умения в обращении с ним выступают в качестве одного из основных звеньев, характеризующих содержательную сторону личности вооруженного преступника Перечисленные особенности находят отражение в криминологической характеристике личности вооруженного преступника, как особой разновидности личности насильственного преступника.

Общая криминологическая характеристика личности преступника представляет собой «систему черт, которые в своей совокупности характеризуют лицо, совершающее то или иное преступление, различные стороны и проявления его общественного существования и жизненной практики и которые прямо или косвенно связаны с подобным антиобщественным поведением человека, обусловливают или облегчают совершение преступления либо помогают понять причины его совершения»2.

В последующие годы это определение несколько уточнялось, не претерпевая принципиальных изменений по существу3. При этом в структуру личности преступника вкладывался различный набор признаков: так В. С. Четвериков и В. В. Четвериков включают в структуру личности преступника следующие ее составляющие: биофизиологические, социально-демографические, психологические, нравственные, социально-ролевые и криминологические признаки

В. Н. Бурлаков, С. Ф. Милюков и другие отмечают в структуре личности следующие элементы: 1) социальный статус, включающий в себя совокупность признаков, отражающих место человека в системе общественных отношений (пол, возраст, семейное положение, уровень образования, принадлежность к социальной группе); 2) социальные функции, выраженные посредством показателей реальных проявлений личности в основных сферах деятельности (профессионально-трудовой, социально-культурологической, социально-бытовой); 3) нравственно-психологические установки, отражающие отношение человека к его проявлениям в основных видах деятельности (отношение к общегражданским обязанностям, закону, труду, семье, культурным ценностям).

При всем многообразии вполне убедительных точек зрения, наиболее приемлемой для целей настоящей работы представляется следующая схема структуры личности преступника: 1) черты характера и другие психологические особенности; 2) навыки, умения, знания; 3) представления об окружающем мире, отношение к нему; 4) нравственные особенности и ориентации, нравственные позиции; 5) представление о себе, отношение к себе; б) социальные аспекты пола, возраста, состояния здоровья; 7) биологический фундамент.

Именно в данной схеме выделен блок нравственно-психологических черт, отличающих личность вооруженного преступника от других типов преступников, а именно навыки, умения, знания.

Структура личности вооруженного преступника сложна и динамична, она включает в себя широкий спектр внутренних позиций личности в различных сферах социального бытия. Интересы, навыки, умения, связанные с оружием как определенной категорией материальной культуры,- вот то, что определяет качественную характеристику данной личности.

Под интересом понимается отношение личности к предмету, как к чему-то для нее ценному, привлекательному. Содержание и характер интереса связаны как со строением и динамикой мотивов и потребностей человека, так и с характером форм и средств освоения действительности, которыми он владеет «Именно интересы лежат в основе мотивации деятельности, определяют ее цель, а также мир ценностей и ориентаций, присущих данной личности или группе лиц»2.

30 марта 2002 года канал НТВ продемонстрировал документальный фильм «Снайперы». Его герои – военнослужащие внутренних войск относятся к своим особо точным винтовкам, как к одушевленным существам: разговаривают с ними, дают имена, приписывают им наличие характеров и индивидуальных свойств. Один снайпер назвал свой ВСС «Оксанкой», другой рассказывал, что винтовка «может быть не в настроении» и тогда она «дерется», поэтому важно приласкать ее, смазать, тепло поговорить…

Психологическая мотивация, лежащая в основе отношения людей к оружию различна. Для одних оружие – залог собственной безопасности в условиях бурного роста преступности, в том числе и вооруженной; для других – средство компенсации недостатка физической силы и неуверенности в себе, эффективное средство самообороны; для третьих – предмет жгучего, зачастую иррационального интереса, как запрещенное орудие умерщвления себе подобных; для четвертых – средство выделиться из общей массы людей, не обладающих оружием, внушать страх окружающим, повелевать ими; для пятых – инструмент для решения каких-либо задач; для шестых – выгодный товар. Оружие может быть предметом коллекционирования и представлять исторический, технико-конструктивный, искусствоведческий интерес.

Реализация почти всех перечисленных мотиваций может осуществляться как в легальных, так и противоправных формах, хотя грань между ними весьма тонка: от законного приобретения разрешенного оружия самообороны, до покупки на «черном рынке» гранаты или пистолета, т. е. совершения преступления, предусмотренного ст. 222 УК РФ.

В былые времена любители оружия объединялись в рамках охотничьих обществ, хотя далеко не всегда интерес к оружию сочетается с интересом к охоте. Только в последние годы в России предпринимаются попытки объединить легальных владельцев гражданского оружия на иных принципах, а именно, на основе интереса к оружию или даже конкретным его видам. Как объясняет руководитель клуба любителей гладкоствольных ружей «Сайга»: «…мы объединяем любителей оружия и людей, приобретающих оружие для некой гипотетической „самообороны" и активного отдыха и развлекательной стрельбы и посему никогда не занимаемся совместной охотой…нужно сторонникам права на оружие просто держаться вместе и создавать какой-то общественный резонанс».

Это, несомненно, позитивная тенденция, ибо лица, реализующие свой интерес к оружию в легальных формах: охотники, стрелки-спортсмены, члены клубов любителей оружия и т. п.,- контролируются органами внутренних дел, поскольку обязаны получать соответствующие лицензии, что связано с предварительной проверкой их на наличие судимостей, пристрастие к алкоголю и наркотикам, психического статуса, условий для хранения оружия и т. п. После получения лицензии они обязаны выполнять установленные правила владения оружием, обеспечивать его сохранность, беспрепятственно допускать в место жительства сотрудников милиции, проверяющих соблюдение этих правил.

Нелегальные «любители оружия», естественно, стараются не попадать в поле зрения милиции, а потому не имеют лицензий, их владение огнестрельным оружием является противоправным. Своевременное выявление таких лиц служит резервом повышения эффективности предупреждения вооруженных преступлений.

Достаточно часто нелегальные «любители оружия» маскируются под легальных. Например, лицо незаконно владеет нарезным карабином, пистолетом, соответствующими боеприпасами, гранатами, но получает лицензию на приобретение и ношение гладкоствольного охотничьего ружья. Поскольку все нелегальные и замаскированные «любители оружия» совершают преступления, предусмотренные ст. 222-226 УК РФ, то они обладают комплексом свойств, характерных для личности преступника.

Интересуясь оружием, преступник может проявлять этот интерес в различных формах: увлечение охотой, занятие стрелковым спортом, коллекционирование оружия. Очень часто формой проявления интереса к оружию выступает его приискание и незаконное хранение без какой-либо определенной цели. В этой связи можно согласиться с мнением Д. А. Кикнадзе, что в данном случае «интерес является звеном, опосредствующим удовлетворение потребности»

На практике встречаются случаи, когда лицо хранит заведомо неисправное и не подлежащее восстановлению оружие, объясняя это «любовью» к оружию, особой его эстетикой, интересом к конкретным конструктивным решениям. К подобной категории «любителей» оружия относятся «черные следопыты», затрачивающие силы, время и средства для отыскания оружия в местах сражений в период Великой Отечественной войны (кроме тех, кто отыскивает оружие для восстановления и продажи).

К этой же категории относятся лица, занятые изобретением и изготовлением «принципиально новых», на их взгляд, образцов оружия. Автор вступал в переписку с самодеятельным изобретателем «нового пистолета», который сетовал на то, что подтвердить его боевую эффективность можно только после изготовления экспериментального образца, но его останавливает угроза уголовной ответственности за такие действия.

Характерно то, что в перечисленных случаях интерес к оружию может и не трансформироваться в действия, запрещенные уголовным законом – например, когда изобретательство ограничивается чертежами и расчетами, либо найденное на местах боевых действий оружие утратило свои боевые качества. Но при стечении ряда обстоятельств, например, изготовлении изобретенного пистолета «в металле», или отыскании «черными следопытами» образца оружия, находящегося в исправном состоянии, не осуждаемый в принципе интерес к оружию трансформируется в конкретное уголовно – наказуемое деяние. 8 мая 2003 года в телепередаче «Вести – дежурная часть» канала РТР сообщалось о раскрытии подпольного цеха по восстановлению оружия, добытого «черными следопытами», и высказывалось мнение о том, что 75% оружия, находящегося в незаконном обороте в Северо-Западном регионе является восстановленным. Последняя оценка, конечно, является спорной, но продукция цеха выглядела весьма впечатляюще как по количеству единиц оружия, так и по качеству его восстановления.

Лица, испытывающие интерес к оружию, при любом удобном случае приобретают средства поражения, отдельные детали и патроны к нему, в результате чего за несколько лет концентрируют в своих руках «коллекции» разнородного оружия – огнестрельного, холодного, газового, взрывчатые вещества и взрывные устройства, специальные средства и т. п.

Например гр. Ш. незаконно хранил 2 охотничьих ружья «ИЖ-18Е», обрез ружья «Т03-63», порох «Барс», тротиловую шашку, кастет, два ножа, относящихся к категории холодного оружия, шесть охотничьих патронов 12 калибра, семь – 16 калибра, один малокалиберный патрон 5,6 мм, спецсредство «Черемуха», палку резиновую «ПР-73».

Для любителей оружия характерно обладание неисправными образцами, отдельными деталями такого оружия, которым они не располагают, либо боеприпасами к оружию, которого они не имеют. Часто эти запасы представляют собой нечто среднее между арсеналом и складом запасных частей.

Так, гр-н Л. незаконно хранил гранату «РГД-5», затвор малокалиберной винтовки, пиропатрон ПП-9, 558 граммов взрывчатого вещества окфол, магазин от автомата Калашникова, 59 патронов разных калибров – 5,45 мм, 7,62 мм, 5,6 мм.

Нерациональной такая «запасливость» выглядит только на первый взгляд. Любители оружия находят друг друга, образуя своеобразные «клубы по интересам». Общаясь между собой, они обмениваются деталями и боеприпасами, ремонтируют или другими способами приводят в пригодное состояние неисправное оружие, продают его, т. е. образуют «восстановительный оборот» незаконно хранимого оружия.

В советский период, когда криминальный оборот оружия был очень ограничен, именно с помощью подобных «любителей» пополняли свои арсеналы чрезвычайно опасные бандитские группы, действующие на Северном Кавказе.

Даже не преследующее криминальных целей незаконное хранение оружия нарушает установленный для него правовой режим и нередко приводит к несчастным случаям или совершению преступления.

Наряду с интересом к оружию, личность вооруженного преступника характеризуется специфическими навыками и умениями.

Под навыками понимается умение, созданное упражнениями, привычкой Ч Умение, в свою очередь,- это способность делать что-нибудь, приобретенная знанием, опытом. Разница между указанными двумя категориями заключается в том, что навыки есть развитое и доведенное до совершенства умение, т. е. при совершении ряда вооруженных преступлений (в частности высококвалифицированных профессиональных преступлений: например, заказных убийств) одних умений недостаточно.

Навыки сами по себе не развиваются, их можно развить только упорным трудом и тренировкой. При обращении с оружием навыки и умения по-разному присутствуют у тех или иных категорий преступников.

Н. Д. Литвинов процесс выработки криминальных навыков различает по нескольким уровням подготовки: простая подготовка – обучение исполнителя навыкам владения избранным видом оружия и умению его применения; сложная подготовка – выработка таких криминальных навыков, которые позволяют террористу действовать самостоятельно с соблюдением правил конспирации в условиях противодействия полиции или службы безопасности охраняемого объекта, самостоятельно планировать совершение террористического акта и совершать его с применением различных средств и способов; специальная подготовка, направленная на выработку особых криминальных навыков, необходимых для выполнения отдельных видов террористической деятельности, в частности, особой жестокости и безжалостности. По видам криминальных навыков Н. Д. Литвинов различает владение холодным оружием, стрелковую подготовку, знание взрывотехники, тактики ведения боя.

Хотя Н. Д. Литвинов говорит о подготовке специфического типа вооруженного преступника-террориста (в основном политического), почти все его выводы в большей или меньшей степени применимы и для иных разновидностей личности вооруженного преступника. Другое дело – как приобретаются криминальные навыки вне специальных организационно-террористических организаций.

Средства массовой информации нередко рисуют портрет профессионала, прошедшего службу в специальных подразделениях и в дальнейшем поддерживающего свои навыки путем интенсивных тренировок.

Действительно, известный киллер А. Солоник умел стрелять из любого оружия без промаха и при любой ситуации. Это являлось результатом не профессиональной подготовки в спецслужбах, а самостоятельных бесконечных занятий по стрельбе и искреннего поклонения оружию. Солоник мог бесконечно долго говорить о различных пистолетах, автоматах, обсуждать достоинства снайперских винтовок, их убойную силу и т. д. На одной из его квартир были найдены автомат «АКС-74У», подствольный гранатомет, малокалиберная винтовка, «Винчестер», пистолеты – отечественный «ТТ» и три иностранных, в том числе престижный в криминальной среде и очень дорогой «Глок».

Однако, вопреки многочисленным «сенсационным» публикациям, при изучении лиц, совершивших тяжкие преступления с использованием оружия, оказалось, что больше половины вообще не проходили службу в армии, а навыки и умения приобретали в ходе самостоятельных тренировок.

Вот как описывает всестороннюю подготовку членов оргпреступной группировки хорошо знающий реалии бандитской жизни адвокат и литератор В. Карышев:

«Вскоре Дэн приступил к занятиям с вновь набранной командой. Витоха пригласил тренера по кикбоксингу, а поскольку ребята были в прошлом спортсменами, но самого разного профиля – здесь были и боксеры, и самбисты, и каратисты, и культуристы,- то тренер начал отрабатывать с ними приемы рукопашного боя. Затем наступило время огневой подготовки. Через несколько дней Дэн стал вывозить по четыре-пять человек на специальное стрельбище, где объяснял, как стрелять из пистолета, как перезаряжать, как одевать и снимать глушитель,- короче, все премудрости, которым его самого несколько лет назад так же обучали. Вечерами в одной из бильярдных, тоже принадлежащих Витохе, Дэн проводил идеологическую подготовку – рассказывал историю ореховской братвы…»

При изучении нами уголовных дел о незаконном обороте оружия и совершении вооруженных преступлений установлено, что из 167 обвиняемых только 11 (6,6%) имели навыки обращения с оружием: трое являлись членами общества охотников, трое ранее занимались стрелковым спортом, двое в составе федеральных сил принимали участие в боевых действиях в Чеченской республике, один работал милиционером-шофером, один являлся участником незаконного вооруженного формирования в Чечне, один неоднократно судим за преступления с использованием оружия. Можно предположить, что названная цифра занижена, так как обвиняемые, желая преуменьшить свою общественную опасность, склонны скрывать навыки обращения с оружием. В пользу этой гипотезы говорит и то обстоятельство, что еще 11 человек (6,6%) ранее судимы по ст.ст. 222-226 УК РФ, а следовательно, опытом обращения с оружием обладает как минимум вдвое большее число осужденных – 13,2%.

Можно предположить также, что профессионалы, прошедшие подготовку на государственном уровне, совершают преступления настолько квалифицированно, что вообще не попадают в число фигурантов уголовных дел.

Когда речь идет о лицах, изготавливающих огнестрельное оружие, то различаются два вида (группы) навыков – профессиональные (трудовые) и общий (сложный) навык изготовления огнестрельного оружия, сформировавшийся в процессе работы. К первым относятся навыки по обработке металла, навыки конструирования, технологические навыки и другие. Отсутствие профессиональных навыков может компенсироваться обращением к специалистам (токарям, фрезеровщикам, слесарям). Так, создавшие нашумевшую в 70-е годы банду «Фантомасов» братья Толстопятовы размещали заказы на изготовление деталей для автоматов, револьверов, гранат и даже патронных гильз на заводах города Ростова-на-Дону, маскируя их под предметы хозяйственно-бытового обихода (детали лодочных моторов, электрические разьемы и т. д.). С другой стороны, одних профессиональных навыков недостаточно – необходим общий навык изготовления огнестрельного оружия, включающий изучение типов, видов и моделей оружия, выбор и конструирование своей системы, подбор нужных материалов, изготовление деталей и сборку, эспериментальный отстрел и п следующую доработку.

Щ. незаконно хранил примитивное самодельное устройство д. стрельбы малокалиберными патронами, самодельное взрывное устройство, 1 малокалиберный и 4 стартовых патрона и стартов пистолет «ИЖ», переделанный в огнестрельный, но столь примитивным образом, который исключал прицельную стрельбу. е Судя по уровню «продукции», ни профессиональных, ни общих навыков изготовления огнестрельного оружия у Щ. не было.

Д. высверлил рассекатель в газовом пистолете «ИЖ-77», переделав его в атипичное гладкоствольное огнестрельное оружие, а также переделал пять газовых патронов калибром 8 мм, снабдив их поражающими элементами.

Обычно переделка заключается в замене ствола под боевые патроны распространенных калибров – 5,45, 5,6 или 9 мм. Анализируя действия Д., можно придти к выводу, что обладая достаточными профессиональными, трудовыми навыками, он не обладал общими, а также необходимыми инструментами, запчастями и не имел возможности приобретать боевые патроны.

Особенно ярко проявляются личностные особенности преступника, изготавливающего самодельные взрывные устройства. Как совершенно справедливо отмечает И. Д. Моторный «…конструктивное решение, компоновка элементов СВУ и совокупность использованных для его изготовления технических приемов и мер предосторожности обусловлены технической грамотностью изготовителя, его знанием основ взрывного дела. Это так называемый „облик изготовителя", который также отражается в конструкции СВУ в виде особого комплекса признаков».

Кроме того, следует учитывать, что сам факт обращения с взрывчатыми веществами свидетельствует о специфической смелости лица, ибо большинство людей, в том числе интересующихся оружием и умеющих обращаться с ним, испытывают страх перед слепой разрушительной мощью взрывчатки, которая управляема в гораздо меньшей степени, чем стрелковое оружие, а потому, представляет большую опасность для пользователя. Для преступников этого типа характерна своего рода «бесшабашность», позволяющая производить крайне рискованные действия с взрывчатыми веществами и даже хранить их у себя дома.

Так, 4 апреля 2003 года в информационной программе РТР «Вести» сообщили о задержании в Новороссийске 17-летнего подростка, который продавал за 600 рублей самодельное взрывное устройство, включающее в себя 500 граммов тротила. Взрывчатое вещество виновный выплавил из снаряда времен Великой Отечественной войны, при обыске у него дома обнаружен «выстрел» к гранатомету «Муха».

При изучении уголовных дел о незаконном обороте взрывчатых веществ (которые сами по себе являются полуфабрикатом, ибо для своего использования требуют превращения во взрывное устройство, путем более или менее сложного конструктивного соединения со средствами взрывания), установлено, что владельцами распространенных и достаточно привычных в быту дымных и бездымных порохов обычно являются люди, не имеющие специальных познаний либо подготовки, если же речь идет о боевых взрывчатых веществах, то обращаются с ними лица, имеющие саперную подготовку или опыт обращения со взрывчаткой, приобретенный во время службы в армии. Кстати именно там, зачастую, взрывчатое вещество и похищается.

Так, гр-н П. осенью 1994 года, проходя службу в Вооруженных силах Российской Федерации в должности сапера, похитил 700 граммов взрывчатого вещества пластит, три капсюля-детонатора КД-8А и огнепроводный шнур ОШП в количестве 510 мм, которые после демобилизации привез к себе домой в г. Таганрог, а 26 января 1999 года пытался продать, но был задержан сотрудниками милиции. Л., во время срочной службы прошел подготовку по изучению взрывных устройств, в 1996 году похитил в воинской части 140 граммов пластита, после демобилизации привез его домой и хранил до 22 мая 2002 года, когда пластит был изъят работниками милиции.

Иногда виновные маскируют факт хищения оружия. Так, гр-н С. незаконно хранил пистолет Макарова и тротиловую шашку. Ранее он проходил службу по контракту на территории республики Дагестан, с высокой долей вероятности можно предположить, что оружие и взрывчатка похищены в воинской части, но обвиняемый показал, что купил их у «незнакомого мужчины».

При незаконном обороте промышленных взрывчатых веществ (аммонита) и взрывных устройств (электродетонаторов ЭД-КЗ), которые особенно часто встречаются в угледобывающих районах (например, в Ростовской области это Шахты, Новошахтинск, Гуково), их владельцы, как правило, работают или ранее работали на угольных шахтах и имеют навыки взрывных работ, хотя также зачастую отрицают факт хищения на производстве.

Выбор конкретного способа совершения взрыва обуславливается: финансовыми, служебными или иными возможностями доступа преступника к определенным взрывным устройствам и взрывчатым веществам; наличием у него знаний и навыков определенного характера (взрывотехника, электроника); личностными качествами характера преступника (дерзость, жестокость, равнодушие и пр.); степенью защищенности объекта посягательства.

Специфические навыки и умения обращения с взрывчатыми материалами и взрывными устройствами имеются у определенных категорий лиц: ранее судимых за преступления, связанные с незаконным оборотом ВВ и ВУ, имеющих опыт работы с оружием, боеприпасами или ВВ, активных участников и лидеров ОПГ, членов незаконных вооруженных формирований, имеющих подготовку подрывников, с опытом работы в области химических технологий, связанных с производством и использованием ВВ, порохов, других взрывоопасных материалов, бывших военнослужащих умеющих обращаться с ВВ и ВУ, имеющих опыт боевых действий, склонных к незаконной охоте и браконьерству, занимающихся изготовлением самодельных ВУ для различных целей и т. д.

По опубликованным данным, в России насчитывается около четверти миллиона мужчин в возрасте от 20 до 45 лет, знакомых с основами взрывного дела и способных изготовить простейшее взрывное устройство, около тридцати тысяч имеют достаточно глубокие познания в способах минирования и разминирования, не менее десяти тысяч являются профессионалами в области ведения взрывных работ и организации минной войны. Если сопоставить эти данные с беспрецедентным падением дисциплины и ответственности во всех сферах государственной и общественной жизни, широким вовлечением в криминальный оборот взрывчатых веществ и взрывных устройств, то можно прогнозировать рост преступлений, совершаемых с помощью взрывов.

При изготовлении холодного оружия тоже, хотя и реже, встречаются случаи использования имеющихся у виновного навыков. Так, штык-нож к автомату Калашникова является не только холодным оружием, но и многофункциональным инструментом, приспособленным для резки проволоки и пилки дерева, для использования в преступных целях он достаточно неудобен и в условиях гражданской жизни практически не применяется.

Тем не менее, гр-н Н. имеющий в прошлом опыт армейской службы и обращения со штык-ножом, изготовил именно такой образец и использовал его для совершения разбойных нападений.

Представители казачьего движения нередко собирают значительное количество шашек, кинжалов, штык-ножей, а так же огнестрельное оружие, боеприпасы, гранаты.

В последнее время встречаются случаи, когда лицо, не обладая военным опытом и соответствующими навыками и умениями, использует специфические знания об использовании оружия, почерпнутые из кинобоевиков.

Так, 21-летний М„ собираясь выяснять отношения с В., спрятал самодельный нож в ножны, привязанные к голени правой ноги, под брюками, чтобы его нельзя было обнаружить. Во время драки с В., М. извлек нож и нанес Б. три глубокие раны шеи и около 20 нарезов на левой стороне нижней челюсти, практически отделив голову от туловища.

Боевого опыта М. не имел, а способ скрытого ношения оружия, и способ его использования неоднократно демонстрировались в зарубежных и отечественных художественных и телевизионных фильмах.

Применительно к рассматриваемому типу личности специфической является привычка носить (как правило, незаконно) оружие при себе. По опубликованным данным, относящимся к концу 80- годов прошлого века, постоянно носили холодное оружие 20,5 осужденных по ст. 218 УК РСФСР, часто – 24,9%, иногда 28,7%. Современные исследователи отмечают, что постоянно носили оружие 18% лиц, осужденных за совершение вооруженных преступлений, иногда – 28%, 14% – только когда шли на преступление. 2

На наш взгляд, привычка в данном случае является разновидностью умения или навыка обращения с оружием, который включает в себя умение скрытно носить его при себе таким образом, чтобы можно было в любой момент быстро им воспользоваться. Так, по данным А. Литвина холодное оружие носили: в кармане верхней одежды – в 28,8% случаев, в кармане пиджака – 19,2%, в кармане брюк – 18,6%, за поясом – 17,7%, в рюкзаке, портфеле – 2,9%.

Автору известны случаи ношения двух ножей в рукавах одежды, ножа в ножнах, прикрепленных к ноге в районе колена, и даже двух обрезов в рукавах куртки. Это, несомненно, очень опасные способы ношения, так как их цель состоит в том, чтобы при личном обыске усыпить бдительность сотрудника (сотрудников) милиции и применить оружие против него. И они характеризуют высокий уровень навыков и умений лица в обращении с оружием.

Толкование привычки, как разновидности навыка или умения встречается и в словаре русского языка. «Привычка это ставшая постоянной, обычной, какая-то склонность, потребность совершать те или иные действия, поступки либо умение, навык, ставший обыкновением». Поэтому мы не выделяем привычку в качестве отдельного элемента, наряду с навыком и умением.

Такие особенности личности, как навыки и умения в обращении с оружием, выбор вооруженного способа совершения преступления, имеющиеся общие закономерности и черты, свойственные именно лицам, совершившим вооруженные преступления, позволяют говорить о существовании особой разновидности насильственного преступника – вооруженного преступника.

Следовательно, лица, совершающие вооруженные преступления, обладают множеством свойств и признаков, характерных именно для них – это отдельная, особая категория преступников (за некоторыми исключениями, которые только подтверждают правило). Их особые свойства напрямую связаны со способом совершения преступления, в том числе с орудием преступления, в качестве которого выступает оружие. Наиболее яркие активные свойства в тех или иных случаях во взаимодействии с конкретной жизненной ситуацией приводят к тому, что при моделировании будущего преступления, лицо решает использовать оружие для его совершения. Это обстоятельство свидетельствует о повышенной общественной опасности личности вооруженного преступника, так как уже сам факт приискания оружия, включение его в план предстоящих преступных действий и получение таким путем авансированного преимущества над потерпевшим (потерпевшими) и очевидцами преступления отличает вооруженных преступников от других насильственных преступников.

Вооруженная агрессия личности рассматривается нами как определенное социальное поведение, включающее в себя действия, «за которыми стоят сложные навыки, требующие всестороннего научения». Другими словами, лицо осуществляя свои вооруженные действия должно знать как обращаться с оружием, каким способом наиболее эффективно воздействовать на жертву, как скрываться с места преступления, используя оружие для обеспечения своей безопасности. А поскольку эти знания не даются при профессиональном образовании, то более чем в половине случаев лица сознательно развивают в себе подобные навыки, готовясь к совершению преступлений.

В октябре 2002 года в окрестностях Вашингтона снайперскими выстрелами были убиты десять и тяжело ранены три человека находящихся на улицах, автозаправках, возле магазинов. Полицией задержаны двое преступников: 42-летний ветеран войны в Ираке, выпускник одной из частных стрелковых школ США Джон Аллен Уильямс и его 17-летний пасынок Джон Ли Малво. В их арсенале кроме винтовки имелись оптический прицел и штатив, характерные для вооружения профессионалов. В багажнике их машины имелось отверстие и специально оборудованное место для скрытой стрельбы в которое можно было попасть из салона через спинку заднего сиденья. «Вашингтонских снайперов» подозревают в причастности к 21 случаю обстрела людей на улицах пя штатов.

Роль и место оружия в механизме замышляемого и подготавливаемого преступления может быть различной и зависит от мотива цели преступления. В ходе изучения уголовных дел о вооруженных преступлениях мы установили, что при совершении вооруженных преступлений в одиночку лица в 54,3% случаях использовали холодное оружие (кастеты, нунчаки и т. д.), а лица, совершающие групповые вооруженные преступления, в 51% случаев использовали боевое огнестрельное оружие, при этом его мощность и эффективность пропорциональны численному составу и степени организации преступной группы. Это отражает большую подготовленность групповых преступлений и лучшую оснащенность организованных преступных групп. Вполне понятно, что если использование средств поражения первой группой не требует специальных знаний, навыков и умений, а также значительных материальных затрат на их приобретение, то вторая группа без этого обойтись вообще не может

Неслучайно по способу совершения преступления и используемому оружию можно судить о характере совершенного преступления. Так, убийство выстрелом с дальней дистанции выдает профессионально исполненную и высокооплачиваемую «заказную» ликвидацию, а разбойное нападение с самопалом и самодельными ножами характерно для лиц, начинающих преступную деятельность.

Как отмечалось выше, использование оружия для облегчения достижения преступного результата закладывается преступником в план совершения преступления с самого начала подготовки к нему Поэтому вооруженные преступления определялись как «умышленные, противоправные общественно опасные деяния, посягающие на жизнь, здоровье, половую неприкосновенность граждан, общественную безопасность и порядок управления, другие посягательства с использованием оружия и предметов, используемых и качестве оружия, причиняющих (либо способных причинить) физический, имущественный, психический, моральный и иной вред, а же нарушающие существующий порядок владения, приобретения, хранения оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ»2.

Если огнестрельное оружие в большинстве случаев используется преступником для устрашения потерпевших, то с помощью холодного оружия чаще причиняется фактический вред здоровью потерпевшего.

Вопреки сложившемуся предположению о прямой зависимости между боевыми свойствами оружия и тяжестью наступивших в результате совершения преступления последствий, нередко приходится сталкиваться с примерами диаметрально противоположного характера. Это объясняется тем, что, обзаводясь более мощным оружием, преступник рассчитывает на устрашающий психологический эффект.

Исходя из такого предположения, обратно пропорциональная зависимость между боевой эффективностью оружия и тяжестью наступивших последствий объясняется тем, что наличие огнестрельного оружия позволяет преступнику запугать потерпевших, парализовать их волю и достигнуть преступного результата без его применения. Холодное оружие не оказывает столь устрашающего эффекта, поэтому преступники еще на этапе подготовки к преступлению планируют его интенсивное использование. (Конечно, эта закономерность не всегда подтверждается криминальной практикой.- Д. К.)

Особенности личности вооруженного преступника проявляются не только в способе совершаемых преступлений, но и его мотивации. Мотивы совершения тяжких вооруженных преступлений могут быть самыми различными, «все зависит от нравственных черт личности, предопределяющих выбор цели и средства достижения задуманного» (каковы мотивы, такова и личность, наоборот, поэтому они являются наиболее полной и точной характеристикой)Но выбор оружия в качестве орудия преступления характеризует специфические навыки и умения, характерные именно для вооруженного преступника. Более тог эти навыки, а также цели подготавливаемого преступления определяют выбор конкретного оружия. Так, например, при совершении слабо подготовленные разбойных нападений, в одиночку виновный обходится кухонными ножами или иным холодным оружием, а иногда и макетами оружия. Если же лицо собирается преступным путем достигнуть более значимых целей (получение большой суммы денег, ценностей), то планироваться преступление будет более основательно, а оружие более тщательно подбираться.

Это подтверждается результатами анкетирования вооруженных преступников. Они целенаправленно подыскивают те или иные виды оружия, тем самым заранее пытаясь гарантировать положительный исход задуманного даже при возникновении чрезвычайных неблагоприятных ситуаций. Так, 63% опрошенных совершили бы преступление и в случае уверенности в вооруженности жертвы, 4% – нет, 33% – затруднились ответить2.

Выбор того или иного вида оружия преступления связан прежде всего с психологическим, волевым настроем самого преступника на положительный исход посягательства при любых условиях – и чем опаснее задуманное, тем эффективнее и оружие, а значит тем успешнее и активнее посягательство на охраняемые законом интересы граждан и противостояние сотрудникам правоохранительных органов, которые эти интересы призваны защищать. К тому же при помощи оружия преступник психологически «оберегает» себя от непосредственного контакта с жертвой, т. е. как бы остается в стороне от ее болевых ощущений, тем самым отдаляет себя от психотравмирующей ситуации.

Бесспорно, определенные черты и свойства личности, предопределяющие во многом характер преступного поведения, не являются абсолютно одинаковыми у всех вооруженных преступников. Но всем без исключения вооруженным преступникам свойственна особенность, заложенная в самом субъекте и базирующаяся на поставленной цели – склонности к вооруженному насилию.

Преобладание мужчин при совершении вооруженных преступлений соответствует распределению по половому признаку лиц, совершивших насильственные посягательства. Кроме того, на наш взгляд, здесь играют роль специфика орудия преступлений – оружия, которое требует определенных знаний, навыков и умений в его использовании, а также наличие самого оружия. Женщинам такие знания и навыки, как правило, не свойственны.

В большинстве случаев в качестве оружия женщинами обычно используются кухонные ножи, хотя встречаются и более опасные предметы. Так, в один день в Ростовской области женщинами совершено четыре убийства на бытовой почве, в трех случаях использовались кухонные ножи, в одном – охотничье ружье. Женщины обычно совершают преступления с использованием чужого оружия.

По данным нашего исследования, преступления, совершенные женщинами, носили бытовой или ситуативный характер, и в 90% случаях в качестве орудия совершения преступления выступали кухонные ножи, топоры, т. е. предметы, повседневного домашнего обихода, навыками в обращении с которыми женщины обладали в силу своей социальной роли (хозяйки в доме); в остальных случаях женщинами совершались преступления из незаконно хранимого оружия их мужей или сожителей.

Наличие оружия у несовершеннолетних резко повышает дерзость и опасность их действий. По данным исследования, проводимого В. Н. Прусаковым: «Подростки, применившие оружие или заменяющие его предметы, значительно чаще, чем несовершеннолетние из контрольной группы, совершали преступления при явных свидетелях (65% и 20%), против взрослых потерпевших (57% и 32%), против потерпевших (56% и 26%), действуя в одиночку (57% и 13%)».

Также отмечается, что в качестве оружия криминальные группы несовершеннолетних используют не только традиционные для подростков ножи, цепи, палки бритвы, но все чаще и огнестрельное оружие, гранаты, взрывные устройства.

Наличие определенного образовательного ценза не препятствует совершению наиболее тяжких вооруженных преступных посягательств, а в некоторых случаях и облегчает их совершение. Кроме того, обращение с определенными видами оружия и взрывчатых веществ само по себе требует соответствующего образовательного уровня и навыков в обращении с ним.

В большинстве случаев преступления с использованием оружия совершаются в условиях очевидности, на глазах многих людей.

Вопрос о месте типа вооруженного преступника в криминологическом учении о личности следует увязывать с аналогичным решением касающимся места вооруженной преступности.

Рассматривая отдельные блоки однородных преступлений, криминология исходит из того, что если преступность – общее, то корыстная, насильственная, корыстно-насильственная преступность – это те уровни, которые являются выражением системы науки, изучающей данное явление, в целом и ее составляющие. Одним из автором было высказано мнение о том, что вооруженная преступность как особый криминологический феномен должна входить самостоятельным элементом в систему криминального насилия на подуровне насильственной и корыстно-насильственной преступности4.

Исходя из предложенного понимания места вооруженной преступности, личность преступника можно рассматривать как уровень общего, личность насильственного (корыстно-насильственного) преступника – как уровень частного и личность вооруженного преступника – как уровень особенного.

Подводя итог изложенному, можно сделать вывод о том, что личность вооруженного преступника, представляет собой разновидность личности насильственного (корыстно-насильственно- го) преступника, отличающуюся присущими ей специфическими нравственно-психологическими качествами и характеристиками. Следовательно, место личности вооруженного преступника в общем учении о личности преступника выглядит так:



Место личности вооруженного преступника в учении о личности преступника

Исходя из вышеизложенного, можно определить личность вооруженного преступника следующим образом:

Личность вооруженного преступника представляет собой совокупность социально-негативных свойств лица, совершившего умышленное преступление с использованием оружия, причем специфическими свойствами являются интерес к оружию, навыки и умения в обращении с ним, обусловившие во взаимодействии с конкретной жизненной ситуацией выбор вооруженного способа совершения преступления, заключающийся в воздействии оружием на окружающую действительность с целью обеспечения авансированного преимущества над потерпевшим и достижения преступного результата.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх