Загрузка...



2. Оружие в заказных убийствах

Защита от наемных убийц еще не придумана даже для самых высокопоставленных руководителей и политических деятелей. Подавляющее большинство убийств – от Лжедмитрия до Ицхака Рабина – совершено с помощью огнестрельного оружия. Известны планы применения террористами даже зенитных ракет «Стингер»: с их помощью собирались сбить самолеты премьер-министров Израиля и Великобритании – Голды Меир и Маргарет Тэтчер, президента Азербайджана Гейдара Алиева. По одной из версий, именно «Стингером» был уничтожен авиалайнер мозамбикского президента Саморы Машела. Нередко в ход шла взрывчатка – от самодельных динамитных бомб народовольцев, одна из которых разорвала на части Александра II, до изощренных замаскированных взрывных устройств: бомбы-авторучки, убившей боливийского президента Ортуньо, до бомбы-магнитофона, использовавшейся при неудачном покушении на будущего руководителя Ирана Хомейни. Только в XX веке убито более 50 мировых лидеров – президентов, монархов, премьер-министров.

За всю историю США от рук убийц погибли четыре президента: Авраам Линкольн, Джеймс Гарфилд, Уильям Мак-Кинли, Джон Кеннеди. Еще четверо: Теодор Рузвельт, Гарри Трумэн, Джеральд Форд, Рональд Рейган подвергались покушениям, но остались живы.

Это еще достаточно благополучная статистика: по некоторым данным даже могущественные спецслужбы способны предотвратить только 8-10% покушений на охраняемых лиц. Частная охрана является привилегией немногих, к тому же она обладает гораздо меньшими возможностями, чем специальные службы государства. Поэтому жертвы киллеров в сегодняшней постперестроечной России – банкиры, бизнесмены, журналисты, госслужащие, являются куда более уязвимыми и гибнут сотнями в год.

При этом изучение обстоятельств таких убийств имеет важное криминологическое значение. В способе совершения преступления проявляются, с одной стороны, уровень подготовки преступника, а с другой – особенности жертвы, которые и обуславливают востребованность исполнителя именно такого уровня.

В частности, для убийств фигурантов сфер политики, экономики и власти – руководителей разного уровня, банкиров, предпринимателей, депутатов и т. п. необходимо преодоление используемых ими способов защиты: личной охраны, бронированных автомобилей, средств наблюдения, сигнализации и связи. Чем солидней уровень защиты, тем выше стоимость услуг убийцы. Таким образом, успех покушения во многом зависит от суммы, вложенной в его организацию. Для определения цены «заказа», по мнению бывшего сотрудника 9-го управления КГБ Д. Фонарева, необходимо умножить стоимость охраны на «коэффициент убийц», равный пяти.

Поэтому, как ни парадоксально, первый уровень защиты – экономический: заказчик преступления должен иметь материальные возможности не меньшие, чем потенциальная жертва тратит на свою охрану. Если таких возможностей нет, дальнейшее развитие событий отпадает само собой. При наличии у заинтересованного лица соответствующих материальных возможностей, к делу привлекаются высококвалифицированные специалисты, имеющие снайперскую или минно-подрывную подготовку.

Использование снайперского оружия – винтовки с оптическим прицелом выдает высокий профессионализм преступника и его хорошую стрелковую подготовку. Отличительная особенность снайперских преступлений состоит в том, что жертва поражается одним или несколькими одиночными прицельными выстрелами из длинноствольного нарезного оружия, снабженного оптическим прицепом, из засады со значительного расстояния, при этом стрелок остается невидимым как для потерпевшего, так и для очевидцев и после совершения посягательства имеет возможность незаметно покинуть место происшествия и скрыться.

Самое известное убийство, совершенное подобным способом, и женило ход мировой истории XX века. 22 ноября 1963 года прошедший снайперскую подготовку бывший морской пехотинец Л.Х. Освальд из дешевой итальянской винтовки «Манлихер-Каркано» калибра 6,5 мм, снабженной 4-кратным оптическим прицелом, с расстояния 90 ярдов (81 метр – Д. К.) тремя выстрелами поразил в голову, шею и грудь Президента США Джона Кеннеди. Короткое время (около б секунд), за которое стрелок произвел из неавтоматической винтовки три выстрела, породило множество домыслов и спекуляций вокруг этого убийства (игнорировавших то обстоятельство, что отсчет времени начинается после производства первого выстрела и зафиксированный временной отрезок включает в себя не три, а два выстрела – Д. К.)

Парадоксально, но факт: 5 апреля 1994 года неустановленный киллер из малокалиберной немецкой винтовки «Аншутц» калибра 5,6 мм с оптическим прицелом, с расстояния 50-70 метров тремя выстрелами поразил в голову, шею и грудь известного криминального авторитета Отари Квантришвили. При этом выстрелы тоже произведены в считанные секунды.

Наличие ряда совпадений в столь разных по мотивации, политической значимости жертвы и масштабу наступивших последствий преступлениях свидетельствует об общих закономерностях «снайперских убийств», когда высокое мастерство исполнителя выдвигается на первый план и играет решающую роль в успехе посягательства, компенсируя малый калибр и убойность оружия точностью и быстротой стрельбы.

Следует отметить, что если армейские снайперы «работают» в полевой обстановке на дистанциях 300-700 метров, то их криминальные «коллеги» действуют в городе, в более легких условиях. О возможностях хорошо подготовленных снайперов-профессионалов говорит эпизод, связанный с обезвреживанием террориста Идиева, захватившего рейсовый автобус с 35 пассажирами в районе аэропорта Кавказские Минеральные Воды и угрожавшего взрывом закрепленного на теле самодельного взрывного устройства и ручной гранаты. Поскольку террорист проявлял осторожность и постоянно прятался в автобусе с заложниками, в поле зрения снайперской пары группы антитеррора попали только его ноги, когда он спустился на подножку двери. Этого оказалось достаточно, чтобы снайперы с дистанции 200 метров двумя пулями патронов «Супер Магнум-338» калибра 8,9 мм поразили левую ногу террориста, в результате чего тот вывалился из автобуса. Тут же вторая снайперская пара с дистанции более 500 метров из английских винтовок Купера поразила его в грудь двумя пулями калибра 7,62 мм.

Несмотря на всевозможные слухи и преувеличения, в криминальном мире редко встречаются высококлассные стрелки, очевидно поэтому «снайперские убийства» исполняются на более низком уровне.

В новейшей истории можно выделить высокопрофессиональное убийство 12 марта 2003 года премьер-министра Сербии 3. Джинджича, осуществленное с дистанции 200 метров одним выстрелом из снайперской винтовки германского производства «Хеклер унд Кох С3» калибра 7,62 мм. Пуля со смещенным центром тяжести попала в сердце, повредила позвоночник и вышла из живота. Способ убийства подтверждает официальную версию о том, что оно совершено или организовано бывшим командиром спецподразделения МВД Сербии «красным беретом» М. Луковичем и исполнено его подчиненными.

В российской криминальной практике (во всяком случае в опубликованной ее части) наиболее сложной с технической точки зрения была «ликвидация» екатеринбургского бизнесмена И. Тарланова, который, опасаясь покушения, окружил себя телохранителями и не выходил из квартиры. Неустановленный киллер, засевший на чердаке здания напротив, выждал момент, когда Тарланов вышел на кухню попить воды и поразил его единственным выстрелом из мощной снайперской винтовки СВД калибра 7,62 мм сквозь узкую щель в шторах.

В остальных случаях убийства не представляли сложности и сводились к поражению цели, находящейся на расстоянии нескольких десятков метров. Так, получивший громкую известность А. Салоник застрелил вора в законе Длугача (Глобуса) из карабина СКС с расстояния 40 метров.1 Неизвестные снайперы успешно «ликвидировали» екатеринбургского преступного авторитета Цыганова, президента московского «Прагма-банка» Медкова, председателя совета «Белбизнесбанка» Лисничука.2

В силу хорошей подготовки и высокой квалификации исполнителей «снайперские» убийства, как правило, не раскрываются. По опубликованным данным в «заказных» и «разборочных», убийствах, совершенных в Москве,в 1994-1995 гг., снайперские винтовки применялись только в 2,1% случаев, автоматы – в 17,7%, пистолеты – в 77,9%.

С целью выявления обстоятельств совершения заказных убийств, в частности установления взаимосвязи между использованным преступниками оружием, личностью потерпевшего, успехом покушения, числом сопутствующих жертв и т. д., автором по специально разработанной анкете проведен контент-анализ описаний заказных убийств, включенных в документальную книгу Ф. Раззакова «Бандиты времен капитализма».

Из 371 вооруженного посягательства, совершенного в 1992- 1995 гг., убийства из снайперской винтовки составляют 3,5%. В одном случае (0,8%) снайперская винтовка была оснащена прибором для бесшумной стрельбы (глушителем).

Большую часть жертв составили криминальные авторитеты (38,5%) и крупные бизнесмены 1 (30,7%). На третьем месте банкиры (15,4%), затем мелкие бизнесмены (7,7%) и работники правоохранительных органов (7,7%). Этот способ совершения преступления очень эффективен – из 14 потерпевших 13 (92%) были убиты. Раненым оказался телохранитель основного потер певшего, убийство которого, судя по всему, в задачу киллера и не входило.

По способу совершения, к «снайперским» близко примыкают и «псевдоснайперские» убийства, выполненные одним или несколькими выстрелами с небольшой дистанции находящимся в засаде (укрытии) или открыто поджидающим жертву преступником (преступниками). В последнем случае потерпевший и свидетели видят убийц, в связи с чем преступники могут использовать маски. В качестве орудия таких преступлений наиболее часто используются пистолеты (28,3%), автоматы (14,2%), иное оружие (7,8%), гладко ствольные ружья или обрезы (4,3%).

Так, 7 августа 2001 года неизвестный в маске из автомата калибром 5,45 мм расстрелял автомобиль вице-мэра Новосибирска И. Белякова, произведя в общей сложности 24 выстрела. Несмотря на столь высокую плотность огня водитель не пострадал, а Беляков, получив множественные ранения и контрольный выстрел в голову, скончался на месте.

Отличительной особенностью «псевдоснайперских» убийств является прицельность выстрелов, которые направлены только в основную жертву. Однако, вследствие промахов и рикошетов нередко страдают и иные люди (телохранители, спутники и родственники потерпевшего, случайные прохожие).

Так, при стрельбе из пистолета в 7,6% случаев пострадали два человека, в 2,8% – три.

При использовании автомата две жертвы встречаются уже в 37,2%, а три и более – в 19,6%.

Применение ружей привело к двум жертвам в 12% случаев. Иное оружие: к двум жертвам в 13,8%, трем -г- в 17,2%.

Жертвами «псевдоснайперских» убийств с использованием пистолетов в основном являлись криминальные авторитеты (30,5%), тем следуют мелкие бизнесмены (21,9%), работники правоохранительных органов (19%), крупные бизнесмены (15,2%). В результате посягательств 68,7% потерпевших убиты, 31,3% ранены. Каждое четвертое убийство (25,4%) совершено группой из двух и более преступников. В 66,6% случаев использовались глушители, в 15,4% – маски.

Автоматы применялись для уничтожения криминальных авторитетов (41,5%), крупных и мелких бизнесменов (по 17%), работников правоохранительных органов (13%). Соотношение убитых и раненых почти соответствует аналогичным показателям предыдущей группы: убито 65,4%, ранено – 34,6%. В 15% случаев преступники действовали группой из двух и более человек, в 30,7% они использовали маски.

Ружья использовались для ликвидации, в основном, криминальных авторитетов (25%), крупных и мелких бизнесменов (по 25%), работников правоохранительных органов (18,8%), в одном случае – для убийства депутата. Так, 26 апреля 1994 года, в Химках, у подъезда своего дома, из подвального помещения выстрелом из импортного охотничьего ружья «маверик» был убит депутат Государственной думы Айздердзис.1

Эффективность применения ружей весьма высока: они занимают второе место после снайперских винтовок и опережают пистолеты, автоматы и иное оружие – 89,5% жертв убиты, 10,5% – ранены. Это объясняется большой площадью поражения и высокой убойностью картечных зарядов, которыми обычно снаряжается данный вид оружия.

В 6,4% случаев ружья использовались преступными группами из 2 и более человек, маски ими не применялись.

Иное оружие использовалось против криминальных авторитетов (24,1%), работников правоохранительных органов и крупных бизнесменов (по 20,7%), государственных служащих (13,8%). Иное оружие наименее эффективно: соотношение убитых и раненых этой группы соответственно – 55,6% и 44,4%.

Степень организации и уровень подготовки исполнителей в «псевдоснайперских» преступлениях значительно ниже, чем в «снайперских», вследствие чего и раскрываются они чаще.

Следует отметить, что если снайперские убийства составляют всего 3,5%, то удельный вес «псевдоснайперских» гораздо выше – 54,6%.

Если при «снайперских» и «псевдоснайперских» убийствах исполнитель прицельно поражает конкретное лицо (хотя в первом случае это удается ему более успешно, чем во втором), то существует разновидность посягательств, при которых преступник наряду с жертвой уничтожает и тех, кто находится рядом с потерпевшим. Это массовые убийства, преследующие цель ликвидировать свидетелей и наверняка предотвратить ответные действия очевидцев посягательства.

Их удельный вес в общей массе убийств составляет 21%. В 14% массовых убийств использовались автоматы, в 5,5% – пистолеты, по 0,5% приходится на гранатометы, ружья и иное оружие.

Основную массу жертв массовых расстрелов из автоматов явля ются криминальные авторитеты (34,6%), работники правоохранительных органов (28,8%), мелкие бизнесмены (25%). 51,3% жертв убиты, 48,7% ранены. В 28,8% случаев пострадали два человека, в 53,8% – три и более. В 18,5% случаев убийц было два и более, 30,7% преступников использовали маски.

Массовые расстрелы из пистолетов были направлены на работ ников правоохранительных органов (38%), криминальных авторитетов (23,8%), мелких бизнесменов (14,3%), крупных бизнесменов (9,5%). В результате 67% убиты, 33% ранены. В 57,1% случаев по страдали два человека, в 66,6% – три и более. 10,4% преступлений совершено группой из двух и более человек, 23% преступников использовали маски.

Для высококвалифицированных убийств характерно также и применение взрывных устройств, позволяющих поражать жертву на расстоянии путем использования дистанционно управляемых взрывателей или механических устройств инициирования взрыва. В отличие от снайперских и псевдоснайперских убийств, посягательства с использованием взрывов связаны с гибелью не только жертвы, но и других лиц: родственников, друзей, телохранителей, случайных прохожих.

Это почти всегда убийства двух и более лиц, а иногда – при подрывах жилых домов в Махачкале, Буйнакске, Москве, Волгодонске, взрыве на Котляковском кладбище – про сто массовые убийства.

На территории СССР до 1991 года происходило 40-50 криминальных взрывов ежегодно. После распада СССР их количество стало стремительно расти: в 1992-м – 350, в 1996-м – 708, в

1997 – более 800. Причем начиная с 1995 года прослеживается тенденция нарастания мощности взрывных устройств.

Взрывы позволяют поразить лиц, защищенных бронированными автомобилями, укрывающихся в помещениях, уничтожить жертву даже вне визуального контакта с киллером – как было при убийстве журналиста «Московского комсомольца» Дмитрия Холодова. По опубликованным данным, в 1996-1997 гг. взрывные устройства устанавливались около подъездов, окон и входных дверей офисов, магазинов, ресторанов и государственных учреждений (18,2-22,8%), в автомобилях жертвы (16,3-18,1%), в жилых помещениях (11%).

Убийства занимают порядка 13% от всех преступлений, совершенных с применением взрывных устройств. Их жертвами преимущественно становятся предприниматели и коммерсанты – 197 в 1У96 году, 327 в 1997, на втором месте «неработающие», большинство которых являются членами организованных преступных групп – 152 в 1996 году и 214 в 1997, затем следуют сотрудники милиции – 14 в 1996 и 18 в 1997 и замыкают перечень жертв лидеры преступных группировок – 12 в 1996 и 14 в 1997 гг.

По результатам нашего исследования удельный вес «взрывного» способа – 12,6%. Среди жертв, уничтоженных таким образом, Также лидируют криминальные авторитеты (29,8%), затем следуют работники правоохранительных органов (23,4%), мелкие бизнесмены (17%), крупные бизнесмены (12,8%), госслужащие (8,5%), (журналисты (4,3%), банкиры (2,1%) и депутаты (2,1%).

Целевая эффективность данного вида посягательств довольно низка: убиты взрывами 30,6% жертв, 69,4% ранены. Зато велика опасность для посторонних лиц: в 23,4% случаев пострадали два человека, а в 27,6% – три и более.

Близко к «взрывным» примыкают убийства, при которых жертва поражается на расстоянии с помощью противотанкового гранатомета. Некоторые авторы относят выстрел из гранатомета к способу совершения взрыва,1 хотя, на наш взгляд, ло методике исполнения (техника прицеливания, внесение поправок в траекторию, упреждения и т. п.) они ближе к снайперскому выстрелу, а при попадании гранаты в цель, действительно наступает эффект характерный для взрыва.

Очевидно, в силу малой распространенности гранатометов в криминальном обороте и необходимости хорошей подготовки дли обращения с ними, данный вид оружия применялся всего в двух случаях (0,5%): один раз для убийства крупного бизнесмена и один раз – при оказании сопротивления сотрудникам милиции задерживаемыми ими преступниками. В обоих случаях потерпевшие остались живы, однако ранения получили в общей сложности 14 человек.

По данным А. И. Дворкина и Л. В. Вертовского, преступники использовали гранатометы 6 раз в 1996 году и 17 раз в 1997, что составляет соответственно 0,9% и 2% в массе использованных взрывных устройств.

Успех высококвалифицированного убийства заключается не только в лишении жизни жертвы, но и в обеспечении возможности для исполнителя скрыться с места происшествия. Это условие диктуется не столько заботой о безопасности киллера, сколько необходимостью избежать каких-либо следов (а особенно в виде задержанного исполнителя или его трупа), которые могут способствовать раскрытию преступления.

В числе прочих факторов успешного проведения «ликвидации» немалую роль играет соответствие избранного оружия способу совершения преступления. Нарушение такого соответствия приводит к неудаче «акции».

Ранее упоминался пример убийства депутата Санкт-Петербургского законодательного собрания Новоселова. Убийца положил взрывное устройство на крышу автомобиля над местом Новоселова, который, будучи инвалидом не мог быстро покинуть машину. Взрывом Новоселов был убит, но его телохранитель, выскочив из автомобиля, застрелил убегающего преступника.

Использование взрывного устройства предполагает бесконтактный (дистанционный) способ подрыва, позволяющий киллеру поразить цель и скрыться незамеченным. Убийство на близкой дистанции при непосредственном контакте с жертвой требует использования огнестрельного оружия (предпочтительно автоматического), которое позволяет поразить жертву и охраняющих ее лиц и также скрыться с места происшествия. Несоответствие избранного оружия (взрывного устройства) и способа его использования (подрыв при непосредственном контакте с жертвой) привело к печальному для преступника исходу.

Сложными для исполнения и потому мало распространенными являются посягательства с использованием яда. Таких фактов отмечено всего два (0,5%), в их результате погибли банкир и крупный бизнесмен. Целевая летальность подобного способа является стопроцентной. Вместе с тем, в одном из перечисленных случаев Имело место применение боевого отравляющего вещества – разновидности фосфорорганического нервно-паралитического «ви-газа» (по международной классификации VX). Нанесенное на телефонную трубку пятнышко диаметром 3 миллиметра вызвало смерть самого банкира, его секретарши, а также следователя и двух оперативных работников, осматривавших место происшествия. 1

В специальной литературе отмечалось, что применение холодного оружия требует как специальной физической и психологической подготовки исполнителя, так и возможности приблизиться к объекту на расстояние непосредственного контакта, поэтому оно не получило распространения при совершении террористических актов. Данное утверждение справедливо и для заказных убийств.

Так, ножи использовались в 7,6% случаев изученных убийств. Жертвами этих посягательств становились крупные (32,1%) и мелкие (25%) бизнесмены, работники правоохранительных органов (21,4%), государственные служащие (10,7%). Удельный вес криминальных авторитетов в данной группе жертв наименьший – 7,2%, очевидно потому, что исполнители не рискуют нападать на столь опасную и готовую к активной обороне категорию потерпевших с холодным оружием, способ применения которого требует непосредственного контакта с жертвой. К тому же криминальные авторитеты обычно имеют телохранителей, исключающих возможность Приближения к охраняемому объекту вплотную.

Впрочем, в тех случаях, когда ножи все же применяются, результаты покушений оказываются весьма эффективными: 87% жертв убиты и только 13% ранены. Таким образом, покушения с использованием холодного оружия по эффективности находятся на третьем месте после снайперских винтовок (92% убитых) и ружей (89,5% убитых). Это объясняется тем, что при непосредственном контакте с жертвой преступник имеет возможность наносить удары в жизненно важные органы с той степенью интенсивности, которая обеспечивает гарантированное поражение. В 14,2% случаев пострадали от ножа два человека, в 3,6% – три и более. 6,9% покушений совершались группой из двух и более преступников.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх