Загрузка...



Глава 11

Скотт Коллинз остановился, дожидаясь остальных. На его осунувшемся лице появились морщины; читалась тревога и в глазах Дэрроу. Билл Сквайрс, подъехав, вытащил табак и, откусив добрый кусок, засунул пачку обратно в карман рубашки.

— Снег, — с горечью проговорил Дэрроу. — Только его нам и не хватало.

— А ты что думаешь, Билл? — поинтересовался Коллинз. — Ты знаешь эти места лучше нас.

— Идет буран. Настоящая сильная метель. А это значит, что нам надо где-то укрыться и переждать три-четыре дня.

Тем временем снегопад становился все сильнее, а усиливавшийся ветер швырял снег в лицо и хлопал полями шляп.

— Сколько мы еще сможем пройти? — спросил Коллинз. — Я имею в виду, если поедем быстро.

— Час, может быть, и меньше. Сам посуди, Скотт: если мы не найдем места, где спрятаться, то замерзнем насмерть. И кто тогда будет искать детей?

— Ладно. Но давайте пройдем еще немного вперед — пока видны следы. А потом поищем укрытие.

Сквайрс тронул своего пони, мельком взглянув на следы. Отпечатки копыт жеребца различались отчетливо, но не менее отчетливы были и следы преследователей.

Внимание всадников было слишком поглощено следами детей и двух их преследователей, и потому они даже не подумали разъехаться и внимательно изучить все вокруг. В результате незамеченными остались следы, находившиеся совсем неподалеку. Ашаваки не отказался от прекрасного гнедого жеребца, хотя и знал о Кэле и Джуде. Он надеялся вернуться не только с конем, но и с их скальпами — и будет о чем вспоминать в вигваме зимой.

Трое всадников ехали быстро, однако не забывали запоминать окружающую местность.

— Человек должен быть осторожным, — упрямо сказал Дэрроу. — Конечно, для индейцев уже поздно, но кто может залезть в шкуру краснокожего? Шанс встретиться с ними есть всегда.

— Где-то здесь, неподалеку, должно быть жилище Пита Шиффлина, — сообщил Сквайрс. — Как-то мы вместе охотились в этих местах, и он сказал, что нашел золото. Я знаю только, что он рванул из форта Холл, словно черт за ним гнался, — а ведь мы только что туда заявились. Он удрал один, но с полным снаряжением.

— Что же случилось?

— Больше он нигде никогда не появлялся, — сказал Сквайрс и пожал плечами. — Может быть, индейцы… Кто знает? В одиночку, в глуши… Он мог сломать ногу, мог заболеть… И кто бы тогда приносил ему еду и воду?

— Найти бы его берлогу — и мы смогли бы там отсидеться, — заметил Дэрроу.

— Мы ехали тогда по Бивер-Рим, — продолжал Сквайрс, — и разделились, рассчитывая через несколько дней встретиться у Вороньего Гнезда, к западу отсюда. Если он и впрямь нашел золото, это могло случиться где-то между Бивер-Рим и Суитсуотер.

— Ничего себе адресочек, — усмехнулся Дэрроу.

— Вряд ли он забрался слишком далеко на юг, к Суитсуотер. Разделились мы с ним возле истока Крукед-Крик, а встретились на Бивер-Крик, и оттуда до самого Гнезда ехали вместе.

— Это уже немного лучше.

Снег падал все гуще. Он уже покрыл все следы. Теперь можно было рассчитывать только на свои соображения.

— Ты его отец; что мальчик станет делать? — спросил Сквайрс.

— То же, что и мы. Найдет себе укрытие и заползет туда. Несколько раз мы вместе пережидали бураны в Висконсине. И он найдет место с водой и дровами — Харди очень предусмотрительный мальчик. Полагаю, он начал искать укрытие заранее, поняв, что приближается снегопад.

— Если так, он скорее всего где-то у реки. Он должен был продолжать двигаться вперед, если только не надумал свернуть к Суитсуотер.

— Слишком далеко.

— Да, если только он об этом знает.

Становилось все холоднее, и снегопад продолжал усиливаться. Не могло быть и речи о том, чтобы продолжать путь. Надо было срочно найти укрытие.

Отыскали они его на Роки-Дроу. Скала в этом месте была подточена водой и нависала над берегом. Взявшись за топоры они быстро соорудили грубую стенку, которая не только бы защищала их от ветра, но и сохраняла бы тепло будущего костра. Места здесь хватало и для людей, и для лошадей. К тому времени, как они окончательно устроились, вся земля вокруг была покрыта толстым слоем снега.

Скотт Коллинз тяжело опустился на землю возле костра. Лицо его посерело.

— Ты был прав, Фрэнк, — обратился он к Дэрроу. — Им никогда не выбраться. С моей стороны было безумием надеяться на это.

— Ничего подобного, — резко ответил Дэрроу. — Ты сам говорил, что мальчик находчив и сумеет укрыться от непогоды. И если мы были правы, считая, что из лагеря этого ворья он уволок мешок с припасами, то шанс у них есть. Черт побери, много ли нужно, чтобы прокормить таких малышей?

— Они выберутся, — согласился Сквайрс. — Дети хитры.

Дэрроу занялся приготовлением теста для лепешек. Время от времени он посматривал на Коллинза. «Хороший человек, — думал он, — слишком хороший человек, чтобы вот так потерять сына». Он попытался представить себе, что может делать сейчас мальчик, и собственная их безопасность, тепло и надежность укрытия стали его раздражать. Были бы видны следы — Дэрроу сейчас же отправился бы… Но куда идти? Где искать?

Всю ночь шел снег, а набиравший и набиравший силу ветер сметал его в сугробы. Постепенно исчезли знакомые приметы, мир менял облик. Ветер завывал, и свирепые убийцы, лесные волки, прятались, чтобы переждать буран, одни — с полупустыми желудками, другие — совсем голодные, но ни тем, ни другим нечего было надеяться на добычу, пока не кончится метель. Потому что в такую погоду движется только ветер — ветер и снег.

Под тяжестью снега сосны опустили ветви, мелкое зверье искало укрытия под их защитой, возле стволов. Волки не беспокоились. Спрятав носы в теплый мех собственных хвостов, они сворачивались клубком и засыпали. Они привыкли к этому — такова уж была их жизнь.

Обеспокоенный и раздраженный, Скотт Коллинз старался подавить в себе эти чувства, понимая, что в занесенном снегом убежище не может быть ничего хуже человека, который ворчит и жалуется. Пока буран не уляжется и не кончится снегопад, предпринять ничего было нельзя. Попытка покинуть убежище означала сейчас лишь пустую трату сил в бессмысленной борьбе со стихией.

Он заставил себя припомнить то время, когда они вместе с сыном вот так же пережидали пургу где-нибудь в глуши, и мысль, что мальчик может припомнить что-нибудь из того, чему научился в ту пору, принесла Коллинзу некоторое облегчение.

— Когда буран кончится, — заговорил Сквайрс, — по-моему, лучше не теряя времени направиться к Южному Перевалу. Мальчик неизбежно пойдет той дорогой, и нам легче будет его встретить.

Ашаваки больше не был одинок. Там, где равнина начала переходить в холмы, он напал на след травуа note 6, оставленный кем-то из его соплеменников. Их хорошо укрытый лагерь он обнаружил на лесной опушке. Там пережидали непогоду дюжина воинов, семь скво и полдюжины детей, которых буран застал в пути к месту главной стоянки племени, находившейся дальше, на северо-западе.

Целый день Ашаваки вел с ними разговоры, и к следующему утру шесть воинов согласились сопровождать его, чтобы выследить и напасть на двух бледнолицых и детей. Они получат их лошадей, оружие и другие вещи.

Люди, которых предстояло выследить, шли порознь, но Ашаваки знал, где они укрываются. Задача выглядела соблазнительно простой. Теперь уже не было нужды идти по следу, рискуя его потерять. Как только стихнет буран, индейцы начнут охоту.

Но одного Ашаваки не знал.

На вторую ночь непрестанной метели Скотт Коллинз вышел из укрытия. Пробравшись между деревьями, он достиг открытого места и остановился. Ветер чуть-чуть стих, и Коллинз напрягал слух, сам не зная, что же надеется услышать в этой тьме… Может быть, голос ребенка, плачущего в ночи-

Он уже хотел возвращаться, когда заметил следы. Не будь он так напряжен в своем стремлении услышать или увидеть хоть что-нибудь, он наверняка пропустил бы их.

Сперва он обратил внимание на ветку, с которой снег то ли упал, то ли был сброшен, тогда как на остальных лежал слой толщиной не менее двух дюймов. Осторожно, стараясь ничего не потревожить, Коллинз подошел ближе. Сквозь тучи пробивалась луна, да и сверкающая белизна снежного покрова прибавляла света.

Снег был испещрен следами мокасин, и все они, похоже, принадлежали одному человеку. Индеец побывал здесь, в кустах, сидел на корточках и рассматривал их убежище, причем занимался этим довольно долго.

Через несколько минут Коллинз вернулся в сопровождении Сквайрса — Дэрроу к тому времени уже спал. Вместе они прошли по почти заметенным снегом следам мокасин туда, откуда появился этот индеец; свою лошадь он привязал среди деревьев в нескольких сотнях ярдов отсюда. Потом Скотт и горец вернулись в лагерь.

На рассвете они вернулись к изучению следов, но уже втроем.

— Тот же самый, — заметил Сквайрс. — Это следы лошади того индейца, что преследовал детей и убил гризли.

— Надо бы нам вести себя поосторожнее, — отозвался Дэрроу. — Путешествуя в такую погоду без скальпа, можно простудиться.

Полчаса спустя они пересекли след травуа и охотничьего отряда индейцев, направлявшихся на север.

— Шайены, — сказал Сквайрс. — Он встретился с ними наверняка.

Всадники сознавали угрожавшую им опасность. Шайены могли продолжить путь на север — ни один индеец не любит сражаться зимой, но с таким же успехом могли и вернуться, надеясь разжиться несколькими лошадьми и скальпами.

Намерение переждать буран не осуществилось. Нужно было уходить — ведь индеец, обнаружив их лагерь, легко мог, притаившись в темноте, убить любого, кто вышел бы посмотреть на лошадей или набрать дров. И всех троих охватило еще большее беспокойство за детей.

В трех милях к северу Кэл и Джуд находились в еще менее надежном укрытии и тоже подумывали тронуться в путь.

А четырьмя милями ниже по Роки-Дроу и чуть больше чем в миле от истока Бивер-Крик спали в землянке дети, и под скальным навесом был привязан Биг Ред. Их следы полностью замело снегом, поскольку они нашли укрытие первыми.

Впереди ехал Скотт Коллинз. Меньше чем через час после того, как они пересекли след травуа, трое всадников находились в какой-нибудь полумиле севернее землянки Шиффлина. Они не сомневались, что их след будет обнаружен и что скорее всего им придется вступить в бой. Все зависело от шайенов. Решатся ли они предпринять в. такую погоду вылазку за скальпами или же продолжат путь к дому?

— Нам лучше не забираться слишком далеко, Скотт, -проговорил Сквайрс, поравнявшись с Коллинзом. — Если мы опередим детей, то никогда уже не найдем. Если наша догадка правильна и они спрятались, то вряд ли снимутся с места… А снегопад опять разыгрывается не на шутку.

Лицо Сквайрса отражало испытываемую им тревогу. Буран мог означать конец всему. Даже если дети переживут его, как найти их, когда все следы начисто замело? Невозможно же обыскать каждый клочок огромной территории…

Подходящее для лагеря место они нашли у холмов, возвышавшихся над Бивер-Крик. С севера место было защищено и от ветра, и от нападения, а несколько стволов деревьев, выброшенных в половодье на три огромных валуна, заваленные сверху снегом, создавали подобие навеса, под которым могли разместиться три человека. Поблизости нашлось место и для лошадей.

Дэрроу подобрал несколько плоских камней и выстроил из них около костра примитивный рефлектор, отражавший тепло в глубь укрытия. Тем временем Сквайрс сосновыми ветками заткнул несколько отверстий, в которые задувал ветер.

Коллинз кончил чистить винтовку и принялся собирать лапник для постелей. Потом набрал дров и сложил их неподалеку от костра. Ночь обещала быть холодной, и огонь надо было поддерживать все время. Периодически кто-то из них выходил из лагеря и прислушивался. Они понимали, что в такую погоду риск нападения индейцев минимален, но нельзя было терять бдительности.

Когда Коллинз в очередной раз вышел из лагеря, метель на какое-то время улеглась. Было тихо и холодно. В воздухе все еще летал мелкий снежок и хрустел под подошвами, когда Скотт спускался по откосу к ручью. Вдоль берегов уже образовался лед, но середина потока оставалась пока чистой. По упавшему дереву Коллинз перебрался на другой берег и мимо заснеженных тополей поднялся на небольшую возвышенность.

Оглянувшись, Скотт не мог разглядеть лагеря. С этой стороны он был хорошо укрыт.

— Харди, мальчик мой, — шепнул Коллинз, — где ты?

В ответ не раздалось ни звука — лишь безмолвно продолжал сыпаться снег.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх