Истинные цвета НАСА

Причина, по которой мы так увлеклись цветными снимками, заключалась в том, что с самого начала исследования Марса, проводимого НАСА, у агентства были явные проблемы с получением верных цветовых изображений. Собрав вместе данные за большой период времени, мы пришли к выводу, что эти проблемы были не технического, а политического характера. По какой- то причине НАСА отказывалось показывать людям «настоящие цвета Марса».

Но самым печальным в этой ситуации были, возможно, противоречия, все еще витающие вокруг первого цветного снимка, сделанного посадочным модулем «Викинга», опубликованного лабораторией JPL. Спустя всего несколько часов после выхода этой исторической публикации первой цветной фотографии поверхности Марса была выпущена еще одна поспешно «слепленная» версия, предположительно с целью корректировки первоначальных «цветовых данных» предыдущего снимка.

Пройдет некоторое время, и один из представителей JPL будет рассказывать совсем другую историю по поводу случившегося. Свидетелем был сын научного сотрудника, руководящего одним из трех биологических экспериментов «Викинга» Labeled Release Experiment. Главным исследователем в этой сфере был д–р Жильбер Левин. Его сын, д–р Рон Левин, в настоящий момент работает физиком в Массачусетском технологическом институте (MIT).

Летом 1976 года (когда «Викинг» совершил посадку в столь знакомый нам «ритуальный день» 20 июля) Рон только что закончил высшую школу и навещал своего отца в лаборатории в течение того незабываемого лета «Викинга». Там же находился и Хогленд, он готовился поведать необычную историю космического аппарата миллионам читателей самого крупного издания и в нескольких телевизионных передачах.

Воспоминания о том деле, написанные собственноручно д–ром Жилем Левином, были недавно напечатаны в книге ученого–писателя Барри ДиГрегорио. В книге Левин пишет о реакции JPL в ответ на наивные попытки Рона Левина «исправить» то, что ему показалось намеренным искажением полученной «Викингом» информации. ДиГрегорио рассказывает:

«Примерно в 14.00 первый цветной снимок поверхности другой планеты, Марса, начал появляться на цветных видеомониторах лаборатории, расположенных во многих соседних корпусах, специально установленных для того, чтобы сотрудники и медиаперсонал смогли увидеть данные, полученные „Викингом". Жиль и Рон Левины находились в главной комнате контроля, где десятки видеомониторов и взволнованных техников с нетерпением ждали первый цветной снимок. Как только изображение появилось на экранах, все присутствующие бурно встретили это незабываемое историческое событие — Марс в цвете. Картинка на фотографии напоминала Аризону: голубое небо, коричневато–красная земля и серые скалы с зелеными вкраплениями.

Жиль Левин произносит, обращаясь к Патрисии Страат (его компаньону) и сыну Рону: „Посмотрите на эту фотографию! Она напоминает Аризону".

Спустя два часа после того, как первый цветной снимок появился на мониторе, техник резко изменил картинку с голубым небом и похожим на Аризону пейзажем на стандартную оранжево–красную гамму неба и ландшафта. Рон Левин недоверчиво наблюдал, как тот переходил от монитора к монитору, меняя изображение. Подождав минуту, Рон пошел за ним следом, восстанавливая первоначальные цвета. Разговор Левина и Страат прервал звук ссоры. Это был Рон, получивший выговор от самого руководителя проекта „Викинг", Джеймса С. Мартина. Младший Левин спросил, что происходит. Оказалось, что Мартин застал Рона за исправлением изображений на цветных мониторах. Он предупредил Рона, что, если тот попытается вновь совершить что- либо подобное, его вышвырнут из лаборатории. Затем директор попросил инженера, ассистента команды биологов вернуться вместе с Роном к каждому монитору поменять изображение обратно на красные тона.

Но Жиль Левин, Рон и Патрисия Страат не знали (до момента выхода этой книги), что приказ об изменении цветов поступил напрямую от руководства НАСА, самого д–ра Джеймса Флетчера. Спустя несколько месяцев Жиль Левин разыскал того техника из лаборатории, который поменял изображения, и спросил, зачем он это сделал. На что сотрудник ответил, что он получил инструкцию от членов группы „Викинг"о том, что небо и ландшафт Марса должны иметь красный цвет, и ему необходимо обойти все мониторы и переключить цветовой тумблер. На вопрос Левина, почему на измененном снимке полосы американского флага багрового цвета, техник заявил, что это атмосфера Марса исказила цвет и поэтому флаг выглядит именно так».

Хогленд находился в лаборатории в тот же самый день и очень хорошо запомнил свое удивление, когда снимок «Аризона–Марс», первоначально высветившийся на экранах JPL, вдруг приобрел вид марсианского «красного квартала». Он до сих пор корит себя за то, что не задал по этому поводу больше вопросов. Но даже если бы и задал, «это был 1976 год, и мы в то время все доверяли НАСА».

Один из вопросов, который напрашивался в первую очередь, касался работы физиков JPL, которые стояли за этим резким изменением цвета. Вот что говорит Жиль Левин об этом в книге ДиГрегорио:

«Если бы атмосферная пыль рассеивала красный свет, а не голубой, то небо было бы красного цвета, и если бы красный со временем хотя бы частично рассеялся, то свет бы достиг поверхности, и его отражение придало бы поверхности более голубой тон, чем красный. При прямом солнечном освещении осталось бы довольно мало красного света. А как насчет отчетливых теней от скал, которые видны на вчерашних черно- белых фотографиях? Если бы на Марсе происходило значительное рассеивание света (при огромном количестве красной атмосферной пыли), то мы бы не увидели резких теней на снимках, или они были бы в лучшем случае размытыми в процессе атмосферной диффузии».

Левин описал хорошо известный феномен «рассеивания Рали», где одинаковые по размеру молекулы всех планетарных атмосфер (будь то первичный азот на Земле, углекислый газ на Марсе или водород в атмосферах Сатурна), пропуская через себя солнечный свет, образуют голубое небо. Если вы изучите все фотозаписи Марса, куда входят сотни тысяч снимков, полученных десятками обсерваторий еще до того, как началась космическая эпоха, то увидите очевидное подтверждение слов Левина в отличие от JPL.

В 1997 году до высадки космического аппарата «Исследователь Марса» (Mars Pathfinder), первого, после «Викинга», отправленного НАСА на Марс, Телескопу Хаббла было поручено сделать серию снимков с «погодными прогнозами» перед посадкой. Это длительное обследование спрогнозировало небольшую пылевую бурю примерно за месяц до прибытия «Исследователя», ее сильный ветер мог стать значительной помехой для входа в атмосферу и приземлению аппарата. Сотрудник Хаббла, работающий с изображениями «Исследователя», доктор Филип Джеймс из Университета Толедо, отметил значительное воздействие на его полет после того, как буря благополучно рассеялась:

«Если пыль рассеется к месту посадки, то небо может стать розового цвета, подобно тому, что произошло с „Викингом"… в ином случае (основываясь на снимках Хаббла) Пасфайндер, скорее всего, увидит голубое небо и светлые облака».

Другими словами, опираясь на изображения, полученные Хабблом прямо перед посадкой, астрономы НАСА, изучив данные телескопа, ожидали, что с поверхности будет видно голубое небо. Вместо этого, когда Исследователь совершил посадку, небо оказалось более красным и «запыленным», чем на снимках «Викинга» двадцатилетней давности.

В промежуток времени между полетами «Викинга» и «Исследователя» некоторые из космических аппаратов НАСА смогли передать достаточное количество цветных изображений Марса. Следует отметить, что на всех этих снимках присутствует очевидное доказательство основного принципа рассеивающей модели Рали (этот голубоватый лимб вокруг планеты в местах наибольшей протяженности атмосферы).

У нас возникло противоречие. Если небо Марса голубого цвета и с поверхности картинка похожа на «Аризону», то почему НАСА продолжает получать снимки в красном цвете? Что заставляет их вводить людей в заблуждение насчет настоящего цвета планеты? Ответ мы найдем, если вернемся к книге «Марс: Живая Планета».

Выходит, что заявление ДиГрегорио о том, что за происшествием с мониторами стояло руководство НАСА, основывалось на словах одного официального источника: бывшего пресс- секретаря JPL Джурри Дж. Ван дер Вуда, это была странная и довольно мрачная точка зрения. В своем письме ДиГрегорио оно упоминается в книге) Ван дер Вуд пишет:

«Мы вместе с Роном Вичелманом (из лаборатории обработки изображений при JPL) были ответственными за контроль качества цвета на фотографиях посадочного модуля „Викинга", когда д–р Томас Матч, руководитель группы, работающей со снимками „Викинга", сказал нам, что ему звонили из администрации НАСА с просьбой о том, чтобы мы испортили негатив с голубым небом Марса, полученный из цифрового оригинала».

Это странное стечение обстоятельств наводило на множество тревожных подозрений. Например, почему директор НАСА был так озабочен сокрытием «настоящего» цвета Марса от американского народа и всего мира в 1976 году? Почему он приказал руководителю имиджевой команды «Викинга» буквально уничтожить одно из важнейших исторических доказательств из официального архива миссии — первоначальный «голубой негатив», если этот первый выпуск был всего лишь технической ошибкой? Эта запись, возможно, сыграла бы значимую роль в окончательной, триумфальной истории ученых НАСА, которые исправили возникшие в начале научные погрешности и продолжили свою работу по исследованию пограничной и инопланетной среды иного мира. И почему молодого парня (сына одного из ведущих специалистов по полету «Викинга») фактически вышвырнули из лаборатории из- за того, что он просто переключил пару цветовых мониторов?

По правде говоря, ни один факт из истории Рона Левина (и даже подтверждающие слова Ван дер Вуда) не имеет научного смысла до тех пор, пока некоторые личности из верхушки НАСА по каким- то тайным причинам продолжают во что бы то ни стало скрывать информацию о настоящем виде марсианской поверхности.

Кроме этого, существует еще более важная «биологическая проблема» традиционной точки зрения НАСА, касающаяся настоящего цвета и окружающей среды Марса. Левин предположил, что на Марсе есть и другие цветовые оттенки, а не только коричневые и красные. Это подтвердили члены имиджевой группы «Викинга», утверждая, что на снимках видны зеленые пятна на склонах гор, которые менялись в зависимости от поры года. Единственное рациональное объяснение этим «изменяющимся пятнам» на скалах, меняющим цвет с повышением и падением сезонной температуры и атмосферного содержания влаги, имеет биологическую основу, подобно тому как растения и лишайники реагируют на изменение биосферных условий.

Если так и есть на самом деле, то Левин, несомненно, может выступить разносторонними и потрясающими аргументами, которые поставят под сомнение традиционный (читай, НАСА) взгляд на Марс как на «холодный, безжизненный ад».

В недавние 50–е годы основной была концепция «Лоуэлла», рассматривающая Марс как возможное «место, где есть жизнь». Эта теория названа в честь астронома Персиваля Лоуэлла, который еще в XIX веке провел первое научное исследование Марса с помощью старого телескопа и увидел холодную, высохшую и суровую, но не безжизненную планету. Несмотря на то, что его исследование сетевых каналов было фактически опровергнуто, многие верили в теорию лоуэлловского Марса, которая хоть и была практически забыта, но все продолжала существовать. Ключевой идеей этой концепции была так называемая сезонная «волна потемнения», которая надвигалась с полюсов обоих полушарий в направлении экватора в то время, когда там наступала весна. Эта волна двигалась вокруг планеты со скоростью тридцать пять миль в день, причиной ее могли быть тающие снежные шапки на полюсах, которые отдавали влагу в атмосферу, тем самым «пробуждая» растительную жизнь на планете. Этот взгляд вызвал множество споров, так как позже было обнаружено, что южная шапка состояла полностью из углекислого льда. Как бы то ни было, новые наблюдения «Одиссея» 2001 вызвали предположение, что на планете в больших количествах существовала вода в замерзшем виде, которая могла спровоцировать эти темные волны. В то время как вопрос о волнах оставался спорным, никто не мог отрицать, что некоторые пятна на Марсе и в самом деле темнели летом и весной.

Противоположная точка зрения НАСА на Марс (которую молча приняли большинство планетарных ученых как внутри, так и снаружи НАСА) рассматривает его как «высохшую, мертвую, пустынную планету» с такой слабой атмосферой, что на ее поверхности вода в своем жидком состоянии может удерживаться в течение всего нескольких секунд. Такая концепция возникла после первого полета НАСА, когда был получен первый крупноплановый снимок. «Маринер-4» прибыл на Красную планету летом 1965 года и обнаружил суровый ландшафт с бесплодной, испещренной кратерами пустыней. Полученные в тот раз замеры предполагали, что атмосфера на планете очень разрежена, чтобы удерживать жидкую воду, и на 100% состояла из углекислого газа, что не оставляло практически никакой возможности для существования жизни.

Эта точка зрения оставалась главной до полета, совершенного «Викингом» в середине 70–х, когда были высажены два модуля с целью взять пробы почвы на предмет существования микробов. Многие этого не помнят, но оба теста оказались положительными. НАСА сразу же постаралось скрыть эту информацию и представить новую «альтернативную» версию о том, что полученные результаты были «ошибочными» по причине произошедшей химической реакции и абсолютно не доказывали существование жизни на Марсе. Со своей стороны д–р Левин всегда настаивал на том, что пробы, полученные его устройством, доказывали существование жизни и не были результатом непонятного «химического взаимодействия». Это дело вновь вышло на свет в 1996 году, когда НАСА объявило о том, что были найдены микроископаемые в составе метеорита с Марса. Очевидно, что если на Марсе когда- то жили микроорганизмы, то почему бы им не жить на Марсе сейчас? Единственным весомым аргументом против было предполагаемое отсутствие «биологически положительной» среды, т. е. влаги.

Д–р Левин несколько раз спорил о том, что с его стороны это был никакой не доклад. Он представил бумагу с описанием обстоятельств, при которых на Марсе могла находиться жидкая вода. Он указывал на то, что концепция НАСА о невозможности сохранения воды на поверхности Марса основывалась на ошибочном заключении о том, что влага была распределена равномерно по всей атмосфере, а не только «в нижнем слое от одного до трех км», как показывал «Пасфайндер».

Реальность состояла в том, что, в то время как мы собирали многочисленные доказательства того, что Марс был способен накапливать воду, НАСА на самом деле уже об этом знало (еще с 1976 года). Столь решительные усилия НАСА скрыть эти сведения, казалось, шли вразрез с внутренними правилами агентства. Это, конечно, не противоречило стандартам секретности, за которые отвечал Брукингс и которые могли оправдывать такое поведение как выработанный за долгие годы условный рефлекс — не разглашать правду до тех пор, пока общественность не будет к этому «готова».

И как показал 2003 год, мы не были к этому готовы. В 2003 году два марсохода, «Спирит» и «Опортьюнити», должны были высадиться в Кратере Гусева и в районе Равнины Меридиана соответственно, оба вблизи экватора. Предложенная официальная причина выбора места высадки — поиски воды, или, по крайней мере, мест, где она могла когда- то существовать. От нас не укрылось, что эти две точки находились прямо на линии истоков наших предполагаемых марсианских приливных океанов. Если НАСА и собиралось подтвердить нашу модель, места высадки на Марс были выбраны идеально. «Спирит» первым успешно совершил посадку (в Кратере Гусева) 4 января 2004 года. И сразу же на поверхность «всплыли» цветовые противоречия.

В этот же день НАСА/JPL показали первый официальный полноцветный снимок места посадки, и снова мы увидели красное небо и «измененную на красную» искаженную калибровку. Из- за этого всё, даже горы, казалось красноватым. Почти моментально в Сети появилась информация, которая указывала на то, что цветовая калибровка была неверно наложена на изображения, полученные на Земле. Причиной этому могло стать то, что НАСА выбрало фильтры в инфракрасном спектре вместо того, чтобы использовать оптические на цветовом преобразователе «Pancam», в результате чего и появился этот ужасный красноватый кошмар, который мы увидели на снимках, продемонстрированных агентством.

НАСА не отреагировало напрямую, а поручило заняться этим своим представителям, в том числе астроному д–ру Филу Плейту, который возглавлял разоблачительный сайт «Плохая Астрономия». Снабдив его и других своих «заместителей» информацией о Pancam, Плейт заявил, что именно ИК–фильтры стали причиной красноты и что в дальнейшем также не представляется возможным получить верные цвета из- за неточной настройки в данных условиях на Марсе.

Несмотря на это, Кейс Лейн (он занимался обработкой МОС–изображений, полученных с мечта высадки) и другие ученые также работали с новыми цветными снимками. Используя записи Левина как основу для своей цветовой калибровочной техники, Кейс мог получить довольно приличные результаты. Он обнаружил, что слова Плейта по поводу цветовых особенностей Pancam не соответствовали правде. Усложняло процесс не то, что цвета были неправильно отфильтрованы, а то, что НАСА использовало не те фильтры для каждого из цветовых (красный, зеленый, синий) каналов, делая их абсолютно недоступными для корректировки. Если вы не знаете, как настраивать даже самую небольшую погрешность, вы никогда не получите правильный цвет всего изображения. Нам повезло, что Кейс знал, как делать корректировку, и он мог получить цветное изображение Марса, которое было бы намного точнее и правдоподобнее, того, которое предложило нам НАСА.

Как видно из снимков (цветная вставка), в противовес заявлениям Плейта, с помощью преобразователя Pancam и техники Лейна можно не только получить более точные изображения, «максимально приближенные» к настоящим, но и придать им определенную последовательность. НАСА/JPL пока еще не удалось, используя все свои возможности, получить хотя бы один снимок, подобный тем, которые делал Лейн на своем ноутбуке. К сожалению, если вы заглянете на официальный сайт, то не увидите ни одного цветного снимка с места высадки, преобразованного Pancam, который бы хоть немного отличался от этих «красных картинок», которые так защищал Плейт.

Изображение Марса, полученное Лейном после обработки, совсем не походило на инопланетный, заброшенный ландшафт, а, скорее, напоминало привычный и не режущий глаз пейзаж. Мы даже могли поставить нас рядом с марсоходами, которые мирно передвигались по каменистому полю и скалистому саду на марсианской земле.

Так какой же снимок был наиболее правдоподобным? Изображение, тщательно обработанное Лейном на основе записей двух уважаемых ученых, или «техниколоровская» абсурдная цветовая картинка «Красной планеты», похожая на второсортные фильмы 50–х? Если Лейн смог это сделать, то почему НАСА не может? Ну, конечно же, может.

Мы обнаружили несколько цветных снимков, обработанных Pancam, и полученных на Земле с использованием тех же фильтров, как и в случае со снимками Марса, Каким- то чудесным образом НАСА удалось подкорректировать красноту на этих фотографиях, чтобы они выглядели полностью нормальными. Это обстоятельство, похоже, ускользнуло от их взгляда во время работы со снимками Марса, но оно не осталось не замеченным независимыми исследователями, такими как Лейн.

Так существует ли причина подозревать НАСА в игре в прятки с настоящими цветами Марса? Или это, по словам Плейта и его приспешников, всего лишь небольшое недоразумение со стороны запутавшихся «псевдоученых» типа Лейна и д–ра Левина? Ответ, как всегда, можно найти внутри НАСА, если хорошенько присмотреться.

Мы просто сделали то, до чего НАСА и Плейт, по–видимому, не додумались: мы провели небольшое сравнение объектов, цвет которых уже был нам известен. В результате мы обнаружили, что пневмоподушки «Спирита» к «Опортьюнити» имели далеко не красно–оранжевый цвет на снимках с места их высадки, они были на самом деле яркого белесого оттенка.

Более того, видеоимитация, полученная в Корнеллском университете, изображает их белыми. Точно такого же цвета они на сайте JPL, в записи тестовых испытаний. Вам достаточно просто взглянуть на цвет руки инженера, проводящего испытания, чтобы понять, что все цвета настоящие.

Напротив, если вы зайдете на сайт, посвященный марсоходам, и посмотрите на первый же цветной снимок с места высадки «Спирита», то не увидите даже намека на использование ИК- фильтров или что изображения даны в неверном цвете. На самом деле НАСА/JPL уже изменили фотографии с тестовых испытаний подушек роверов, придав им тот же красный оттенок, что и на испорченных официальных снимках.

Это также легко проверить. На фоне подделанного снимка с пневмоподушкой (взятого на сайте марсоходов) находится фиксирующее устройство, хорошо знакомое всем, кто работает в аэрокосмической индустрии. При его тщательном рассмотрении вы увидите, что на все серебристые детали этого механизма нанесен слой красновато–оранжевого оттенка. Это полностью противоречит правилам фабричной окраски таких устройств. На самом деле, на тестовых страницах можно встретить множество снимков роверов, где заметны изменения их настоящего цвета на красный.

И если (как на том настаивают Плейт и др.) со стороны НАСА нет намерения ввести кого бы то ни было в заблуждение, то почему на съемке тестовых испытаний, сделанных на Земле (и, конечно же, без применения ИК–фильтра Pancam), подушки марсоходов изображены на снимках «Ровера» в красно- оранжевом цвете? И почему нет упоминания о неверном цвете или ИК–фильтре в первоначальных пресс–релизах НАСА?

Ответ лежит на поверхности. НАСА специально изменило цветовой баланс на изображениях в пресс–релизе так, чтобы пневмоподушки были того же цвета, как и на техниколоровских снимках с поверхности Марса. На самом деле они отошли от своего плана изменить цвет на снимках из пресс–релиза об испытаниях, чтобы подушки казались красными. И если бы они стали упоминать про ИК–фильтры или неточный цветовой процесс, то все бы догадались, что небо Марса вовсе не красного цвета. К счастью для нас, НАСА пропустило несколько фотографий, где воздушные подушки оставались в своем бледно- белом цвете.

Та же ситуация была и на страницах пресс–релиза. Первое упоминание «Настоящий цвет» появилось на странице 10 января 2004 года, когда был опубликован снимок после цветовой калибровки. Там ничего не говорилось об ИК–фильтрах, ни о ненастоящем цвете марсианского неба или о том, что цвета на этих снимках были фальшивыми. Понятие «примерно настоящий цвет» не использовалось прессой до 19 января, после того как цветовое несоответствие вышло наружу и НАСА начало получать огромное количество электронных посланий по этому поводу. Но и тогда слова «примерно настоящий цвет», относящиеся к красному небу, были как минимум неправильными. Как показал Лейн, данная концепция НАСА была до смешного неверной.

Просматривая страницы пресс–релизов, мы, к своему удивлению, поняли, что НАСА вполне способно получить настоящий цвет, если бы захотело. Там была версия пресс–релиза про рисунок на американском флаге, который мы видели выше, его цвет передан в точности и почти совпадает с результатом Лейна. Конечно, безопаснее было оставить первоначальный цвет на снимке, где не было видно ни неба, ни горизонта.

Вне всякого сомнения, перед НАСА стояла длительная задача — давать людям ложное представление о настоящем цвете Марса. И эта хитрость им удавалась до настоящего времени. И когда аппарат «Марс Экспресс», запущенный европейским космическим агентством (ЕКА), передал одну из своих первых цветных фотографий Марса, мы, наконец, поняли причину.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх