«Сталинщина»

Я не люблю слова «сталинщина». «Тоталитарный» — что это такое? «Сталинизм» — еще можно.

Каганович ест и рассуждает: — Как можно сказать, если не «сталинизм» и не «сталинцы»… Сталинство… Было каутскианство.

— Сталинизм — это нормально, — замечаю я.

— Звучит вроде — ленинизм. Поэтому это совсем правильно. То есть надо привыкнуть. Каутскианство. Сталинство. Чтобы это не противопоставлялось ленинизму. Подумайте над этим. Надо бы. Богатый русский язык, а вот не найдешь. Каутскому нашли «каутскианство» — это слово Ленин нашел.

Раздумывает над его словами.

— Нет, — вдруг встрепенулся Каганович, — Молотов сказал о Сталине крепко. Хотя и покритиковал его…

Я вам хотел сказать, Молотов такой человек, я его изучил: если он о ком-то сказал хорошее, тут же должен сказать и отрицательное. О ком бы он ни говорил. Сказал: «Каганович — самый крепкий, самый преданный». И тут же добавил: «Но в теории плавал». Это его характерная черта, Молотова.

— Верно, — улыбается Каганович.

— При гостях однажды сказал, для меня это большая честь: «Я считаю Феликса одним из самых близких друзей». Но тут же меня и покритиковал. Это его черта.

— Верно, верно.

— Даже в этой книжке… О ком бы он ни говорил, скажет положительное и тут же отрицательное. Как диалектик, хочет со всех сторон рассмотреть.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх