35. ПЛОДЫ УВЛЕЧЕНИЯ ЗАПАДОМ.

Ниже мы цитируем одну из самых выдающихся статей одной национальной газеты зарубежья, озаглавленной: «Ошибки прошлого» с подзаголовком «Плоды увлечения Западом». Автор статьи П. Н. Чижов.

«Есть очень много факторов в самых разнообразных областях: церковной, государственной, социально-политической, военной, финансовой, бытовой и т. д., о которых много писалось, говорилось, докладывалось на открытых и закрытых собраниях и? казалось, что все эти письменные и устные дискуссии навязли в зубах, приелись и что широкая публика к ним охладела и не реагирует больше серьезно.

Прочитали «статейку», иногда, саркастически ухмыльнулись и через комнату прокричали жене, что опять этот Н. Н. «хлестко» написал и этим дело кончилось. А фактически вопрос этот не так прост, как он кажется обывателю, поглощенному в мелочи местной жизни и в интересы «соседа».

Оказывается, что в каких-то сферах идет упорная работа, имеющая свои, даже вековые задачи. Вот к одной из таких насущных работ

надо отнести и задачу определенных кругов на систематическое и мировое, сказал бы, решение — не дать России возродиться в ее исключительно национальном величии.

История установила бесчисленное количество фактов, подтверждающих стремление определенных кругов держать нашу родину в состоянии национально-политического хаоса, в состоянии происков к враждебному соотношению отдельных народностей, преследуя цель не только их взаимной вражды, но и расчленения России.

Большевистский лозунг «самоопределения» народностей совпал с мечтой некоторых иностранных государств видеть Россию раздробленной. Эта «зависть» соседей не давала им покоя с того времени, когда они установили прогрессирующую мощь России. Эта зависть не покидала их в течение почти четырех столетий, но она резко обострилась, когда они ясно увидели, что особенно в императорский период, Россия начала не только «догонять», но и обгонять своих соседей.

Нет надобности говорить о росте территориальном, но особый страх явился у соседей России, когда они поняли, что не пройдет и полстолетия, как в культурном, техническом и моральном смыслах Россия оставит всех их далеко позади.

Этот страх перед растущим колоссом, готовым, якобы, поглотить всю Европу, — лишил покоя не только политических руководителей наших соседних государств, но и всю мыслящую мировую интеллигенцию. И вот, тогда начался яростный «поход на Россию» под лозунгом «просветительных» идей. Но вместе с тем наши соседи не забывали работу и у себя дома. Кто не знает тех истин, что англичане сумели внушить своим, что только англичанин — самый культурный человек в мире, что он может свысока смотреть на всех других и «всеми владеть». Кто будет спорить, что французы уверили весь мир в своем превалировании над всеми народами в вопросе социально-государственного устройства? Кому не ясно, что немец привил в своем народе не только дисциплину духа, но и ума и заставил его работать как точная машина?

В ком есть сомнение, что наши могущественные соседи уверили себя и других, что Россия отсталая страна по культуре. Но никто из них не кричал, что русский народ принял на себя все нашествия варваров и страдал от них больше чем 300 лет. А когда Россия, после многовековых тяжелых исторических переживаний начала становиться на ноги, то тогда соседи решили сделать эти ноги глиняными, чтобы, воспользовавшись моментом, сокрушить колосс. Задача наших соседей, подчас и союзников, — облегчалась отчасти нашей так называемой «передовой» интеллигенцией.

(То что российская «передовая» интеллигенция всегда была подавляюще криптоеврейской, осталось за пределами понимания Куреннова и Курганова, считавших евреями только тех, кто ходит в синагогу и не видевшими подводной части еврейского айсберга. Поэтому «КиК» считали, что всемирное масонство и есть конечный суверен, тогда как в действительности масонство, - это лишь иерархия гойских членов на службе у Евреонала. Все университеты и образовательные учреждения на Западе, а теперь и на пространстве бывшего СССР и стран Восточного Блока, и чем крупнее и известней, тем в большей степени, - это масонские; как раньше они были тоже масонские, только назывались раньше такие организации «иезуитскими». «Иезуиты» - это типа «Ордена тамплиеров» чисто масонский орден католической церкви. Иезуиты контролировали всё образование на Западе в 17-18 веках. Когда иезуиты дискредитировали себя, то те же люди сменили вывеску на «масоны». Масоны, а в англоязычных странах в отличие от континентальной Европы, это всегда были абсолютно официальные и общедоступные организации, членство в которых до сих пор считается почётным. Многие президенты США были открытыми масонами. В частности президент Вашингтон и Трумэн. Масоны на своих автомобилях в США лепят наклейки принадлежности к различным масонским ложам. Американские масоны в открытую гордятся своей принадлежностью к ложам. Масонство и христианский и нехристианский сионизм - это по сути одно и тоже. В США – это одинаково как в СССР была коммунистическая партия; если ты не член, то карьера и многие профессии для тебя закрыты. Все протестантские проповедники, а их более 250 видов протестантских церквей в США, – масоны. Все ректора университетов крупные масоны. Масоны тотально контролируют всё образование на Западе. Гарварды, Оксфорды и Йели – это чисто масонские организации, которые уже в университетах организуют наиболее способных и талантливых студентов в молодёжные масонские ложи, типа большевистского комсомола, называемые «фратёрнити» - братства, и нумерующиеся греческими буквами (Альфа, Бета, Гамма, Дельта, Тета, Омега и т.д.). То есть масоны осуществляют «искусственный отбор», селекцию масонских кадров уже на ранней стадии высшего образования. Совершенная бюрократическая система. Именно вследствие тотального контроля над образованием на Западе «передовая» интеллигенция любой страны имеет масонское мировоззрение и взгляды на жизнь, хотя чаще всего и не подозревает о существовании каких-то масонов, и тем более сами не состоят членами. Достаточно иметь «передовые», то есть масонские взгляды, которые по этому и называются «передовыми». Прим. Стол.)

Вот, как видно из истории, около ста лет шла упорная работа на совращение нашей интеллигенции с истинно русского национального пути.

Теперь не приходится скрывать и умалчивать о том, что и у нас самих были допущены колоссальные ошибки, одной из которых и главной — было отсутствие патриотизма. Только тогда, когда грянул гром — русский человек одумался, что он был слишком сердоболен, слишком доверчив и чрезмерно скромен в своем сознании и признании, — почему-то, (?) что он ниже других. Этому некоторые дают объяснение, что у нас чрезмерно широкая натура; другие считают, что тому причиной глубокое развитие в нас христианского чувства. Третьи взваливают всю вину на правителей, якобы мало обращавших внимания на культурную сторону развития народа. Четвертые же осуждают интеллигенцию, искавшую выхода в пресловутой западной культуре. А есть даже и такое мнение — вся вина Петра Великого, начавшего перекраивать Россию на западный лад.

Не позволяя себе смелости критиковать Петра Великого, могу сказать, что он, при его колоссальном уме и железной воле, взяв от Запада все ему нужное, — показал этому Западу, что «русский» может его бить по всем пунктам, что, конечно, он, Петр Великий, вернул бы Россию на ее исторический государственно-российский путь, если бы не его преждевременная кончина (Отравление Прим. Стол.).

Что касается нашей «широкой» натуры, то вся наша историческая жизнь доказывает это. Мы, побывавшие теперь по всему свету рассеяния, на себе испытали всю разницу приема «эмиграции»: у нас в старое дорогое время и заграницей. Кто не помнит Крылова, Грибоедова, Островского и других, высмеивавших наше отношение к разным эмиграциям, влитым в наше старое общество? Мы читали их мудрые произведения, учили их наизусть, но… ничему не научились!

К глубокому сожалению приходится подчеркнуть наше исключительно поверхностное отношение к тем предупреждениям, которые делали нам эти мудрые люди. А народная поговорка оказалась умнее нас, слепорожденных политически: чрезмерная доброта граничит с глупостью. Так оно и произошло.

Что касается мнения о нашем христианском всепрощении, то оно также имеет под собою серьезное основание. Читатель, если вспомнит, то согласится со мною в том смысле, что когда мы неоднократно слышали от старших или друзей: «Да что ты, оставь, прости его Христа ради!» — и мы прощали. Так принимали мы и прощали иностранцев, подчас бывших далеко ниже нас по своему развитию и даже больше того, — мы по привычке прощать «Христа ради», — ставили себя в подчинение им. Так было на гражданской службе, так оно имело место в армии и в университетах и школах, а о финансовом мире и говорить не приходится, — там первую скрипку в нашем монетном концерте всегда вел иностранец (Криптоевреи под вывеской «Француза», «англичанина», «немца», «итальянца» и т.д. Прим.Стол.).

Наша интеллигенция в буквальном смысле слова — преклонялась перед Западом. Тут не было никакого ограничения — это был какой-то психоз.

Молодежь набивала себе головы западной социалистической брехней. Женщины, — почти поголовно, — спали и видели на себе заграничные моды и материи. Они лепетали на всех европейских языках, а своей русской грамматики не знали, считая ее «мелким шрифтом» в цикле проходимых наук. Если принц Уэльский придумывал какие-нибудь сверхъестественные воротнички или стал застегивать сюртук на левую сторону, то немедленно все наши обезьяны оказывались за тем же занятием, а того, что тот же принц изучал теорию Гладстона о ненависти к русским, — то этого наши щеголи не понимали.

Если принц Монакский обирал наших российских простачков на изобретенной им рулетке, то ежегодные поездки туда наших «простачков» или просто «дураков», считались шиком. Они тоже не понимали того, что рулетка, оставляя себе десять процентов от всех ставок, была всегда в выигрыше, не говоря уже о том, что наше русское золото лилось туда рекой во все отели, рестораны, модные магазины и одевало голых заграничных дам. А разные «Контрексвили», «Виши», «Давосы» и пр. только и существовали на наши деньги, а в это время наши исключительные по своей целебности воды на Кавказских группах, влачили жалкое существование. Они не имели возможности не только улучшить снабжение широких слоев населения этой водой по дешевке, а ни даже построить отель на каких-нибудь 400—500 человек.

Если мы покупали «Кениговский» сахар по 15 коп. за фунт, а Германия покупала у нас тот же сахар по 13 коп. и кормила им своих свиней, то за это мы получали оттуда прекрасную литературу гг. Гегелей, Энгельсов, Марксов и прочих авторитетов Ленинских, Кусковых и Ко, то это считалось «передовой» работой на «благо народа». Вот, потом мы и наглотались свинского «блага» так, что и до сих пор сыты, даже с отрыжкой у всего народа-богоносца.

Работа наших друзей-иностранцев столь яркая, что и сейчас еще греет русский народ в «раю» и настолько определенно-последовательная, что не оставляет без своего внимания даже и тех, кто «счастливо» расстался с этим «раем». Эта вакханалия «внимания» к нам иностранцев перебросилась вслед за нами и заграницу «рая».

Наши «друзья» прекрасно учитывают, что массовый исход русских заграницу может представить из себя некоторую опасность для «райских» держиморд по своей компактности, по своему знанию и пониманию «раскушенных» властодержателей, то ими и принимаются все меры к нашему ослаблению, расчленению, дискредитации.

Бросаются деньги, жадно подхватываемые как иностранцами, так и нашими национальными изменниками, чтобы доканать ту группу, которая, повидав все заграничные и родные порядки, начинает понимать «сердобольность», а также и «благотворительность» иностранцев.

Наше славянофильское движение не имело такого успеха, как западничество и далее в больших кругах интеллигенции считалось «чудачеством». Зато познание нами передовых идей и прививка западной культуры, от которой мы переняли во многом одну внешность, стоила нам потери нашего отечества.

Пусть читатель не заподозрит меня в сугубой отсталости и в желании держать наш народ в «темноте», это было бы не так понятно, как оно мне представляется. Я же понимаю так, что нам надо было, да и теперь также, брать то, что нам необходимо для государственного строительства вообще, но сохранить нашу государственную самобытность с ее исконным православием, с ее бытовым укладом, строившемся на уважении и почитании старших и старых, с крепкой семьей, со стремлением видеть нашу родину сильной в военном отношении для отражения всех возможных посягательств со стороны наших завистливых соседей, — с неизменным желанием с нашей стороны и возможностью идти на помощь нашим братьям по вере и помочь доброму соседу в его беде всякого рода, — сохранить нашу отечественную литературу с нашим родным языком, который настолько богат, что не нуждается в наносном варваризме, — с образованием и просвещением нашего умного от природы крестьянина, в нашем чисто русском духе; с улучшением положения нашего рабочего, дав ему пристойную жизнь и не социальное «страхование», а спокойствие в работе с уверенностью, что при болезнях, увечьях, в старости не только он, но и семья его не будет нуждаться.

Может быть некоторые читатели подумают обо мне, как предлагающем какой-то самобытный (домострой) строй, резко расходящийся при таком внутреннем укладе жизни с теми достижениями, кои мы видели и видим сейчас на Западе и в Америке? Да, конечно, нечто иное, но ведь то, что хорошо для Запада, не всегда может быть применимо на нашей родине».

Что автор может сказать о только что процитированной статье: «Ошибки прошлого» с подзаголовком «Плоды увлечения Западом»? Автор статьи П. Н. Чижов.

Статья выдающаяся, однако, слог и стиль писания журналиста тяжелы, тягучи и фразы не имеют той чеканности, коя присуща обоим авторам этой книги. (Себя не похвалишь – никто не похвалит. Проф. Стол.)





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх