29. ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПРОГРАММА ВСЕЗАРУБЕЖНОГО РУССКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА (ВРЭС)

Эта книга создает новую эру в жизни русской эмиграции: сидение на чемоданах окончено и должно уйти в область преданий. Начинается эра активная, решительная, созидательная. ВРЭС обращается с воззванием во всем русским патриотам зарубежья или к тем лицам, кто может составить лучшую программу Все-зарубежной русской организации, чем та, что намечена инициаторами ВРЭС в этой книге.

Пусть идиоты говорят, что русские книги в зарубежьи не читают, а ВРЭС гарантирует, что в течение десяти лет хорошая книга на эту тему выдержит от десяти до пятнадцати изданий. Однако, составляя подобную этой книгу автор или авторы должны подчиниться конституции или основному закону: книга должна базироваться на непреложном факте, что 50 000 эмигрантов 21 века построили бы всеэмигрантскую организацию так, чтобы она могла своими силами без помощи иностранцев сбросить власть красных вандалов на нашей родине. Беря пример действия 50 000 эмигрантов 21 века, автор должен сказать, что он призывает и эмиграцию современную действовать по их образцу. Конституция также гласит, что политическое могущество достигается только экономическим могуществом. Пусть автор или авторы по своему излагают какими способами всезарубежная организация достигнет своего экономического могущества. Может быть авторы наметят вместо постройки домов, владения ресторанами и создания новой индустрии наметят что-либо другое. Однако, автор забыл еще об одном конституционного порядка правиле для новых авторов такой же книги, это: вся программа освобождения России не должна затягиваться более чем на десять лет. Конечно, скажем, при пятидесятилетней программе можно обойтись и без субботников-воскресников и многого другого. Всех прочитавших эту книгу автор и ВРЭС просят написать его или их мнение, а также указать на недостатки и достоинства этой книги и прислать критику. Этим каждый россиянин исполнит свой долг и приблизить день освобождения нашей многострадальной родины. Во время второй мировой войны правительство США часто обращалось с вопросами к населению. Опыт показал, что из тысячи ответов только один дельный, тем не менее, такая анкета оправдывает себя, ибо американцы правильно говорят, что нет на свете двух одинаковых людей и нет на свете двух одинаковых умов. ВРЭС одновременно с выходом этой книги пускает в ход анкету и спрашивает у читателей, какие они знают торговые или промышленные предприятия, которые принесли бы хорошие, верные и, самое главное, сравнительно быстрые доходы? От этих предприятий зависит срок освобождения России от коммунистического осьминога.

Предварительные критики советуют автору развернуть программу ВРЭС пошире, подробнее рассказать, как пойдет хотя бы то же строительство домов, работа в ресторанах и на новой индустрии. Можно предвидеть, что если в первый год программы ВРЭС в таких пунктах, как Лос-Анжелос, Сан-Франциско за два дня (субботу и воскресенье) будет построено один или два дома, то на следующий год за те лее два дня будет построено от 12 до 15 домов, а на третий год от 50 до 60 домов. Как было сказано, дома будут все одного и того же (очень популярного размера). И полный комплект всех потребных материалов для постройки и полного оборудования дома будет называться «Заготовка». Это магическое слово, видимо, будет действовать сильнее всякого магнита на многих россиян эмигрантов. В «юрте монгольских князей» программа постройки домов обсуждалась не раз и со многими подробностями. Если довольно многочисленная семья проработала на субботниках-воскресниках год и работала много часов, то зачастую такое семейство может получить «заготовку», помимо того, что это семейство уже купит (конечно, на необыкновенно льготных условиях) и будет владеть таким лее домом почти сразу же после начала работы на субботниках-воскресниках. Если каждый член такой семьи будет мастером шаблонной постройки дома, то это семейство сможет за две-три недели своими силами воздвигнуть себе обиталище (заметьте, это уже второе). Это за рьяное и производительное хождение на все субботники и воскресники в течение года. Где работа там и густо, а в ленивом доме пусто. Это касательно домостроительства в больших американских городах и пригородах. В дачных районах, где создается новая индустрия (автор сохраняет название и род этой индустрии в секрете для огромной пользы дела) на субботниках-воскресниках будут строиться вместо домов кабины (иногда и дома тоже) и создаваться новая индустрия. Многих подробностей для пользы дела нельзя пока открыть.

Наш маститый писатель Г. Д. Гребенщиков в разговоре с издателем этой книги уверенно сказал, что никаких 50 000 эмигрантов не нужно для освобождения России, а всего-навсего тысячи умных людей вполне достаточно для этой цели, при условии, что эта тысяча людей будет действовать воедино. Автор, конечно, будет просить и мелить нашего талантливого бытописателя-чародея хоть в кратце изложить программу освобождения одной тысячей умных людей нашей родины от большевиков. Конечно, авторы не исключали подобного рода возможность, однако у пяти русских патриотов, заседавших много лет в «юрте монгольских князей» не хватило мозгов, хотя и оказалось достаточно смекалки на то, как освободить Россию с помощью организации в 50 000 эмигрантов.

Ленин когда-то говорил, что ему нужны профессиональные революционеры. Вожди ВРЭС смело говорят, что им нужны профессиональные революционеры (или контрреволюционеры). Каждый записавшийся членом ВРЭС должен и будет говорить: «Или я лягу живым в гроб или я достигну намеченной нами цели: создания сильной всеэмигрантской организации для свержения коммунистической погани и освобождения от нее нашей родины».

Нашей организации не нужны половинчатые, нерешительные люди, выражаясь по-народному, тямти-лямти. Освобождение России от красных спрутов зависит от правильно намеченной программы ВРЭС и бескомпромиссности его вождей и членов этого в будущем великого союза. На насмешки многих эмигрантских дурачков о малочисленности ВРЭС в первый период его организации вожди и члены ВРЭС смело ответят столыпинским «не запугаете» (Они и не пугали, убили и всё. Прим. Стол). Лучше быть малочисленным и бескомпромиссным, чем идти на сделку с существующими дохлыми эмигрантскими организациями, сидящими на чемоданах и ожидающими, что вот, дескать, кто-то освободит нам Россиюшку, а мы прийдем в нее и принесем свои уставы и программы. И, более, сколько этих программ заготовлено. Пусть эти эмигрантские недотепы навсегда запомнят, что тот, кто освободит Россию, тот даст этой стране свои программы и уставы. В конце этой книги есть глава: «Два пути освобождения России: силами эмигрантов и силами иностранных интервентов».

Для охотников запугать организаторов ВРЭС малочисленностью его состава автор припомнил, что в маленьком городишке Уфимской губернии на базар приезжало много великороссов, малороссов, татар, мордвы и очень мало чувашей. Когда чувашу говорили: «Чуваш, сколько вас?», последний отвечал: «Сам один, с трубкой два, с чубуком три, с некоей непристойной вещью четыре» . Когда Макдональд сформировал свою Британскую рабочую партию и прошел по списку организованной им партии в парламент в единственном числе, то горе-политики хохотали до упада и говорили: «Ну и гигантская же партия, ну и исполинская же фракция, ну и громаднейшее же влияние будет иметь Макдональд в парламенте — умора!» Прошло немного лет и Макдональду уже не нужно было повторять слова чуваша: «Сам один, с трубкой два.. .» и т. д. Макдональд имел большинство в парламенте и формировал свой кабинет министров.

Организаторы ВРЭС признают совершенно ненормальным то, что очень многие россияне служат судомойками, подтирушками и ВРЭС должен организовать курсы токарей, слесарей, автомобильных и аэропланных механиков, авиаторов и некоторые другие . Например, россияне химики, чертежники и некоторые другие могут отказаться от курсов ВРЭС, но конторщики, приказчики, подтирушки и пр. будут принуждены проходить технические курсы.

ВРЭС или — что то же самое — Русское эмигрантское государство провозгласит неограниченные военные изобретения.

Так сделали бы эмигранты двадцать первого века, значит, так же и мы должны действовать. Скажут, что не сталкиваетесь ли вы в этом пункте с запрещением во многих странах эмигрантского рассеяния. Это несомненно. Поэтому «Бюро стандартов» (надо скромно назвать грозное учреждение, как англичане когда-то назвали танк «лохань,» «цистерна», вместо «смертоносный броневик» или «ползучее стальное чудовище»). Это Бюро стандартов должно не позднее чем через год-полтора обосноваться, скажем в малюсенькой стране Южной Америки или вообще где-либо в этом роде. Это Бюро с самого своего начала будет знать, сколько потребуется (минимум) военных судов (в большинстве, видимо, вспомогательных, перестроенных из коммерческих), сколько каких аэропланов, сколько зенитных орудий, зенитных пулеметов, радаров, «субмаринных ушей», субмарин для успешного вторжения в коммунистическую Каноссу. Все это дадут субботники и воскресники. Пять или шесть дней в неделю у эмигранта россиянина отобраны иностранцем работодателем. Все, чем может эмигрант пожертвовать — субботой и воскресеньем, (для освобождения родины). Могут спросить, что, скажем, жены некоторых эмигрантов россиян не работают и хотели бы работать все шесть или семь дней на постройках, ресторанах, новой индустрии и пр. Эта возможность предвидится и такие персоны смогут работать на помочах ежедневно, ибо ВРЭС должен поставить образцовый детский приют в местах большого эмигрантского скопления, чтобы дать главам семей возможность работать на благо освобождения родины. Однако, заметим, эти приюты будут настоящими приютами, а не зловонными клоаками совдепского типа. Так сделали бы эмигранты в 21 веке: так должны поступать и мы.

Автор забыл упомянуть, что помимо перечисленных категорий лиц (сектанты, масоны, сепаратисты и пр.) в ВРЭС не могут быть приняты: завзятые пьяницы, картежники и лица, проигрывающие весь свой заработок в какую-либо азартную игру. Кроме того, не могут быть приняты, скажем, душевнобольные, эпилептики, полоумные и прочие, и прочие. ВРЭС может, должен и будет осуществлять контроль движений сберегательного счета каждого члена. Это будет конфиденциально. Если, скажем, в течение трех лет за усердный труд на всех субботниках и воскресниках некий член ВРЭС получил дом, продал его и деньги куда-то протранжирил, значит он отрицательный тип естественного подбора. Отрицательному типу если даже дать не один, а десять домов, то все они «улетят» к другим владельцам. Ошибочно делать подобного типа владельцем нового дома. На этом свете все подчиняется закону естественного подбора.

В каждом месте значительного скопления русских эмигрантов должен функционировать гараж: и ремонтная мастерская для автомобилей. Предпочтение будет отдаваться членам ВРЭС, а со временем, когда гараж сможет едва-едва обслуживать только членов ВРЭС, то всем иным россиянам будет отказано в услугах гаража. Существует колоссальный бич эмигрантов россиян — дорогостоющее содержание автомобиля. Многие простачки эмигранты не знают того факта, что до второй мировой войны автомобили делались в США прочными, крепкими и выносливыми: их хватало на десятки лет. Теперь сразу после войны мошенники фабриканты стали делать автомобили «еле-еле душа в теле» — с расчетом, чтобы их хватило только на пять лет. Фабриканты хотят, чтобы потребители машин покупали новый автомобиль каждые пять лет. Многие эмигранты-недотепы не знают того факта, что при покупке нового автомобиля каждые пять-шесть лет расходы по содержанию машины составляют сумму больше тысячи долларов. Иногда полторы тысячи долларов в год! (Сейчас это кажется смешным и машины теперь вообще пластмассовые. Проф. Стол.). ВРЭС не может допустить такого кровопускания из кошелька любого члена союза. Поэтому при гаражах ВРЭС будут превосходные подержанные и заново отремонтированные автомобили для продажи только членам союза. Если члены ВРЭС будут следовать советам механиков гаража ВРЭС, то их годовой расход на автомобиль включая сюда амортизацию, стоимость ремонта, покупку запасных частей, покупку шин, не будет превышать 300—400 долларов в год. (В эту сумму иногда будет входить и газолин).

Многие скажут, что намечается десятилетний срок для освобождения нашей многострадальной родины от проклятой коммуны и что в этот срок многие смогут (после постоянной работы на субботниках-воскресниках) завладеть двумя-тремя домами, а перед самым вторжением для освобождения России Русскому эмигрантскому государству потребуются дополнительные средства, то какую-то часть из этих трех домов владелец их должен или пожертвовать или заложить или что еще? Кое-какая доля (может быть и львиная) должна будет урываться из этих трех домов, но это будет оговорено в статье «тайного договора» каждого вступающего в союз.

Читатель скажет, что в предыдущих главах было сказано, что после известного срока усердной работы на субботниках-воскресниках, участник их сможет получать от аренды своих домов или квартир столько, что сможет прожить не работая. Какова дальнейшая судьба такого ультра-патриота и истинно русского человека?

Во второй пятилетке и, особенно в средине или конце ее, такие рыцари без страха и упрека в большинстве случаев отправятся на строительство мануфактурным способом (почти что по конвеерной системе) пароходов и прочих аксессуаров, потребных для вторжения. Куда? Во время первой пятилетки куда-то в тридесятое царство, а в последнюю четверть второй пятилетки в свое Русское эмигрантское государство на своем собственном куске земли. Следует оговориться, что не все потребное для вторжения будет производиться самими россиянами: многое будет покупаться извне. Имеющие уши слышать да слышат!!!

Спросят, а по законам какого штата в США вы думаете инкорпорироваться? По законам Токио и Иокогамы и еще по законам Иерусалима и Тель-Авива. Когда японец уезжает из США на родину умирать, он никогда не объявляет свой отель для продажи. Приглашает несколько своих знакомых капиталистов сородичей и продает одному из них свой отель, часто по цене низке той, какую бы дали ему американцы. В начале лее этой книги много говорилось о том, как иерусалимцы и тель-авивцы бесцеремонно захватывали один синдикат американской промышленности за другим и смотрели на американцев с точки зрения плевательской.

У ВРЭС намечается своя внутренняя биржа. Для скромности это учреждение можно бы и не называть биржей, а какой-нибудь конторой культурных бесед или чем-то в том же роде.

(Беда Куреннова и Курганова в том, что они строят свои планы, исходя из того, что они как Робинзон Крузо – одни на острове. Никто ничем до них не владел, и они берут и делают, что хотят. Хотя им, как православным надо было бы знать, что Христос, не конкурировал с еврейскими менялами из Храма – он их выгнал в зашей и закрыл биржу; А Куреннов с Кургановым собрались сделать Биржу лучше еврейской. – Умора! Да гоголевский «Манилов» – это просто трезвомыслящий человек по сравнению с «КиК». Просто какая-то куренновщина. Прим. Стол.) Посмотрите дальше, какие у «КиК» розовые мечты.

Скажем, объявляет ВРЭС, что по линии новой индустрии в скором времени начнется постройка двух предприятий в районе города Сакраменто и одного на Русской реке близ Сан-Франциско. Продаются акции только членам ВРЭС по 10 долларов каждая акция. ВРЭС утверждает, что через три года каждая акция будет стоить не меньше 35 долларов, а вероятнее всего и все 50 долларов. Каждые шесть месяцев держатели акций будут собираться и покупать и продавать свои акции. Однако, каждый участник «биржевой» сделки, по его заслугам на участие в субботниках и воскресниках, будет иметь свою квоту на количество разрешенных ему для покупки акций. Ввиду придирчивости властей во многих странах к подобного рода государству в государстве акции эти могут и не быть акциями, а только пожертвованиями на строительство такого-то проекта. Все, что такой жертвователь должен запомнить, это цвет бумаги, на которой написана квитанция его пожертвования. Речь будет идти о красных, синих, бело-розовых и пр. Сколько стоят желто-голубые? Такие вопросы будут знакомы членам ВРЭС как Отче наш. Скажут: а вы знаете, что в США общественные организации не могут заниматься бизнесом, то есть торговыми делами? Да, превосходно знаем. Нет такого закона, который нельзя было бы обойти.

Друзья автора, предварительные критики, уже при самом написании этой книги (больше при корректировании рукописи Г. С.

Курганова) советуют автору напечатать во всех газетах и журналах патриотического направления всю идею оВсезарубежном Русском Экономическом Союзе (ВРЭС). Автор благодарен своим друзьям критикам за столь ценный совет. Будут приняты все меры и средства для опубликования идеи ВРЭС, а попутно и еще некоторых глав этой книги. Однако, автор и издатель предвидят некоторые затруднения в возможности напечатания в газетах и журналах глав этой книги. Причины этого затруднения очень исчерпывающе объяснены в самом начале книги в главе «Ответ нашим предварительным критикам». Одни злопыхательствуют на описание германофильства императрицы Александры Федоровны, другие — за то, что авторы ввели целых три главы о том, что Россия в свое время была немецкой вотчиной; третьи — или за то, что так называемого распутинского влияния вовсе не было или оно не приносило России колоссального вреда; четвертые — за идею субботников и воскресников и мнимую антирелигиозность; пятые — за антисемитизм (которого в книге фактически и нет); шестые — за антимасонский уклон некоторых глав книги. Советую еще раз прочитать главу: «Ответ нашим предварительным критикам».

Авторы еще при жизни Г. С. Курганова на субботниках в «юрте монгольских князей» твердо решили сразу же по выходе из печати этой книги послать почетные экземпляры ее (если возможно, то напечатанные на веленевой бумаге) многим лицам, имеющим огромные заслуги в деле борьбы с коммунистическими захватчиками нашей родины и в чьей пламенной патриотичности не сомневается 90% национально настроенной русской эмиграции. Этим лицам будет предложено войти в правление ВРЭС и этим дать огромный вес первому в истории русской эмиграции организованному активному движению, ставящему своей священной задачей освобождение нашей родины от окаянного коммунизма силами русской эмиграции (без помощи иностранцев), в десятилетний срок. Конечно, первый почетный экземпляр будет послан Его Высочеству Великому Князю Владимиру Кирилловичу.

Приближенные автора, читавшие рукопись, спрашивают: «А каким же способом, мерами и средствами ВРЭС намерен повелевать своим членам, не имея власти и пока что территории? Ведь, далее, при самом почти вторжении для освобождения России от трех домов, нажитых при помощи ВРЭС и его строительной и иной программы, некоторые члены могут не дать ни копья? Какими принудительными мерами и средствами ВРЭС располагает, чтобы заставить каждого упрямого скупердяя отдать добрую половину из его трех домов на почти уже готовое

вторжение для освобождения России (в самый почти последний год второй пятилетки)?». Все организаторы ВРЭС убеждены в том, что по освобождении России всех возвращающихся из эмиграции будет встречать суд концлагерников. Все члены этого суда будут лица, отбывшие десятилетнее заключение в концлагерях красного сатаны. Для этих страдальцев иногда валено будет знать, присоединились ли вы к ВРЭС сразу лее после его сформирования или уже тогда, когда многие стали владеть своими домами и пр. Поэтому автор напоминает, что время вступления в члены ВРЭС имеет и будет иметь огромное значение. Не безынтересно отметить, что всякий, получивший почетный экземпляр этой книги и предложение вступить в правление ВРЭС будет опрошен судом концлагерников, и, надо думать и полагать, что этому суду не всегда понравятся причины отказа от вступления данного эмигранта в число ответственных руководителей ВРЭС. Вид и срок наказания будет зависеть от этого суда. Однако, следует принять во внимание, что концлагерники-судьи будут крайне обозлены за то, что эмигранты сорок лет сидели на чемоданах и все надеялись, что кто-то их освободит (какой-то иностранец, а два миллиона олухов Царя Небесного своими силами не могли освободить России).

Оставшийся в живых автор этой книги также будет отвечать перед судом концлагерников. За пять лет между 1923 и 1928 годами Г. С. Курганов из прочитанных им выдающихся политических книг узнал все тайны русской революции. Оба автора могли бы после длительного и бурного совещания на одном из субботников в «юрте монгольских князей» решить вопрос о написании этой книги и немедленном выпуске ее из печати. Это было бы в середине 1928 года. А это значило бы, что к 1938 году Россия была бы освобождена от сатанинского социалистического отродья. Узнав к 1928 году все тайны русской революции в главных чертах, авторы решили докопаться до подробностей. За эту ошибку авторов этой книги Россия заплатила десятками миллионов жизней своих сынов. Эту ошибку авторов суд концлагерников поставит на вид автору этой книги и скажет: «Все ваши субботники в «юрте монгольских князей» проходили под знаком приближения часа освобождения России от красной тирании. Разве в 1928 году на любом из субботников вам не приходила мысль, что если вы спросите концлагерников России выпускать ли книгу об объединении русской эмиграции и освобождении России силами двухмиллионной громады или продолжать десятками лет докапываться до подробностей тайн русской революции, то почему вы думаете, что концлагерники разрешили бы вам доктринерствовать?».

Алиби автора, что он не играл первую скрипку в «юрте монгольских князей»,

а только вторую, (А первая «скрипка» - этот Георгий Семёнович Курганов. Прим. Стол), и что обе скрипки возлагали еще некоторые надежды на существующие эмигрантские тухлые и гнилые организации, едва ли удовлетворило бы суд концлагерников. Судьи могут резонно сказать: «В 28 году вы не решались играть первую скрипку, а спустя почти тридцать лет вы твердо решились ее играть, так почему лее сразу не проявили инициативы и не взялись за написание вашей книги и за дело спасения миллионов россиян, гибнущих в коммунистической Каноссе и в ее концлагерях?».

Программа ВРЭС встретит большую оппозицию со стороны духовенства и чрезмерно религиозных эмигрантов. Чтобы «положить на обе лопатки» эту оппозицию придется обращаться с «челобитной» к великому князю Владимиру Кирилловичу и многим влиятельным лицам среди русской эмиграции и просить их убедить главы церковных юрисдикции принять полностью программу освобождения России, включая сюда, главным образом, и великое дело для спасения России — работу на субботниках-воскресниках. Еще раз повторим, что вместо обедни можно молиться и во время вечерни и всенощной. («Правослабие» во всей его иррациональности и неадекватности. И где они сейчас - эти поколения правослабных монархических эмигрантов? Проф. Столешников).

Все духовные лица, не исключая и высших церковных иерархов, должны будут предстать перед судом концлагерников за их оппозицию программе освобождения России, организуемой ВРЭС. Конечно, при условии успеха этой организации и намечаемой им программы. Судьи суда концлагерников будут назубок знать каждую строку этой книги и многих последующих за этой книг, написаных на тему организации активной группы во всеэмигрантском масштабе. Может быть и суд-то будет называться как-нибудь иначе, но он непременно будет и эмигрантов к ответу призовет. Это, конечно, в случае освобождения России силами русских эмигрантов. Даже, если Россия будет освобождена при помощи иностранной интервенции, то и тогда возвратившиеся эмигранты будут иметь тысячи упреков за то, что не смогли организовать двухмиллионную эмиграцию для освобождения России; за то, что сотни разных затхлых и гнилых горе-организаций, объединений, ссорились друг с другом, «брали друг друга за горлянку» и душили одна группа другую. Напрасно многие читатели этой книги будут думать, что только те россияне подъяремной России будут обвинять эмигрантов в бездействии, кто прочтет эту книгу. Любой интеллигент коммунистической вотчины и без этой книги скажет любому эмигранту, какую общеэмигрантскую организацию (из двух миллионов эмигрантов) надо было строить для освобождения России без малейшего промаха и с расчетом на полный успех. Не только из двух миллионов эмигрантов, но, даже, из 50 000!!

Теперь о русском эмигрантском «пшике». О пшике есть анекдот. Один незадачливый портной задался целью узнать, что получится из иглы, если ее плавить в плавильном тигле довольно продолжительное время. Стал плавить иглу. Игла постепенно расплавлялась и, в конце концов, от иглы осталась малюсенькая крупинка. Еще один момент и послышался звук «пшик» и иглы не стало. Вторая русская эмиграция, насчитывавшая когда-то около двух миллионов душ расплавилась как игла легендарного портного и от всей этой больше чем миллионной громады (по скромному исчислению) остался только один «пшик».

Так называемые лидеры русской эмиграции были лишь абалдуями с Расторгуевой улицы, двуногой, безрогой, безмозглой скотиной. Ни одному из них, видимо, не приходила в дурную голову мысль: кто должен создавать единую, активную, всесильную и единодушную организацию: несчастные страдальцы подъяремной России или мы — двухмиллионная эмиграция.

Ясно как день, что под властью изуверов-коммунистов никакой активной организации создать нельзя, значит, ответ напрашивается сам собой — только эмиграция может и должна создать эту общеэмигрантскую организацию. Повторим еще раз великое изречение писателя В. В. Шульгина: «Если вы стоите перед каменной стеной и напрягаете мысль к отысканию дыры в этой стене, то дыра непременно найдется». Иначе говоря, нет на свете такой каменной стены, в которой не мог бы пробить брешь таран человеческой мысли. Кто имеет уши слышать — да слышит!

Третья эмиграция, современные Ди-Пи, ясно видит, что вследствие несообразительности и головотяпства горе-вождей второй эмиграции, эта последняя растаяла как снежный ком и превратилась в «пшик»! Страницы этой книги вовремя призывают третью эмиграцию и остатки второй не идти по гибельному пути эмиграции после первой мировой войны. ВРЭС призывает всех Ди-Пи и всех эмигрантов россиян вообще присоединиться к ВРЭС и всеми мерами и средствами создавать сильнейшую организацию во всей истории русской эмиграции. В единении сила, а также много силы в правильной организации и в действии, действии, действии…

(Прим Столешникова Мне это, один к одному, напоминает собрание организации «Меча и Орала» в «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова: «В каком полку служили? – Действовать…действовать….действовать. Перед вами особа приближённая к императору…Гигант мысли и отец русской демократии – Ипполит Матвеевич (!) Воробьянинов!» Между прочим, «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок» переведены на английский язык и перевод отличный, но никто его не знает. Прекрасно использовать для изучения английского языка. Но «КиК» могли бы прочесть и на русском.).

* * *

В № 78 газеты «Голос России» в статье «Тоска по творчеству» Бор. Солоневич писал: «Будучи оторванными от родины, мы брошены в новые условия и томимся здесь именно «ремесленностью своей жизни» и отсутствием элемента творчества для России.

Подавляющее большинство белой эмиграции похоже на глубоководных рыб, выброшенных в мелкую мутную лужицу европейского прозябания. Отсюда и целый ряд психических болезней, разъедающих нашу эмиграцию. Мы все не на своей полочке … И мы томимся по настоящему делу, а настоящее дело для всех нас — это только дело, связанное с творчеством для России…

Наша задача найти что-нибудь, чтобы поддержать душу человека, чтобы поддержать в нем внутреннее уважение к самому себе, ощущение нужности его для грядущей борьбы».

В номере от 26. 10. 1937 г. газеты «Голос России» в передовице, названной «Эволюция и Нормализация» Ив. Солоневич писал: «Весьма интеллигентная часть нашего зарубежья занимается всякого рода историческими изысканиями. Для людей, ничем толковым не занятых, эти изыскания очень пользительны — вот вроде крестословиц или собирания старых почтовых марок. В Советской России жрать нечего».

Отвечая И. Л. Солоневичу, Г. С. Курганов в своем блокноте пишет: «Почтеннейший И. Л. Солоневич языком свойственным ему одному, острым как бритва и тяжелым как обух, безапелляционно отвергает полезность занятия историческими изысканиями». Дальше Г. С. Курганов замечает, что при известных условиях занятие историческими изысканиями приносит всемерную пользу. Автор заметок указывает, что многолетнее изучение трудов многих историков великих держав и их политиков привело прямо к написанию этой книги, а в дальнейшем из трудов Г. С. Курганова будет составлен многотомник, густо документированный и могущий в будущем служить путеводной звездой для русских историков и политических деятелей. (И где этот многотомник? Прим. Стол.) Однако и Г. С. Курганов вполне соглашается с И. Л. Солоневичем, что теперь, при всеобщем неслыханном в истории страдании населения подъяремной России, при всеобщем голоде и море там и при гибели миллионов в концлагерях, занятие ученых эмигрантиков историческими изысканиями по меньшей мере несвоевременно. Косвенно И. Л. Солоневич намекнул на своевременность создания всеэмигрант-ской активной организации типа ВРЭС.

Процитированная здесь статья Бор. Солоневича, в главной ее части, трактует о том, что настоящее дело для эмигрантов — это только дело, связанное с творчеством для России. Можно интуитивно почувствовать, что почтенный автор прямо говорит о создании активной всеэмигрантской организации.

Дальше в этой же статье Бор. Солоневич продолжает: «Кто из нас штабс-капитанов не знает, насколько слабы его политические познания» — увещевает он.

Еще далее он призывает к работе среди молодёжи и пишет: «Подберите эту молодежь, научите ее любви к России, расскажите ей о красочных кусочках истории нашей родины, нарисуйте им случаи из героической гражданской войны, покажите карту страны. Расскажите девчатам о России и о войнах, о боях и ранах, о деле женщины в бою, о неизбежности страданий и крови, о долге русской женщины помочь мужчинам в их борьбе за Россию».

Признавая правильность и своевременность нападок И. Л. Солоневича на бездельников-эмигрантов, занимающихся историческими изысканиями в то время, когда по его фигуральному выражению «в Советской России жрать нечего», организаторы ВРЭС запретят своим членам заниматься пустыми занятиями вроде решения крестословиц, коллекционирования почтовых марок, игру в карты, шашки и, даже, шахматы и кое-что еще. Всем вступившим в члены ВРЭС будет разрешено смотреть телевизор только не более одного часа в день. Это касательно рядовых членов. Всем административным лицам будет запрещено, далее, иметь телевизор у себя в доме. Уже было сказано, что ВРЭС будет неукоснительно придерживаться великого изречения маршала Фоша: «Всякая минута, потраченная на бездельничанье в эту страдную пору, должна считаться украденной у родины. Всякому члену ВРЭС, решившему не пользоваться, даже, одним разрешенным часом пользования телевизором, будет выдаваться премия.

Вместо бездельничанья, упомянутого выше, ВРЭС намечает широкую программу чтения полезных и научных книг. Для людей более старшего возраста чтение книг о здоровьи, диете, правильном питании и лечении различных болезней принесет невероятно большую пользу: многие смогут удлинить свою жизнь на 30—40 лет и быть свободными от болезней в последнюю четверть их жизни. Другие будут читать теорию того ремесла, искусства, профессии, что-ли, практику которых они изучают в течение дня. ВРЭС обращается ко всем русским зарубежным книгочеям составить списки книг для патриотического воспитания членов ВРЭС. В списке должно быть не больше 20—25 книг. Таких списков может быть много. Самые важные и нужные книги должны составить список № 1, за ним второй и т. д.

Что русским эмигрантам важно и нужно делать — это собираться, скажем, два раза в месяц; во вторую и четвертую пятницу каждого месяца для улучшения возможности своего заработка, условий жизни и пр. Каждый должен знать, что такая-то профессия дает такой-то заработок и шестимесячные курсы стоят столько-то, там-то в таком-то городе. Такой-то торговец или ремесленник зарабатывает столько-то.

В течение трех-четырех лет общий заработок членов такого союза повысится по крайней мере вдвое, если не больше.

ВРЭС примет все меры и средства, чтобы русская эмиграция не денационализировалась и не превращалась в «пшик». Каждый вновь вступающий член во ВРЭС должен сказать, что он или ляжет живым в гроб или не допустит денационализации русской эмиграции. Подробная программа по этому предмету будет разработана Правлением ВРЭС в недалеком будущем.

Заканчивая большую главу о дополнительных сведениях, автор приводит цитату из труда выдающегося американского историка Франка Харрисона, сказавшего: «Государственный человек или реформатор не может действовать один. Он должен иметь с собой умы и волю тех, которых ведет надлежаще подготовленными. Их воля должна совпадать, иначе правитель бессилен. В действительности он только выразитель соединенной воли и чаяний».

Многие, эмигрантски скажут: «Ну, и идиотская же фантазия с этим ВРЭС! Ну, и химера же, ну, и фантасмагория же, ну, и выдумка же сумасшедшего!» Всем, особенно сильно критикующим идею сильной всеэмигрантской организации, автор говорит: а сидеть сорок лет на чемоданах и просидеть до дыр верхнюю их крышку — не фантазия! (Это у Куреннова верное определение. Прим. Стол.) А десятками лет сидеть у моря и ждать погоды — не фантазия! А сидеть, ждать и говорить: вот приедет барин, барин нас рассудит — не фантазия! Красный «барин» вот уже сорок лет судит и 20 000 000 осудил и сосредоточил в концлагерях, миллионы замучил в подвалах и казематах многочисленных чрезвычаек. 30 000 000 загубил при коллективизации! А двухмиллионная громада эмигрантов россиян спит летаргическим сном и считает всякое объединение в общеэмигрантском масштабе химерой и фантазией. Когда-то известная русская художница говорила автору: «Если вам кто-либо, где-либо, когда-либо будет говорить, что трудно критиковать — не верьте. Самая легкая вещь на земном шаре — это критиковать что-либо. Вы видите у меня на стене картину знаменитого русского художника. Вы знаете, что я окончила Строгановскую художественную школу в Москве, школу не только одну из лучших в России, но и во всем мире. Если вы попросите раскритиковать картину знаменитого художника на моей стене, то я ее раскритикую так, что от нее живого места не останется. Вы знаете, что я написала добрую сотню картин и много моих картин находятся в музеях. Если вы попросите написать такую картину, то я откажусь. Если вы попросите меня написать в десять раз хуже этого художника, то я опять категорически откажусь, ибо считаю, что я не в состоянии и в десять раз хуже написать эту картину.

Уверяю вас, что к моей критике не смог бы придраться ни один знаменитый художник-академик, и не смог бы утверждать, что я сказала что-либо зря, без причины». Еще раз взглянув на автора и на обсуждаемую картину и, покачав головой, художница добавила: «Критиковать очень легко, а что трудно — это творить, создавать, идти в гору!».

Памятуя диалог с художницей, организаторы и руководители ВРЭС, прося у многих русских эмигрантов критики на создание общеэмигрантской организации, ставят на вид каждому критику, что при осуждении той или иной части программы ВРЭС, критик должен дать свой корректив, а лицам, желающим только критиковать проект ВРЭС и не дать своей собственной теории о создании всеэмигрантской организации авторы говорят: «Спички есть — табак найдется, а дело без сопливых обойдется!».





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх