Загрузка...



Глава IV

СТОУНХЕНДЖ: БОЛЕЕ ПОЗДНИЕ ОПИСАНИЯ И ГИПОТЕЗЫ

Основная критика относящихся к Стоунхенджу теорий Локьера касалась его метода определения момента восхода Солнца в Стоунхендже, если принять возраст монумента в –1680 (± 200 лет). Он считал, что восход Солнца над Стоунхенджем происходит в тот момент, когда появляется первый проблеск солнечного диска, в то время как в Карнаке (в его египетских исследованиях) он определял этот момент, когда центр диска Солнца (половина сферы) появляется над горизонтом. Критики обвиняли Локьера в произвольной трактовке фактов и подгонки их для наибольшего соответствия его различным теориям.

В 1912 году Т.Е. Пиит в своей лихой маленькой монографии «Монументы из грубых камней» предпринял попытку определить, кем были строители Стоунхенджа, откуда они так неожиданно и загадочно появились, а позднее исчезли без следа. Но Пиит не добился большего успеха, чем Локьер.

В последующие годы статьи и книги о Стоунхендже регулярно продолжали появляться, но большинство из них просто пересказывали известные археологические материалы. В 1927 году в первом номере Antiquity появилась обзорная статья. Именно этот журнал широко освещал тему Стоунхенджа и других мегалитов в 1960-х годах. А.П. Троттер в своей статье «Стоунхендж как астрономический инструмент» предпринял попытку пересмотреть астрономические теории о Стоунхендже. По словам Троттера, он намеревался «скорее изучать факты, чем обсуждать теории». Он сразу же объявил об отсутствии у него какой-либо приверженности к существовавшим теориям, так как подошел к проблеме Стоунхенджа не как астроном и не как археолог. В статье кратко обсуждались последствия применения Локьером его методов датирования и перечислялись три возможных положения Солнца во время восхода: первый проблеск, наполовину поднявшееся (половина сферы) и полностью поднявшееся (полная сфера) Солнце, что могло иметь большое значение. Первый проблеск дал Локьеру дату с. –1700. В свою очередь, наполовину взошедшее Солнце дало с. –3500, а полностью взошедшее с. –5200. Встав на указанную Локьером центральную ось, Троттер отметил, что различие в позициях правого и левого глаза наблюдателя давало разницу в датировках в 500 лет. На основе этого он сделал соответствующий вывод, что Стоунхендж является весьма неточным астрономическим инструментом для определения дат.

Троттер высказал свое мнение о том, как идея об ориентировании Стоунхенджа на точку летнего солнцестояния могла работать на практике. Он отметил, что восточная точка восхода Солнца весной совершает длинные скачки, затем замедляет свое движение и сползает почти на северо-восток. Наблюдатель, стоящий посередине под огромным трилитом (55 – 56), увидит, как Солнце однажды утром поднимется близко к северной стороне входа, а точка его восхода с каждым днем будет смещаться все меньше и меньше, и за период примерно в три недели точка восхода Солнца на горизонте будет сдвигаться только на ширину самого Солнца. Тогда он предположил, что строители Стоунхенджа вполне могли определить неделю, когда происходит солнцестояние, но вряд ли они могли знать точный день. Поэтому Троттер пришел к выводу, что Стоунхендж был бесполезен для календарных целей и мог фиксировать лишь одну «дату», а именно неделю летнего солнцестояния.

Несмотря на то что отдельные данные накапливались в течение многих лет, только в начале 1950-х годов стала вырисовываться более четкая картина Стоунхенджа, когда решением этой проблемы занялись археологи Стюарт Пигготт, Р.Дж.С. Аткинсон и Дж.Ф. Стоун.

К этому времени стало ясно, что у Стоунхенджа действительно длинная предыстория. Его послеримская датировка Фергюссоном уже давно была вполне обоснованно отброшена. При раскопках рва были найдены осколки керамики и другие артефакты, которые можно датировать периодом от –1900 до –1700 – очень близко к ранним, возможно весьма произвольным, астрономически обоснованным оценкам Локьера. Пигготт и Аткинсон доказали, что монумент рос и развивался в период позднего неолита, начиная от простого сооружения, сравнимого с другими британскими каменными монументами типа «хендж», до строения гораздо большей сложности.

В том виде, который известен сейчас как Стоунхендж I, с с. –2350 до –1900[13], монумент состоял из круглого рва и внутренней насыпи высотой 2 м (6 футов) и диаметром 96 м (320 футов) с разрывом-входом в 10,5 м (35 футов), смотрящим на северо-восток (рис. 14). Для этого периода характерны несколько других отличительных черт: ямы для столбов и другие разбросанные группы ям для столбов и камней B, D и Е у входа на дамбу; пятьдесят шесть ям Обри, которые были выкопаны, а затем вскоре засыпаны; три большие ямы для столбов на парковке для посетителей (рис. 21); возможно, другие, еще ненайденные; четыре ямы для столбов А; возможно, ямы для столбов у базовых камней 92, 94 и у Пяточного камня 96 и гораздо позже возведенные камни в базовых участках 91 и 93. В этот период камень D, вероятно, был передвинут на позицию С, а камень Е смещен и впоследствии закопан рядом со своей изначальной позицией.

В том, что известно как Стоунхендж II, с с. –1900 до –1700 (структура, которая больше не существует), произошло несколько дополнительных изменений: сооружена авеню; ров у Пяточного камня засыпан; на объекте появились голубые камни и начато их возведение в форме двойного круга в центре ограждения (рис. 15). Однако схема двойного круга явно никогда не была завершена, и только примерно две трети камней было установлено на их позиции. Когда позднее они были удалены, ямы от подготовки к возведению более поздних сарсенов.


Рис. 14. План Стоунхенджа I. Участок авеню датирован позже них были засыпаны мелом и плотно утрамбованы в ходе

Во время Стоунхенджа III, с с. –1700 до –1350, более крупные сарсены были доставлены на место из Марлборо-Даун и установлены в виде: а) пяти трилитов в форме подковы, б) круга из тридцати вертикальных камней, соединенных сверху камнями-перемычками и сформировавших замкнутый архитрав или круг. Голубые камни, демонтированные во время фазы строительства II, вновь были возведены и сформировали: а) круг из 59 – 61 камня (точное число дискутируется), расположенных в форме круга 2,4 – 2,7 м (8 – 9 футов) внутри круга сарсенов; б) подковообразное сооружение, состоящее из девятнадцати камней, расположенных внутри пяти трилитов. Были выкопаны пятьдесят девять ям Y и Z, которые впоследствии сровнялись с землей естественным образом.


Рис. 15. План Стоунхенджа II. Возведение камней в южном квадранте никогда не было завершено


Пятьдесят шесть ям Обри, первая из которых была найдена им в 1666 году, а потом пропущена последующими исследователями монумента, были вновь открыты Р.С. Ньюволлом во время раскопок, проводившихся под руководством полковника Хаули в 1919 – 1926 годах. Эти ямы представляют собой грубые округлые углубления глубиной от 0,6 до 1,2 м (2 – 4 фута), наполненные смесью дробленого мела, продуктами горения и органикой поверхностного слоя земли. В одно время считалось, что когда-то они удерживали камни или столбы, однако раскопки это не подтвердили и фактически показали, что ямы были намеренно засыпаны вскоре после того, как были выкопаны.


Рис. 16. На плане Стоунхенджа III показан круг сарсенов с перекрытиями (SC); пять сарсеновых трилитов (ST), формирующих подкову; круг голубых камней (BC); подкова из голубых камней (BH) и позиции ям Y и Z


Со времени ранних публикаций присутствие чужеродных голубых камней в структуре Стоунхенджа вызывало множество споров. Напомним, что, по мнению Джадда, их привезли в Стоунхендж из другого объекта, но изначально они попали в этот район вместе с ледником. Гораздо раньше апокрифическая история Готфрида Монмутского повествовала о том, что они были привезены с горы в Ирландии для возведения памятника 460 казненным британским воинам. Но каким образом эти камни были перевезены в древние времена, остается большой загадкой. Никто не может конкретно сказать, чья это заслуга – человека или природы. Ясно одно, никаких голубых камней за исключением нескольких разрозненных фрагментов, ассоциируемых с остатками уэссекской культуры, невозможно найти в окрестностях Стоунхенджа в наше время. Их не встретить и в кладке местных зданий или других современных строений, несмотря на частые сообщения о таких находках.

В 1872 году Фергюссон считал, что старая ирландская легенда во многом правдива, ссылаясь на то, что эту идею поддерживают геологи, так как очень похожие камни хорошо известны в Ирландии. Фергюссон задает вопрос: «Почему мы не можем предположить, что эти камни были установлены в память о королях или других людях, которые были похоронены рядом с ними?» Другие исследователи полагали, что, скорее всего, эти голубые камни являются военными трофеями и были доставлены в Стоунхендж победителями в честь этого события. В 1923 году Х.Х. Томас положил конец этим догадкам и спорам, когда с помощью петрологического анализа доказал, что эти камни, издавна считавшиеся чужеродными для равнины Солсбери, – все родом из сравнительно ограниченного района гор Преселли в Юго-Западном Уэльсе. Эти чужеродные камни оказались разновидностью пятнистого долерита или презелита, риолита или вулканического пепла, а так называемый Алтарный камень и другие чужеродные обломки, возможно, произошли из отложений (песчаника) Кошестона в гавани Милфорд, к югу от гор Преселли.

Однако путь, по которому эти камни были доставлены в Стоунхендж, озадачивал как археологов, так и геологов. Много было написано о возможных методах и технологиях, использованных древними строителями для транспортировки этих массивных камней в равнину Солсбери. Сейчас большинство людей верит в то, что они были доставлены в Стоунхендж силами человека, а не природы. Однако геологический механизм не был полностью списан со счетов, и в 1971 году геолог Дж.Ф. Келлавей снова выдвинул весьма правдоподобную теорию о леднике (см. ниже).

Несмотря на новые полевые работы Пигготта, Аткинсона и Стоуна, которые пролили свет на последовательность сооружения Стоунхенджа, здесь все еще оставалось множество необъяснимых загадок. Например, каково назначение ям Обри и ям Z и Y и остались ли еще какие-либо необъясненные предназначения для внешних базовых камней? Астрономическое, или, по-другому, сезонное значение Пяточного камня и ориентировки авеню были признаны, но вместе с тем в отношении самого монумента было мало или не было вообще никаких свидетельств, рисующих что-то большее, чем простая картина сооружения, служившего каким-то доисторическим церемониальным центром, связанным с летним и зимним солнцестоянием.

Местонахождение Стоунхенджа тесно связано с примечательным скоплением округлых курганов. Они и экзотические погребальные вещи, найденные в некоторых из этих курганов, ассоциировались с культурой Уэссекса раннего бронзового века и датировались по явной связи с Микенами периодом примерно от –1550 до –1400. В начале 1950-х годов древесный уголь из ям Обри (Стоунхендж I) с помощью радиоуглеродного анализа был датирован –1848 (± 275). Но лишь в 1959 году был обнародован первый радиоуглеродный анализ Стоунхенджа III. Возле одного из трилитов была найдена сломанная кирка из рога оленя, использовавшаяся при сооружении монумента. Она была датирована –1720 (± 150). Более точные проверки по годовым кольцам дерева значительно изменили эту дату и отнесли ее к более раннему периоду.

Неожиданным и восхитительным открытием, которое в то время, похоже, теоретически связало Стоунхендж с микенской Грецией, стал рисунок кинжала, обнаруженный Аткинсоном на одном из сарсеновых монолитов в июле 1953 года. Он заметил этот рисунок, когда попытался сфотографировать для туриста некую граффити, вырезанную посетителем Стоунхенджа в XVII веке. В момент, когда Аткинсон смотрел через видоискатель фотокамеры, он неожиданно заметил на камне оттененный рельеф кинжала и топора. Быстро оторвав глаз от камеры, он внимательно всмотрелся в древнюю, изъеденную непогодой поверхность. Рисунок был вполне реальным и все еще безошибочно различимым в косых лучах полуденного солнца. Аткинсон рассказывает, что, когда он позвал своего коллегу Дж.Ф. Стоуна взглянуть на этот рисунок, тот настолько возбудился, что сильно прикусил чубук своей трубки и сломал зуб. По крайней мере, это доказывает, что не все археологи столь флегматичны, как это принято считать!


Рис. 17. Возможные альтернативные пути транспортировки голубых камней из гор Преселли в Южном Уэльсе в Стоунхендж в Вильтшире


Им обоим, Аткинсону и Стоуну, этот топор показался знакомым. Ирландское оружие, практически идентичное этому, было найдено поблизости, в курганах Уэссекса, а кинжал просто заинтриговал их. У него было большое круглое навершие и длинный конусообразный клинок. Нигде еще в Восточной Европе не находили таких кинжалов, однако похожие были обнаружены в руинах Микен. Если кинжал действительно был микенским, то это может стать неопровержимым свидетельством связи Стоунхенджа с 3500-летней цивилизацией Микен, из чего вполне можно сделать вывод, что главным архитектором последнего Стоунхенджа был эгеец...

Обнаружение этих первых доисторических рисунков привело к дальнейшим открытиям. Рисунки и целый набор граффити, датированные последним историческим периодом, были уже хорошо известны в Стоунхендже. Здесь практически не осталось сарсенов, на которых не было бы хотя бы одной надписи. На том сарсене, который Аткинсон фотографировал для посетителя в тот судьбоносный полдень (камень № 53), находилась одна из самых известных и глубоких надписей и, возможно, одна из древнейших: IOH : LVD : DEFERRE (Johannes Ludovicus (или Джон Луис) de Ferre), расположенная чуть выше уровня глаз. На этом камне также имелось несколько других рисунков топоров (символы бога небес?), изображенных лезвием вверх. Некоторые из этих рисунков были настолько изъедены временем, что их практически невозможно было различить.

В своей книге «Стоунхендж» (1956) Аткинсон рассказывает, как через несколько дней после этого открытия десятилетний сын одного из помощников на раскопках обнаружил первый из гораздо большей группы изображений топоров на внешней поверхности камня 4. В течение следующей недели Р.С. Ньюволл, ветеран раскопок Стоунхенджа, открыл ряд еле заметных, почти стертых временем рисунков топоров на том же камне и еще три более четких рисунка на камне 3 поблизости.

Фактически первое открытие стало только началом и привлекло внимание всех к возможному существованию других рисунков. С тех пор были обнаружены следы еще нескольких топоров, кинжалов и прямоугольных рисунков. Среди камней, на которых нанесены такие рисунки, можно назвать номера 3, 4, 23 и 57. По мнению Аткинсона, рисунок на камне 156, раньше считавшийся доисторическим, фактически вырезан пришлым каменотесом примерно в 1829 году. Другой интересный рисунок, обнаруженный Ньюволлом на поверхности камня 57, предположительно напоминает рисунки, встречающиеся в каменных гробницах Британии и известные как «орнаментальный щит». Рисунок на камне 57 очень нечеткий и практически стерся под подошвами посетителей.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх