Загрузка...



Вместо заключения

Вот какая Красному Монарху выпала личная жизнь. Человека послабее согнет в дугу. Сталин вытерпел. Но подозрительность, конечно же, крепла – когда тебя предают даже в твоей собственной семье, когда те, кого ты считал настоящими друзьями, интригуют против тебя за твоей спиной, поневоле ожесточишься…

А ведь иностранные шпионы, очень похоже, были в те годы не просто поблизости от Сталина – на самой вершине власти! Настоящие, не вымышленные!

Потому что есть вещи, которым просто невозможно дать иного объяснения… Не буду ничего пересказывать, а просто приведу отрывок из книги В. Шамбарова, исследователя объективного и целеустремленного.

«У зарубежных антикоммунистических организаций существовала какая-то своя агентура в СССР, и, судя по некоторым данным, агентура неслабая. Например, 23–29.6.37 г. в Кремле прошел пленум ЦК ВКП(б), и поскольку на нем решались вопросы репрессий против большой группы видных партийцев, то даже в архивах ЦК документы о нем оказались представлены в урезанном виде, а единственный экземпляр несокращенной стенограммы был потом найден в „особой папке“ Сталина. Но в пражских архивах „Крестьянской России“ (та самая Трудовая крестьянская партия, якобы не существовавшая. – А.Б.) обнаружились полные данные о пленуме, где были перечислены и выступающие, и содержание выступлений. И даже кулуарные разговоры советских вождей, происходившие во время сверхзакрытого пленума! Аналогичные материалы имелись и в РОВС (возможно, через „Крестьянскую Россию“, которая в данный период с ними сотрудничала). В белогвардейские круги поступала исчерпывающая информация о терроре против коммунистических руководителей – фамилии репрессированных, даты арестов, в чем обвиняются, расклады внутренних взаимоотношений в советской верхушке. В архиве В.Л. Бурцева оказался отражен и ход следствия над некоторыми высокопоставленными большевиками, вплоть до того, кто ведет дело, кто на кого дал показания, ссылка на номера документов (см., например: В. Пятницкий „Заговор против Сталина“). То есть, белая разведка имела одного или нескольких агентов в самой верхушке советского руководства. Но кто это был, так и осталось тайной».

Список участников пленума, о котором упоминает Шамбаров, найти не так уж трудно. Во втором томе я его непременно приведу – вдруг поможет какому-нибудь целеустремленному историку.

Еще к вопросу о «сталинской жестокости».

Письмо Сталину.

«Уважаемый тов. Сталин!

Простите за смелость, но я решила написать Вам письмо. Я обращаюсь к Вам с просьбой и только Вы, один Вы, можете сделать это, вернее, простить моего мужа. В 1929 году он в пьяном виде сорвал Ваш портрет со стены, за это его привлекли к ответственности сроком на 3 года. Ему еще осталось сидеть 1 год и 2 месяца. Но он этого не вынесет, он болен, у него туберкулез. Специальность его – слесарь. Из рабочей семьи. Ни в каких контрреволюционных организациях не состоял. Ему 27 лет, его сгубила молодость, глупость, необдуманность; в этом он раскаивается уже тысячу раз.

Я прошу Вас, сократите ему срок или замените принудительными работами. Он и так жестоко наказан, раньше, до этого, он был 2 года слепым, теперь тюрьма.

Я прошу Вас, поверьте ему, хотя бы ради детей. Не оставьте их без отца, они Вам будут вечно благодарны, умоляю Вас, не оставьте эту просьбу безрезультатной. Может, Вы найдете хоть 5 минут времени сообщить ему что-нибудь утешительное – это наша последняя надежда.

Фамилия его Плескевич Никита Дмитриевич, сидит в г. Омск, вернее в Омской тюрьме.

Не забудьте нас, товарищ Сталин.

Простите ему, или же замените принудительными работами.

10.XII.30 г. Жена и дети Плескевич».

Вслед за чем последовала депеша:

«Новосибирск ПП ОГПУ Заковскому.

По приказанию тов. Ягоды Плескевич Никиту Дмитриевича освободить.

Секретарь коллегии ОГПУ Буланов. 28 декабря 1930 г.».

Приказание, несомненно, исходило не от Ягоды, а от самого Сталина, который наверняка и представления не имел, что за его портрет, по пьянке сорванный со стены, кто-то сидит в тюрьме…

Во втором томе я приведу еще более интересные свидетельства о внимании к нуждам самых что ни на есть простых людей, проявленном на самых что ни на есть высоких партийных форумах.

А пока что – до свидания.

Мы оставляем Иосифа Виссарионовича Сталина в самый, быть может, тяжелый период его жизни – но ненадолго, слово чести, ненадолго…

Конец первой книги

Красноярск, сентябрь 2004








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх