Антарктический отряд: планы и перспективы

Пока «сдавал дела», писал отчеты, приходил в себя после трех тяжелых экспедиций подряд в Антарктиду, наступило лето. Еще в марте я получил телеграмму из Управления гражданской авиации Центральных районов с предложением пойти... командиром летного отряда и в следующую, 26-ю САЭ. После короткого раздумья 26 марта 1981 г. отправил ответ: «Сезон был напряженным. Согласия семьи нет. Мне необходим перерыв. Попутные причины по приезде. Правильно будет: командир отряда — Голованов, заместитель — Скляров, командиры экипажей — Белов, Федорович, старший штурман — Табаков. Их согласие есть. Остальной список дошлю позже».

Да, я был вымотан до предела и физически и морально. Но не это останавливало, а те самые «попутные причины». Анализируя работу отряда с 23-й по 25-ю экспедиции, я тщательно изучил динамику изменения объема работ, числа точек базирования маленьких научных групп, численности летного и инженерно-технического состава и т.д. и пришел к удручающему выводу: если кардинально не изменим подходы к формированию и организации работы нашего летного отряда, мы не сможем в ближайшем будущем решать те задачи, что на нас будут ложиться. Выход из этого положения я видел только один — создание специализированного Антарктического авиационного подразделения на постоянной основе. Для этого понадобится много времени, даже если идею поддержат в Мячковском объединенном авиаотряде, в УГАЦ и в МГА, хотя на всеобщее ее одобрение я особо не рассчитывал — эхо разгона Полярной авиации все еще витало в коридорах разных ведомств и организаций и в умах многих авиационных начальников. Поэтому я решил, что для подготовки официального предложения о создании такого подразделения потребуется не меньше года и на это время мне нужно оставаться на Большой земле. Не раскрывая своих планов, я попросился на должность пилота-инструктора, и мне пошли навстречу. Работа в этой должности давала возможность много летать с различными экипажами и в разных районах, присматриваться и готовить новых вторых пилотов и командиров кораблей для самолетов Ил-14, желающих пойти в Антарктиду, а также оставляла достаточно времени для проработки задуманного плана. Он должен быть хорошо обоснованным и абсолютно убедительным, иначе первый же его провал отбросит реализацию идеи на многие годы, если вообще она когда-либо возродится вновь. А надежду на успех давало то, что право на существование уже получили отдельные авиаэскадрильи в Арктике: на Мысе Каменном (в устье реки Оби), в Тикси, в Певеке, а позднее и авиаотряд в Хатанге.

Я не тратил времени даром, появились наработки. По моему мнению, учитывая объем работ и все растущий «аппетит» науки, отряд должен был состоять их двух частей. Первая часть, которая непосредственно будет работать в Антарктиде, должна иметь в штатном расписании должности командира отряда (сменного), заместителя командира отряда по летной подготовке (сменного), заместителя командира отряда по политико-воспитательной работе (сменного), старшего инженера по инженерно-авиационной службе (ИАС), старшего инженера по авиационному и радиоэлектронному оборудованию (АиРЭО), старшего штурмана (сменного), двух пилотов-инструкторов самолета Ил-14, двух командиров звена вертолета Ми-8, четыре экипажа на самолеты Ил-14, четыре экипажа на вертолеты Ми-8, два экипажа на самолеты Ан-2, инженерно-технический состав (набирать в основном из АТБ Мячково на каждую экспедицию), инженеров и техников ГСМ, руководителей полетов, радиотехников, радиооператоров и бортоператоров (всех прикомандировывать из предприятий управления в зависимости от задач экспедиции).

Вторая часть отряда должна базироваться в Мячково и выполнять работу на Большой земле по обычному для отрядов плану. По договорам в штатное расписание планировалось включить командира отряда (постоянного, но он может участвовать в экспедиции не чаще, чем через год), заместителя командира отряда по летной подготовке (также должен участвовать в экспедиции не чаще, чем через год), заместителя командира по ПВР, старшего инженера по ИАС, старшего инженера по АиРЭО, помощника командира отряда (начальника штаба), инженера ПАНХ (применение авиации в народном хозяйстве), инженера-экономиста, бухгалтера, техника по учету, машинистку, инспектора по кадрам, врача отряда, по одному — пилота-инструктора самолета Ил-14, командира звена вертолетов Ми-8, командира звена самолетов Ан-2, старшего штурмана, старшего бортмеханика, старшего бортрадиста, пять экипажей Ил-14, четыре экипажа Ми-8, два-три экипажа на Ан-2.

Непременными условиями для успешной деятельности такого отряда должны быть следующие:

— авиатехника должна закрепляться за подразделением;

— подразделение для работы в Антарктиде комплектуется согласно условиям договора с ААНИИ;

— материальное и техническое обеспечение (запчасти, расходные материалы, спецодежда и т.д.) осуществляется МОАО;

— договоры, выполнение плана работ, расчеты производятся специалистами подразделения, постоянно работающими в Мячковской половине отряда;

— группа, находящаяся в Мячково, должна работать по четкому государственному плану;

— для группы, остающейся в Мячково, добиться заключения договоров для работы в условиях, приближенных к тем, что встречаются в Антарктиде, с целью подготовки летного и инженерно-технического состава (стратегическая ледовая разведка, проводка судов, рыбразведка и охрана 200-мильной экономической зоны на Дальнем Востоке, на северном Каспии и т.д., участие в экспедиции «Север»). Если не будет возможности добиться самостоятельных договоров с заказчиком, то, по согласованию с МГА и управлениями, закрепить группу в состав Игаркского или Черского авиаотрядов на период высокоширотных экспедиций весной и осенью;

— командный и инструкторский состав для работы в Антарктиде назначать из числа наиболее грамотных и инициативных специалистов, ранее работавших в Антарктиде в качестве командиров кораблей;

— замену сезонного состава производить ежегодно, соблюдая соотношение: 70% ранее работавших в Антарктиде и 30% подготовленных в районах Крайнего Севера и Дальнего Востока.

Чтобы работать по четким планам, необходима своевременная замена сезонного состава, для чего надо добиться долговременных (многоразовых) виз для поездки в Антарктиду сроком на три-пять лет, но никак не менее двух лет;

— отпуска сезонному составу предоставлять не позднее пяти дней со дня прибытия из Антарктиды;

— отпуска составу, находящемуся в Мячково, предоставлять по прибытии из отпусков сезонного состава. Например: экипаж Ил-14 прибывает в конце апреля и с 1 мая он должен быть в отпуске (май-июнь), после чего выходит на работу в Мячково, а состав группы в Мячково уходит в отпуск (июль-август) и далее — сборы в учебно-тренировочном отряде (УТО);

— сборы в УТО должны вестись по расширенной программе сроком 20-25 дней с уклоном в специфику работ в Антарктиде, Арктике и других районах. Руководящие и нормативные документы изучаются на общих основаниях. Такие сборы считать обычными, с выдачей свидетельства об их окончании;

— условия труда и заработной платы группе в Мячково обеспечивать на общих основаниях, а сезонной группе — по существующим условиям для работы в Антарктиде;

— добиться замены изношенной и устаревшей авиатехники на новую. Заменить радионавигационное оборудование воздушных судов на современное;

— тренировки, проверка и допуск к полетам в горах и на приподнятые платформы или палубы морских судов для командира вертолетов Ми-8 должны производиться по четкому графику с заключением договоров с другими управлениями ГА и Минморфлота (чтобы не растягивать этот процесс на месяц — полтора);

— тренировки, проверки, допуск экипажей Ан-2 производить в условиях, приближенных к условиям работы в Антарктиде (Крайний Север), с заключением договоров с другими предприятиями и управлениями ГА.

Вот далеко неполный перечень условий для успешной, безаварийной работы отряда.

Такое подразделение позволит решить ряд важных задач, например:

— подготовка высококвалифицированных специалистов будет проводиться по плану (графику);

— повысится эффективность работы отряда и поддерживается профессиональный уровень специалистов (больше работы — меньше простоя);

— укрепится стабильность личного состава (снизится текучесть кадров);

— люди не будут считать себя временными работниками в этом подразделении — шабашниками, что позволит повысить теоретический и политический уровень, укрепить дисциплину;

— иметь резерв специалистов на случай неожиданного выбытия кого-либо из сезонного состава по болезни, по семейным обстоятельствам и т.д.;

— перестанет лихорадить другие подразделения из-за отторжения у них специалистов, что нарушает рабочий ритм;

— снизится нагрузка на отделы кадров Мячковского объединенного отряда и УГАЦ, а также уменьшится возможность ошибок в подборе кадров. Комплектование экспедиционной группы перестанет быть постоянным авралом;

— позволит исключить неоправданное расходование средств, и в первую очередь фонда заработной платы. Ведь достаточно сказать, что люди выполняют профессиональную работу в Антарктиде в течение четырех-пяти месяцев, два месяца находятся в отпусках, а остальное время уходит на оформление документов, прохождение медкомиссии, сдачу спецодежды, сборы в УТО и т.д. В это время их нельзя посылать в командировки в отрыве от базы, а зарплату (оклад) эти люди получают, не компенсируя ее работой по специальности. Их средний заработок падает...

Решение же этих проблем не уменьшит заработок личного состава, а увеличит его, потому что большую часть года люди будут получать зарплату за профессиональный труд. Расходование фонда заработной платы станет оправданным.

Я назвал лишь очевидные выгоды от создания такого подразделения, которые, как говорится, видны невооруженным глазом.

Однако все хорошо получалось на бумаге, а действительность же выглядела совсем не радужно. Необходимое количество подготовленных авиаспециалистов взять негде, а на их высокопрофессиональную подготовку потребуется несколько лет, и спешки тут быть не должно.

Столько авиатехники, особенно самолетов Ил-14, переоборудованных для полетов в Антарктиде, тоже нет. И набрать ее в Советском Союзе практически невозможно. Оставшегося парка самолетов Ил-14 до полной выработки их ресурса и срока эксплуатации может хватить лишь на семь-восемь лет. Как никогда острым стал вопрос о создании новых самолетов, но на это требовалось решение властей самого высокого уровня. Эту проблему мы поднимали постоянно в течение двух десятков лет, но никаких сдвигов не происходило. Лишь в КБ О. К. Антонова велась разработка самолетов Ан-74 и Ан-28 применительно к условиям Арктики и Антарктиды, и мы с нетерпением ждали их появления. Меня и Виктора Голованова не раз направляли в это КБ для консультации, поэтому мы хорошо знали положения дел с новыми машинами. Обычно приходили вот такие телеграммы:

«Управление гражданской авиации Центра выполняет авиационное обеспечение работ в Антарктиде. Летчики управления накопили большой опыт полетов в антарктических условиях, хорошо знакомы с географическими и климатическими особенностями различных районов, условиями полетов и базирования самолетов по разным трассам. Особый интерес представляет их опыт эксплуатации самолетов в условиях Антарктиды.

В связи с дальнейшим развитием работ по изделию АН-74 прошу Вас командировать на наше предприятие летчиков управления тт. Кравченко Е. Д. и Голованова В. И., имеющих многолетний опыт полетов в Антарктиде, для ознакомления широкого круга наших сотрудников с работой авиации в Антарктиде.

Ответственный руководитель предприятия Антонов O. K.»

В составе антарктических экспедиций уже не первый год работала группа из этого КБ, которая занималась испытаниями самолетных лыж новой конструкции и новых материалов для покрытия их подошв. Эту группу часто возглавлял Ю. Б. Оскрет, хороший специалист и большой энтузиаст развития авиации.

Мы понимали, что и другие конструкторские бюро могли создавать самолеты для работы в высоких широтах. Особенно большие надежды мы возлагали на ОКБ им. С. В. Ильюшина, которое теперь уже возглавлял Генрих Васильевич Новожилов. Но для такой работы, надо полагать, требовалось правительственное решение и государственный заказ.

... Получив передышку от антарктических экспедиций, я начал заниматься инструкторской работой. Много летал по всей территории Советского Союза, готовил летчиков к поисково-съемочным полетам в Прибалтике, Молдавии, в Украине, на Северном Урале. В конце апреля меня направили в очень интересную экспедицию — нужно было выполнить протяженный рейс от Москвы через Архангельск, Мурманск по всему Крайнему Северу с проведением ледовой разведки в восточном секторе Арктики и далее по восточным окраинам Советского Союза до Владивостока. На борту находились представители Минморфлота и золотодобывающей промышленности, которые оценивали возможность продления навигации из портов Дальнего Востока на Чукотку и необходимость создания атомных ледоколов для этого региона. Эту работу мы закончили 1 мая во Владивостоке. Рейс удалось выполнить всего за 10 дней.

Конечно, после долгого перерыва было интересно побывать на Диксоне, в Хатанге, Тикси, Черском, на Мысе Шмидта, в Сеймчане, Охотске, Николаевске, Комсомольске-на-Амуре, Хабаровске. Многое изменилось в этих краях с той поры, когда я начинал здесь летать в 1960 году. Поселки разрослись, и некоторые из них стали городами. Удивительно было видеть легковые машины там, где совсем недавно использовались лишь оленьи и собачьи упряжки и редкие вездеходы. Шло интенсивное освоение этих отдаленных районов, создание новой инфраструктуры.

Но ни на один день я не забывал о создании Антарктического отряда, внимательно присматривался к летному и инженерно-техническому составу тех отрядов, что удалось посетить. И постепенно клеточки штатного расписания заполнялись конкретными фамилиями.

В это время в Антарктиде работала 26-я экспедиция и доставлял и вывозил зимовщиков «Молодежной» самолет Ил-18Д (командир А. Н. Денисов), выполнявший рейсы из Ленинграда через Одессу — Каир — Мапуту в «Молодежную» и обратно. Впервые в течение одной САЭ было выполнено четыре рейса. С 1980 года такие полеты Ил-18Д стали регулярными. Снабжение береговых станций, в том числе открытой в прошлом сезоне «Русской», осуществлялось вертолетами Ми-8. Было завезено большое количество грузов в район моря Уэдэлла, где предполагалось организовать две полевые базы «Шельф» и «Геолог». Авиационным отрядом руководил Виктор Голованов. Численность отряда составляла 119 человек. Парк авиационной техники состоял из четырех самолетов Ил-14, двух самолетов Ан-2, пяти вертолетов Ми-8. Общий налет самолетов Ил-14 достиг 1707 часов, Ан-2 — 500 часов, вертолетов Ми-8 — 1700 часов. Для обеспечения безопасности полетов по трассе «Мирный» — «Восток» снова была организована подбаза «Комсомольская», куда транспортный отряд доставил домики ПДКО и подготовил взлетно-посадочную полосу.

8-9 февраля во время аэромагнитного маршрута «Дружная» — Южный полюс — «Дружная» самолет Ил-14 (руководитель перелета В. И. Голованов, начальник рейса Е. Н. Каменев) впервые приземлился на Южном географическом полюсе. В этой экспедиции работала метеоритная группа, которая с самолета Ил-14 обследовала окрестности станций «Новолазаревская», «Молодежная», баз «Дружная-1» и «Дружная-2», ведя поиск космических скитальцев. В этой САЭ предполагалось создать полевую базу «Дружная-2». Ледовая разведка показала, что морские суда не пройдут в нужный район, поэтому было решено начать строительство базы и забросить туда грузы и ГСМ самолетом Ил-14. Тяжесть организации базы полностью легла на плечи сотрудников геологического отряда и группы метеоритчиков. 5 января начались регулярные полеты самолетов Ил-14 по два раза в сутки при наличии летной погоды, и 22 января эта база, условно названная «Геолог», была открыта. Базу «Шельф» в 107 километрах к востоку от «Геолога» открыли 22 февраля 1981 года.

Авиаторы провели огромную работу без потерь личного состава и авиатехники.

А 21 августа 1981 года, уже после отбытия авиаотряда на Родину, в Антарктиде ввели в эксплуатацию служебно-жилое здание из алюминиевых панелей для авиаторов, построенное на выходах коренных пород, общей площадью 260 квадратных метров. Наконец, мы получили свое жилье и место для лабораторий. Все бы хорошо, но осенью, когда запуржило, люди оказались оторваны от кают-компании с пищеблоком, а аварийный запас продуктов не предусматривался. С этой ситуацией пришлось столкнуться и в следующей экспедиции.

А пока Большая земля готовилась к встрече основной группы авиаотряда, которая прибывала в Таллин.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх