• Как возникло братство иоаннитов
  • Рыцари-тамплиеры
  • Какие еще существовали рыцарские ордена?
  • Какие знаки отличия стали наиболее знаменитыми
  • Что случилось с тевтонским орденом
  • Как складывалась судьба ордена иоаннитов
  • Как проходил обряд посвящения в родосские рыцари
  • Как родосский орден стал мальтийским орденом
  • Как Павел I стал Великим магистром мальтийского ордена
  • Таинственные тамплиеры
  • Как тамплиеры переезжали в Париж
  • Тамплиеры и французский король
  • Как закончилась история ордена тамплиеров
  • Как искали сокровища тамплиеров
  • Рыцарские ордена

    Как возникло братство иоаннитов

    Еще до того, как крестоносцы штурмом взяли Иерусалим, и Готфрид Бульонский принял титул заступника Гроба Господня, существовал в Святом городе странноприимный дом — «госпиталь» для бедных или заболевших пилигримов, совершавших паломничество из Европы. Чтобы открыть его, итальянские купцы из города Амальфи в 1048 году испрашивали согласия египетского халифа, которому принадлежал тогда Иерусалим. При госпитале действовал и храм Святого Иоанна Предтечи.

    Все многолюднее становился госпиталь: больше было паломников, остановившихся или лечившихся здесь, больше становилось и христиан-подвижников, служивших при госпитале и храме. Постепенно они стали называться братьями-иоаннитами — по имени Святого Иоанна Предтечи — и установили через паломников и купцов прочные связи с христианским миром Западной Европы. И когда в 1099 году рыцари-крестоносцы пошли на штурм городских стен, братья-иоанниты, как свидетельствуют древние хроники, тоже взялись за оружие и ударили мусульманам в спину.

    По этой причине и сам Готфрид Бульонский, и его преемник Балдуин I, король иерусалимский, оказывали щедрое покровительство госпиталю Святого Иоанна Предтечи, братья-иоанниты получали многие привилегии.

    Кроткие идеи помощи неимущим и больным, с которыми создавалось братство, все теснее смыкались с идеей борьбы с неверными. Стоит ли удивляться, что в конце концов одному из прованских рыцарей, обосновавшемуся в Иерусалиме, пришла идея основать особое братство — полумонашеское-полувоенное. Члены его должны были отречься от мира и носить монашеское одеяние, но вместе с тем взять на себя и необычные для монахов обязанности — защищать Святую землю от неверных с оружием в руках и иметь, кроме монашеского, рыцарское звание.

    Имя рыцаря-основателя история сохранила — Пьер Жерар. Он разработал устав, взяв за образцы уставы монашеских орденов, которых к тому времени уже немало появилось в Европе — например, бенедиктинцы, цистерцианцы. Ордена отличались один от другого принципами, на которых строилась монастырская жизнь и взаимоотношения с мирянами, а также цветом и покроем одежды.

    Свои принципы и свои одежды были определены и для членов ордена госпитальеров или, как его иначе называли, ордена иоаннитов. В 1113 году устав ордена утвердил папа римский Пасхалий II, поставив во главе его того же Пьера Жерара.

    С этого события ведет свое начало особый раздел в истории западно-европейского рыцарства — рыцарские ордена, с которыми оказались связанными многие важные события на протяжении веков.

    Каждый, кто вступал в орден иоаннитов, давал три обета — послушания, целомудрия и бедности. Члены его отрекались от всего своего имущества или в пользу наследников, или, что случалось чаще — в пользу орденской братии. Позже иоанниты получили право приобретать поместья, однако не могли завещать их кому-нибудь, кроме ордена.

    В качестве символа ордена выбран был белый восьмиконечный крест. Первоначально его нашивали на левое плечо черного плаща, причем рукава у плаща были очень узкими, что должно было символизировать отсутствие личной свободы. Позже иоанниты стали носить красные плащи с крестом, нашитым на груди.

    Орден делился на три категории — рыцари, капелланы и служащая братия. С 1155 год глава ордена стал называться Великим магистром или гроссмейстером, а также «стражем Иерусалимского гостиного дома» и «блюстителем рати Христовой». Он торжественно избирался на всю жизнь из самых знатных и доблестных рыцарей ордена.

    Великий магистр в своем высоком ранге признавался, подобно монархам, государем, властвующим Божьей милостью. После своего избрания он сообщал об этом всем европейским государям. Рыцари-иоанниты считались подданными Великого магистра и приносили ему присягу в верности. Были у главы ордена, как и у королей, символы власти — корона, «меч веры» и печать с ликом Великого магистра.

    Для решения важнейших вопросов собирался генеральный капитул. Члены его перед началом собрания передавали Великому магистру кошель с восемью динариями, что символизировало отказ рыцарей от земных благ.

    Резиденция ордена поначалу так и помещалась в госпитале Святого Иоанна в Иерусалиме. Здесь были две тысячи коек для больных и раненных в битве с неверными. Неуклонно соблюдалось правило: одежда и пища были одного качества для всех страждущих, независимо от их звания и происхождения. Был у иоаннитов и приют для подкидышей и грудных младенцев. Беднякам рыцари оказывали безвозмездную помощь, трижды в неделю устраивали для них бесплатные обеды.

    Год от года росло число членов ордена иоаннитов, в него вступал цвет европейского рыцарства. Вскоре орден стал и мощной военной силой, взяв на себя участие в войнах с неверными и охрану безоружных паломников, идущих по Святым местам. Вместе с численностью росли и влияние ордена, и его богатства. К середине XII века орден госпитальеров владел землями и в самой Палестине, и в Южной Франции.

    Рыцари-тамплиеры

    К этому времени рядом с орденом иоаннитов уже сосуществовал другой духовно-рыцарский орден — тамплиеры, рыцари Храма. Это была организация, быстро становящаяся столь же могущественной, как госпитальеры, и вдобавок для непосвященных окруженная плотной завесой таинственности.

    Похоже, что даже само создание ордена поначалу хранилось в полной тайне. Его основали в 1118 или 1119 году — даже дата точно неизвестна — девять французских рыцарей, среди которых был и некий Хуго де Пейн из Шампани. Однако девять лет они хранили о новом рыцарском братстве полное молчание — во всяком случае, о тамплиерах не сообщает в эти годы ни одна из хроник. Но известно, что в 1127 году рыцари вернулись из Святой земли на родину, где и объявили о себе.

    В следующем году орден и его устав были официально признаны на церковной Соборе, проходившем в городе Труа, центре Шампани.

    Как и у госпитальеров, резиденция храмовников была поначалу в самом Иерусалиме. Король Балдуин II отвел им место в ограде храма царя Соломона, откуда и пошло название ордена. Официально он назывался так — "Тайное рыцарство Христово и Храма Соломона. По-французски храм «tample» — поэтому и привилось по всей Европе слово «тамплиер», обозначающее — храмовник, рыцарь ордена Храма.

    Рыцари Храма выбрали своей покровительницей Кроткую Матерь Божию. Вступая в орден, они клялись «посвятить свои мечи, руки, силу и жизнь на защиту таинств христианской веры, оказывать полное повиновение Великому магистру, подвергаться опасностям моря и войны, когда будет приказано, из любви к Христу, и даже не отступать при встрече одного с тремя неверными врагами».

    Подобно госпитальерам, рыцари-храмовники давали обет послушания, целомудрия и бедности. Исторический факт: Хуго де Пейн, провозглашенный Великим магистром ордена Храма, и другой рыцарь по имени Готфрид Сент-Омер имели поначалу одну боевую лошадь на двоих. По этой причине и как символ бедности на гербе ордена изображались два рыцаря, едущих на одной лошади.

    Носили храмовники простой белый плащ с красным крестом на груди. Знамя ордена было полосатое, белое с черным, и поэтому называлось Босеан — на старофранцузском языке это слово означает пегую лошадь; на знамени были крест и надпись-девиз: «Не нам, не нам, а имени Твоему».

    Орден Храма быстро стал мощной, хорошо организованной и дисциплинированной военной организацией. В ее основе лежал принцип — «Каждый совершенно не следует собственной воле, но более заботится о том, чтобы повиноваться приказывающему». Подчинялись рыцари Храма лишь своему Великому магистру и папе римскому.

    Слава о новом рыцарском ордене, члены которого воевали с неверными, охраняли паломников и торговые караваны, искусно лечили раны, быстро разнеслась по всей Европе. Орден, исповедующий бедность, быстро стал богатеть. Каждый вступающий в него безвозмездно приносил в дар братству свое состояние. Ордену дарили земли французские и английские короли; уже к 1130 году у тамплиеров были владения во Франции, Англии, Шотландии, Фландрии, Испании, Португалии. Еще десять лет спустя к этому добавились владения в Италии, Австрии, Германии, Венгрии.

    В XII веке вместе с обширными землями, замками, крепостями тамплиеры владели верфями, портами, имели собственный мощный флот, вели торговые операции. Великие магистры, случалось, ссужали деньгами самих королей; и все больше и больше храмовники забывали о том, что устав предполагает бедность и отказ ото всех земных радостей, запрещает любые светские удовольствия и даже смех, пение.

    Вошло, увы, в обиход сравнение — «пить, как тамплиер». В боях с «неверными» рыцари Храма проявляли вероломство, особенную жестокость, вызывая ненависть мусульман. Не случайно, разгромив в 1187 году войско короля иерусалимского, Салах ад-Дин весьма милостиво обошелся со всеми пленными христианскими рыцарями, за исключением тамплиеров...

    Впрочем, и после этого поражения, потрясшего Иерусалимское королевство, орден Храма еще долго владел крупными поместьями в Святой земле и продолжал увеличивать свои богатства и славу — и добрую, и зловещую.

    Тамплиеры получали от папы римского, видевшего в ордене свою главную опору, все новые привилегии — освобождение от церковных налогов, полную независимость от местных светских и церковных властей, подсудность исключительно папской курии. Храмовники воевали с мусульманами в Святой земле, а в Европе учреждали одно командорство за другим. Они вмешивались в дела государств, выступали в роли третейских судей, разрешая конфликты между монархами, были, между прочим, первыми, кто ввел в обиход бухгалтерские документы и чеки, а вдобавок поощряли развитие наук. Многое, очень многое еще предстояло совершить ордену, в том числе и оставить загадки, на которые по сей день нет ответа.

    Какие еще существовали рыцарские ордена?

    Вместе с тем, как росло влияние и могущество госпитальеров и тамплиеров, учреждались и другие рыцарские ордена — и в Святой земле, и в других странах. Главной их задачей была та же война с «неверными». А вести ее в ту пору приходилось не только в Сирии и Палестине.

    Многовековая борьба шла в Испании, огромные территории которой еще в VIII веке были захвачены арабами, вторгшимися из Северной Африки. В 1158 году монах Раймунд де Фетеро основал полумонашеский-полувоенный рыцарский орден Калатравы. Он получил свое имя по названию крепости в Андалузии, для обороны которой и был создан. Рыцари Калатравы сыграли огромную роль в Реконкисте — отвоевании христианами захваченных земель.

    Подобно госпитальерам и тамплиерам, орден Калатравы сосредоточил в своих руках огромные богатства и владел обширными землями, однако не имел той же независимости. Звание гроссмейстеров ордена, начиная со времен Фердинанда и Изабеллы, всегда носили испанские короли. Со временем членство в ордене стало служить лишь подтверждением знатности рода, свидетельством храбрости.

    Точно такая же судьба ждала другой духовно-рыцарский испанский орден — орден Алькантары, основанный двумя годами раньше.

    Еще один духовно-рыцарский возник в XII веке и в Святой земле — немецкий «Орден дома Святой Марии Тевтонской». Начало его, как и у госпитальеров, ведется от открытого в Иерусалиме странноприимного дома для паломников из немецких земель. Правда, в первое время тевтонцы были лишь подразделением ордена госпитальеров. Но в 1199 году папа римский утвердил устав тевтонского ордена, первым Великим магистром которого стал Генрих Вальпот, а в 1221 году на тевтонцев распространились все привилегии, которыми пользовались до этого ордена госпитальеров и тамплиеров.

    Рыцари, вступающие в тевтонский орден, давали тот же обет послушания, целомудрия и бедности, символом их тоже был крест, однако, в отличие от госпитальеров и тамплиеров, среди которых были рыцари разных стран, тевтонский орден был, в основном, немецким. И стояли тевтонские рыцари на защите Гроба Господня совсем недолго в сравнении с другими орденами. Довольно скоро их внимание было перенесено в Восточную Европу. Причиной для этого стала катастрофа, постигшая другой немецкий орден.

    С 1202 года существовал духовно-рыцарский орден меченосцев. Он был создан при содействии папы римского Иннокентия III специально для того, чтобы нести христианскую веру прибалтийским народам ливов, эстов, земгалов. В основу устава меченосцев был положен устав тамплиеров; подчинялись рыцари-меченосцы папе римскому и рижскому епископу Альберту.

    В начале XIII века меченосцы захватили обширные земли в Восточной Прибалтике, треть из них была закреплена за орденом папой римским.

    Однако в 1236 году войско литовцев и земгалов разбило рыцарей при Сауле (современный Шауляй). После этого остатки ордена меченосцев объединились с тевтонским орденом. К 1283 году рыцари, захватив Пруссию, Ливонию и Курляндию, создали государство тевтонского ордена, занимающее земли от Немана до Вислы.

    Но не одни только духовно-рыцарские ордена создавались в Европе в средние века. Немало учреждалось и светских орденов. У них были разные цели — борьба с язычниками, разбойниками, врагами того или иного короля или сеньора. Эти ордена, отличавшиеся один от другого не только задачами, но и численностью, возникали, существовали какое-то время, объединялись или подчинялись иному ордену на феодальных основах и распускались, не достигнув и тени могущества и влиятельности таких орденов, как храмовники, тевтоны и госпитальеры. Однако именно от них пошел обычай носить особые знаки отличия, изготовляемые из золота и серебра, отделанные драгоценными камнями и жемчугом.

    Этим знакам отличия суждено было пережить рыцарские ордена, учредившие их, и в конце концов они сами стали называться орденами. Некоторые из них существуют и поныне, но вместе с тем появилось и великое множество новых наградных знаков, уже никак не связанных с рыцарями. Однако сама история этих высших для любой страны знаков отличия идет от далеких рыцарских времен.

    Какие знаки отличия стали наиболее знаменитыми

    Известный рыцарский орден Золотого Руна был учрежден в 1429 году Филиппом Добрым, герцогом Бургундии. Вступающие в него рыцари намеревались отправиться в крестовый поход против турок, завоевавших чуть ли не пол-Европы. Поход не состоялся, однако, как одна из высших наград, орден Золотого Руна существует и по сей день. Главой же ордена, как объединения всех лиц, отмеченных его знаком, по сей день считается король Испании. Такая традиция пошла со времен бракосочетания французского короля Филиппа IV Красивого с Жанной Арагонской.

    Существовали во Франции светские рыцарские ордена Святого Духа и Святого Михаила. В Португалии — орден Христа, В Савойе — орден Святого Маврикия и Лазаря, в Тоскане — орден Святого Стефана. Такие же названия носили и наградные знаки.

    В Англии в XIV веке был учрежден знаменитый рыцарский орден Подвязки. По этому поводу существуют две красивые легенды. Согласно одной из них, король Эдуард III начал знаменитую битву при Креси во время Столетней войны, подав знак привязанной к концу копья голубой лентой. Однако девиз ордена — «Да будет стыдно тому, кто об этом дурно подумает» — лучше согласуется с другой легендой: на одном из балов с ноги дамы, нравившейся королю, упала на пол чулочная подвязка, и Эдуард III произнес эти слова, чтобы пресечь смех придворных, тут же учредив рыцарский орден и знак его отличия.

    Орден Подвязки долгое время был одной из высших монархических наград. Строго определено было число его кавалеров и награждали им за исключительные заслуги или же первых лиц государств.

    Но между прочим, по воле Александра Дюма, орденом Подвязки, как и другими высшими орденами, награжден был граф де ла Фер, иными словами — Атос из знаменитой мушкетерской трилогии. В последней части — «Десять лет спустя» — он появляется перед кардиналом Мазарини, будучи «одет в черное платье, скромно вышитое серебром. Он носил знаки Подвязки, Золотого Руна и Святого Духа — трех высших орденов; соединенные вместе, они бывали только у королей или у артистов на сцене...»

    Кардинал Мазарини был настолько удивлен, что не мог не поинтересоваться:

    " — Кто пожаловал вам знаки Золотого Руна? Помню, что вы кавалер ордена Подвязки, но о Золотом Руне не знаю...

    — Недавно испанский король по случаю бракосочетания его величества Людовика Четырнадцатого прислал королю Карлу Второму патент на орден Золотого Руна. Карл Второй передал патент мне, вписав мое имя..."

    Кроме ордена Подвязки в Англии существовали не менее знаменитые ордена Святого Андрея и Бани. Происхождение их довольно загадочно. Легенда называет датой учреждения ордена Святого Андрея 787 год, а это, конечно, совершенно неправдоподобно. Что же касается ордена Бани, то его происхождение связывается или с обычаем омовения будущего рыцаря накануне посвящения, или, по другой легенде, отзывчивостью короля Генриха IV, который однажды прервал свое купание, чтобы принять собравшихся просителей.

    Наградные знаки рыцарских орденов, которые в конце концов сами стали называться орденами, претерпевали немалую эволюцию. Менялся материал, из которого они изготавливались, форма, рисунки на наградах. Появились степени отличия, ордена женские и мужские. И наконец стали учреждаться наградные ордена, уже не имеющие никакого отношения к рыцарству...

    Впрочем, это уже современность. Пора вернуться к истории самых могущественных и влиятельных рыцарских орденов, соперничающих с самими королями или вступающими с ними в союзы, владеющих многими замками и крепостями, сосредоточивших в своих руках и огромные богатства, и огромную власть над людьми. Сложилась их судьба по-разному.

    Что случилось с тевтонским орденом

    Тевтонскому ордену, хоть и создавшему поначалу собственное мощное государство, не повезло в Восточной Европе.

    Попытки захватить северные русские земли закончились знаменитым Ледовым побоищем в 1242 году, когда Александр Невский разбил немецкое рыцарское войско. Позже на пути ордена встало мощное Польско-Литовское государство. В 1410 году тевтонский орден потерпел страшное поражение в битве при Грюнвальде, где потерял свое знамя, сокровища и Великого магистра Ульриха фон Юнгингена.

    Правда, другому Великому магистру, Генриху фон Плауэну, удалось было вернуть ордену утраченные владения, однако польский король Казимир IV окончательно изгнал рыцарей из Мариенбурга, и у тевтонцев осталась лишь Восточная Пруссия с Кенигсбергом. В 1525 году, при последнем Великом магистре Альберте Бранденбургском орденское государство превратилось в светское герцогство Пруссию, находившееся в вассальной зависимости от Польши.

    Однако, удивляйтесь не удивляйтесь, но тевтонский орден... существует и в наши дни. Прекративший было существование в битвах с русскими, польскими, литовскими дружинами, рыцарский орден был возрожден в Австрии в 1834 году. Тевтонскую символику использовала во время Второй мировой войны германская армия — на знаменах, наградах. Но вновь, как и века назад, тевтонский крест оказался поверженным. И теперь старинный рыцарский орден существует в качестве элитного клуба-музея. Членами его состоят потомки древних аристократических родов.

    Как складывалась судьба ордена иоаннитов

    Она оказалась и более продолжительной, и гораздо более романтической, чем у тевтонского ордена. Вынужденные в 1187 году покинуть Иерусалим, главную свою резиденцию, иоанниты еще некоторое время удерживали в Сирии принадлежавшие ордену земли. В 1291 году, когда пал последний оплот крестоносцев в Святой земле, прибрежная крепость Акра, госпитальерам пришлось перебраться на остров Кипр, которым правил в то время король Гвидо Лузиньян, потомок последнего короля иерусалимского.

    Однако присутствие на острове мощной, хорошо вооруженной и совершенно независимой организации не пришлось по душе кипрскому королю. В течение нескольких лет конфликт только обострялся. В 1307 году иоанниты, занявшиеся к этому времени «морской войной» с мусульманами, оснастившие собственный флот, нападавшие на вражеские корабли, захватывая огромную добычу, решили перебраться с Кипра на остров Родос, принадлежавший Византии.

    Правда, местное греческое население, не желавшее подчиняться иоаннитам, два года продолжало вести с пришельцами упорную борьбу, но наконец Великий магистр Фалькон де Вилларет провозгласил Родос собственностью ордена.

    С этого времени к названию ордена добавилось еще одно — родосские рыцари.

    Потянулись долгие десятилетия относительно спокойной жизни. Войны гремели где-то вдали от Родоса, здесь же, казалось, ничто не менялось.

    Орден продолжал богатеть, как за счет доходов со своих земельных владений в Европе, так и в результате морских сражений с «неверными» и с пиратами, которых во все века было на Средиземном море великое множество. И продолжал свято соблюдать уставные традиции, сложившиеся еще при основании ордена. Причем для желающих стать членами родосского рыцарского ордена условия становились все более жесткими.

    С самого основания ордена от его будущего члена требовались доказательства благородного происхождения, однако поначалу не нужно было представлять подробных родословных. Но когда рыцари стали вступать в неравные браки, что случалось все чаще, от принимаемых в орден стали требовать сведения не только об отце и матери, но и двух других восходящих поколениях, которые должны были принадлежать к древней знати и по фамилии, и по гербу.

    В рыцари родосского ордена не принимались те, чьи родители были банкирами или занимались торговлей, хотя бы и имели рыцарские гербы. Полностью закрыт был путь тем, в чьем роду, пусть и в самом отдаленном колене, были евреи. Впрочем, в виде исключения Великий магистр мог даровать кому-либо звание родосского рыцаря по своему усмотрению, но даже эти возможные исключения были строго оговорены правилами, через которые и глава ордена не мог переступить.

    Вступить в орден в качестве не рыцаря, а обыкновенного воина, было проще, но и здесь требовались свидетельства о том, что отец и дед не были рабами и не промышляли каким-нибудь художеством или ремеслом.

    Но даже в том случае, когда все свидетельства оказывались в должном порядке, будущим родосским рыцарям предстояли предварительные испытания. Они должны были подтвердить свое воинское искусство и совершить по крайней мере пять «караванов». Под этим словом подразумевались плавания на судах ордена с 1 января по 1 июля или с 1 июля по 1 января, так что в общей сложности будущий рыцарь должен был проплавать в море не менее двух с половиной лет.

    Тот, кто проходил это испытание, считавшееся искусом, должен был принести обеты послушания, целомудрия и бедности, обет искоренять «магометанское исчадие» и положить жизнь за Иисуса Христа, за знамение животворящего креста и за своих друзей, то есть за тех, кто исповедует христианскую веру. Следуя обету целомудрия, родосский рыцарь не только не мог быть женат, но даже не мог держать в своем доме родственницы или невольницы моложе пятидесяти лет.

    Как проходил обряд посвящения в родосские рыцари

    История сохранила для нас подробное описание такой торжественной церемонии.

    Рыцарь, которого принимали в орден, приходил в церковь в широкой неподпоясанной одежде, которая символизировала полную свободу, которой он пользовался прежде. Он становился на колени, и ему вручали зажженную свечу, задавая вопрос: «Обещает ли он иметь особое попечение о вдовах, сиротах, беспомощных и обо всех бедных и скорбящих?»

    Когда на это давался утвердительный ответ, будущему члену родосского ордена вручали обнаженный меч, которым он должен был защищать бедных и сирот и поражать врагов веры. Затем тот, кто принимал в орден, трижды ударял посвящаемого по плечу своим обнаженным мечом, говоря при этом, что такой удар мечом должен быть для рыцаря последним.

    После этого обряда служилась торжественная обедня, но и после нее церемония продолжалась. Вступающий в орден отвечал на вопросы: хочет ли он повиноваться тому, кто будет поставлен ним от имени Великого магистра? Не сочетался ли он браком с какой-либо женщиной? Не состоит ли поручителем по какому-нибудь долгу и не имеет ли сам долгов?

    Ответив на все вопросы, принимаемый клал правую руку на молитвенник и клялся свято блюсти верность ордену. В знак послушания, по приказу того, кто принимал в орден, будущий родосский рыцарь относил молитвенник к алтарю и приносил обратно. Затем он он должен был прочитать вслух сто пятьдесят раз подряд «Отче наш».

    Но и этим обряд еще не заканчивался: будущему родосскому рыцарю показывали ярмо, бич, копье, гвоздь, столб и крест; при этом принимающий говорил о том, какое значение эти предметы имели при страданиях Христа, и что об этих предметах надлежит вспоминать как можно чаще. На шею вступающему одевали ярмо, как знак полной неволи, который он должен носить с покорностью. И наконец родосские рыцари помогали новичку одеть орденское одеяние и каждый троекратно целовал его, как своего нового брата.

    Орденской одежде по-прежнему придавалось очень важное значение, никто не мог носить ее, кроме членов ордена. Правда, она могла быть предоставлена королям и тем из знатнейших сеньоров, которые жертвовали в казну ордена крупную сумму золотом.

    Одним из правил, которым следовали с первых лет существования ордена, было общежитие. Живя все вместе, рыцари составляли «конвент». Однако с течением времени здесь была принята оговорка: от рыцаря требовалось, чтобы он провел в конвенте только пять лет, причем независимо как — все пять лет сразу или же в общей сложности.

    Существовали и правила для общего рыцарского стола — в день рыцарю полагалось не меньше фунта мяса, один графин хорошего вина и шесть хлебов. В постные дни мясо заменялось рыбой и яйцами...

    Как родосский орден стал мальтийским орденом

    Однако хоть и продолжалась на острове Родос из десятилетие в десятилетие одна и та же устоявшаяся, размеренная жизнь, на побережье Средиземного моря происходили важные события и большие перемены. Рано или поздно они неминуемо должны были коснуться ордена родосских рыцарей.

    К середине XY века огромные пространства были завоеваны турками-османами. В 1453 году они захватили Константинополь, вскоре Византийская империя перестала существовать. Под властью Османской империи оказались и Малая Азия, и Греция. Было очевидно, что неминуемо нападение и на остров Родос...

    Однако в 1480 году рыцари выдержали осаду и отбили нападение. В течение еще сорока с лишним лет орден владел островом и мешал турецкому султану быть полновластным владыкой на Средиземном море.

    В 1522 году на остров последовало новое нападение. Теперь турки бросили на борьбу с орденом 200-тысячную армию, Родос блокировали со всех сторон 700 кораблей. Но рыцари сумели продержаться целых три месяца, пока наконец Великий магистр Вилье де Лилль Адан не вручил свой меч султану, признавая поражение.

    В знак уважения и восхищения проявленной рыцарями отвагой, султан даровал побежденным свободу, потребовав тем не менее оставить Родос.

    Но к этому времени у ордена мало оставалось земель в Европе. Пришлось обосноваться на острове Мальта, который даровал Великому магистру император Священной Римской Империи Карл V. Теперь у ордена появилось еще одно название — мальтийские рыцари.

    Так была открыта новая — и далеко не последняя — страница в причудливой истории рыцарского братства, существовавшего уже почти полтысячи лет.

    Остров Мальта лежит почти в самом центре Средиземного моря. Орден построил на нем мощные крепости и береговые укрепления. Коренное население поставляло рыцарям матросов и солдат. Захваченные в морских сражениях и сухопутных походах пленники становились рабами на галерах. Корабли рыцарей мальтийского ордена с исключительной удачей нападали на турецкие суда, совершали набеги на африканское побережье, во владения тунисских и алжирских беев. Орден принимал самое деятельное участие и в борьбе христиан с арабами на Пиренейском полуострове.

    Мальтийские рыцари доставляли столько беспокойства турецкому султану, что он решил покончить с орденом раз и навсегда. В мае 1565 года к острову подошли 200 турецких кораблей с огромным числом солдат. Противостояли им только 600 мальтийских рыцарей и семь тысяч простых воинов, возглавляемых Великим магистром Жаном де ла Валеттом, которому было уже 70 лет. Однако мальтийский орден отбил все атаки, продолжавшиеся четыре месяца, и вынудил турецких военачальников в конце концов снять осаду.

    Ла-Валетта — так и по сей день по имени Великого магистра рыцарского ордена называется столица островного государства Мальта. Здесь, в музее, теперь хранится коллекция рыцарских доспехов, считающаяся лучшей в мире, их больше шести тысяч...

    А самому ордену пришлось все же с течением времени оставить и Мальту, как прежде оставили они Родос. Правда, владели рыцари Мальтой еще чуть ли не два с половиной века после того, как отбили турецкое нападение.

    Как Павел I стал Великим магистром мальтийского ордена

    Конечно, в XVI или XVII веке уже не носили доспехов и сражались не мечами, а более легким оружием. Но флот мальтийского ордена оставался по-прежнему мощной силой; он был бичом для Османской империи, и с ним приходилось считаться другим государствам. Союза с мальтийским орденом искали многие страны, в том числе и Россия.

    Первым из русских послов на Мальте побывал при Петре 1 Б.П.Шереметев. с почетом принятый в Ла-Валетте. В дальнейшем Россия и Мальта регулярно обменивались посланиями по поводу вступления на российский престол императоров и императриц или избрания очередных Великих магистров ордена. Екатерина 11 посылала на Мальту российских офицеров для морской практики на кораблях ордена. Однако особенно тесные отношения мальтийского ордена и России завязались при Павле I.

    После французской революции в конце XVIII века многое изменилось в жизни мальтийского ордена. Орден почти полностью утратил последние европейские владения, а находились они, в основном, во Франции. Даже парижский замок Тампль, перешедший мальтийским рыцарям от храмовников, больше им не принадлежал.

    Революционные идеи проникли к тому же и на сам остров, коренное население откровенно выказывало недовольство тем, что Мальтой вот уже столько веков владеет дряхлеющий рыцарский орден. Даже среди самих рыцарей появились разделяющие революционные убеждения.

    И наконец, орден ожидал еще один, самый страшный удар: в 1798 году, по пути в Египет, к Мальте подошел флот Наполеона. Орден, слывший до этого непобедимым, сдался в течение одного дня. Многие из коренных мальтийцев, служившие на острове солдатами и матросами, изъявили желание пополнить французскую армию и отправиться с Наполеоном в египетский поход. Великому магистру и всем рыцарям победитель предписал покинуть Мальту.

    Новый приют орден нашел ни где-нибудь, а в столице России Санкт-Петербурге. Уже за год до наполеоновского вторжения у мальтийцев был в русской столице Великий приорат, они получили от Павла I великолепный дворец на Садовой улице, большие денежные средства.

    Увлекающийся русский император был большим поклонником мальтийского ордена и его давних рыцарских традиций. В цвета мальтийских рыцарей он одевал даже своих лакеев. Когда орден изгнали с острова, его капитул был перенесен в Санкт-Петербург, а сам русский император избран Великим магистром, поскольку прежний глава мальтийцев подписал акт об отречении. После своего избрания Павел даже ввел мальтийский рыцарский крест в государственный герб России.

    Мальтийский орден, казалось бы, завоевывал в России все более прочные позиции. Это был еще один затейливый и необычный виток в долгой его истории. Новый Великий магистр-император щедро награждал орденскими знаками русских офицеров, становившихся таким образом членами ордена. В числе первых русских рыцарей мальтийского ордена был А.В.Суворов.

    Однако, как вскоре выяснилось, Мальту орден потерял навсегда. В 1800 году его захватила Англия и не собиралась возвращать прежним владельцам. А вскоре, со смертью Павла I в 1801 году, стали рваться и те нити, что связывали мальтийский орден с Россией.

    Александр I, сменивший прежнего императора на престоле, не пожелал сменить его и на оставшемся вакантном месте Великого магистра. Правда, поначалу он провозгласил себя покровителем ордена, но через два года сложил с себя эту обязанность. Знак ордена был убран из русского герба еще в 1801 году. В 1811 году отошел к казне дом, которым владел в Петербурге орден, а дела его сдали в архив.

    Потеряны были и последние остатки владений ордена в других странах; эти страны спешно захватывали их, не заботясь уже ни о каких формальностях. В конце концов резиденция могущественного некогда рыцарского братства, с которым считались короли и императоры, и полностью утратившего свое значение, обосновалась в Риме, поближе к папскому престолу.

    Но, несмотря на все превратности судьбы, орден госпитальеров, называющихся также иоаннитами, а также родосскими или мальтийскими рыцарями, существует, подобно тевтонскому ордену, и по сегодняшний день. Отделения его есть в Англии, Германии, Швейцарии, действуют музеи ордена. Членами состоят несколько тысяч человек, преимущественно потомственных аристократов. Однако с 1961 года в него могут вступать и лица незнатного происхождения. Нетрудно подсчитать: ни много ни мало — почти девять веков живет рыцарский орден, основанный раньше всех других.

    Таинственные тамплиеры

    Третий из самых могущественных рыцарских орденов — рыцарей Храма, называющихся также тамплиерами, хоть и начинал свою историю в тех же песках Палестины после первого крестового похода, прошел совсем особый путь.

    Не стали рыцари-храмовники создавать собственного государства на чьей-нибудь земле, как тевтонцы — они и так владели громадными наделами чуть ли не во всех странах Европы.

    Не стали они искать счастья на морских дорогах, как мальтийские рыцари, сменившие боевого коня на парусный корабль, хоть и у ордена Храма был собственный огромный флот.

    Деятельность ордена и жизнь его рыцарей была таинственной, скрытой от глаз. В резиденции ордена Храма — а командорства его были в Иерусалиме, Триполи, Антиохии, на Кипре, на Сицилии, в Португалии, Кастилии, Леоне, Арагоне, Франции, Нидерландах, Германии, Италии, Англии, — впускали немногих. От любопытных глаз надежно закрывали мощные стены и рвы пресепторий — так назывались центры ордена в каждом из командорств. И по всему свету ползли слухи о роскоши и расточительности храмовников, о таинственных церемониях, совершавшихся в орденских замках.

    Говорили, что тот из членов ордена, кто выдаст его тайны посторонним, хотя бы и ненароком, обречен закончить свою жизнь в страшных подземельях. Говорили, что во время церемоний в главной орденской церкви, Великий магистр торжественно отрекается не только от власти папы римского, но и от самого Иисуса Христа. Что истинным своим богом храмовники считают некоего Бафомета, перед идолом которого пьют вино, смешанное с пеплом сожженных покойников.

    А еще ходили слухи, что в своих церквях храмовники плюют на распятие, поют перед иконами непристойные песни, что знают рыцари Храма таинственные знаки, с помощью которых вызывают покойников с того света, что заколдовывают спрятанные сокровища так, что никто не может найти, кроме их самих.

    Орден стал настолько могуществен и богат, что перед ним трепетали короли. Покои замков тамплиеров были роскошнее, чем в королевских дворцах. Не случайно же английские короли, если случалось им наведываться в Париж, останавливались вместе со всей своей свитой не в королевском замке-дворце Лувре, а в Тампле — парижской резиденции ордена.

    «Тайное рыцарство Христово и Храма Соломона» было, в отличие от тевтонского феодального образования, государством во всех государствах. «Говорят, что владения их, как по эту, так и по ту сторону моря, — сообщает хроника XII века, — до того велики, что нет уже в христианском мире области, которая не отдавала бы части своих владений упомянутым братьям».

    Число братьев-рыцарей тоже быстро росло. К концу XII века орден Храма насчитывал тридцать тысяч членов, по большей части французов. По тем временам это было огромное войско, с ним можно было покорять страны.

    Многих и многих привлекал к себе орден, хоть и приходилось вступающим в него давать обеты послушания, бедности и целомудрия.

    Безземельные рыцари находили в нем опору на всю жизнь, безбедное существование. Знатные сеньоры — защиту от любых могущественных врагов, в том числе и от собственных государей. Но немало вступало в орден, что греха таить, алчных, забывших все святое и готовых творить любые жестокости людей. Их привлекала одна из главных заповедей тамплиеров: «Никакое преступление, совершенное на пользу ордену, не считается грехом».

    И стоит ли удивляться, что были на счету тамплиеров такие подвиги, как набеги на соседей и даже разбой на дорогах. С «неверными», которые были, согласно самому первоначальному назначению ордена смертельными врагами храмовников, случалось вступать им в союзы, направленные против своих же братьев-христиан...

    Настало время, и «Тайному рыцарству Христову и Храма Соломона» пришлось, как и госпитальерам, навсегда покинуть Святую землю. Оба ордена обосновались на острове Кипр. Еще несколько лет пути обоих рыцарских братств шли рядом и наконец разошлись навсегда: госпитальеры, оставив в 1307 году Кипр, завоевали остров Родос, а тамплиеры, сохранив на Кипре и земли и замки, на год раньше перенесли свою главную резиденцию в Париж.

    Как тамплиеры переезжали в Париж

    В столице французского королевства ордену уже несколько десятков лет принадлежал замок Тампль, считавшийся полностью неприступным. Его стены и семь башен, окруженные глубоким рвом, были выложены из огромных каменных глыб. Окованный железом подъемный мост вел только к одной из башен. Ворота открывались и закрывались с помощью хитроумной системы рычагов, с которой не справился бы непосвященный.

    Во дворе, вдоль стен, тянулись жилые помещения, службы, конюшни. В Тампле могло укрыться целое рыцарское войско с оруженосцами, слугами, пажами, конюхами, оружейниками. Высоко над стенами поднимался донжон, толщина его стен достигала восьми метров. В нем и помещалась резиденция Великого магистра; попасть в нее можно было лишь еще по одному подъемному мосту, ведущему с крыши одного из зданий внутри двора к дверям в стене донжона, поднятым высоко над землей.

    Местом заседаний капитула ордена тамплиеров служила церковь с мощными стенами и крошечными окнами. Две колокольни у входа походили на крепостные башни и тоже были способны выдержать осаду.

    В восточной части церкви был алтарь, окруженный статуями святых, а за ним — дубовая скамья, формой напоминающая подкову. На ней располагались во время своих заседаний члены капитула во главе с Великим магистром. Что на них обсуждалось, какие выносились решения, не ведомо было никому.

    Сам переезд Великого магистра, а им был в 1306 году француз Жак де Молэ, и капитула ордена с Кипра в Париж, стал огромным событием и величественным зрелищем. Тысячи парижан, вышедшие на улицы, смотрели на Жака де Молэ в белом плаще с красным крестом на плече. Несмотря на свои шестьдесят с лишним лет, глава ордена, как описывают очевидцы, твердо держался в седле и был крепок. В таких же плащах за ним въезжали в Париж шестьдесят рыцарей — членов капитула.

    Шествие продолжали десятки рыцарей, еще не удостоенных самых высоких степеней, но блиставших дорогим вооружением, сработанным лучшими мастерами Европы и Востока. Далее тянулись бесконечные повозки с дубовыми сундуками, окованными железом, и кожаными тюками, сопровождаемые сильной охраной. В сундуках было золото ордена, в кожаных тюках — серебро.

    И наконец замыкали шествие монахи в черном, а лошади, убранные черными попонами, везли черный катафалк с просмоленным гробом, рыцарским шлемом и щитом, на котором был родовой герб графов де Боже.

    Гийом де Боже был предшественником Жака де Молэ на месте Великого магистра ордена. Новый глава храмовников намеревался предать его прах земле, перевезя с Кипра, в церкви Тампля, новой резиденции ордена, чтобы потом, в назначенный срок, самому лечь с графом де Боже рядом, и ждать следующего Великого магистра...

    Пышным, торжественным, был въезд высших братьев-рыцарей в Париж. Сам король Филипп IV Красивый встречал Великого магистра Жака де Молэ. Но встреча двух этих людей имела еще один, особый смысл: главу могущественного рыцарского ордена встречал не только французский король — самый большой должник ордена встречал своего кредитора. И приветствуя рыцарей Храма, король Франции строил очень далеко идущие планы.

    Тамплиеры и французский король

    Если бы в самом деле владели храмовники мистическими знаниями, как приписывала им молва, если б умели читать в прошлом и будущем, вряд ли Жак де Молэ укрепился в мысли перенести резиденцию ордена именно в Париж.

    Король Филипп IV Красивый, без конца ведущий войны, чтобы раздвигать границы своих владений, всегда нуждался в деньгах. Приходилось то и дело увеличивать подати или же пускаться в сомнительные аферы.

    На парижском монетном дворе в глубокой тайне обтачивали золотые монеты, уменьшая их вес, а из опилок чеканили новые. Из сотни монет получали сто десять — сто пятнадцать. Но и этого не хватало, король вынужден был одалживать огромные суммы под проценты.

    Однако расплачивался король с кредиторами весьма своеобразно. Задолжав ломбардским ростовщикам, он заточил их в тюрьму, когда подошел срок уплаты. Позже Филипп Красивый взял кредит у еврейских банкиров, а вместо возврата долга издал указ об изгнании евреев из Франции с конфискацией их имущества...

    Долг французского короля ордену храмовников, нарастая с годами, достиг в конце концов астрономической цифры. Должник уже никогда не смог бы расплатиться с кредитором. Нужно было или полностью покориться ордену, или, как это уже случалось королю, уничтожить кредитора.

    Но орден братьев-рыцарей с многочисленным войском, испытанным в боях, с огромными земельными наделами, крепостями, с собственным флотом и своими портами, подчиняющийся одному только папе римскому, казался неуязвимым. Вступить с ним в открытую борьбу не решился бы не один из европейских государей. Король Филипп искал другой путь. Тайную войну с орденом он повел задолго до переезда Жака де Молэ в Париж.

    Прежде всего король... сменил на Святом престоле папу римского. Бонифаций VIII был врагом Филиппа IV и покровительствовал ордену, видя в нем свою опору. Король начал войну с тамплиерами именно с действий против папы. Первым делом Филипп IV приказал обложить налогом в свою пользу церковные земли во Франции. Папа отказался платить, полагая, что церковные налоги должны поступать только в Рим. Тогда король запретил вывозить из страны золото и серебро, и папа перестал получать деньги из Франции, хотя они составляли немалый доход Святого престола.

    Конфликт разрешился тем, что преклонных лет Бонифаций VIII умер в самый подходящий для французского короля момент. Через десять дней, как полагалось, в Соборе Святого Петра в Риме собрался конклав кардиналов, чтобы избрать нового папу.

    Но длился он... одиннадцать месяцев, в течении которых христианская Церковь была лишена своего главы. Король постарался подкупить всех кардиналов, чтобы папой был избран тот, кто ему угоден. Кардиналы долго торговались с агентами короля, но в конце концов выборы кончились тем, что новым папой стал ставленник короля Филиппа Климент V.

    Еще задолго до избрания, но веря в успех, будущий папа заранее дал Филиппу IV письменное обещание запретить «Тайное рыцарство Христово и Храма Соломона».

    Но, видно, и новый папа строил свою игру, в которой надеялся использовать орден в своих целях. Во всяком случае, когда Жак де Молэ принял решение обосноваться в Париже, раз уж храмовникам становилось тесно рядом с госпитальерами и кипрским королем Лузиньяном, Климент Y осторожно намекнул Великому магистру в письме, что не следовало бы перевозить во Францию казну ордена...

    И все же слишком сильным, независимым ни от кого на свете, в том числе и от папы римского, чувствовало себя в ту пору братство тамплиеров. Казна ордена, как и сама резиденция, обосновалась в Париже. Великий магистр, несомненно, был уверен в своей полной власти над королем — по преданию он даже показал ему как-то сокровищницу тамплиеров. И словно бы для того, чтобы лишний раз продемонстрировать королю, как велика сила ордена, именно храмовники укрыли короля за неприступными стенами замка Тампль, когда вспыхнуло в Париже грозное народное восстание, которое королевским войскам не удалось быстро усмирить...

    Было это в том же 1306 году, когда Жак де Молэ переехал в Париж. А год спустя, в октябре 1307 года, полностью усыпив подозрительность рыцарей Храма, король повелел арестовать Великого магистра и еще нескольких братьев, стоящих на самых высоких ступенях иерархической лестницы ордена, в том числе, разумеется, и Великого казначея.

    Как закончилась история ордена тамплиеров

    Взяты были под стражу и все другие рыцари-храмовники, находившиеся в Париже. Приказы захватить тамплиеров, их дома и имущество, были разосланы по всему королевству. Все братство, включая Великого магистра, обвинялось в ереси, отказе от христианской веры, поклонении идолам.

    «Мы, которые поставлены Богом на страже справедливости и свободы, — говорилось в королевском эдикте, — зрело обсудив с прелатами и баронами и другими советниками, приказали арестовать всех членов ордена в нашем королевстве; всех, без исключения, предать суду церкви, а их движимое и недвижимое имущество конфисковать и передать в наши руки».

    Удар был настолько неожиданным и точно рассчитанным, настолько казался тамплиерам невероятным, что они не оказали ровным счетом никакого сопротивления. В темницах, с пытками, начались долгие допросы нескольких тысяч храмовников.

    Некоторые из них, не выдержав истязаний, сознавались в ереси, — тем более, что судьи заранее позаботились найти свидетелей тайных обрядов топтания креста и поклонения идолам. Другие уморили себя голодом, ни в чем не признаваясь.

    Позже начались казни: время от времени по приказу короля рыцарей небольшими группами сжигали на кострах в самом Париже или других городах королевства. Не дожидаясь конца следствия, папа римский Климент V объявил о роспуске ордена и о его запрете по всему христианскому миру.

    Великий магистр ордена Жак де Молэ провел в темнице пять с половиной лет, подвергаясь изощренным пыткам. Наконец настал день, когда он, босой, в желтом колпаке еретика, в последний раз прошел по Парижу, сопровождаемый стражей и монахами. На одном из островков Сены уже был разложен костер. Смотреть на казнь приехал французский король Филипп IV Красивый, самый большой должник ордена тамплиеров.

    Великого магистра рыцарского братства сожгли на костре 18 марта 1313 года. Последними его словами были проклятия — королю Франции Филиппу, папе римскому Клименту V и Гийому де Ногарэ, военачальнику, арестовавшего Великого магистра и лично пытавшего его. Проклятие оказалось пророческим: в течение года один за другим умерли все трое...

    Но и сам орден храмовников перестал существовать. Переходили к короне их замки и земли, конфисковывались корабли. Многое из имущества тамплиеров передавалось госпитальерам, вечным соперникам; отошел к ним и сам замок Тампль в Париже. Века спустя вновь вспомнили о страшном проклятии Великого магистра — именно в бывшей резиденции ордена провел ночь перед казнью последний французский король Людовик XVI...

    Только в Испании и Португалии, боровшимися с арабами, монархи не дали тамплиеров в обиду: братья-рыцари нужны были им как мощная союзная военная сила. Правда, чтобы формально выполнить все же запрет папы римского, учреждены были новые рыцарские ордена, которым переходили и имущество храмовников, и они сами. Нетронутыми остались владения храмовников, сохранившиеся на острове Кипр.

    Немногое осталось от ордена, некогда могущественного и влиятельного, не уступающего самим королям...

    Зато остались загадки, на которые не нашлось ответа. И надо сказать, они и по сей день волнуют воображение многих людей.

    Загадочны сами верования храмовников, есть даже специальные исследования на этот счет — и достаточно научные, и полные мистики. Выдвинуты, например, предположения: что же, все-таки, олицетворял собой идол Бафомет, которому будто бы поклонялись рыцари Храма — вполне возможно, что в верованиях рыцарей, традиции и атрибуты которых они создавали десятилетиями, причудливым образом смешались ненависть к «неверным» и... к самому папе римскому.

    Ведь ни что не ценили храмовники столь высоко, как абсолютную независимость и власть над всем и всеми. Настолько они уверовали в свое могущество, что как раз по этой причине и были разгромлены так легко и быстро. Словом, предполагают что в имени Бафомета причудливо смешались имена пророка Магомета и титул папы римского. А то, что считали себя рыцари совершенно неподвластными папе, подтверждает одна из формул ордена — посвященный его член назывался «Другом Господа и мог Говорить с Господом, если хотел». Иными словами, не нуждался тамплиер для общения со Всевышним в посредничестве папы и христианской Церкви...

    Но помимо мистики и теологии, есть у храмовников загадки и более материального плана.

    Как искали сокровища тамплиеров

    Дело в том, что после конфискации имущества ордена, сокровищ найдено было гораздо меньше, чем на то рассчитывал Филипп IV. Не обнаружились и архивы ордена, а ведь должны они были хранить немалые тайны. И за многие века, начиная с 1307 года, не переводились желающие найти и казну ордена, и его архив.

    Иной раз казалось, что тайна вот-вот будет раскрыта. В 1745 году некий немецкий архивариус опубликовал найденный им документ. В нем утверждалось, что Жак де Молэ передал перед смертью юному графу Гишару де Божэ следующее письмо:

    «В могиле твоего дяди Великого магистра де Божэ нет его останков. В ней находятся тайные архивы ордена. Вместе с архивами хранятся реликвии: корона иерусалимских царей и четыре золотые фигуры евангелистов, которые украшали Гроб Христа в Иерусалиме и не достались мусульманам. Остальные драгоценности находятся внутри двух колонн, против входа в подземный этаж церкви. Капители этих колонн вращаются вокруг своей оси и открывают отверстие тайников».

    Известно, что молодой граф де Боже и в самом деле получил королевское разрешение вывезти из Тампля прах своего родственника. К тому же сообщение архивариуса косвенным образом подтвердилось: одна из колонн церкви в самом деле оказалась полой и пустой. Но если были там в действительности сокровища ордена и его архив, какая судьба ожидала их в дальнейшем?

    Поиски велись во многих французских замках и в замке храмовников Лимасол на Кипре. Что же касается родового замка де Боже, то во время французской революции он вообще был разобран по камешку, а земля под ним перекопана. Нигде не нашлось ни сокровищ, ни архива...

    Обнаружатся ли они когда-нибудь? Ведь теперь для историков архивы ордена, пожалуй, не менее драгоценны, чем все собранные за века тамплиерами сокровища...

    О том же, что ученые и по сей день не теряют надежды, свидетельствует гипотеза, выдвинутая не так давно французским исследователем Жаном де Майе. Она хоть и кажется на первый взгляд неожиданной и неправдоподобной, однако все звенья ее выстраиваются довольно стройной цепочкой.

    Ученый обратил внимание на одну странность, связанную с орденом Храма. Дело в том, что был он настолько могуществен, что и свою собственную монету чеканил. Однако почему-то не из золота, как все другие, кто имел на это право, а из серебра...

    Еще одна странность: среди тех морских портов, которыми владели тамплиеры, есть один — Ла-Рошель, — назначение которого не очень понятно: лежит он в стороне от всех торговых морских путей того времени. А между тем крепость-порт Ла-Рошель защищали сильные стены, вели туда семь дорог из разных мест Франции.

    А вдобавок к этим странностям нашлось в одном из протоколов допросов тамплиеров после разгрома ордена любопытное свидетельство: рыцарь Жан де Шалон утверждал, что в ночь накануне арестов выехали из Парижа три крытые повозки, сопровождаемые сильным конвоем. Груз должен был прибыть в один из портов, принадлежавших ордену, где его дожидались корабли...

    Сопоставляя все эти факты, французский ученый и предположил: задолго до Колумба... тамплиеры плавали в Америку, и именно для этой цели служил им порт Ла-Рошель. В повозках же, вывезенных из Парижа, находились сокровища и архив ордена, так как все-таки заподозрил в самый последний момент Великий магистр недоброе.

    Подтверждения? Есть и они. Напомним, что монеты храмовники чеканили из серебра, а оно хлынуло в Европу большим потоком именно из Америки и только после того, как корабли европейцев регулярно стали плавать через океан.

    Другое подтверждение нашлось в Национальном архиве Франции: одна из древних грамот скреплена печатью ордена, на котором можно рассмотреть... изображение человека в уборе из перьев, какие носят индейцы.

    В принципе ничего нет невероятного в том, что корабли храмовников способны были плавать в Америку, — ведь викинги отправлялись туда на гораздо менее совершенных кораблях за века до основания ордена. Именно на судах храмовников, между прочим, впервые в Европе появился компас, служили братьям-рыцарям искусные мореходы. А если храмовники и в самом деле нашли путь в Новый Свет, вряд ли стали бы афишировать такое открытие — ведь загадочность, таинственность составляли самую суть ордена.

    Так что, может быть, в Новом Свете и найдутся когда-нибудь сокровища и архив ордена, если только удалось доставить их в целости по назначению?..

    ...Есть еще один примечательный факт, косвенным образом подтверждающий гипотезу французского ученого. Отправляясь в свое первое знаменитое плавание, Христофор Колумб выбрал такой флаг: белое полотнище с красным крестом. Точь-в-точь таким же был цвет плащей рыцарей Храма, и такой же формы носили они крест...









    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх