Загрузка...



Глава 11 КУКЛА СУДЬБЫ

Даже и не знаю, можно ли содержание предыдущей главы рассматривать как совокупность доказательств. Уж больно рискованное предположение я выдвинул, чтобы вот так, с ходу, принять даже самые убедительные свидетельства. Придется нам пока временно отложить сенсационные выводы и еще раз все проверить. Только уже под несколько другим углом зрения.

Леонардо мог работать по 24 часа в сутки.

До сих пор мы обсуждали исключительно врожденные качества Леонардо да Винчи. Теперь попробуем положить под увеличительное стекло истины его характер, увлечения и то, что теперь называется «активный отдых». То есть мы, конечно, уже поняли, что этот человек работал как заводной заяц 24 часа в сутки. Но невозможно предположить, что он никогда не отдыхал и не развлекался.

У Леонардо совершенно не было никакой личной жизни.

Есть и еще один покров тайны, который, если его сорвать, значительно упростил бы наше расследование. Правда, весьма косвенным образом. Дело в том, что человек, решивший поинтересоваться, как у Леонардо да Винчи обстояли дела в такой важной части любой человеческой судьбы, как личная жизнь, наличие любимого человека и, наконец, семья и дети (пусть и внебрачные), столкнется с гулкой и почти абсолютной пустотой.

Нелицеприятная история, произошедшая с молодым Леонардо еще на родине в Тоскане и изрядно подмочившая в веках его репутацию, это конечно, весомый довод в пользу политики замалчивания этой части жизни гения, но свидетельства, скажем так, нетрадиционной ориентации полностью скрыть довольно трудно. Каковую доктрину, между прочим, подтверждает все-таки всплывшая история с несостоявшимся судом. А так получается, что это сомнительной достоверности обвинение чуть и не единственное документальное свидетельство хоть какой-то личной жизни да Винчи. Вот это положение вещей и позволило гей-движению в современном мире возвести этого гениального человека в ранг своей иконы. Вот, мол, какие люди «с нами». Смешно, ей-богу.

Современное гей-движение не вполне оправданно возвело Леонардо в ранг своей иконы.

А также было бы неплохо попытаться прояснить и еще один момент, который почему-то очень редко вызывает вопросы у людей, которых интересует наследие личности Леонардо да Винчи, что странно, потому что момент этот очень важен и может пролить изрядно света на столь противоречивую натуру. К тому же в нашем случае он послужит проводником для дальнейшего продвижения по дороге правды. Речь идет о степени религиозности да Винчи, если таковая вообще была ему свойственна. И именно история отношений гения с наиболее «идеологически сильной» организацией того времени и поведет нас за собой в дальнейшем расследовании.

Что касается досуга и развлечений, то тут тоже свидетельств не так и много. Но я начну с того, которое искренне меня порадовало, повеселило и дало при всей своей незначительности весьма яркое представление о том, какое у этого необычного человека было необычное чувство юмора. Уступаю местно на страницах этой книги Джороджо Вазари. Вот у кого с юмором, судя по всему, были проблемы.

Он прикрепил к ящерице, найденной садовником, работавшим в Бельведерском винограднике, и которая имела очень странный вид, крылья, наполненные ртутью. Когда ящерица двигалась, ее крылья на ходу трепетали. Он приделал ей так же глаза, рога и бороду, после чего приручил ее и держал в коробке. Все друзья, которым он показывал ее, пугались и от страха убегали.

Отлично написано. Я очень живо представил себе эту картину! Хохочущий Леонардо и в панике отступающие к дверям почтенные его посетители. С воображением у да Винчи явно все было в порядке. Современные создали фильмов ужасов по сравнению с ним убогие копировщики чужих идей.

Все остальное, что мне удалось раскопать в связи с «досугом» великого человека, уже не так смешно, но весьма и весьма нетривиально. Призовем на помощь Вазари:

В одной комнате он устанавливал кузнечные меха и прикреплял к ним с одного конца кишки животных. Надувая их посредством мехов, он наполнял ими всю комнату, которая была очень велика. Тем людям, которые были в комнате, приходилось при этом забиваться в угол. Он показывал этим людям, как прозрачные и полные воздуха кишки, занимавшие прежде очень мало места, становились огромными, утверждая, что так бывает и с человеческими дарованиями.

…В Риме он приготовлял восковую пасту, из нее он делал во время прогулок крошечных животных, которые наполнялись внутри воздухом. Когда воздух вдувался в них, фигурки взлетали вверх, когда же воздух выходил из них, они падали на землю.

Более поздний биограф Леонардо да Винчи, живший спустя почти двести лет после смерти гения, француз Мишель Треньи достоин всяческого уважения, потому что проделал колоссальную работу, чтобы добыть и потом обработать свидетельства современников о Леонардо, после чего написал небольшую, но состоящую исключительно из достоверных фактов монографию. Так вот, в этой работе французского исследователя приведено очень интересное наблюдение, которое дает представление о характере да Винчи наиболее выпукло.

Желая порадовать и повеселить своих знакомых, Леонардо да Винчи все время придумывал какие-нибудь новые штуки и устройства. Лев, сделанный из дерева, который мог пройти несколько шагов и открывал свою грудь, наполненную лилиями, или стайку железных птичек, которые умели взлетать. Но против ожидаемого им чувства у людей он своими поделками вызывал совсем не веселье, а какое-то почти суеверный испуг у видевших их людей. Не оставляя своих попыток, он стал со временем сначала равнодушен к тому, какие чувства вызывали у людей его поделки, а потом и вовсе забросил их изготовление. При этом на просьбы сделать какую-то игрушку он отвечал, что если делать подобие живого не для веселья, а ради просто любопытства, то это кощунственно и недостойно человека.

Оригинальное высказывание. Что-то подсказывает мне, что за этими бессмысленными на первый взгляд словами стоит какая-то выстраданная и не один раз обдуманная мысль. Так, с отдыхом более или менее все ясно. Пора переходить к вопросу о личной жизни.

Вот тут полный мрак. Ни одного даже самого завалящего любовного послания. Ни одного прямого указания современников и более поздних биографов на наличие хоть какой-то сердечной привязанности. В принципе, почти ничего, кроме догадок и высказанных явно наобум предположений. Ни одной скандальной истории. А ведь этот человек подвизался при дворах самых блестящих европейских правящих династий. Его постоянно окружали красивые и холеные женщины. Да ведь и сам он был очень красивым мужчиной!

Несколько разозленный таким оборотом событий я, преодолев некоторый внутренний барьер, попытался порыскать в Интернете на сайтах, принадлежащих движениям за нетрадиционную половую ориентацию, думая, что, может быть, этим людям так необходимо причислить Леонардо да Винчи к своим единомышленникам, что они готовы проделать серьезную работу в поисках доказательств. Ничего подобного. Все те же притянутые «за уши» предположения и ничего конкретного. Единственное к чему сводилась информация, которую мне удалось более или менее подтвердить, - это постоянное присутствие возле Леонардо молодых людей, чьи таланты и дарования он поддерживал не только финансово, но и занимаясь их непосредственным обучением.

Но такого рода расплывчатые свидетельства способны дать пищу для домыслов, но никак не для серьезных доказательств. Хотя, конечно, на определенные мысли наводят. Тот же Вазари по простоте душевной (или я его недооцениваю?) дает один из таких комментариев.

В Милане Леонардо взял к себе в воспитанники молодого миланца Салаи, которого отличали необыкновенная грация и красота, и прекрасные, вьющиеся волосы, которые очень восхищали Леонардо. Воспитаннику он преподавал многие правила в искусстве и некоторые произведения, приписываемые в Милане Салаи, на самом деле были подправлены рукой Леонардо.

Мне совершенно не хочется скатываться до уровня «желтой прессы», в стиле которой выискивать сомнительные с точки зрения общепринятой морали факты из жизни известных людей просто для того, чтобы опорочить этих людей. Совершив вынужденное признание, что, похоже, слухи о нетрадиционной ориентации Леонардо да Винчи имеют под собой хоть и зыбкую, но все же почву, я хотел бы не заострять внимание читателей именно на этом факте.

Было ли вообще в жизни Леонардо да Винчи такое чувство, как любовь) (не важно, к мужчине или к женщине)?

Занятая мной в этом давнем споре позиция скорее основывается на попытке разгадать совсем другую тайну. Если абстрагироваться от уточнения, с представителями какого пола этот человек вступал (если вообще вступал) в интимные отношения, то главный вопрос все равно остается без ответа: «Было ли в жизни Леонардо да Винчи такое чувство, как любовь (не важно, к мужчине или к женщине)?» Ведь это очень важно для наиболее полного понимания личности любого человека!

Я так загорелся поисками ответа на этот вопрос, что даже отбросил излишнюю щепетильность и начал внимательно вглядываться в отношения Леонардо не только с женщинами, как поступал до этого, но и в его отзывы об окружающих мужчинах. Ничего. То есть совсем ничего. По крайней мере хотя бы отдаленно свидетельствующего о наличии романа, пусть и непродолжительного.

Как же так? Как можно прожить не самую короткую жизнь и ни разу даже серьезно не полюбить? Невольно приходят в голову мысли о существовании каких-то, выражаясь языком современности, «препятствий непреодолимой силы». В чем же могла состоять суть этих препятствий? Возможно, те люди, которые, ну скажем так, активно поучаствовали в процессе «создания гения», специально создавали препоны для возникавшего чувства, искореняя его в зародыше.

С точки зрения здравого смысла, каким бы отвратительным этот смысл не был, такое предположение довольно логично. Ведь если Леонардо да Винчи был центральной частью генетического эксперимента, то совершенно ясно, что после такой «удачи», как рождение столь блестящего гения, организаторы этого эксперимента жаждали его продолжения. А такое неуправляемое чувство, как любовь, могло увести ход «опыта» в совершенно ненужную сторону.

Масонам была выгодна нетрадиционная сексуальная ориентация Леонардо.

Ведь вполне возможно, что результатом любви (а тем более к женщине, а не мужчине) мог быть ребенок. И, о ужас, совершенно случайный ребенок от совершенно случайной женщины!! Но если принять такое объяснение, то напрашивается совсем уж запредельный по степени цинизма вывод. Организации масонов, которая стояла «за кулисами» этого бесчеловечного эксперимента, была выгодна нетрадиционная сексуальная ориентация Леонардо. Еще и потому, что, обладая информацией о столь жестоко караемых в XTV веке наклонностях, можно было совершенно стабильно контролировать человека на протяжении всей жизни. Держать его на очень глубоко всаженном в глотку крючке.

Но тогда непонятно, каким образом организация, контролировавшая и державшая в железном кулаке даже желания Леонардо, надеялась продолжить эксперимент и получить «планируемых» детей? Тех самых, которые должны были бы стать следующими этапами к созданию «совершенного человека». Дурацкий вопрос. Заставить, конечно, можно было бы. Но ведь у Леонардо так и не было детей! Ни одного, даже внебрачного. Или… или они были? Просто широкой общественности об этом совершенно не нужно было знать? Да, пожалуй, такое возможно. Даже женщина, которая волей-неволей более наглядно демонстрирует факт ожидания потомства, и то при большом желании может скрыть факт рождения ребенка, если постарается. Что уж говорить о мужчине, на котором, простите за вульгарность, нигде не написано, что он только что занимался процессом создания этого самого ребенка.

Вот когда я по-настоящему раскаялся в том, что несколько месяцев назад взялся за распутывание такой захватывающей (как мне тогда казалось) тайны личности Леонардо да Винчи. Разве мог я в то время хотя бы отчасти предположить, с какими мерзостями и гнусностями, проявляемыми людьми при достижении своих целей, мне придется столкнуться? Нет, конечно, обычному человеку и вообразить-то такое трудно.

Леонардо да Винчи, который оказался всего-навсего игрушкой в руках» опытных и лишенных души «кукловодов» - масонов.

Но поздно раскаиваться в собственной неосмотрительности. Хотел я этого или не хотел, но остановиться на этом месте своего расследования, я уже не мог. И совсем не потому, что меня двигало вперед банальное любопытство. Я же не уличный зевака, который, не отрываясь, смотрит на раздавленного машиной пешехода. Вовсе нет. Просто я не мог не проникнуться огромным сочувствием к этому великому человеку, которой оказался всего-навсего игрушкой в руках опытных и лишенных души «кукловодов».

Что же должен был чувствовать этот безмерно талантливый и, похоже, так же безмерно несчастный человек, понимая, что ни его жизнь, ни душа не принадлежат ему самому? Ужасно жить так, в полном одиночестве, осененным лишь светом собственного гения.

Я хотел найти доказательства, убедиться, что даже столь чудовищное знание не сломило до конца этого сильного человека. Что даже такая мощная система, как организация масонов, способная задумать и осуществить столь глобальные задачи, не смогла, перемолов его жизнь в мелкий фарш, подорвать его волю к свободе. Вот какие доказательства я хотел найти.

Направление поиска я выбрал следующее - понять, как относился Леонардо да Винчи к самому понятию «свобода», это раз. И проверить, не искал ли он утешения у того единственного, на кого не распространялась властная рука масонов, - у Бога. Это два.

Что касается свободы, то, помните, в предыдущей главе я приводил цитату из книги Ваза-ри, в которой рассказывалось, как Леонардо постоянно приходил на рынок и выкупал у торговцев птиц, чтобы затем выпустить их на волю? Теперь понятно, какие чувства могли подвигнуть его на столь нестандартные поступки. Когда я перечитал некоторые документальные материалы, взглянув на них под новым ракурсом, то увидел то, что все это время лежало на поверхности, - очень многое в жизни Леонардо не состоялось и не случилось из-за его фанатичного стремления к независимости от правителей и любого рода начальства.

Все упреки в его адрес по поводу начатых и незаконченных работ, все его ссоры с работодателями из-за невыполнения взятых на себя обязательств, возможно, были спровоцированы яростным сопротивлением Леонардо к ограничению его личной свободы. И это прекрасно можно понять. Достаточно ему было ощущать постоянное давление чужой власти над самой сущностью его рождения и дальнейшей жизни, чтобы терпеть еще и попытки его контролировать со стороны каких-то людишек, пусть бы и герцогов, кардиналов и даже королей, возомнивших себя обладающими этой самой властью.

Естественно, да Винчи знал, с чем имеет дело. По сравнению с реальными возможностями организации масонов даже «великий и ужасный» герцог Сфорца, даже жестокие и «отмороженные» в своей безнаказанности Медичи были просто заигравшимися во власть неразумными детьми.

Может так быть, что «побочный эффект» генетического программирования сверхчеловека заключается в его неспособности любить?

Но все эти рассуждения касаются исключительно отношения Леонардо да Винчи к свободе или к тому, что он сам вынужден был считать своей свободой. А что же все-таки с тем самым чувством, пусть бы и к мужчине, которое было способно исцелить даже самое израненное сердце? Я говорю сейчас о любви. Почему же хоть бы и среди представителей своего пола да Винчи не попытался найти такое «лекарство для души»? Неужели «побочный эффект» генетического программирования сверхчеловека заключается в отсутствии способности любить? Неужели это может быть расплатой за то, что человек пытается померяться силами с Богом? И ведь совершенно невозможно, вмешавшись в столь великое таинство, как формирование человеческой души, ничем за это не заплатить. Причем, получается, что платит как раз не тот, кто «заказывает музыку», а тот, кто виноват перед Богом лишь самим фактом своего рождения? Очень даже возможно. Вот только это уже нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. И помехой тому отнюдь не пропасть в несколько сотен лет, прошедших с того времени. Просто есть такие тайны мироздания, ответов на которые не стоит и доискиваться. По крайней мере тем людям, которые не ставят своей целью проведение безбожных генетических экспериментов.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх