Глава 3. Имnерии славян, русских и московитов


Потом княжила Ольга,

И правил Святослав …

So ging die Reihenfolge[1]

Языческих держав.

Граф А. К. Толстой


ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ИМПЕРИЙ


Судьба первоначального, еще не расчленившегося на разные группы славянства — судьба одной из групп индоевропейцев, пришедших из Причерноморья. Это судьба строителей первобытной империи, в которой индоевропейцы играли роль самого сильного и культурного народа.

Наверное, и западные славяне были такими же народами — самыми культурными, самыми сильными в своем географическом контуре. Ведь и до прихода славян на Вислу и Лабу–Эльбу здесь жили какие–то народы… Эти народы исчезли, из чего не следует, что их судьба обязательно трагична: скорее всего, они ассимилировались, влились в состав славян.

Судьбой для восточных славян стала первобытная империя племен на равнинах Восточной Европы. Настанет день, и эту равнину нарекут Русской.

Настанет день, и словно специально, чтобы запутать потомков, восточные славяне нарекут себя Русью. Можно долго гадать, пошло ли это название от россомонов, германского племени русь, от речки Рось и живших на ней славянских родов… Для нашего повествования это не особенно важно.

Гораздо важнее то, что русские — это славяне; но далеко не все славяне русские. Русские — это один из народов, говоривших на славянских языках. И важно то, что Русь возникла из слияния славян и многих других народов. Русь состоялась как империя, а русские — как имперский народ. В крови русских течет немало финской, германской, тюркской крови, крови западных славян и балтов. Есть в нас и китайская, и еврейская, и французская кровь.

Империя стала судьбой для русского народа. Киевская Русь вошла в историю как одно из величайших государств европейского средневековья. Но стоило ослабнуть и пасть Киевской Руси — и разные части русских создавали свои собственные империи. Волею судеб особую роль стала играть империя, созданная одной из групп русских — великороссами. И даже не всеми великороссами, а одной их ветвью — великороссами, жившими в междуречье Оки и Волги, на крайнем северо–востоке славянского мира. Долгое время у них, подданных Ростовского и Владимиро — Суздальского княжеств, не было определенного названия. В начале XV века, с усилением малого городишки с финским названием Москва, их стали называть «московитами».

Как русские — не все славяне, так великороссы — не все русские. И так же московиты — это далеко не все великороссы. О том, чем отличалась Московия от империи западных русских, от Великого княжества Литовского и Русского, я написал отдельную книгу и к ней отсылаю заинтересованного читателя [3]. В этой же книге я не буду показывать, до какой степени диковатой и примитивной была Московия в сравнении с империей западных русских. Не буду показывать и того, как Западная Русь вошла в состав другой империи — Речи Посполитой.

Проконстатируем факт: Московия тоже сложилась как империя и в некий момент сумела разгромить и Западную Русь, и Речь Посполитую. Российская империя сложилась как территориальное расширение Московии. В самой Российской империи очень любили говорить о себе как о единственных наследниках Киевской Руси, естественных руководителях всего восточного славянства, царстве русских. В Московии очень болезненно воспринимали саму мысль, что русские могут быть подданными не Московии, а польского короля или Великого князя Литовского и Русского. Но это — лишь отражение политических баталий, не более того. Часть славянского мира, часть русских, часть великороссов усилилась и сумела подчинить себе остальные части… А что получилось из этого — будет видно из других глав этой книги.


МОСКОВИЯ КАК ИМПЕРИЯ


Наивно видеть московитов как сознательных и последовательных строителей единой славянской империи. Каждое славянское племя строило империю на своей территории. Войны между славянскими родами и племенами, между княжествами славян иногда сопровождались гораздо большими жестокостями, чем войны с иноплеменниками. Так же точно и московиты воевали с другими великорусскими княжествами еще более жестоко, чем с финно–угорскими или тюркскими племенами. Завоевание Новгорода в 1478 и 1495 годах совершалось с такой отвратительной жестокостью, сопровождалось настолько откровенным и разнузданным грабежом, что даже завоевание Казанского ханства примерно в те же годы (1552 год) кажется в сравнении с ним мирной прогулкой — при всем зверстве тогдашней войны, помноженном на зверство опричнины и всего режима Ивана IV.

Московия стремил ась объединить все русские княжества и была остановлена только Великим княжеством Литовским и Русским, а потом Речью ПосполитоЙ.

Московия была готова расширяться на все четыре стороны… Но на севере она уже давно вышла к Ледовитому океану; там завоевывать уже было некого.

Все попытки Московии начать завоевания на западе оканчиваются плачевно. В начале Ливонской войны Московии удалось опрокинуть осколок Средневековья, отставший лет на двести Ливонский орден… Но стоит прийти в движение Швеции — и Москва начинает подписывать договоры, которых не подписывают победители. В огне Ливонской войны Польское королевство объединяется с Великим княжеством Литовским и Русским в Речь Посполитую… и задача Московии резко изменяется — не захватить Прибалтику, а любой ценой отбиться от войска польских королей и своих западных сородичей, идущих в бой под руководством стариннейших русских фамилий — Сапег и Лисовских.

Кстати говоря, таинственного царевича Дмитрия, взошедшего на московитский престол в 1605 году и объявленного Лжедмитрием, приводили к власти вовсе не поляки. Этнических поляков почти не было в войске Дмитрия, а шли с ним на Москву в основном этнические русские — только не из Московии, а из киевщины, из владений русских князей Вишневецких. Шла гражданская война самих русских, поляки тут почти и ни при чем.

В конце ХVI — начале XII века польско–западнорусское войско не раз вторгается в глубь Московии, и дело каждый раз оказывается куда как жарким.

К середине XII века Московия очень окрепла, но и тогда воевать в Прибалтике, присоединять старые земли Ливонского ордена она не может. Украинская война 1654--1667 годов идет с колоссальным напряжением всех сил, но она хоть в какой–то степени успешна. Всей Украины завоевать не удалось, Украина оказалась разорвана на Левобережную, восточную, которая отошла к Московии, и на Право бережную, западную, которая осталась под Речью Посполитой. Но в этой войне московиты все–таки воевали с польской армией на равных… ну, пускай почти на равных — все равно ничего общего с началом XII века, когда Московия могла только отбиваться от бойкого западного соседа.

Но в Прибалтике, в ходе Русско–шведской войны 1656--1658 годов, успеха добиться не удалось. Даже частичного успеха. Никакого. Не только Курляндия, осколок Ливонского ордена, но и захвачены Швецией русские земли на побережье Балтики, в устье Невы. Это было особенно болезненно: Московия считала эти земли своими, потому что на них жили русские (хотя никогда прежде этими землями не владела).

Гораздо успешнее действовала Московия на юге.


МОСКОВИЯ – СЛАВЯНСКИЙ DRANG NACH SUDEN[2]


Завоевывая земли на юге или отбиваясь от татар, Московия выступала не сама по себе, а как часть христианского мира, вступившая в единоборство с периферией мусульманского мира, с мусульманизированной Степью.

XV век, даже начало XVI, — время, когда Московия с трудом отбивается от татарских набегов. Не до жиру. Впрочем, Крымское ханство становится вассалом Турецкой империи, ее важнейшим агентом к северу от Черного моря.

Но уже в середине ХVI века Московия переходит в наступление. Казанские походы 1545–1552 годов завершаются взятием Казани. Астраханское ханство пало в 1556 году. Только Крымское ханство, самый современный и самый жизнеспособный осколок Золотой Орды, остается вне влияния московитов.

Ответный удар: в 1569 году турки идут под Астрахань, в 1571 году крымский хан Девлет–Гирей нападает на Русь, захватывает Москву. Число убитых называют разное — от 50 до 500 тысяч. Колоссальное различие в оценках доказывает одно — никто, как всегда, не считал.

Москва выгорела полностью, и только одно обстоятельство позволяло ее быстро восстановить — обилие пока не вырубленных лесов в верховьях Москвы–реки. Материальный и моральный ущерб просто не поддается описанию.

Хан писал Ивану Грозному (грозному только для своих, для безоружных и слабых): «Я разграбил твою землю и сжег столицу за Казань и Астрахань! Ты не пришел защищать ее, а еще хвалишься, что ты московский государь! Была бы в тебе храбрость и стыд, ты бы не прятался. Я не хочу твоих богатств, я хочу вернуть Казань и Астрахань. Я знаю дороги твоего государства …».

Но Казань и Астрахань хан никогда не вернул, а в начале XVII века христиане посягнули на территорию даже не крымского ханства, а самой Турции — на город Азов. В 1637 году донские казаки захватывают Азов и пять лет сидят в нем, отбивая атаки турецко — татарской армии, — знаменитое Азовское сидение.

Такого — посягательства на земли собственно Турции — никогда еще не предпринималось! В конечном счете Московское государство отказывается иметь дело с этой казацкой добычей и изо всех сил старается лавировать между казаками и турками, откровенно боясь раздражать Оттоманскую империю.

А в 1676 году Московия все–таки оказывается втянута в войну с Оттоманской империй. Кровавая круговерть на Украине вызывает и у турок соблазн отхватить себе что–нибудь… например, всю Украину.

В 1676--1681 годах идет жестокая, очень кровопролитная война с Оттоманской империей, и в ней московитская армия оказывается вполне в состоянии бить турецкую. В конце июля 1677 юда стотысячная армия Ибрагим–паши выступила к Чигирину — город этот оказался политическим и военно–стратегическим центром всей Южной Украины. 3 августа к стенам города подошли турки и союзная армия татар — 40 тысяч остро отточенных сабель.

Чигирин отбил несколько штурмов, его защитники даже устраивали вылазки, тревожили турок прямо в их лагере. А подошедшая русско–украинская армия под командованием Григория Григорьевича Ромодановского и гетмана Сагайдачного 28 августа в генеральном сражении наголову разбила турок. Поражение Ибрагим–паши было без преувеличения позорным, катастрофическим, потеря армии — полнейшей. Татарам было проще — они унеслись в степь, легко оторвавшись от преследования.

9 июля 1678 года турецкая армия визиря султана Кара–Мустафы появилась под Чигирином и приступила к осадным работам. Московиты опередили Кара–Мустафу; 12 июля московитская армия ударила по туркам и выиграла первое сражение. На этот раз поражение турок не было таким сокрушительным. С 1 августа разыгралась грандиозная битва, в которой армии то сходились друг с другом, то отдалялись. Был момент, когда Ромодановский, по мнению других воевод, упустил время… буквально несколько часов, для полного окружения турецкой армии. Был момент, 12 августа, когда турецкая армия захватила часть Чигирина — Нижний город, а гарнизон оставил крепость. Чигирин в руках турок?! Да, московитская армия покинула дымящиеся развалины Чигирина и отступила. Но у турецкой армии нет уже сил воспользоваться призраком победы. Турки какое–то время шли следом, но что характерно — даже не пытались атаковать. Ведь армия Московии вовсе не бежит, она не разгромлена!

Московиты отходят, они побеждены, поле боя осталось за османами. Но московиты отходят в полном порядке, с барабанным боем и под знаменами, при появлении неприятеля тут же разворачивают пушки.

И турки не только не нападают больше на армию г. г. Ром одановского, не только не вторгаются в пределы Московии. После Чигирина они вообще не хотят больше воевать с московитами!

На этом их агрессия не кончилась, и в 1683 году турецкое нашествие затопило Центральную Европу — Венгрию, земли Австрийской империи Габсбургов. Получается, Оттоманская империя еще не истощила своих сил, еще готова была воевать, но вот с Московией воевать уже не хотела и пошла на Австрийскую империю и на Польшу.

Поляки до сих пор гордятся, и справедливо, что в 1683 году Ян Собеский под Веной разгромил турецкую армию, остановил грандиозное по масштабу, грозившее неисчислимыми бедствиями мусульманское нашествие.

Но интересное дело! Чигиринские походы 1677–1678 годов в Польше тоже помнят лучше, чем в России. Может быть, проблема в том, что московиты формально проиграли? Но тогда это поражение, которое стоит победы!

Чигиринские походы — важный эпизод войн, которые вели с Оттоманской империей все державы Восточной и Центральной Европы: Речь Посполита, Австрийская империя, княжества Германий. Христианский мир сплачивался против общего и грозного врага, и с 1686 года и Московия вошла в состав новой антитурецкой коалиции (Венеция, Австрийская империя, Речь Посполита).

В те же 1670–е годы строится русский флот для действий против Крыма и Турции. Строит его один из первых русских генералов, Григорий Иванович Касогов. Этот незаурядный человек хорошо знал потенциального противника и весь театр военных дейСТвий. Уже в 1663 году громил он Запорожскую сечь с отрядом драгун. Тогда же ходил за Днепр в Западную Украину и за Днестр на Балканы, а в Крыму сжег' крепость Перекоп.

В 1666 году г. и. Касогов совершает глубокий рейд в Западную Украину, наносит колоссальный ущерб полякам.

Именно ему в 1671 году поручено поймать Степана Разина. Очень возможно, Касогов и выполнил бы приказ, но казаки сами повязали и отдали ему Разина.

В 1672 году Касогов берет штурмом Азов, открывая дорогу к морю.

В 1674 году он руководит постройкой флота под Воронежем и его действиями в Черном и Азовском морях.

О флоте… Это не были, конечно, корабли класса голландских или английских фрегатов и бригантин. Эти парусно–гребные суда, галеры и скампавеи, напоминали скорее тот флот Венеции, который в 1571 году наголову разбил турецкий флот при Лепанто. Уже из этого факта нетрудно сделать вывод — парусно–гребные галеры вовсе не были таким уж безнадежно устаревшим видом кораблей (впрочем, в битве при Лепанто и у турок было много галер). И даже в Северной войне Петр активно использовал галеры — в узостях проливов, среди мелких островков галеры оказывались куда эффективнее океанских судов: они меньше зависели от ветра, и когда паруса линейных кораблей беспомощно обвисали, галеры уверенно шли на абордаж или поворачивались бортом для залпа.

А в задачу Григория Ивановича как раз и входила переброска войск по рекам до Азовского моря для действия в узостях мелкого Азовского моря и в прибрежных частях Черного. Флот Касогова, эскадра в 60 вымпелов, эти задачи выполнил великолепно, перевозя войска под Азов и нанося удары по турецким и татарским крепостям на побережье Крыма. Он же внимательно изучил одну особенность течения Дона… Дело в том, что некоторые реки при впадении в море растекаются очень широко, скорость их течения падает, и в устье их глубина меньше, чем на большей части русла. Эта особенность Дона прекрасно была известна и россиянам, и казакам, и туркам. Из–за нее турки никогда не вводили в Дон крупные корабли, и если Азов осаждали, помогали крепости на малых судах или на плоскодонных галерах.

Правительство Московии интересовало — можно ли все–таки вывести из Дона в Азовское море крупные корабли, типа голландских боевых. судов или типа каспийского трехмачтового буса. Оказалось — можно! И флот Касогова выходит в Азовское, потом в Черное море, громит Южный берег Крыма, наносит врагу неисчислимый материальный, а пуще моральный урон.

Вполне возможно, Московия смогла бы решить свой «южный вопрос» задолго до появления на карте Российской империи. Во время своих двух Крымских походов Василий Васильевич Голицын пришел к выводу: бессмысленно бросать армию на Крым, врываться на полуостров. Надо строить крепости, не выпускать татар из Крыма, давить ханство железной рукой европейских артиллерии и флота.

Очень возможно, получи Василий Голицын хотя бы лет десять, он и взял бы Крым! Но время отпущено ему не было. В 1687 год — в первом Крымском походе В. В. Голицына — Касогов действует на правом фланге. Он разгромил Белгородскую орду татар, взял Очаков, вышел к морю и начал строить крепости на Черном море.

В 1689 году происходит дворцовый переворот. К власти приходит не вполне вменяемый Петр, а если реально — то его мать, Наталья Нарышкина. Армия Василия Голицына становится чем–то очень непопулярным, его офицеры и генералы разогнаны по медвежьим углам или сразу отправлены в отставку.

Г. И. Касогов отправлен в ссылку одновременно с Василием Голицыным, где вскоре и умер.

Но еще успешнее действия Московии на востоке.


МОСКОВИЯ — СЛАВЯНСКИЙ DRANG NACH OSTEN[3]


Взятие Казани, Астрахани дало возможность русским заселять Заволжье. Заволжье в ХVI — это совсем не русская земля. Это страна, в которой почти нет русского населения, пустая с точки зрения русских.

Предуралье уж тем более — дальний конец русской земли. Пермские владения купцов Строгановых, ставшие в ХVI веке базой для русского продвижения в Сибирь, воспринимались почти как владения Ост–Индской компании в Индии. Частные владения в тех местах, на которые еще не может наложить лапу непосредственно государство.

Впрочем, уже в конце XV века Московии платили дань угры, живущие по азиатским склонам Урала. В том же XV веке московские служилые люди дошли до Енисея. Вассалом Москвы признало себя Тюменское ханство, а позже — и Сибирское ханство.

В истории завоевания Сибири знаменитым стал эпизод совершенно незначительный, не сыгравший никакой серьезной роли: поход нанятого Строгановыми казачьего отряда под начальством Ермака Тимофеевича. Мы даже точно не знаем, совершил ли отряд свой расхваленный поход в 1579 или в 1581 году.

Отряд Ермака то ли нанес поражение татарам, то ли хан Кучум попросту отступил перед казаками — не имело смысла воевать с ними, бредущими через колоссальную, почти безлюдную равнину. Казаки разграбили несколько городков, даже столицу Кучума — Кашлык. Как Кутузов сдал Москву и дождался разложения великой армии Наполеона, так и Кучум дождался своего — казаки перепились и уснули пьяные на берегу Иртыша. Было ли вообще выставлено боевое охранение, которое татары быстро перерезали, — история умалчивает. Но вот что Кучум напал на перепившихся и поголовно истребил отряд Ермака — это факт.

Поход этого малого отряда остался почти незаметным событием, потому что русские уже за сто лет до Ермака ходили до самого Енисея. А сам поход не снискал ни огромных богатств, ни неувядаемой славы.

Гораздо более важную роль, чем поход Ермака, на судьбы Сибирского ханства оказала война двух феодальных родов — потомков некого Тайбуги и потомков Шейбани. Сибирское ханство основал потомок Тайбуги хан Махмет. После убийства тюменского хана Ибака в 1495 году, он создал новое государство, оторвав его территорию от Тюменского ханства.

В 1555 году тайбугид хан Едигер признал вассальную зависимость от Москвы. В 1563 году власть в Сибирском ханстве захватил шейбанид Кучум, опиравшийся на помощь орды ногаев. Феодальный князек, Кучум опирался не на разноплеменный народ своего ханства, даже не на всю феодальную знать, а только на тех, кто входил в род шейбанидов или прямо от них зависел. Ставленник врагов Москвы, он воевал с московитами до 1598 года, когда переворот в орде заставил его уйти на юг. С этого времени власть Кучума и его сына Али, последнего хана Сибирского, распространялась только на кочевья в верховьях Ишима, Иртыша, Тобола.

Остальные татары и другие народы Сибирского ханства, примитивной феодальной империи, признали власть московитов, и дело тут не в походе Ермака. Просто русские строили города… в 1586 году — Тюмень; в 1587 — Тобольск; в 1593 — Березов; в 1595 — Обдорск. Брать города татары не умели. Из городов в любой момент могли выйти закованные в панцири казаки с ружьями. Казаки кормили лошадей ячменем и потому могли ездить на них даже в морозы. На сибирских татар это оказывало огромное впечатление — ведь их лошади жили весь год на подножном корму и ко второй половине зимы превращались в живые скелеты.

Место погребения ханов Кучума и Али неизвестно. Место, где утонул пьяный Ермак, показывают увереннее.

А московиты и дальше шли по Сибири, основывая острог за острогом: 1601 год — Мангазея; 1604- Томск; 1619 — Енисейск; 1628 — Красный Яр. Два последних — уже в другой речной системе, на Енисее, и не в Западной, а в Средней Сибири. в 1630 году основан Илимский острог — на Ангаре, в Восточной Сибири; в 1631 — Братский, а в 1661 — Иркутск.

В 1632 году построен Якутск, в 1653 — Нерчинск. В 1653 году основано Ингодинское зимовье, с 1706 года — город Чита.

В 1639 году русские вышли к Охотскому морю. Это были служилый человек Иван Москвитин с группой казаков томского отряда Дмитрия Копылова. Имен казаков мы не знаем.

В 1648 году Семен Дежнёв, отправляясь из устья Колымы, огибает Чукотский полуостров. Он открывает пролив, который сегодня называется Беринговым, — в 1737 году Беринг повторит подвиг Семена Дежнёва, докажет, что Америка не соединяется с Азией.

Проникновение Московии в Сибирь дало колоссальные богатства этому государству. Сибирские соболя стали валютой, на которую жило государство весь XII век. Украинская война, перевооружение армии проведены на средства, полученные из Сибири.

В Московии, да и по всей Европе, вместо оконного стекла используется слюда, добываемая на Севере и на Урале. Стекло известно и в Европе, и на Руси со Средневековья; но в Европе нет своих источников слюды, и затягивать оконные рамы можно только двумя материалами — или бычьим пузырем, или стеклом. Оконное стекло XVI–XVII веков совсем не похоже на современное, эти идеально ровные, идеально прозрачные пластинки. Стекло же того времени толстое, зеленоватое, малопрозрачное. Не случайно же оконные рамы того времени представляют собой переплеты, разделенные на множество небольших участков, от силы 15 х 20 сантиметров каждый.

А в Московии оконные переплеты состоят из прямоугольников покрупнее — потому что пластинки слюды, как правило, больше кусков стекла. В Московии так много слюды, что в стекольном производстве и нет особенной необходимости: сама природа дает продукт, который не хуже, а то и лучше стекла! Слюду вставляют в окна домов посадских и служилых людей по всей Московии, даже в окна кремлевских дворцов и в окна дворца в Коломенском. Слюду вывозят в Западную Европу, где ее называют «мусковит». Слово «мусковит» до сих пор используется как термин — как название одного из видов кристаллов, образующих листовую слюду.

Но в Московии нет ни одного стекольного завода! И в 1635 году строится первый такой завод голландца Елисея Коэта, в 1668 году — еще один стекольный завод в Измайлово, в 1690–е годы — еще один. Слюды не хватает на всех, а стекло становится все лучше и лучше… наступает момент, когда оно начинает неплохо конкурировать со слюдой. Приходится строить стекольные заводы, ничего не поделаешь!

Сокрушение Казанского и Сибирского ханств, освоение Сибири откроют колоссальный фонд новых земель.

К началу XIII века Волга — уже окончательно и бесповоротно русская река. Как и Урал — часть государства Российского. Правда, еще Петр I говорил Демидову: мол, где там твои заводы?! Урал — это же на краю света ….

А в Сибири в конце XVII века живет до 300 тысяч русских людей — примерно 2% всего населения Московии. Общее число инородческого населения Сибири составляет порядка 236 тысяч человек.

Конечно, распределены русские крайне неравномерно. На севере и северо–востоке, где невозможно земледелие, их никогда не было много. В 1643 году на Оленёке было 156 русских, в низовьях Лены — 461. В 1647 году собралась ярмарка на Колымев ней участвовали 396 промышленников.

В середине XIX в. от устья Лены до Чукотки (2 тысячи километров) было всего около 30 населенных пунктов, в которых жило порядка 600 крестьян и мещан.

Меры правительства помогали мало. В XVIII в. на Охотское побережье перевели до тысячи крестьян, — пусть, как хотят, осваивают не желавшую родить землю. В начале XIX века на Охотском побережье жило около 500 русских, в середине — порядка 250 человек.

Но уже в Якутии к 1690 году жило порядка 2–3 тысяч русских, а к 1850 году около 10 тысяч человек, из них 5 тысяч — крестьяне. То есть русские составили около 15–20% всего населения.

В продвижении на восток у Московии не хватило сил и времени для двух дел: для выхода в Америку и для выхода на Нижний Амур, в Приморье и в Маньчжурию. Для освоения Америки, похоже, не хватило времени — и только. В конце концов, освоили Якутию и Колымский край — а ведь Аляска, даже сравнительно, теплее.

Что же до Приамурья… На Амуре, как и при движении на юг и на запад, Московия столкнулась со слишком сильным противником — с централизованной империей Цинь. Сильное централизованное государство остановило русскую экспансию, а само освещение того, как Московия в XII веке не смогла захватить Приамурье, так показательно, что я расскажу особо. Потому что это яркая страница приукрашивания и романтизации русской имперской политики.


РОМАНТИЗАЦИЯ ЗАВОЕВАНИЙ


Российская империя прямо выросла из Московии. Экспансия Московии на запад, восток и юг заложила основы политики Российской империи. И в Московии полагалось видеть свою дорогую предшественницу.

Причем одновременно полагалось считать, что в допетровской Руси, в сплошном царстве дури и невежества, не было буквально ни единого светлого лучика. Вот пришел Петр — и тут–то все стало замечательно! Очень многих достижений Московии и в Российской империи, и в СССР полагалось не замечать — это разрушило бы миф о петровской эпохе как начале Просвещения, времени, когда Россия, выражаясь в духе Горбачева, вошла в европейский дом.

Поэтому ни в учебных пособиях, ни в популярных книжках нет ни слова о том, что в Московии XII века сажали кукурузу, подсолнечник и картофель, что в ней знали зеркала, театр и светскую живопись. Что русскую армию реформировал вовсе не Петр, а еще его дед. Что Петр вовсе не построил, что он уничтожил уже давно существовавший русский флот. Впрочем, разоблачению этих вредных выдумок я посвятил другую свою книгу [4].

Вот парадокс! Объявляя Московию, прямую предшественницу Российской империи, вместилищем самых жутких нравов и чудовищно отсталой страной, Российская империя всячески оправдывала только одну сторону ее политики — имперскую. Делалось это точно так же и даже в тех же выражениях, что и пропаганда имперской политики самой Российской империи. На примере освоения Приамурья хорошо видно, как это делалось.

«Первые партии переселенцев начали появляться на Амуре уже в начале 50–х годов. Одновременно русское правительство приняло решение установить в Приамурье свою администрацию, центром которой в 1658 году стал Нерчинский острог. Маньчжурской династии Цинь путем военного выступления удалось удержать в 50–х годах XVII века распространение русской колонизации по Амуру и спровоцировать выступление коренного населения в районе р. Шилки. Однако в 60–х годах маньчжурские войска, насильственно переселившие в долину р. Сунгари дауров и дюченов, ушли с Амура, и русское население возобновило сельскохозяйственное освоение опустевших приамурских земель от Нерчинска до Албазина и устья реки Зеи» [5, с. 54].

Прекрасный текст советского академика Окладникова! Сколько сразу намеков, сколько возможностей сделать совершенно ложные выводы! Вроде бы советский академик нигде не говорит о том, чьей же территорией было в XVII веке Приамурье. Но как же легко сделать вывод, что было оно пустым, и что русские поселенцы начали появляться на ничейной земле. А ведь это не так.

Дело в том, что народы, жившие по Амуру, платили дань правительству Китая. Вопрос был не в том, велика ли дань, вопрос был в принципе. Необходимости определять северную границу у Китая никогда не возникало, но Амур был дальней северной периферией Китайского государства. В 1640–1650–е годы на Амур, к ужасу и туземцев, и китайского правительства, сваливаются русские казаки. На Амуре гораздо теплее, чем в Сибири. Начинается сельскохозяйственное освоение Приамурья. Но казаки еще и дани требуют, а это «почему–то» не всем нравится.

Восстание «коренного населения» на Шилке — это нападения монголов, которые не имеют никакого отношения к политике маньчжур. Но как умело связывает эти два события академик Окладников! Как ловко!

У него получается, что правительство Китая натравливает на русских коренное население, а само военной силой пресекает русское земледелие на диком неосвоенном Амуре. Что маньчжуры переселяют какие–то земледельческие народы на Сунгари, чтобы не пустить туда русских. А стоит уйти маньчжурским войскам, и русские опять тут как тут ..

Все это не то чтобы прямая ложь… Но скажем так — все это ловкая подтасовка фактов. Потому что и земледелие на Амуре было до русских, и переселение дауров на Сунгари имеет совсем другое отношение к русскому переселению на Амур. Потому что в самом начале ХVII века монгольское племя дауров жило в верховьях Амура и на Зее. это племя не захотело платить русским ясак[4] , да и вообще русские были им неприятны. Дауры и дючены вовсе не были уведены насильственно. Они ушли, убежали от русских! Маньчжуры поселили их на Сунгари, в коренных землях Маньчжурии, из чего следует одно: и Амур, и Маньчжурия оставались «пустыми» землями; целые небольшие народы могли приходить и селиться, где хотят.

Между устьем. Зеи и Сунгари — 700 километров. Такое расстояние разделяло крайнюю восточную границу русского земледелия и места нового расселения монгольского племени дауров. Причем карты, на которых прекрасно видны эти границы, приведены в приложениях к «Истории Сибири».

Кстати, об Албазине… Цитирую все тот же литературный источник: «Илимские крестьяне, промышленные люди, якутские и верхоленские казаки, возмущенные ростовщическими и торговыми операциями илимского воеводы Л. Обухова и его окружения, летом 1665 года убили воеводу, следовавшего с Усть–Киренской ярмарки, и захватили товары гостя А. Гусельникова и других купцов. Восставшие под руководством ссыльного Н. Черниговского ушли на Амур, где основали Албазин» [5, с. 145–146].

Даже в этом, предельно корректном описании событие выглядит довольно жутко: собрал ась шайка, напала на воеводу и купцов, едущих с ярмарки, убили одного, ограбили всех. А чтобы уйти из–под юрисдикции своего государства, сбежали. В этот период времени на Амуре не было маньчжурских войск; местные жители, конечно, не могли оказать сопротивления. Казаки требовали дани от местного населения, а главным городом русского Амура в этот период стал Албазин с населением в 200 или 300 человек.

Московитское государство опять принимает под свое крылышко разбойников, сбежавших на Амур: в 1682 году в Енисейский разряд добавлен Албазинский уезд. Тем самым Московия официально присоединила Амур к своей территории, как свою административную единицу.

И тогда маньчжуры опять двинули армию. В 1650–е годы было проще — У русских на Амуре не было укреплений. В 1687 году маньчжуры осадили Албазин и вынудили казаков его оставить. Маньчжуры выгнали с Амура всех русских переселенцев, их армия вошла на территорию русского Забайкалья и осадила Нерчинск. Под стенами Нерчинска и шли переговоры между московитским посольством и маньчжурами. 27 августа 1689 года маньчжурский полководец Сонготу и московитский посол Ф. А. Головин подписали Нерчинский договор.

До середины XIX века этот договор оставался основным документом для решения пограничных вопросов… и остается радоваться, что обе империи мало интересовались Амуром и практически не контролировали этой территории. Потому что вся долина Амура по договору оставалась за Китаем, Московия оставляла за собой все, что ограничено хребтами, запирающими долину Амура с севера …

Беда в том, что названия рек и гор, по которым шло размежевание, были разными в русском, маньчжурском, и во всех местных языках. Если даже удавалось договориться, о какой горе или реке идет речь, не было никакой уверенности, что это название не применяется ни к каким другим горам и рекам. В русском и маньчжурском текстах договоров названия не были идентичны. Спорить можно только о том, какие именно статьи договора и с какой вероятностью должны были бы привести к войне.

Но эти вопросы не обсуждают в современной литературе. С разухабистостью, достойной пера Окладникова, авторитетный справочник сообщает о Нерчинском договоре: «.. заключен… после военного конфликта… причиной которого было стремление маньчжурской династии, воцарившейся в сер. 17 в. В Пекине и поработившей кит. народ, к завоеванию освоенного русскими Приамурья» [6, с. 488].

Тут только руками разведешь: и на саму династию Цинь брошена тень — китайский народ поработила, не национальная она, не народная. И на Амур маньчжуры пошли, чтобы поработить уже освоенное русскими руками Приамурье …

Следующий этап подтасовки — это разве что объявление Амура исконно русскими землями, а маньчжуров и даже любое из местных племен — попросту завоевателями.

Проделать такую штуку именно с Приамурьем не просто, но

с другими землями именно так и станут поступать; я еще приведу примеры.



Примечания:



1

Такова была последовательность (нем.).



2

Натиск на юг (нем.).



3

Натиск на восток (нем.).



4

Натуральный налог, главным образом пушниной.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх