Глава 6. Искушения СССР


— Посмотрите, как дешевы все эти товары!

— Не иначе, краденые …

г. Мало


НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИСКУС НОВОЙ ИМПЕРИИ


Новая империя заявляет, что у нее есть свой центр. Новая империя показывает зубы при малейшей попытке заговорить об отделении. Но одной силой империи не строят. Для нормальной жизни империям нужен искус! Нужно то, чем можно привлечь завоеванных.

Первым таким искусом становится, конечно же, коммунистическая идея. Пока она на подъеме, она еще способна зажигать и вдохновлять.

Вторым, и не меньшим по важности искусом становится лозунг выдвижения местных кадров везде и на всех уровнях. Да, из империи Кремля никто завоеванные народы не выпустит! Но каждый народ имеет право на свое государство!

По каждой из советских конституций, что 1924, что 1936, что 1976 годов, все народы имели свои государственные образования, причудливые полугосударства внутри государства, и ранг этого полугосударства зависел только от численности этого «титульного» народа.

Маленький народ никакой важной роли не играет — у него национальный округ. Он входит в состав области или края, этот национальный округ, и все же в нем часть документов ведется на национальном языке, на нем преподают в школах.

Национальных округов было 10, и все в составе РСФСР.

Побольше народ, позначительнее — у него уже автономная область, которая тоже входит в состав краев, но уже имеет куда больше прав и возможностей. Автономные области были не только в РСФСР, но и в других республиках. Скажем, Абхазская АО входила в Грузинскую ССР. Автономные области уже имели свои научные и культурные учреждения… которых не имели даже края, в которые эти области входили.

Народ еще побольше — и у него появляется Автономная Советская Социалистическая Республика (АССР). Она уже не менее важна, чем область или край, АССР уже непосредственно входит в республику. У АССР есть уже и свои научные учреждения, и даже свои министерства. в разных республиках были свои АССР — скажем, Кара–Калпакская АССР входила в Узбекскую ССР.

Была, конечно, некоторая условность в том, что и Республика Коми, Коми АССР, и Татарская АССР имеют одинаковый статус, значение татар и коми, их численность никак не сравнимы. Тем более, эстонцев в шесть раз меньше, чем татар, а у них — своя союзная республика, Эстонская ССР. А у татар — только АССР. Но что поделать! Условность условностью, а государство–то свое существовало?

У совсем большого, очень заметного народа будет своя Советская Социалистическая Республика, ССР, и в ней будут свои министерства, своя Академия наук и уж, конечно, — преподавание на национальном языке.

Верховный Совет СССР состоял из двух равноправных палат: Совета Союза, выборы в который производились пропорционально численности населения, и Совет Национальностей, в который избирались 32 депутата от каждой ССР, 11 — от каждой автономной республики, 5 — от каждой автономной области, по 1 — от каждого национального округа.

Реально Советы играли все меньшую роль в СССР? Несомненно, но ведь нельзя сказать, что русские Советы были значительнее узбекских. Или что грузинские депутаты в Совете Национальностей имели меньше прав, чем украинские.

Совсем немалый искус был в этом получении статуса полугосударства. Ясное дело, никакой народ из империи не выпустят, и организовывать свою жизнь он тоже не будет по своей воле. Сказано вам строить социализм? Вот и стройте, что сказано. Но, с другой стороны, народу дают вполне реальное место в общей иерархии, место в системе, дают возможность развития своей литературы, своего искусства и своей культуры… С идеологическими ограничениями, понятное дело, но ведь эти ограничения одинаковы для всех народов СССР …


«КОРЕНИЗАЦИЯ»


Этим удачным термином А. Авторханов назвал политику выдвижения национальных кадров во всех республиках. Что такое «коренизация», очень хорошо выразил и. Сталин еще в марте 1921 года, на Х съезде РКП(б): «Я имею записку о том, что мы, коммунисты, будто бы насаждаем белорусскую народность искусственно. Это неверно, потому что существует белорусская национальность, у которой имеется свой язык, отличный от русского …. Такие же речи велись пять лет назад на Украине… в городах Украины преобладают русские элементы, но эти города будут неизбежно украинизированы… То же самое будет с Белоруссией, в городах которой все еще преобладают небелорусы» [124, с. 213].

Вот так Есть республика — значит, в ее городах должны жить люди «титульной» национальности. Минск — это польско – еврейско — русский город? В нем отродясь не было никаких белорусов? Нет уж, на съезде КПСС решено, что здесь должны жить белорусы. Значит — будут жить! Они сами не хотят? Крестьянский народ? Бун–това–ать?!

В начале ХХ века этногенез белорусов только начинался. Уже после Второй мировой войны, когда фронт не раз прокатился через многострадальную Белоруссию, появилась идеология «тутэйших» — тех, кому некуда было уезжать, кто при любых катаклизмах чувствовал себя дома в Белоруссии, и только в Белоруссии. Но и само слово «тутэйшие» говорит о самых первых движениях этногенеза: когда никакой определенности еще нет, когда «мы» сами еще не знаем, кто «мы» такие. Потому что пока «мы» можем выделить себя только методом исключения: «мы» не поляки, не русские, не украинцы, не литовцы… Мы — «тутэйшие»!

Тем более в 1921 году никакого единого белорусского языка не существовало, тем более литературного языка. Люди, получившие хоть какое–то образование, вовсе не осознавали себя белорусами — они — были русскими, и только. «Коренизация» привела к тому, что в Белорусской ССР большинству населения приходится учить белорусский язык [125, с. 52–53].

Некоторые ученые приходят даже к выводу, что белорусы — это искусственно «сконструированный» народ [126] ..

Такая же «коренизация» прокатилась по всем национальным республикам. Преподавание, делопроизводство, все стороны культурной жизни переводили на местный «титульный» язык. В нем не хватало слов? Их искусственно создавали. В советское время было очень забавно читать на этикетках про «повидлоси» и «варенаси», или, скажем, взяв в руки «газетир», пишущий понятными буквами, но на непонятном языке. Не надо искать в моих словах великорусский шовинизм — допускаю, что так же может радоваться немец, читая русские слова «бутерброд» или «ландшафт».

Во всех республиках ставили на должности местных, «тутэйших». Они не готовы? Привыкнут! Научатся! Если русских или других «нетитульных» оставляли при должностях, то в качестве заместителей, консультантов — с полным пониманием, что именно они–то и будут делать основную работу. Мой немецкий дед, В. Э. Шмидт, уехал из Азербайджана в 1935 году — его сняли с должности начальника Опытной станции и сделали заместителем почти неграмотного азербайджанца. Насчет «почти неграмотного» — может быть, это и семейный фольклор, но что деда с должности сняли и он уехал на Украину — это уже факт.

«Коренизация» укрепляла позиции «титульных» народов в управлении, науке, в работе специалистов. Особенно тех народов и тех представителей народов, которые сами не блистали в науках и искусствах.


ЯЗЫКИ БЕСПИСЬМЕННЫХ


За многое советскую — власть можно… скажем помягче — можно ее не похвалить. Но что она делала — то делала. Например, советская власть создавала письменность для народов, до тех пор ее не имевших. В общей сложности создано было до 30 систем письменности. Сначала письменности создавали на основе латинского алфавита… Так сказать, самого интернационального. Пo мере того, как идея восстановления империи русских одолевала идею «земшарности», системы письменности начали переводить на славянскую графику.

И в результате у ненцев «письменность ненецкого языка создана в 1932 на лат. основе, в 1937 — на основе рус. графики» [127, с. 459].

Чукотский и корякский языки имеют письменность с 1931 года на основе латинского алфавита, а с 1938 года — на основе славянского.

Эвенкийский язык получил письменность на латинской основе с 1931 года, на славянской основе — с 1937 года.

Так же поступили и с бесписьменными языками народов Кавказа. Для чеченского создали письменность на латинской графике в 1927 году, на славянской — в 1938 году.

Для кабардино–черкесского — соответственно с 1924 и с 1938 годов.

Для адыгейского — с 1927 года, а на славянской основе с 1938 года.

Тут возникает простейший вопрос — а кто мешал проделать такую же работу в царское время? Вроде бы никто не мешал и ничто не мешало. Но почему–то в 1910 году никому и в голову не приходило создать письменность на эскимосском или на адыгейском языке…

В СССР русский язык постепенно вытеснял местные языки, особенно языки маленькие, без традиций. Русификация шла неуклонно, неудержимо. Но местные языки поддерживали, подпитывали — в числе прочего, издавая на них интересную или дефицитную литературу. Такой литературы на «языках» издавалось столько, что купить, скажем, «Мастера и Маргариту» на русском языке было неизмеримо труднее, чем на казахском или на грузинском.


ИСКУШЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЕМ


Принято смеяться над обилием научных работников в СССР — подумать только! Полтора миллиона ученых! Куда столько! Зачем?! Ведь качество их очень низкое, «числом поболее, ценою подешевле». Но тем не менее искушение–то ведь было, чего уж там: стать научным работником.

Над обилием вузов смеяться принято меньше, хотя и о высшем образовании долгое время ходили сказки — какое оно плохое, примитивное, неправильное. Хотя было оно образование как образование, притом бесплатное. Притом получать его только что силой не заставляли.

Конкурс? Он был большой на престижные факультеты, в центральные университеты. А в провинциальные вузы, технические и педагогические конкурс никогда не был большим, и получить образование всегда было совершенно реальным.

Низкий уровень подготовки? Подготовительные курсы, рабфак, особые места для «стажистов», для «армейцев». Плохое знание русского языка, на котором преподавали в республиках? Существовало много методов, включая резервирование мест, особая разнарядка на «списочные народы». В Красноярске в педагогический или в медицинский институты легче было поступить тувинцу или эвенку, чем русскому, особенно русскому сразу после школы.

В пору перестройки прозвучало множество обвинений в адрес советского всеобуча, и одно из обвинений было: обязательный всеобуч разрушил традиционную систему воспитания народов Сибири и Севера. Как прикажете обучать подростка охоте и оленеводству, если навыки передаются при личном общении, а дети учатся в школе и для этого живут в интернате большую часть года?

Что сказать по этому поводу… Система творила насилие — нет слов. Система была убеждена, что достаточно человеку объяснить, как надо жить, как жить лучше и интереснее, — и человек не может не пойти в эту сторону. Духовные наследники генерала Анрепа, убежденные просветители и упертые вожди в светлое будущее, коммунисты и впрямь полагали: просвещать можно, даже не очень спрашивая, чего хотят просвещаемые. Можно даже поколачивать просвещаемых по дороге в светлое будущее, чтобы получше просвещались и пошевеливались в дороге.

Но ведь насилие и правда оборачивалось благодеянием! Потому что сколько ни рассказывай о потерянной духовности и утраченной связи с природой — но бегать за оленьим стадом в 50–градусный мороз или охотиться на медведя как–то грустнее, нежели заниматься науками и искусствами, или же счетной работой в конторе, или преподавать математику детям природы в сельской школе.

Образование было нужно не всем. Корм оказывался не во всякого коня. На одного образованного приходилось двое или трое попросту спившихся. Единицы входили в современную культуру образованными специалистами, за счет гибели традиционной культуры — для всех. Но разве когда–нибудь и где–нибудь случал ось как–то иначе? Разве наши собственные предки были лучше?

А искушение образованием — было …

В Российской империи такого искушения не было у нерусских народов — получить образование на своем языке. СССР такую возможность предоставлял.

Чем менее культурен был народ, чем меньшим потенциалом он располагал — тем больший подарок предлагала ему советская власть.

Эстонцы явно проигрывали от того, что жили в СССР. В эпоху независимости были у них и университет с преподаванием на эстонском языке, и многое другое. Для узбеков баланс потерь и приобретений как–то неоднозначен. А вот для киргизов и эвенков советская власть оборачивалась благодеянием.






 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх