Глава 7. Чем привлекала империя


Богоподобная царица

Киргиз–Кайсацкия орды!

Которой мудрость несравненна

Открьша верные следы

Царевичу младому Хлору

Взойти на ту высоку гору,

Где роза без шипов растет,

Где добродетель обитает …

Г. Н. Державин


ОГРОМНАЯ ЦЕНТРАЛИЗОВАННАЯ ИМПЕРИЯ


В 1913, последнем мирном году своей истории, Российская империя достигла площади в 22, 4 миллиона квадратных километров. В зоне влияния Российской империи находились южные славяне Балкан – Болгария и Королевство сербов, хорватов и словенцев и были фактически ее сателлитами. Все православные на территории Османской империи обращали к России взоры, как к защитнице и возможной освободительнице.

Территория русской «зоны влияния» в Северном Китае превышала полтора миллиона квадратных километров, а население этой «зоны влияния» перевалило за сорок миллионов человек. С русским паспортом в Китай въезжали без виз, даже без пограничных отметок по причине того, что Русская Маньчжурия с центром в Харбине основана русскими в 1893 году.

Всякая империя стремится сделать свое население как можно более однородным. Римская империя прилагала колоссальные усилия, чтобы сделать всех своих подданных — от иберов в Испании до иудеев и амореев в Азии — примерно одинаковыми «ромеями» — римлянами. В первую очередь, конечно, одинаково лояльными; чтобы не бунтовали, исправно платили налоги, поставляли юношей для ведения войн… хорошо бы, еще и участвовали в управлении.

Путь достижения такого блаженства был один — превращения всех завоеванных народов в один народ. Пусть даже в народ с какими–то местными особенностями, самобытный в разных местах своего обитания, но главное — в единый народ.

Российская империя стремилась к единству подданных ничуть не меньше Римской. Пути к достижению имперского блаженства были просты и мало изменились со времен Рима: единство законов, господство русского языка в делопроизводстве и в культуре, единая армия.

Подчинение единым законам сближало подданных, заставляло их думать близкими категориями, приучало подчиняться единым правилам жизни.

Попадая в российскую армию, подданный волей–неволей общался на русском языке. Он обретал множество знакомых разных национальностей и постепенно становился имперским человеком по своей психологии.

Причем присягу в армии принимали по религиозным законам призываемого. В СССР были случаи, когда солдаты мусульмане восставали — их кормили свининой. Такое было совершенно невозможно в Российской империи. Куприн описывает даже принятие присяги по законам шаманского племени.

Русский язык привлекал и логичностью, богатством словарного запаса, и универсальным использованием. На русском языке можно было учиться, общаться, делать карьеру. Инородцы обрусевали не в силу специальной политики, а опять же «силою вещей».

Временами империя начинала избыточно спешить и тем отталкивала от себя людей. Когда при Николае I начали насильственно насаждать православие в Варшаве и в Ревеле–Таллинне, это только оттолкнуло людей.

Когда в 1839 году униатскую церковь насильно подчинили православной патриархии и запретили использовать само слово «Белоруссия», это вызвало только протест.

Стремясь любой ценой укрепить империю, Николай I, наоборот, разрушал ее.

К счастью, благоглупости николаевского времени остались в исторической памяти эксцессом. В целом же империя не вмешивалась в религиозную жизнь народов и не нарушала их традиций. Православная церковь оставалась единой с государством, но никому из высших чиновников и царедворцев и в голову не приходило помешать мусульманским муэдзинам скликать правоверных на намаз или заводить по четыре жены.


ИМПЕРИЯ НЕ МСТИЛА


Даже сдаваться на милость империи не было опасно или страшно. Победив поляков, чеченцев или жителей Кокандского ханства, империя даже не пыталась отомстить побежденным за упорное сопротивление. Воинская доблесть проТивника не только не отрицалась, но вызывала уважение, и этого уважения никто и не думал скрывать.

Пушкин, гнобя и унижая своего старого врага Фаддея Булгарина, писал, приводя Костюшко в виде положительного примера:


Не то беда, что ты поляк.

Мицкевич лях, Костюшко лях.


При том, что Костюшко — страшный враг Российской империи. Ну ладно, это война с европейским цивилизованным народом, близко родственным с русскими. Но вот война с кавказскими горцами, которых ни цивилизованным народом, ни близкими родственниками русских не назовешь.

26 августа 1959 года в ауле Гуниб вынужден сдаться русской армии злейший враг империи, не лучше Костюшко, имам Шамиль и с ним 400 мюридов.

Можно было бы нарушить слово, данное имаму? Разумеется, и многие империи непременно воспользовались бы случаем. Британская империя вовсе не считала, что слово, данное черным голым дикарям, обязывает к чему–то правительство империи, над которой никогда не заходит солнце.

Так вот: имама Шамиля не обманули. Обещали безопасность? И исполнили. Имаму Шамилю не мстили. Никто не сводил с ним счеты за многие годы жестокой войны, унесшей десятки тысяч жизней, за сопротивление до последнего.

Шамиля увезли с Кавказа, поселили в Калуге с семьей. Шамиль получал довольствие от правительства Российской империи и жил в Калуге, как владетельный князь.

Правительство Российской империи даже позволило ему, истовому мусульманину, совершить хадж — священное путешествие в Мекку. Шамиль уехал в 1870 году и в марте 1871 года умер в городе Медине в возрасте 74 лет (для тех времен — возраст очень преклонный). Уверен, многие мусульмане хотели бы умереть таким же образом.

Итак: империя не мстила.

И более того: империя всем давала шанс устроить свою судьбу в своих пределах.


ИМПЕРИЯ ДАВАЛА ШАНС


Завоеванные Российской империей народы не переживали национального унижения. Простонародье могло жить по своим древним традициям, никто их нравы не «исправлял». Привилегированный слой завоеванных народов быстро получал права российского дворянства.


Памяти Чокана Валиханова

Чужая жизнь — безжалостней моей -

Зовет меня… и что мне делать с ней?

Ведь можно лишь рукою великана

В лазоревой высокогорной мгле

Куском нефрита выбить на скале

Рассказ о гордом подвиге Чокана! [57, с. 5]


Как собирался С. Н. Марков выбивать надпись куском очень мягкого нефрита — вопрос сложный. Но вообще–то стихи красивые, а посвящены они Чокану Валиханову, биография которого очень и очень примечательна. Чокан Чингисович Валиханов — потомок сына Чингисхана, Джучи. Этот чингизид был внуком Вали — последнего независимого хана Средней Орды. Мохаммед- Ханафия, больше известный под кличкой Чокан, родился в семье русского подданного, Чингиса Валиева — полковника русской службы и управителя Кушкумурунского округа. Будущий русский ученый родился уже в семье военнослужащего Российской империи, но ведущего еще традиционный образ жизни — Чокан родился в кочевье близ озера Кушмурун в верховьях Тобола. Вот сам он, третье поколение от хана Средней Орды, не кочевал ни единого дня.

Чокан Валиханов окончил Омский кадетский корпус и если чем–то отличался от русских сверстников, так это внешностью и знанием восточных языков. Эти отличия нисколько не мешали ему, а скорее открывали новые интереснейшие возможности, для русских сверстников закрытые.

Чокан Валиханов вел интереснейшие исследования в Центральной Азии в городе Кашгаре, тогда напрочь закрытом для европейцев. Но он побывал в Кашгарии вовсе не в роли офицера русской армии, а как «купец Алимбай»: Чокан выдавал себя за сына жителя Кашгара, который в 1830–е годы выехал в Россию и умер в Саратове. У того и правда был сын, одногодок Чокана.

Называя вещи своими именами, Чокан Валиханов был разведчиком или шпионом — называйте, как хотите. Внешность и знание языков помогли «купцу Алимбаю» блестяще выполнить свою миссию и с честью вернуться в Российскую империю. В этом и состоит его «гордый подвиг».

Такую же услугу своей Родине оказал Гомбожаб Цэбекович Цыбиков [58]. Этнический бурят, он родился в кочевье, в забайкальских степях, и до двенадцати лет не говорил по–русски. Но окончил гимназию в Иркутске, потом университет в Петербурге… И мало того, что стал профессором, свободно овладел немецким и французским. Гомбожаб Цэбекович Цыбиков стал первым европейским ученым, который вошел в священный город буддистов Лхасу — столицу Тибета.

Тибетское правительство категорически не допускало в свою страну европейцев, китайцы помогали тибетскому правительству оставаться в жесткой изоляции. Англичане засылали под видом паломников–буддистов своих шпионов с юга… Но индусы не имели европейского образования и шпионами были скверными. Например, они не умели фотографировать, да и о том, что такое миля, азимут и масштаб, имели очень уж примерное представление.

А вот Гомбожаб Цэбекович — имел! Он был этническим бурятом, но одновременно — и европейским ученым, и в том не было противоречия. И он привез описания и фотографии столицы Тибета, о которой европейцы в то время не имели ни малейшего представления. И такие сведения о дорогах, расстояниях и расположении городов и крепостей, каких еще никто не привозил.

Эти два примера ярко показывают: представитель завоеванных народов и правда имел те же права, что и русские. Право получать образование, устраивать хозяйственную жизнь и уж, конечно, служить на гражданской и военной службе, получая награды и чины наравне с русскими. Причем не отказываясь ни от своей веры, ни от традиций своего народа.

Из этого правила есть одно не очень приятное исключение — евреи. На этот небольшой народ очень быстро обрушились разного рода ограничения.






 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх