Глава XXXV

КРИЗИС УНИИ, КРИЗИС ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ПРАВА

И КРИЗИС ОБОРОНЫ

(1905–1914 гг.)



Весной 1905 г., после того как переговоры об унии окончились неудачей, премьер-министр Бустрём во второй раз подал в отставку. Его сменил Юхан Рамстедт, способный чиновник, но не обладавший широким политическим опытом и авторитетом. Под его руководством правительство почти отказалось от какой-либо самостоятельной политики. Именно этот момент норвежские политические деятели выбрали для перехода в наступление. Норвежский стортинг принял новый закон о консульствах 27 мая шведский король наложил на этот закон вето. Тогда все члены норвежского правительства подали в отставку. Король объявил, что он не согласен заменить этих министров и что поэтому он отказывается принять их отставку. Стортинг истолковал это как отказ короля от выполнения обязанностей и вместе с тем как прекращение унии. Стортинг уполномочил норвежское правительство принять на себя всю полноту государственной власти. Это было то, что называют «норвежской революцией». Кризис унии разразился внезапно и бурно. Неожиданное нападение было искусно подготовлено и проведено в удачно выбранный момент. Почти для всех, и прежде всего для Швеции, решение о прекращении унии было неожиданным. Норвегия провела подготовительную дипломатическую работу, обеспечив себе поддержку великих держав, особенно Англии.

Если ранее настроение в Швеции было довольно неопределенным, а среди левых даже дружественным к Норвегии, то теперь все быстро переменилось. Поведение норвежцев было принято как оскорбление старого короля; ему даже не было предоставлено возможности добровольно отказаться от норвежского престола, если бы он этого пожелал. Удивление постепенно сменилось негодованием; начались поиски мер, чтобы спасти положение. Кронпринц Густав, казалось, был настроен в пользу безусловного расторжения унии; по его мнению, расторжение унии сильно подняло бы престиж Швеции в глазах великих держав. Но общественное мнение было иным.

Был созван внеочередной риксдаг, особая секретная комиссия обсудила вопрос, и была намечена линия для ближайших переговоров. Старый кабинет получил отставку, было образовано коалиционное правительство под руководством видного лидера правых в первой палате — заводчика Кристиана Лундеберга; о нем уже раньше говорили, как о возможном премьер-министре. Это правительство теперь должно было провести в жизнь выработанную шведским риксдагом программу. В шведской политической жизни появились новшества. Прежде всего, произошла первая в новой истории Швеции полная смена правительства. Раньше, как правило, при смене премьер-министра более или менее значительная часть членов правительства, а иногда и почти все правительство в целом оставалось на месте. Когда лидер партии «сельских хозяев» Арвид Поссе в 1880 г. стал премьер-министром, кабинет остался тот же, в него не вошел ни один представитель партии «сельских хозяев». Когда произошла смена кабинета из-за таможенного вопроса, многие из сторонников свободной торговли остались в составе кабинета и т. д. Теперь же со сменой премьера образовалось совершенно другое правительство. Кабинету Лундеберга предстояло проводить программу риксдага; этот кабинет, несмотря на все прецеденты, был первым «парламентарным» кабинетом. Это правительство было также первым в этот период «коалиционным правительством», в состав которого входили представители важнейших парламентских групп. Такие случаи бывали и раньше. Так, в правительстве под руководством Бильдта, созданном для разрешения таможенного вопроса, были представлены обе главные группы. Второе правительство Бустрёма (1902) тоже носило в некотором роде посреднический характер. Но новый кабинет имел свои отличительные черты. Можно также добавить, что это было первое шведское правительство, в состав которого вошли в качестве членов представители крестьянства (Альфред Петерссон из Побуды и один адвокат, лидер объединенной либеральной партии Карл Стаафф). Как курьез можно отметить, что при образовании этого кабинета впервые были усиленно использованы телеграф и телефон. Все это было признаком или предвестником новых времен.

Риксдаг единодушно поддержал программу кабинета Лундеберга. После всенародного голосования или новых выборов в стортинг последний должен был внести пожелание о разрыве унии со Швецией, после чего могли начаться переговоры об условиях разрыва. Шведские условия были следующие: норвежские пограничные укрепления должны быть уничтожены и по обе стороны государственной границы должна быть учреждена нейтральная пограничная зона; между двумя государствами должны начаться переговоры о транзитной торговле; шведские лапландцы должны получить право выгона своих оленей на пастбища на территории Норвегии. Вокруг этих пунктов объединились все члены риксдага, независимо от политической позиции и прежних симпатий к норвежским требованиям и пожеланиям, особенно сильным среди радикальных кругов. Переговоры в Карлстаде проходили в напряженной обстановке; порой, казалось, угрожала война; оба государства проводили военные приготовления; шведский риксдаг выделил на это кредит в 100 млн. крон.

В конце концов после того как сделаны были некоторые уступки в отношении пограничных укреплений и нейтральной зоны, норвежцы согласились на шведские условия. Чрезвычайная сессия риксдага в октябре того же года одобрила соглашение, и уния была расторгнута [120].

Между тем продолжалось успешное развитие машиностроения и родственных с ним отраслей промышленности. В последние годы XIX в. появились такие предприятия, как фирмы Эрикссон (1876), «Шведские шарикоподшипники» (1907), «Асеа» (1883), «Сепаратор» (1883), «Газаккумулятор» (1904), «Атлас-Дизель» (1891–1910) (в своем патриотическом угаре автор упускает из виду, что все перечисленные им всемирно известные «шведские» фирмы по составу капитала более чем на половину являлись немецкими или английскими). В Швеции создавался современный торговый флот, развивалось судостроение, в больших размерах началось трансатлантическое судоходство. Выросла внешняя торговля. За 1911–1913 гг. средний годовой экспорт продуктов сельского хозяйства, главным образом животноводства, достиг суммы в 126 800 тыс. крон, продуктов лесного хозяйства и лесной промышленности — 196 500 тыс. крон, продукции бумажной промышленности — 133 900 тыс. крон, экспорт минералов, руд и спичек достиг суммы в 144 900 тыс. крон, а продукции металлургической промышленности — 151 600 тыс. крон. По сравнению со стоимостью экспорта всего лишь на одно поколение раньше это были очень большие цифры. Важнейшими импортными товарами теперь были уголь и кокс, удобрения и искусственный корм для шведского сельского хозяйства. В экономической жизни в период от кризиса унии до первой мировой войны едва ли можно отметить что-либо новое по сравнению с только что прошедшим периодом. Стоит лишь указать на усилившуюся стандартизацию и автоматизацию, на усовершенствование машинного оборудования, о чем, между прочим, можно судить по импорту. Не меньшую роль сыграла здесь и все растущая электрификация. В 1905 г. было создано особое государственное учреждение — Управление по использованию водной энергии. Его задачей была дальнейшая электрификация страны.

В течение десяти лет, прошедших после разрыва унии, происходили изменения и в политической жизни. Одним из первых вопросов, требовавших разрешения, был вопрос об избирательном праве. Новые выборы, осенью 1905 г., были благоприятны для левых партий; в частности, добились успеха либералы со своей общегосударственной организацией «Союз свободомыслящих»; их лидером был уже упоминавшийся нами способный, смелый и настойчивый адвокат Стаафф. Программа его состояла в реорганизации системы выборов во вторую палату по английскому образцу. Когда кабинет Лундеберга подал в отставку, Стааффу было поручено образовать левый кабинет, чтобы в первую очередь решить вопрос об избирательном праве, который не удалось разрешить фон Оттеру и Бустрёму незадолго до кризиса унии. Опираясь на либеральную партию, Стаафф выдвинул свой проект избирательной системы, принципиально отличавшейся от того, что предлагали его предшественники. Он содержал в себе: всеобщее избирательное право при выборах во вторую палату с определенными ограничениями [121] и право избрания от округа только одного депутата с соблюдением принципа большинства голосов. По мнению Стааффа, первая палата не должна была измениться, поэтому она утрачивала свое значение. Программе Стааффа правые противопоставили свою программу: всеобщее избирательное право, но с гарантиями того, что мнение меньшинства также будет выслушано, что могло быть достигнуто только путем пропорциональных выборов. Эта система теоретически была уже разработана в проекте реформы 1904 г. Она усиливалась теперь в сторону «двойной пропорциональности» (то есть пропорциональных выборов в обе палаты). Предложение Стааффа получило большинство лишь во второй палате, после чего он ушел в отставку (1906). Теперь наступила очередь правых выступить с предложением по вопросу о выборах.

К числу многих других событий этих лет надо отнести также зарождение современных партий. Либералы шли впереди всех и были раньше всех подготовлены. Консервативная партия только начала организовываться для борьбы против либералов. Партия «сельских хозяев» во второй палате продолжала существовать, но с 1902 г. она стала численно уступать партии либералов. На выборах 1905 г. положение было следующее: 106 мандатов получили либералы, 99 — правые (партия «сельских хозяев» и «дикие» объединились как «умеренные реформисты»), 13 — социал-демократы. После этого правые партии в риксдаге 1906 г. еще раз перегруппировались. В первой палате они разделились на строго консервативную «большую партию» и на умеренную группу. От либералов правые заимствовали идею общегосударственной организации, и в 1904 г. был создан «Всеобщий союз избирателей», который постепенно вырос в организацию правых, соответствующую «Союзу свободомыслящих». Эта реорганизация и партийно-политическая консолидация правых способствовали тому, что после отставки Стааффа они приняли на себя ответственность за формирование правительства. Образовать кабинет при ясно выраженном пожелании короля — разрешить вопрос об избирательном праве — было поручено Арвиду Линдману. Это был один из наиболее способных умеренных правых деятелей, морской офицер, владелец предприятия, готовый на компромиссы и ловкий парламентарий. Кроме того, Линдману часто удавалось вести за собой различные группы правых из числа промышленников и сельских хозяев.

Кабинет Линдмана, с Петерссоном из Побуды, как прежним докладчиком по основному вопросу, представил в 1907 г. риксдагу новый проект избирательной реформы со всеобщим избирательным правом при выборах во вторую палату (однако, с теми же ограничениями, что и раньше), пропорциональными выборами в обе палаты и, наконец, пропорциональными выборами в коммунальные собрания (ландстинги и городские самоуправления), которые избирали членов первой палаты. Избирательная шкала при коммунальных выборах оставалась многоразрядной, как и раньше, но значительно выравнивалась; максимальное число голосов, которое мог подать один человек, имеющий право голоса, уменьшалось до 40 (по шведскому положению о выборах некоторые (имущие) избиратели могут обладать многими голосами). Правые надеялись на то, что с помощью таких положений «демократические землетрясения» не будут слишком сильными. Путем умеренной демократизации первой палаты эта палата могла сохранить свое значение как сдерживающего начала. Момент был выбран удачно, так как все устали от дискуссий; даже в некоторых левых кругах готовы были согласиться с этой линией. Линдман провел предложение правительства с некоторыми изменениями, внесенными либералом Даниелем Перссоном из Тилльберга; это предложение получило большинство в обеих палатах, причем во второй палате большинство состояло как из консерваторов, так и из либералов. Согласно действующему положению об изменении конституции, этот вопрос должен был быть ещё раз обсужден в риксдаге после выборов новой второй палаты. Выборы состоялись в 1908 г. и дали следующие результаты: правые партии получили 83 мандата (партия «сельских хозяев» — 51, партия «национального прогресса» — 32), объединенная партия либералов — 98, социал-демократы — 34; 8 мест получили неорганизованные правые и 7 — неорганизованные левые. На сессии риксдага 1909 г., после того как либералы прекратили свое сопротивление, предложение было окончательно принято.

С большим напряжением ожидались теперь первые выборы во вторую палату по новому избирательному закону. Выборы состоялись в 1911 г. Активность избирателей была наиболее высокой после периода борьбы по таможенному вопросу в 1887 г. В выборах участвовало 57 % всех избирателей. После реформы более 19 % всего населения Швеции имели право участвовать в выборах, в то время как на предыдущих выборах этим правом пользовались лишь 9,5 %.

Либералы получили 102 места, то есть добились некоторых успехов после прежних выборов; правые партии получили 64 места, то есть значительно меньше, чем раньше (впрочем, это было не совсем неожиданно). Социал-демократы добились 64 мандатов.

Правые состояли главным образом из промышленников и из верхушки средних классов, либералы — частью из старых городских радикалов и в большей степени — из мелких земледельцев и представителей мелких промышленников. Их особенно поддерживали общества трезвости и сторонники свободной церкви, роль которых возрастала. Социал-демократы выступали как партия промышленных рабочих под руководством профсоюзных деятелей и «радикальной интеллигенции».

Парламентская практика была уже настолько разработана, что после выборов Линдман ушел в отставку, уступив место Стааффу, новый кабинет которого получил более радикальный характер, чем предыдущий. После этого Стаафф распустил первую палату. Когда она была вновь избрана, согласно положению 1909 г., то левые усилились и в ней, хотя правые сохранили большинство. Правые получили 86 мест (ранее они имели 128), либералы 52 (вместо 15) и социал-демократы 12 мест (вместо прежних 2). Вопросы, принимавшиеся общим голосованием обеих палат, теперь могли решаться так, как это было желательно для либералов и социал-демократов. Одним из результатов выборов была консолидация правых партий в «Национальную партию» в первой палате и в «Партию сельских хозяев и буржуазии» во второй палате со Всеобщим союзом избирателей как соответствующей политической организацией в масштабе всей страны.

В год дебатов об избирательном праве интерес к политике в стране значительно возрос. Он еще более усилился перед большим социальным и политическим конфликтом 1909 г. Борьба между рабочими и предпринимателями, как уже говорилось, временами становилась очень острой. Стачки и локауты стали обычным явлением при всех спорах по вопросу о заработной плате. Происходили столкновения между бастующими и штрейкбрехерами. В Мальме была брошена бомба в пароход с английскими штрейкбрехерами, вызванными в Швецию для замены бастующих (так называемое «покушение на «Амальти» (название парохода) 1908 г.). Мировой экономический кризис оказал свое действие и на Швецию, вызвав понижение заработной платы. Конфликты, локауты и стачки следовали одни за другими. В августе 1909 г. союз работодателей объявил большой локаут, на который рабочие ответили всеобщей забастовкой. Забастовка была хорошо организована. В известной степени эта забастовка была демонстрацией силы шведского рабочего движения. О его успехах в последние годы можно было судить по все увеличивающемуся числу рабочих, входивших в профессиональные союзы: в 1902 г. — 66 тыс., в 1907 г. — 231 тыс. человек (после этого последовало небольшое снижение). Иногда до трехсот тысяч рабочих одновременно прекращали работу. В течение конца лета и осени ряд конфликтов был улажен и был нанесен чувствительный удар объединению профсоюзов страны. Идейные споры среди социалистов в начале XX в. свидетельствуют о их постепенном отходе от первоначальной, марксистской идеологии. Некоторые признаки этого замечались ранее, и на партийном конгрессе в 1911 г. программа партии была пересмотрена — на чем особенно настаивал Карл Линдхаген. Пересмотренная программа далеко отошла от ортодоксального марксизма. Представители партии в риксдаге без труда применились к действующим в нем традициям и между либералами и социал-демократами возникло тесное сотрудничество.

Остановимся теперь на важнейших реформах, относящихся к периоду 1905–1914 гг. Было разработано законодательство об охране труда, дальнейшее развитие которого заставило себя ждать с 1899 г., закон об охране труда был принят в 1912 г. В 1913 г. был принят закон о социальном обеспечении по старости. В 1911 г. началась большая работа по решению проблемы борьбы с алкоголизмом. Еще в 1906 г. был введен новый порядок разрешения трудовых конфликтов: по требованию спорящих сторон в конфликты вмешались государственные уполномоченные, выступавшие как посредники. Так называемые норландские вопросы были урегулированы; была организована (1906–1909) защита крестьян от насилия лесоторговых компаний; было принято решение о передаче в собственность государства рудных месторождений (1907). Не менее значительны были мероприятия в области эмиграции и организации выдачи ссуд на строительство жилищ. Большое значение имело строительство городского водопровода и канализации. Но все же с древнейших времен сохранились еще странные пережитки: право призрения бедных продавалось с торгов тому, кто за наименьшую сумму брался содержать призреваемых. Это практиковалось еще и в XX в. [122].

Различные партии часто сотрудничали друг с другом по политическим вопросам. Единство, однако, ослабевало, когда дело касалось вопросов обороны. В либеральных кругах движение за мир было представлено значительными силами; социал-демократы были враждебно настроены к вопросам обороны и все еще рассматривали ее как дело защиты верхушки имущих классов. Различные общественные группы вели усиленную антимилитаристскую агитацию. В предвыборную программу либералов в 1911 г. входило снижение расходов на оборону страны в пользу социально-политических реформ. Стаафф в самом начале деятельности своего второго кабинета приостановил работу над уже одобренным строительством броненосца нового типа; он назначил комитеты для пересмотра вопроса обороны, стремясь прежде всего сократить расходы на оборону. Вокруг этих вопросов и разгорелись в ближайшее время большие политические бои.

Приостановка строительства броненосца привлекла к себе всеобщее внимание, и вскоре обнаружилось, что имеются сторонники укрепления обороны. В 1912 г. была организована подписка, которая дала средства на постройку корабля, из-за которого велись споры. Написанная в сенсационном духе брошюра путешественника Свена Хедина («Слово предостережения», 1912 г.) внушала мысль об опасности, угрожающей со стороны России. Одновременно с этим большинство либералов, принимавших участие в обсуждении вопросов обороны, и прежде всего сам Стаафф, нашли, что общее положение требовало укрепления обороны на той же основе, что и в 90-х годах и в рамках положения 1901 г. об организации армии. В декабре 1913 г. Стаафф заявил, что «оборона должна быть укреплена». Но он считал, что не сумеет осуществить эту задачу из-за того, что новые требования сильно расходились с предыдущей либеральной предвыборной программой; только после новых выборов, считал Стаафф, можно будет, например, увеличить срок обучения военнообязанных. Дело кончилось чрезвычайно своеобразным бурным спором. Правые и некоторые либералы считали, что необходима немедленная и полная реформа обороны; этого же мнения придерживался начиная с 1911 г., иногда даже в остром противоречии с правительством, король Густав V (вступивший на престол после смерти короля Оскара II в 1907 г.). 6 февраля 1914 г. 30 тыс. крестьян расположились во дворе Стокгольмского дворца и на Замковой горе («крестьянский поход» — в так называемом «крестьянском походе» участвовало прежде всего шведское кулачество) и предъявили королю требование скорее принять меры для укрепления обороны.

Король объявил о своем присоединении к требованию крестьянского похода.

Правительство Стааффа ушло в отставку, и после того как Луи де Гееру младшему не удалось образовать новый либеральный кабинет, было создано настроенное в пользу обороны правительство довольно правой ориентации под руководством губернатора Яльмара Хаммаршёльда и с видным представителем шведского финансового мира директором Стокгольмского частного банка К. А. Валленбергом в качестве министра иностранных дел. Последовали новые выборы во вторую палату, которым предшествовала интенсивная предвыборная борьба, проводившаяся не совсем обычными приемами: Стааффа и либералов обвинили в изменнических тенденциях, в то время как левые объявили, что весенние события представляют собой попытку нарушить конституцию [123]. Результаты выборов принесли победу правым и социал-демократам (80 и 74 мандата); либералы потерпели поражение, и в их рядах наметился раскол (70 мандатов либералов и 6 мандатов новой группы — «свободомыслящие друзья обороны»). Однако казалось, что правительство Хаммаршёльда едва ли сможет провести свою оборонную программу. Летом начался крупный политический кризис, а 1 августа разразилась мировая война. Положение коренным образом изменилось, и вопрос должен был соответственно решаться в совершенно ином плане.

Большой размах в рассматриваемый период получило кооперативное движение, хотя наибольший его подъем пришелся на последующее десятилетие. В 1899 г. был основан кооперативный союз. В 1904 г. он начал заниматься оптовой торговлей, в 1908 г. — производством. В 1910 г. союз насчитывал 68 тыс. членов. Сначала кооперация была встречена рабочими с некоторым недоверием, но впоследствии взаимоотношения обоих движений характеризовались как «доброжелательный нейтралитет».




Примечания:



1

[1] В дополнение к сказанному о русско-шведских отношениях в прошлом отсылаем читателя к «Истории дипломатии», т. I–II (1941–1945). См. также Б. Поршнев, «Густав Адольф и подготовка Смоленской войны» (Вопросы истории. 1947, № 1); Е. Тарле, «Карл XII в 1708–1709 гг.» (Вопросы истории, 1950, № 6).



12

[12] Главную роль в объединении Швеции сыграли экономические связи между отдельными областями страны. Именно это экономическое объединение способствовало созданию единого дворянства и прочной королевской власти. — Прим. ред.



120

[120] И. Андерссон, описывая события, щадит самолюбие носителей идей шведского великодержавия, которые потерпели жестокое поражение. Народное голосование в Норвегии по вопросу об отделении состоялось 13 августа 1905 г.; результаты голосования при очень активном участии народных масс (около 80 % имеющих право голосовать) показали непопулярность в Норвегии унии; за расторжение было подано 368 200 голосов и только 184 — за сохранение унии со Швецией. Шведское дворянство и буржуазия готовились к войне. «Шведские аристократы были за войну против Норвегии, попы тоже…» — указывает В. И. Ленин в статье «О карикатуре на марксизм» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 23, стр. 40). В. И. Ленин отмечает, что «война Швеции против Норвегии, проповедовавшаяся реакционерами Швеции, не удалась как в силу сопротивления шведских рабочих, так и в силу международной империалистской ситуации» (там же, т. 22, стр. 319). — Прим. ред.



121

[121] Эти ограничения касались прежде всего рабочих, сельских батраков и женщин. Первые две категории, как не имеющие постоянной оседлости, почти целиком исключались из действия новой системы Стааффа. — Прим. перев.



122

[122] Реформы, о которых говорит И. Андерссон, были проведены шведским правительством из боязни перед ростом рабочего движения, которое развивалось, несмотря на оппортунизм руководителей социал-демократической партии. Эти реформы оставляли неизменной систему эксплуатации трудящихся шведской буржуазией. — Прим. ред.



123

[123] Правые партии раздували шовинизм и всячески использовали воображаемую русскую опасность, чтобы отвлечь внимание народных масс от вопросов внутренней политики и подавить мощный подъем рабочего движения (всеобщая забастовка 1909 г.). Либералы и социал-демократы типа Брантинга понимали сущность политики правых партий, но не хотели выступить против демагогии правых, ибо сами были напуганы ростом революционных тенденций в рабочем классе. С другой стороны, военный психоз в Швеции раздувался извне агентами Германии и стран Антанты, усиленно готовившихся к войне и поэтому не жалевших средств для подготовки скандинавского плацдарма. — Прим. ред.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх