• Борьба Гераклеополя и Фив
  • Развитие хозяйства
  • Развитие торговли
  • Военные походы
  • Эксплоатация завоёванных стран
  • Усиление власти номархов
  • Развитие рабства
  • Города
  • Восстания бедняков и рабов
  • Завоевание Египта гиксосами
  • Глава VIII. Египет в период Среднего Царства

    Литьё металла. Фреска из гробницы Рехмира

    Распад Египта на отдельные номы угрожал гибелью Египетскому государству. Необходимость поддерживать в порядке единую систему орошения, регулировать разливы Нила и расширять ирригационную сеть была главной причиной политического воссоединения страны. Этого же требовало развитие внешней торговли. Поэтому наиболее сильные области Египта начинают политику объединения страны. В качестве двух наиболее крупных объединительных центров выступают: на Севере — Гераклеополь, а на Юге — Фивы.

    Борьба Гераклеополя и Фив

    Эти города занимали крупное место в экономической жизни страны, что в некоторой степени объясняется их выгодным географическим положением. Гераклеополь находился на стыке между дельтой и долиной, его территория включала весь бассейн Фаюмского оазиса. Это была довольно значительная плодородная низменность, хорошо орошаемая Нилом. Большое озеро, расположенное в Фаюмском оазисе, хранило в себе запас избыточной воды больших наводнений. Благодаря этим условиям местное население могло с успехом заниматься земледелием. Кроме того, Гераклеополь находился на скрещении торговых путей, соединявших дельту с долиной и Египет с западными оазисами и с Синайским полуостровом. Понятно, что правители этого нома имели все возможности для того, чтобы начать борьбу за объединение Египта под своей властью.

    Южный центр Египта — Фивы также занимал выгодное географическое положение. Здесь скрещивались другие, не менее важные торговые пути, соединявшие Египет с важнейшими областями Нубии, откуда в Египет постоянно доставляли золото, слоновую кость и рабов. Через Фивы шёл другой, столь же важный торговый путь, соединявший Египет с побережьем Красного моря. Отсюда египтяне совершали плавания по Красному морю на север, к берегам Синая, где находились богатые медные рудники, а также на юг, в далёкую, загадочную страну Пунт, всегда манившую египтян своими богатствами. Гераклеополь и Фивы, начав в середине III тысячелетия до н. э. борьбу за преобладание и господство в Египте, должны были рано или поздно столкнуться между собой.

    Первым выступил на арену широкой политической борьбы Гераклеополь. По мере ослабления Египта правители Гераклеополя усиливались, стремясь подчинить своему влиянию весь Египет и объединить его под своей властью. Основателем гераклеопольскоё (девятой по общему счёту) династии фараонов вновь объединённого Египта был Хети Мери-иб-Ра, имя которого было найдено на скалах близ первого порога, где, очевидно, проходила южная граница его государства. Хети не только объединил Египет, но даже сделал попытку возобновить завоевательную политику египетских фараонов. Однако власть гераклеопольских царей не была прочной. Внутри страны происходила острая социальная борьба. Бедняки подымались против богачей. В «Поучении Гераклеопольского царя», текст которого сохранился на Эрмитажном папирусе № 1116-А, говорится: «Возбуждает жителей города мятежник, который раскалывает молодёжь на две партии. Если ты обнаружишь, что „маленькие“ в городе примыкают к нему, то прогони его. Он также является врагом». С другой стороны, гераклеопольским царям приходилось вести постоянную борьбу с могущественными номархами, среди которых занимал первое место правитель фиванской области. Интересные надписи, сохранившиеся на стенах гробниц сиутских номархов, повествуют о политической и военной деятельности гераклеопольских царей, опиравшихся, как видно из этих надписей, в значительной степени на военную силу сиутских номархов, бывших их верными союзниками. Некоторое время борьба между Гераклеополем и Фивами велась с переменным успехом, но в конце концов победа оказалась на стороне Фив. Сильные фиванские правители сумели объединить вокруг себя весь южный Египет, очевидно, использовав материальные и человеческие ресурсы Нубии. Окончательным победителем в этой борьбе оказался фиванский царь Ментухотеп, который восстановил единое Египетское государство. В одной надписи, сохранившейся от его времени, говорится о том, что он «заключил в оковы вождей обеих стран, покорил южную и северную страну, чужие земли и обе области Египта». Значение этой надписи иллюстрирует рельефное изображение, рисующее сцену царского триумфа над четырьмя врагами. Наряду с нубийцем, азиатом и ливийцем художник изобразил здесь египтянина в качестве четвёртого врага царя, очевидно, намекая на победу Ментухотепа над Гераклеополем.

    Развитие хозяйства

    При фараонах XI и XII династий в Египте вновь образовалось мощное централизованное государство, претендовавшее на господство в Северо-Восточной Африке и стремившееся к усилению своего влияния в соседних странах. Надписи и памятники этого времени указывают на значительный рост производительных сил страны, на всестороннее развитие различных видов хозяйства. Сельское хозяйство, игравшее значительную роль в экономике аграрного Египта, всегда требовало в первую очередь расширения обрабатываемых земель и усиления системы орошения. Поэтому государственная власть должна была осуществлять в этом отношении целый ряд мероприятий. При Аменемхете III (1849–1801 гг. до н. э.) уровень подъёма воды в реке во время наводнения тщательно отмечался на скалах около Семнэ. Очевидно, специальные чиновники следили за высотой подъёма воды в Ниле, отдавая себе ясный отчёт в том, какое громадное значение для хозяйственной жизни страны имела та система искусственного орошения, действие которой целиком зависело от количества воды в Ниле. Наиболее крупные оросительные работы производились в эту эпоху в Фаюмском оазисе, где было создано крупное водохранилище, соединённое особым каналом с Нилом. Специальные приспособления давали возможность регулировать движение воды, шедшей из Фаюмского озера в Нил и обратно. Наконец, сооружение больших защитных стен позволило осушить большую часть Фаюмского оазиса, где вскоре образовался богатый земледельческий район и даже вырос новый большой город.

    Сельское хозяйство процветало во всей стране. Египет превратился в зелёный цветущий сад. Крупные рабовладельческие поместья, возникшие в эту эпоху, создавали все необходимые предпосылки для значительного развития земледелия и животноводства. На стенах гробниц номархов нома Газели в Бени-Хассане изображены типичные сцены из жизни обитателей такого крупного поместья.


    Храм Ментухотепов в Дейр-эль-Бахри. Реконструкция. Среднее Царство

    Развитие сельского хозяйства сопровождалось также и развитием ремесленного производства. Высокого расцвета достигает обработка камня, из которого с глубокой древности делали сосуды, орудия и оружие. Дальнейший прогресс наблюдается в области металлургии. Огромное техническое значение имеет появление бронзы, которая даёт возможность изготовить оружие и орудия лучшего качества, чем ранее. Высокого совершенства достигает ювелирное мастерство, прекрасные образцы которого были обнаружены в Дахшуре. Большое значение имело ткацкое производство, развивавшееся на базе применения местного сырья (льна) и использования особого низкого горизонтального ткацкого станка. Изображения на стенах гробниц этой эпохи и полная модель прядильной и ткацкой мастерской, найденная при раскопках кладбища XI династии в Дейр-эль-Бахри, дают прекрасное представление о развитии текстильного дела. Рост деревообделочного производства, основанный на применении разнообразного инструментария, тесно связан с дальнейшим развитием кораблестроения. Наконец, на общий расцвет хозяйства в эту эпоху указывает развитие водного и сухопутного транспорта, рост городов и расширение торговли, как внутренней, так и внешней. Организуются крупные торговые экспедиции в Нубию и в Сирию. Интенсивно эксплоатируются медные рудники Синая и золотые копи Нубии. Колонизуются области, прилегающие к Египту, в частности оазисы. Прокладываются и укрепляются торговые пути, имеющие крупное значение для развития египетской экономики, как, например, путь, соединяющий долину Нила с побережьем Красного моря (Вади-Хаммамат). На экономический расцвет страны указывает и довольно широкое строительство, предпринятое фараонами XI и XII династий. В Фивах строится первый большой храм богу Амону. В Дейр-эль-Вахри был воздвигнут своеобразный храм, ещё сохранявший древние пирамидообразные формы. Особенно крупное строительство развернулось в недавно освоенном Фаюмском оазисе, в частности в том новом городе, который был здесь основан. В античной историографии сохранилось воспоминание о грандиозном здании, которое здесь было построено и которое впоследствии получило название Лабиринта. Это здание, своего рода религиозный и административный центр страны, сохранилось вплоть до позднего времени и было описано греческим писателем Страбоном.

    Развитие торговли

    Восстановление единого Египетского государства дало толчок дальнейшему развитию египетской торговли. Все больше и больше укрепляются торговые связи Египта с соседними областями, откуда в Египет привозили минералы, соль, растения, дерево, кожи, птиц, в частности голубей. Раскопки, произведённые в Сирии, указывают на то, что некоторые пункты этой страны в эпоху Среднего Царства превратились в настоящие форпосты египетской торговли и вообще египетского влияния. Таков был, например, город Библ, в развалинах которого были обнаружены; многочисленные египетские изделия, относящиеся, судя по надписям, ко времени Среднего Царства. Здесь найден роскошный обсидиановый сосуд с золотой надписью, содержащий имя, фараона Аменемхета III, и драгоценные сосуды с именами Аменемхета IV. Египетские предметы, как, например, сфинкс с именем дочери царя Аменемхета II, были найдены и в другом сирийском городе, в Катне. Наконец, египетские памятники времени Среднего Царства, в частности статуэтки царевны Хнумит, обломки сфинксов с именами Аменемхета III и скульптурная группа с именем «начальника города, везира, судьи Сенусерта-анх», были найдены во время раскопок в Рас-Шамра, в северной Сирии, в развалинах столицы царства Угарит, что указывает на проникновение египетской торговли вплоть до областей Северной Сирии.

    Известный «Рассказ Синухета» красноречиво рисует укрепление торговых связей между Египтом и Сирией. Один из князей Сирии, к которому является бежавший из Египта вельможа Сииухет, говорит, что египтянин может услышать в Сирии египетскую речь. В том же рассказе говорится о том, что египетские караваны проходили через Сирию. Синухет, обосновавшийся в Сирии, не теряет связи со своей родиной. С гордостью говорит он об этом: «Посол, отправлявшийся на север или на юг — ко двору, останавливался у меня — я давал приют всем». На стенах одной египетской гробницы Среднего Царства изображены 37 типичных азиатов, принадлежавших, как говорится в надписи, к племени аму. Эти азиаты прибыли в Египет во главе со своим вождём Ибша, очевидно, для того, чтобы завязать с Египтом более тесные торговые связи. В надписях этого времени говорится об египетских экспедициях, снаряжавшихся в Сирию. Так, на 45-м году царствования Аменемхета III (1804 г. до н. э.) экспедиция во главе с Пта-Уром проникла далеко в глубь Сирии — «в таинственные долины, в области очень отдалённые, о которых раньше никто ничего не слыхал». Египетская торговля с Сирией, в частности с Библом, в эту эпоху играет уже такую крупную роль в хозяйственной жизни Египта, что прекращение этой торговли в годы большого восстания рабов и бедняков рассматривается как тяжёлое несчастье. Наконец, в эту эпоху устанавливаются первые торговые связи Египта с Вавилонией. В развалинах храма в Тод в 1935 г. было найдено 4 медных ящика с различными предметами азиатского происхождения, в частности с амулетами и печатями типично месопотамского происхождения. Судя по надписям, эти вещи доставлены в Египет в царствование Аменемхета П.


    Танисский сфинкс с портретным изображением Аменемхета III. Среднее Царство

    Голова Танисского сфинкса. Портретное изображение головы Аменемхота III. Среднее Царство. Каирский музей

    Одновременно с этим усиливаются и торговые связи Египта с южными странами — с Нубией, а также с той далёкой страной Пунт, которая была расположена на восточных берегах Африки, в районе современного Сомали. В надписи казначея Хену времени XI династии описывается снаряжение довольно большой торговой экспедиции в эти далёкие юго-восточные страны. Египтяне должны были преодолевать здесь большие трудности далёкого и тяжёлого пути. Им приходилось пересекать пустынные районы и поэтому брать с собой в большом количестве воду, провиант и сандалии. На берегу Красного моря они строили корабли и оттуда направлялись морем в страну Пунт с целью доставки в Египет богатств этой страны. Эти экспедиции должны были сопровождаться большими отрядами войск, что иногда придавало им полувоенный характер. В надписи «казначея царя Нижнего Египта и начальника дворца Хент-хет-ура» говорится о том, что «он благополучно вернулся на Пунта, причём воины его были с ним целы и невредимы и корабли его пристали к Сау». Возможно, что эта гавань Сау находилась на берегу Красного моря, несколько севернее Косейра. Торговля с Пунтом продолжала существовать и во времена XIII династии. В надписи Ноферхотепа упоминаются «благовония из Пунта» и «драгоценные камни из Страны богов».

    В надписях этого времени упоминаются и торговые сношения с северными народами, которых египтяне называли «ханебу», т. е. «находящиеся позади». В эту эпоху уже существовали особые управления, ведавшие сношениями с этими северными племенами ханебу; некоторые вельможи указывают в своих надписях, что они одерживали победы над этими племенами. В Египте, в развалинах города Ха-Сенусерт-Хотеп (современный Кахун), построенного Сенусертом II, близ его пирамиды у входа в оазис Фаюм, были найдены черепки сосудов так называемого «типа Камарес», доставленные с острова Крита. Одновременно с этим египетские вещи времени Среднего Царства были обнаружены при раскопках на Крите. Это свидетельствует, о существовании торговых связей между Египтом и Критом в эпоху Среднего Царства.

    Военные походы

    Надписи египетских фараонов Среднего Царства пестрят указаниями на многочисленные военные походы, организованные с целью завоевания Нубии и областей южной Сирии. Особенно большое внимание фараоны Среднего Царства обращали на завоевание Нубии, этой богатой золотом страны.

    Аменемхет I (2000–1980 гг. до н. э.) совершил военный поход в Нубию, завоевав некоторые области этой страны, о чём он с гордостью сообщает в своём «Поучении». Сеиусерт I продолжал его завоевательную политику и несколько раз совершал военные походы на юг, достигнув Вади-Хальфы, о чём свидетельствует памятная стэла, поставленная здесь военным командиром Ментухотепом. На этой стэле изображён царь перед богом Монту, «владыкой Фив», который в ту эпоху считался вдохновителем и покровителем завоевательной деятельности фиванских фараонов. С большой гордостью, несомненно, преувеличивая свои военные заслуги, царь говорит, обращаясь к богу:

    «Я поверг к твоим ногам, благой бог, все страны, которые находятся в Нубии».

    Строго каноническая художественная композиция наглядно изображает, как широко использовалась в те времена религия для оправдания захватнических войн. На рельефе, покрывающем эту стэлу, представлен бог войны, который ведёт и как бы передаёт царю вереницу связанных пленников, символизирующих завоёванные нубийские города. Под головой и плечами каждого пленника овал содержит имя захваченного города. Удачный поход Сенусерта I (около 1980–1935 гг. до н. э.) в страну Куш (Нубия) описан также и в автобиографии беии-хассанского номарха Амени. Этот вельможа считал своей особой заслугой то, что он следовал за царём, «когда тот плыл вверх по течению, чтобы уничтожить своих врагов в четырёх иноземных странах». Конкретизируя эту несколько общую фразу, Амени с гордостью говорит о том, что он «прошёл через Нубию, поплыл вверх по течению» и «расширил границы страны», причём «не было потерь в его войсках». Очевидно, в эту эпоху египтяне покорили племена маджаев. Номарх Элефантииы, вельможа Сиренпут, в своей надписи в Ассуане говорит о том, что ему сообщали о доставке из области маджаев продуктов в качестве дани князей иноземных стран.

    Наиболее крупные завоевательные походы на юг совершил фараон Сенусерт III (1887–1849 гг. до н. э.), который в течение своего царствования четыре раза ходил войной на Нубию. Его походы привели к окончательному покорению Нубии. Сенусерт III не только покорил Нубию вплоть до области 2-го порога, но и построил здесь ряд египетских крепостей, развалины которых сохранились до нашего времени в Семнэ, в Куммэ и в ряде других мест, давая яркое представление о развитии крепостного строительства в Египте в эту эпоху. Эти крепости должны были защитить южную границу Египетского государства и помешать нубийским племенам совершать походы в области, принадлежащие Египту. В торжественных надписях, найденных в южном пограничном районе, Сенусерт III объявил о своих победах и завоеваниях в Нубии, где он установил новую границу Египетского государства, значительно отодвинув её на юг. Отныне по приказу фараона не имел права переходить эту границу ни один туземец, за исключением тех, которые шли торговать в особое, предназначенное для этого место. Очевидно, египетское правительство, ведя упорную борьбу с целью полного покорения Нубии, имело все основания опасаться восстаний среди недавно покорённых, но всё ещё свободолюбивых племён восточной Африки. Позднейшие египетские фараоны, продолжавшие политику завоевания Нубии, начатую Сенусертом III, сохранили воспоминание о его крупной завоевательной деятельности, считая его первым завоевателем Нубии и почитая его в египетских храмах Нубии в качестве бога — хранителя этой страны. Память о завоевательной деятельности Сенусерта III сохранилась вплоть до позднего времени, в частности в трудах греческих и римских писателей. Одновременно с этим египетские фараоны ведут упорную борьбу с соседними племенами на северо-восточных границах Египетского государства. Стремясь захватить в свои руки богатые медные рудники Синайского полуострова, закрепить за собой важные торговые пути, ведшие в Сирию, египтяне с оружием в руках проникают в эту страну. Крупный поход в Сирию был предпринят ещё при Аменемхете I. В надписи Нессумонту этот поход описывается в кратких, но выразительных словах: «Я разгромил иунтиу, ментиу и хериуша (азиатские племена). Я разрушил жилища кочевников… я подошёл к тем, которые скрылись за своими укреплениями». Судя по этой надписи, египетские войска одержали большую победу над кочевыми племенами Синайского полуострова и даже вторглись в плодородные и населённые области Палестины. Египетские фараоны Среднего Царства были принуждены неоднократно ходить войной в Сирию и в Палестину. В надписи Себекху-Джаа описывается военный поход Сенусерта III в Азию, победа над азиатским племенем ментиу-сатет и захват города Секмем (может быть Сихем). В этих азиатских племенах египтяне в эту эпоху видели своих постоянных и непримиримых врагов. На это указывают особые «тексты поношения иноземцев», которые сохранились на черепках времени Среднего Царства. Очевидно, в эту эпоху было принято писать имена всех враждебных фараону людей и названия племён на особых горшках, а потом совершать магический обряд разламывания этих сосудов с целью магического уничтожения врагов царя. Интересно отметить, что среди врагов царя упоминаются азиаты на севере, нубийцы на юге и ливийцы на западе. Надписи дают ценный историко-географический материал, характеризующий сферу влияния Египта в соседних странах и те пограничные зоны, которые казались особенно опасными для Египта. В частности здесь встречается название Библа. Раскопки, произведённые в Библе, позволяют предполагать, что Библ в эту эпоху некоторое время находился под властью Египта. В Библе были найдены египетские надписи с сирийскими и даже египетскими именами князей Библа.

    Развитие этой напряжённой военной политики привело к появлению первых элементов особой великодержавной теории. Египтяне начинают смотреть на себя, как на особый, богом избранный народ, которому должны повиноваться все остальные завоёванные ими народы. Поэтому египетские фараоны в своих надписях с презрением называют Нубию «подлой страной Куш». Аменемхет I в своём «Поучении» гордо говорит: «Я приводил нубийцев, а азиатов я заставлял ходить за собой, как собак». В «Рассказе Синухета» Сирия, подвластная Египту, называется «собакой». В этом же рассказе ярко подчёркивается презрение египетских вельмож к кочевым племенам пустыни, которые, очевидно, стояли в культурном отношении значительно ниже египтян этого времени.

    Эксплоатация завоёванных стран

    Завоевание значительной части Нубии дало египтянам возможность эксплоатировать её естественные богатства, в первую очередь её знаменитые золотые рудники. В надписях этого времени описываются экспедиции, отправленные по приказу царя для доставки золота из Нубии. Крупные чиновники, иногда правители областей во главе значительных военных отрядов направлялись на юг, чтобы привезти золото во дворец фараона. Это была ничем не прикрытая хищническая эксплоатация естественных богатств Нубии и грабёж туземного населения. Египетские вельможи откровенно заявляли о том, что они «принуждали (нубийских) вождей промывать золото», особенно гордясь тем высшим сортом «белого золота», которое царь приказал «доставить из Нубии после победы и триумфа над врагами».

    Очень интенсивно эксплоатировали египтяне в этот период также и синайские медные рудники в Вади-Магхара и в Серабит-эль-Хадим. На это указывают многочисленные надписи, сохранившиеся здесь. В них описываются большие экспедиции, отправлявшиеся на Синай за медью в сопровождении значительных воинских отрядов, эксплоатация старых рудников и открытие новых. Большинство этих надписей относится ко времени Аменемхета III, царствование которого было временем крупного хозяйственного и культурного расцвета (1849–1801 гг. до н. э.).

    Эксплоатация естественных богатств Синая и Нубии, оживлённая торговля с соседними племенами, а также частые военные походы требовали организации в крупном масштабе транспорта грузов и людей. В Сирию и на Синайский полуостров вёл караванный! путь через Суэцкий перешеек. Однако египтяне уже и в эту древнюю эпоху пользовались также и морским транспортом. В одной надписи, сохранившейся около древних разработок меди на Синайском полуострове, говорится о том, что начальник экспедиции Хорнахт «пересек море (очевидно Красное. — В. А.), везя драгоценности по приказу Гора, владыки дворца». Изображения больших кораблей, на которых египетские мореходы совершали свои дальние морские плавания по Красному и Средиземному морю, сохранились на рельефах, недавно найденных в Дахшуре.

    Усиление власти номархов

    Объединение Египта фиванскими фараонами поколебало могущество номовой знати, сильно возросшей в номах в течение предшествующего смутного времени. Однако номархи сохранили в своих руках ещё реальную власть. На стенах гробниц, воздвигнутых представителями рабовладельческой аристократии этой эпохи, особенно правителями областей, изображены их владения. Сохранившиеся на стенах гробниц автобиографические надписи этих вельмож указывают на то, что эти знатные номархи владели большими поместьями и располагали громадными материальными и человеческими ресурсами, что давало им возможность осуществлять экономический контроль над всей хозяйственной жизнью данной области. Некоторые номархи в своих надписях говорят о том, что в голодные годы они вспахивали все поля своего нома, разводили в большом количестве скот и брали на себя заботу о прокормлении всего голодающего населения области, снабжая целые города зерном, которое они подвозили при помощи особых флотилий. Очевидно, давая ссуды зерном голодающему населению своей области, они тем самым подчиняли своему экономическому влиянию довольно значительные массы разорённого населения.

    Сосредоточивая в своих руках крупные земельные владения, номовая знать постепенно из служилой знати в некоторой степени превращалась в наследственную землевладельческую аристократию. Если раньше крупные рабовладельцы владели землёй только на основе царского пожалования, то теперь они могли гордиться земельными богатствами, которые им принадлежали по праву наследования.

    В надписях Среднего Царства появляется новый характерный термин, служивший для обозначения частной земельной собственности — «дом отца моего» или «отцовское имение», которое в надписях этого времени противопоставляется «княжескому имению». Так, номарх Ликопольского нома и начальник жрецов Хеп-дже-фа носит звание жреца, полученное им по наследству от отца, и титул правителя области, полученный от царя. Соответственно этому и всё его имущество и все его земли распадаются на две обособленные части: на отцовское имение, полученное по наследству от отца, и княжеское имение, полученное им от царя во временное владение. Рабовладельцы передают по наследству своим детям не только некоторые свои земли, которые они считают своей частной наследственной земельной собственностью, но и свои звания. Они с гордостью подчёркивают своё высокое аристократическое происхождение как по линии отца, так и по линии матери, нагромождая наследственные титулы, звания и должности.

    Однако в это время уже намечаются крупные социальные сдвиги. Они становятся заметными уже при царях XII династии в период расцвета Среднего Царства. Некоторые надписи этого времени указывают на конфликты, возникавшие между номовой аристократией и центральной властью. Стремясь к объединению государства, египетские фараоны пытаются ввести в рамки неограниченный произвол чрезмерно усилившихся номархов, заменяя старых независимых правителей областей новыми, целиком подчинёнными царской власти. Одновременно с этим цари XII династии восстанавливают древние границы между номами, определяя то, «что один окружной центр отнял у другого, сделав так, чтобы каждый округ знал бы свои границы». Это новое территориальное размежевание номов в значительной степени имело своей целью перераспределение водных ресурсов. Для этого на основании древних записей заново воздвигались пограничные камни. В своей цен-трализаторской деятельности египетские фараоны опирались на новый слой чиновников, которые называли себя «доверенными лицами» фараона и составляли его ближайшее окружение. Так, чиновник Икудиди, живший при Сенусерте I, писал: «Я отправился в Абидос в качестве доверенного лица царя, который выполняет всё, что хвалит царь, в качестве начальника новобранцев для того, чтобы управлять страной жителей оазиса, в качестве превосходного чиновника».

    Развитие рабства

    Рост производительных сил ускорял социальное расслоение древних сельских общин. Развитие торговли и военно-захватнической политики приводило к тому, что огромные богатства стекались в Египет. Однако эти богатства крайне неравномерно распределялись среди населения, что влекло за собой резкое имущественное расслоение. Рабовладельческая знать всё больше и больше обогащалась, в то время как основная масса свободного населения, жившая в условиях древнего общинного строя, должна была нести главную тяготу податного обложения и в то же время выносить на своих плечах всю тяжесть военной службы в царских войсках, в особенности во время частых военных походов. Это приводило к тому, что часть общинников разорялась, теряла свои земельные наделы, постепенно превращаясь в бедняков и даже, может быть, в рабов. На расслоение сельских общин указывает тот факт, что именно в эту эпоху образуются слои мелких собственников, которые в текстах этой эпохи называются «маленькими» (неджес). Дальнейший процесс социального расслоения приводил к тому, что неджесы в свою очередь стали делиться на зажиточных хозяев с одной стороны, и на очень мелких крестьян, располагавших почти карликовым хозяйством, — с другой. Как описывается в текстах этого времени, эти бедные неджесы сами пашут свои поля и сами погружают после скудной жатвы то, что им родила земля, на лодку и, наконец, сами, как бурлаки, тащат свою лодку с грузом. Это были люди, имевшие незначительную собственность и фактически находившиеся на положении бедняков. Им приходилось влачить нищенскую жизнь и вымаливать себе ужин, «как подаяние».

    Но основным источником рабства были войны. Во время захватнических войн в Нубии и в Сирии египетские войска брали большое количество пленников, которых, как правило, обращали в рабство. Эти рабы поступали в царское и в храмовое хозяйство, а также работали в крупных рабовладельческих поместьях. Рабовладельцы смотрели на рабов, как на рабочий скот, считали их, как скот, по головам. Так, в одном деловом документе этого времени говорится: «Я передал ей рабов из племени аму (азиатов. — В.А.) 4 головы». Главными видами собственности аристократы в эту эпоху считают рабов и скот. В рассказе Синухета, в котором образно описывается быт и жизнь того времени, главными видами собственности знатного человека названы «рабы и стада». На увеличение количества рабов в стране в период Среднего Царства указывают многочисленные деловые документы, найденные при раскопках в Кахуне, в частности обрывки статистических списков, в которых перечисляются свободные люди и принадлежавшие им рабы и рабыни. Как видно из другого документа, государство передавало чиновникам рабов и рабынь в виде награды за некоторые услуги. На надгробных памятниках часто изображаются люди, которые закалывают быка или приносят пищу и которые в помещённых тут же надписях названы рабами умершего. В литературных произведениях этого времени часто упоминаются рабы. Так, в «Сказке о красноречивом крестьянине» рассказывается о том, как крестьянин встретил па плотине рабов знатного аристократа.

    Города

    Постепенный распад сельских общин привёл к тому, что другая, значительная часть общинников образовала довольно пёструю массу свободных ремесленников и торговцев, порой зажиточных людей, мелких собственников, владевших землёй и рабами.

    Развитие ремёсел и торговли способствовало появлению и росту городов. Несмотря на то, что всё ещё преобладало натуральное хозяйство, в эпоху Среднего Царства стали возникать новые города, административные и хозяйственные центры, жизнь которых облекалась в новые формы социального быта. Раскопки около Фаюмского оазиса обнаружили развалины одного из таких городов (Кахун), построенного при Сенусерте П. Здесь царём была воздвигнута пирамида, а вокруг неё быстро возник город, созданный по определённому плану. Всюду преобладают правильные геометрические формы, прямые улицы перекрещиваются под прямым углом; весь город окружён кирпичной стеной. Размеры и внутреннее устройство домов дают представление о резком социальном расслоении. В этом городе наряду с богачами жили представители среднего городского слоя, ремесленники и мелкие торговцы, наконец, в убогих хижинах ютилась беднота. В квартале бедняков, расположенном в западной части города на сравнительно небольшой площади (240x105 м) крохотные лачуги бедняков тесно жались друг к другу. В этом скученном человеческом муравейнике царили теснота и нищета. И тут же, в пределах того же города, возвышались богатые дома, почти усадьбы, аристократов, нередко занимавшие большие участки земли (45x60 м) и в 50 раз превышавшие хижину бедняка. Эти дома богачей, насчитывавшие до 70 комнат и коридоров, были сосредоточены в восточном аристократическом квартале. В развалинах города были обнаружены домики, которые несколько больше, чем хижины бедняков, но всё же сильно уступают богатым постройкам аристократов. В этих домах жили различные представители средних свободных слоев населения, тесно связанные с ремеслом и торговлей. Надгробные надписи, найденные в большом количестве на абидосском кладбище, подтверждают, что в ту эпоху действительно появились представители среднего слоя населения — ремесленники, «мастера, изготовители сандалий», «золотых дел мастера», «медники» или просто «жители города», как себя называют эти люди в своих надписях.


    План города Кахуна. Среднее Царство

    Квартал богачей в Кахуне был отделён от квартала бедняков прочной стеной, а особенно массивными стенами был защищен дворец, возможно, принадлежавший царю. Должно быть не совсем спокойно себя чувствовали в своих усадьбах жрецы и чиновники, окружённые массами трудового люда, жившего в условиях тяжёлой нищеты. Голод подкрадывался к лачугам бедняков и рабов, уделом которых был подневольный труд и нищета. Всякий физический труд казался в те времена проклятием судьбы. Крестьянин и ремесленник были осуждены на тяжёлый и беспросветный труд. В «Поучении Дуауфа» отец предупреждает сына обо всех лишениях и испытаниях, ожидающих человека в жизни в том случае, если он не идёт по единственно лёгкой и почётной жизненной дороге писца и чиновника. Кузнец, каменщик, цырюльник, ткач, прачечник, рыбак, ловец птиц и крестьянин должны всю жизнь тяжело трудиться. Только писец благоденствует. «Смотри, нет такой работы, где бы не было надсмотрщика, за исключением работы писца, ибо писец сам надсмотрщик… ты будешь посылать многих, если будешь слушать слова старших… нет писца, лишённого пропитания от достояния царского дома. Богиня рождения даёт обилие писцу, его ставят во главе суда. Благодарят бога его отец и мать — он направлен на путь жизни». В этом кратком и выразительном «Поучении» нарисована яркая картина глубокой социальной розни и тяжёлого положения не только рабов и бедняков, но и средних слоев населения Египта.

    Постепенно образуется и средний городской слой населения, состоявший из мелких ремесленников, торговцев и самых низших разрядов писцов. Наиболее бедные представители этого слоя во времена социальных движений примыкали к восставшим рабам и беднякам и вместе с ними свергали власть богачей.

    Таким образом, древнеегипетское общество этого времени как бы напоминает собой гигантскую человеческую пирамиду. Основанием этой пирамиды были угнетённые массы рабов и бедняков, подвергавшиеся жестокой эксплоатации. Средней частью пирамиды были средние свободные слои населения: крестьяне, общинники и ремесленники, которые находились в экономической зависимости от рабовладельческой знати, были принижены непосильными налогами и повинностями и почти полностью порабощены. Верхнюю часть пирамиды составляла рабовладельческая аристократия, в состав которой входили чиновники и жрецы, возглавляемые фараоном-деспотом, облечённым всей полнотой государственной и религиозной власти. Прочность этого социального строя должна была обеспечиваться жестокими формами эксплоатации трудящихся сильным аппаратом централизованного и бюрократического государства, а также религиозной идеологией, которая объявляла царя божеством, а весь общественный строй — установленным богами и освящённым религиозной традицией древности. Однако это древнейшее рабовладельческое общество, в котором были ещё очень сильны пережитки древнего родового строя, было лишено внутренней экономической спайки. Средние свободные слои населения были колеблющимися и неустойчивыми, и этим обусловливалась неустойчивость всего классового строя в целом. Но с течением времени классовый состав древнеегипетского общества усложняется и одновременно с этим обостряются социальные противоречия. Всё более крупные богатства сосредоточиваются в руках кучки богачей. Громадная масса бедноты и рабов и даже средних слоёв населения подвергается жестокой эксплоатации. Всё это приводит к обострению классовой борьбы. В Египте в конце Среднего Царства происходят крупные восстания трудовых масс, направленные против существующего классового строя, против рабовладельческой аристократии и царя.

    Восстания бедняков и рабов

    О восстаниях бедняков и рабов в Египте мы знаем из разных источников. В годы смут восстания охватывали города с их пёстрым населением. О восстаниях, поднявшихся в городах, мы читаем в литературных произведениях этого времени. Так, в одном папирусе говорится о городе, который страдает от восстания и «показывает спину». В «Поучении гераклеопольскому царю» рисуется яркая картина восстания, поднявшегося в городе. Главарь мятежников создаёт две, очевидно, враждующие группы молодёжи. Царь, предвидя возможность того, что горожане примкнут к мятежникам, советует привлечь вождя восставших к суду вельмож, осудить его, изгнать его из страны, «ибо он враг».

    Но ярче всего крупные народные восстания, происшедшие в конце Среднего Царства, описаны в двух литературных произведениях: в «Поучении Ипувера» (текст Лейденского папируса № 344) и в «Поучении Ноферреху», хранящемся в Ленинградском музее Эрмитажа. В этих литературных произведениях, относящихся к более позднему времени, даётся настолько яркое и образное описание крупного восстания народных масс и рисуются столь реалистические картины, непосредственно выхваченные из жизни, что необходимо признать подлинную историчность описанных в них событий.

    Особенно крупное восстание произошло, очевидно, в конце Среднего Царства, когда в Египет из Азии стали постепенно проникать иноземные племена, укрепившиеся в Дельте. Острая вспышка классовой борьбы совпадает с медленным проникновением в Египет иноземцев и с завоеванием отдельных частей Египта азиатскими племенами, которые пользуются ослаблением Египетского государства. Так, автор лейденского текста говорит: «Пустыня распространилась по всей стране. Номы опустошены. Иноземное племя пришло из-за границы в Египет… Нигде нет больше египтян». Поток иноземцев, всё больше и больше наводняющий Египет, воспринимается как стихийное бедствие, влекущее страну к неминуемой гибели. Азиаты-кочевники, вышедшие из безбрежных степей и пустынь Передней Азии, захватывают в свои руки богатства Дельты, плодородную землю, обильную воду, сменяя палатку кочевника па плуг земледельца и орудие ремесленника. «Племена пустыни всюду превращаются в египтян… азиаты становятся опытными в ремесленных производствах Дельты», — с горечью говорит автор «Поучения» Ипувер, человек богатый и знатный.

    Движущей силой крупного народного восстания являются свободные бедняки, к которым присоединяются рабы, а также средние слои населения, стремящиеся упрочить своё материальное положение. Народное восстание направлено против богачей. Разгорается острая классовая борьба. Страна разделилась на два непримиримых лагеря. Против знатных и богатых поднялись доведённые до отчаяния широкие трудовые массы — крестьяне, ремесленники и рабы. Глухая социальная ненависть звучит в словах Ипувера, подчёркивающего пропасть между правящим классом и восставшим народом: «Не братаются князья с народом, когда он ликует… Богач в отчаянии, бедняк полон радости». Но волны народного гнева разрушают преграды, отделяющие богачей от бедняков. «Ребёнок госпожи становится ребёнком служанки». Поднявшиеся трудовые массы захватывают богатства, которые некогда принадлежали «людям вчерашнего дня», как образно говорится в одном из этих «Поучений». Происходит коренное перераспределение собственности, в результате которого «бедняк становится владельцем богатства, а тот, который не мог себе ранее сделать сандалий, является ныне владельцем сокровищ».

    Восстание происходит как в сельских областях, так и в городах. Ремесленники и бедняки, в большом количестве сосредоточенные в городах, поднимают восстания и «изгоняют сильных из своей среды». Вслед за ними подымаются и рабы, которые, по словам египетского текста, «становятся господами рабов». Но восстание трудовых масс не ограничивается захватом имущества богачей и перераспределением собственности. Бедняки и рабы, объединившись временно, захватывают власть в государстве. В папирусе ясно говорится, что «бедняки прогоняют царя». Государственные учреждения, архивы и судебные палаты захватываются восставшими. Документы, фиксирующие права и привилегии богачей, были уничто?кены. Реакционно настроенный автор «Поучения» пытается всячески дискредитировать восставших, рисуя в чёрных и мрачных тонах картину восстания и образы повстанцев. Стараясь преуменьшить масштаб и значение восстания, он говорит, что «лишили страну царской власти немногие люди, не знающие закона». Яркими красками рисует он картину воцарившейся смуты, говоря, что «нет больше должностей на своём месте. Люди подобны вспуганному стаду без пастуха».

    Острая борьба проникает и в основную ячейку рабовладельческого общества — в патриархальную семью. В лейденском папирусе говорится: «Человек смотрит на своего сына, как на врага». Колеблются все устои классового общества и рабовладельческого государства. Восставшие бросают вызов даже религии, всегда оправдывавшей классовый строй. Ипувер, принадлежавший к реакционной аристократии, с ужасом говорит о появившемся «неверии в богов». По его словам, «горячие головы говорят: „Если бы я знал, где бог, я бы принёс ему жертву“».

    Это восстание, потрясшее всё здание рабовладельческого общества и государства в Египте, не могло в корне изменить развития исторического процесса. Восставшие трудовые массы не были достаточно объединены и не сознавали, да и не могли сознавать стоявших перед ними задач. К сожалению, надписи этого времени ничего не говорят о том, как было подавлено это восстание. Но, судя по тому, что впоследствии был снова восстановлен прежний классовый строй, можно думать, что сила восставших была сломлена.

    В одном «Поучении» говорится о том, к каким мерам должен прибегать царь, чтобы расправиться с мятежниками. Всякий, пользующийся популярностью в народе, кажется опасным царю. «Если, говорится в этом тексте, человек имеет много приспешников, если он кажется прекрасным в глазах его родных и если он умеет хорошо говорить, — так прогони его, убей его, сотри его имя, искорени память о нём и уничтожь его друзей, которые его любят». Такими жестокими мерами расправлялась рабовладельческая аристократия с вождями восставших.

    Завоевание Египта гиксосами

    Крупный социальный переворот, которым был ознаменован конец Среднего Царства, окончился вторжением в Египет в XVIII в. до н. э. иноземных азиатских племён, так называемых «гиксосов». Поздняя историческая традиция, сохранившаяся у античных авторов, объясняет это племенное название «гиксосы» как искажение египетских слов «правители пастухов». Возможно, что в основе этого объяснения есть доля истины. Гиксосские племена наводнили Египет в период между Средним и Новым Царством, завоевали значительную часть страны и господствовали в Египте свыше ста лет. Гиксосы были по всем признакам группой кочевых племён, стоявших на значительно более низком уровне культурного развития, чем египтяне. Имеются все основания предполагать, что название «гиксосы» действительно восходит к каким-то египетским словам, может быть к словам — «правители пустынных стран» («хекау хасут»). Так, очевидно, называли египтяне правителей кочевых азиатских племён, живших к северо-востоку от Египта. Вторжение гиксосов в Египет и завоевание ими всей страны было довольно длительным процессом. Воспользовавшись внутренней слабостью Египта, острой социальной борьбой и раздроблением государства на целый ряд мелких самостоятельных княжеств, среди которых несколько выделялись лишь Фивы, где укрепилась династия «царей юга», азиатские племена стали постепенно проникать в Дельту и захватывать там пастбища. Отряды азиатских воинов поступали на службу к мелким царькам Нижнего Египта, образуя основу их военной силы. Вожди азиатских племён получали от них большие земельные участки и даже целые области в своё управление. Вслед за мирным проникновением произошло военное вторжение. Ослабленный изнутри Египет стал добычей азиатских завоевателей, гиксосов. Это, очевидно, произошло ещё при последних царях XIII династии. Античная традиция сохранила шесть имён гиксосских царей. Египетские памятники этого времени, главным образом скарабеи, сохранили значительно большее количество имён, однако крайняя скудость документальных данных всё ещё не позволяет в полной мере охарактеризовать эпоху гиксосского завоевания. Судя по именам гиксосских царей, гиксосы представляли собой довольно сложный конгломерат племён, в состав которого входили семитские племена и племена хурритского происхождения. Гиксосы укрепились в Северном Египте, где, как на то указывает позднейшая египетская и античная историческая традиция, они построили свой главный город Аварис в восточной части Дельты. Очевидно, название «Аварис» вполне соответствует египетскому названию «Хат-уарит», которое встречается в надписях гиксосских царей, а также в «папирусе Саллье I» в качестве города, посвященного богу пустынь и иноземных стран Сэту. Восточная часть Дельты была особенно сильно укреплена гиксосами, на что указывает остаток лагеря, обнаруженного в Вади-Тумилат, около Тель-эль-Иехудиэ. Петри во время раскопок нашёл здесь скарабеи, типично гиксосскую керамику и бронзовое оружие. Особенный интерес представляет этот лагерь с точки зрения изменения военной техники гиксосов. Первоначально лагерь был укреплён лишь массивным земляным валом, что указывает на то, что обороняющиеся строили свою защиту на преобладающем применении отрядов лучников и колесниц, которые должны были исключить всякую возможность рукопашного боя возле лагеря или его штурма. Однако впоследствии этот вал заменяется стенами, что свидетельствует о заимствовании гиксосами элементов древнеегипетской фортификации. Весьма возможно, что такое же гиксосское укрепление находилось в Абусир-эль-Мелек, около входа в Фаюмский оазис. На глубокое проникновение азиатских племён в Дельту указывают результаты последних раскопок города Таниса, стены которого были построены по правилам палестинской строительной техники.

    Среди гиксосских царей видное место занимал Хиан, имя которого сохранилось в греческой транскрипции Ианнас. На многочисленных печатях Хиана сохранились его титулы — «правитель иноземных стран», «благой правитель», «благой бог», которые указывают на постепенную замену иноземных титулов традиционными титулами египетских фараонов. Можно думать, что Хиан господствовал над всем Египтом. Имя его было обнаружено на различных памятниках, найденных на территории Нижнего и Верхнего Египта. На некоторое расширение торговли в эту эпоху указывают находки египетских вещей с именем Хиана далеко за пределами Нильской долины, в Сирии и даже на острове Крите. Очевидно, время царствования Хиана было временем наибольшего усиления гиксосской державы и гиксосских царей, правивших в Египте.


    Ткацкий станок. Фреска из Бени-Хассана





     



    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх