ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Велькаров, Фекла, Лукерья и слуга.

Слуга. Какой-то француз просит позволения войти.

Велькаров. Спроси кто и зачем?

Слуга уходит.

Лукерья (тихо). Сестрица, душенька, француз!

Фекла (так же). Француз, душенька сестрица, уж хоть бы взглянуть на него! Пойдем-ко!

Велькаров. Француз… кто мне? зачем Бог принес? (Увидя, что дочери хотят идти.) Куда? будьте здесь, еще насмотритесь. (Слуге, который входит.) Ну что?

Слуга (возвращаясь). Его зовут маркиз.

Лукерья (тихо сестре). Сестрица, душенька, маркиз!

Фекла (так же). Маркиз, душенька сестрица! верно, какой-нибудь знатный!

Велькаров. Маркиз! все равно - спроси, зачем и кого ему надобно.

Слуга уходит.

Лукерья. - Кабы он у нас погостил!

Фекла. Я чай, какие экипажи! какая пышность! какой вкус!

Велькаров. Ну!

Слуга (входя). Его точно зовут маркизом; по отчеству как, не знаю, а пробирается в Москву пешком.

Обе сестры. Бедный!

Велькаров. А, понимаю, это другое дело; тотчас выйду. Слуга уходит.

Фекла. Батюшка, неужели не удержите у нас маркиза хоть на несколько дней?

Велькаров. Я русский и дворянин; в гостеприимстве у меня никому нет отказа. Жаль только, что из господ этих многие худо за то платят, - да все равно!

Лукерья. Я надеюсь, что вы позволите нам говорить с ним по-французски. Если маркизу покажется здесь что-нибудь странно, то по крайней мере увидит он, что мы совершенно воспитаны, как должно благородным девицам.

Велькаров. Да, да! Если он по-русски не говорит, то говорите с ним по-французски, я даже этого и требую. Есть случаи, где знание языков употребить и нужно, и полезно. Но русскому с русским, кажется, всего приличнее говорить отечественным языком, которого благодаря истинному просвещению зачинают переставать стыдиться. Василиса!

Василиса входит.

Будь с ними, а я пойду и посмотрю, что за гость!





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх