ГЛАВА 17

КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ШТАБ «МИРОВОЙ РЕВОЛЮЦИИ»

Идея, которая не может быть претворена в жизнь, подобна мыльному пузырю.

(Ауэрбах Бертольд)

В адрес Ленина, как революционера, в советское время было высказано неисчислимое количество лестных эпитетов: «Выдающийся революционер», «Революционер марксистской закваски», «Легендарный революционер», «Гений революции», «Пламенный революционер», «Вождь революционной России», «Знаменосец мировой революции». Продолжают повторять эти избитые и затасканные эпитеты и сегодня, правда, значительно реже. И как ни парадоксально, лестные эпитеты можно услышать и от критиков Ленина. Например, известный биограф вождя большевиков Д.А. Волкогонов считал, что «Ленин был крупнейшим революционером XX века»1216.

Оставим на время наши замечания по поводу высказанных эпитетов и разберемся сначала с понятиями «революция» и «революционер», чтобы строго определить свою позицию в отношении этого социального явления и людей, принимавших в нем участие.

На мой взгляд, по столь серьезному вопросу за разъяснением следует обратиться к одному из «основоположников научного коммунизма» и «корифеев революционной науки» Фридриху Энгельсу.

Итак, что же такое революция?

«Революция, – пишет Энгельс, – есть, несомненно, самая авторитарная вещь, какая только возможна. Революция есть акт, в котором часть населения навязывает свою волю другой части посредством ружей, штыков и пушек, то есть средств чрезвычайно авторитетных. И если победившая партия не хочет потерять плоды своих усилий, она должна удерживать свое господство посредством того страха, который внушает реакционерам ее оружие»1217.

Коротко это разъяснение можно сформулировать так: революция есть террор, насилие и самоуправство, осуществляемые одной частью общества против другой.

С позицией Энгельса мы не можем согласиться по трем серьезным и принципиально важным причинам.

Во-первых, жестоко, несправедливо и безнравственно навязывать свою волю другим людям или части общества, к тому же путем угроз, террора и насилия с применением оружия. Люди, независимо от национальности, расовой принадлежности и вероисповедания имеют право жить и трудиться при таком общественном строе, который выработало в своем развитии общество, удовлетворяет их материальные и духовные запросы. Это право дано им Богом. И насильственно изменять их быт, сложившиеся традиции, лишать веры и культурных ценностей, накопленных за многие годы, это большой грех.

Во-вторых, никто никому не давал право ради каких-то бредовых и сомнительных идей совершать насилие и самочинно приносить в жертву огромное количество человеческих жизней, уничтожать формы и способы производственных отношений, лишать общество самого дорогого – Свободы.

В-третьих, кто может дать гарантию, что новый общественно-политический строй, навязанный обществу так называемыми революционерами, явится прогрессивным по отношению к прежнему строю? Такая постановка вопроса не лишена оснований. 70-летний опыт жизни при авторитарном режиме показал, что надуманный большевистскими теоретиками и навязанный российскому обществу строй не может обеспечить такой уровень развития производительности труда и в целом экономики страны, какой достигнут в передовых государствах Запада и Востока.

Несомненно, Ленин читал труды Маркса и Энгельса и, насколько мне известно, конспектировал их. Однако, как ни странно, его ничуть не смутило, что основоположники научного коммунизма рекомендуют построить новый общественный строй посредством ружей, штыков и пушек, иными словами, варварскими способами и средствами. Видимо, разъяснения Энгельса пришлись ему по душе. Поэтому он, не колеблясь, взял на вооружение все разъяснения и методические указания Маркса и Энгельса, касающиеся революции в целях воплощения их в жизнь. Более того, эти рекомендации Ленин превратил в своеобразный лозунг и при каждом удобном случае стал их цитировать. Так, торжествуя на VIII съезде РКП(б) по поводу успешного проникновения «бациллов большевизма» в Венгрию, Австрию, Германию, он с трибуны съезда заявил: «Прекрасная вещь революционное насилие и диктатура, если они применяются, когда следует и против кого следует»1218.

Разобравшись с понятием революция, теперь легко можно сказать, кто такой революционер, придерживаясь разъяснения, данного Энгельсом. Революционер есть террорист, насильник, убийца и диктатор. Тут очень кстати привести замечательный афоризм известного русского писателя и фельетониста Власа Дорошевича. «Революции, – говорил он, – задумывают идеалисты, выполняют палачи, пользу извлекают проходимцы»1219.

Ленину было совершенно безразлично, сколько понадобится загубить человеческих жизней, чтобы осуществить «мировую революцию». Важно было достичь заветной цели – захватить власть. А захватив ее, он возводит террор и насилие в ранг государственной политики. Поэтому ленинизм следует рассматривать как антропофагию 156, безжалостно пожирающую невинных людей.

Вернемся, однако, еще раз к высказыванию Энгельса о революции, где он говорит о части населения, вооруженным путем навязывающей свою волю другой части. Из приведенной выше цитаты трудно понять, о каких частях населения ведет речь ее автор. Мне думается, что Энгельс сознательно опустил этот момент, понимая, что такая информация может дискредитировать авторитет авторов революционной теории.

Мы не можем оставить этот важный вопрос открытым. Давайте разберемся с ним сообща. Мировой опыт показывает, что грабежами, насилиями и террором над преобладающим большинством населения во всех странах и во все времена занимались небольшие, но хорошо вооруженные группы людей. Это были банды грабителей, экстремистов и террористов, действующих под предводительством главаря, атамана. Сюда следует отнести и пиратов. Занимаясь грабежами населения, терроризируя его, они, однако, не ставили перед собой политические цели.

Различные тайные общества и организации, ставившие перед собой задачу захвата власти в том или ином государстве с целью изменения в нем общественного строя, стали появляться с середины XIX столетия. Одну из таких зловещих организаций политического гангстеризма в самом начале XX века создал В.И. Ульянов (Ленин). Собрав вокруг себя единомышленников, среди которых было немало чужеземцев, рецидивистов и прочих уголовных элементов, он задумал стать властелином мира. Сначала намеревался захватить власть в России, потом двинуть вооруженные силы на Запад и аннексировать страны Европы, а затем и Америку, создав, таким образом, мировую коммунистическую империю.

Ну как тут не вспомнить определение империализма, данное Лениным в своей работе «Империализм, как высшая стадия капитализма». «Политически, – пишет он, – империализм есть вообще стремление к насилию и реакции»1220.

Какое саморазоблачительное заявление! В самом деле, если учесть, что после прихода к власти большевистское правительство развязало агрессивную войну против Польши, насильственно аннексировало государства Закавказья, организовало вооруженные мятежи в странах Запада и Востока (Венгрия, Бавария, Персия), то вполне справедливо поставить знак равенства между большевизмом и империализмом.

Хотелось бы затронуть еще один интересный вопрос, тесно связанный с политической деятельностью Ленина и других лидеров партии большевиков. Суть вопроса в следующем.

На протяжении многих лет научной работы по избранной проблеме передо мной неоднократно всплывал один и тот же вопрос: почему большевики во главе с Лениным первым объектом для осуществления государственного переворота и захвата власти избрали Россию, а не любое другое европейское государство? Ведь Ленин неоднократно и задолго до мировой войны (еще в 1908 году) ставил вопрос о «всемирной революции пролетариата». И какая для него была разница, с какой страны начать мировую революцию. Почему бы большевикам-интернационалистам не начать революционное шествие, скажем, с той же Швейцарии, где они прочно обосновались, или Франции. Обстоятельный ответ на этот вопрос на документальной основе был дан в 3-10-й главах. Поэтому здесь читателю напомню лишь, что план захвата власти в России международной экстремистской организацией был предложен Ленину немецкими спецслужбами летом 1914 года, и он воплотил его в жизнь. Чем все это обернулось для страны и ее народа, мы хорошо знаем.

В связи с рассматриваемым вопросом вспоминаю одну весьма интересную историю.

Вскоре после воссоединения ГДР с ФРГ я имел очень приятную встречу с представителями немецкой интеллигенции, приехавшими в Москву из Франкфурта-на-Майне. В оживленной и в духе открытости беседе мы говорили об огромном моральном значении для народа объединения искусственно созданных двух немецких государств. Говорили и о перспективах политического, экономического и культурного развития единой Германии. Коснулись и дальнейшей судьбы первого в истории цивилизации социалистического государства – СССР. Гости были единодушны во мнении, что социализм в СССР доживает свои последние дни, искренне сочувствовали нашему народу, ставшему подопытным кроликом в экспериментах коммунистических вождей.

Воспользовавшись небольшой паузой, пожилая учительница сказала: «Еще в прошлом веке „железный“ канцлер германской империи Отто фон Бисмарк по поводу социализма высказал весьма интересный афоризм: „Если хотите построить социализм, то выберите страну, которую не жалко“. Я очень сожалею, что таким объектом для своих экспериментов большевистские лидеры выбрали вашу страну, Россию», – сказала гостья.

Да, Ленин знал, с какой страны следует начать распространять бациллы большевизма по всему свету. И как только подвернулся удачный случай в начале весны 1917 года, в Россию хлынул поток так называемых революционеров-эмигрантов, уголовных элементов и прочих сомнительных личностей вроде Ганецкого и Радека, никак не связанных с Россией. В «пломбированном» вагоне и несколько позже другим поездом через Германию и Болгарию в Россию примчались политические авантюристы, гангстеры и мошенники, чтобы захватить власть. Возглавил поход этой международной преступной организации в Россию страстный властолюбец Владимир Ульянов.

Г.В. Плеханов, многие годы общаясь с Лениным, хорошо изучил его. Это давало ему право высказать свое мнение о нем. Еще в 1906 году Г.В. Плеханов в печати, в частности, заявил: «Ленин с самого начала был скорее бланкистом, чем марксистом. Свою бланкистскую контрабанду он проносил под флагом самой строгой марксистской ортодоксии»1221. Иными словами, Плеханов в лице Ленина видел не марксиста-революционера, а типичного заговорщика, взявшего на вооружение тактику борьбы за власть Луи Огюста Бланки. Эту тактику Ленин стал настойчиво внедрять в большевистскую партию, Петроградские Советы. С этого времени Петроградские Советы из «баранов» 157 стали превращаться в существа с повадками диких зверей. А после III «Всероссийского» съезда Советов, прошедшего в январе 1918 года, этот марионеточный орган власти, состоящий в основном из сподвижников Ленина, становится в руках большевистских лидеров орудием для осуществления преступных акций и безнравственных поступков. Как выразился один из старейших социал-демократов Г.Д.Кучин-Оранский, «Советы это реакционное учреждение. Поэтому боязни разгона Совета при перевыборах не должно быть»1222.

Ленин создавал и создал в России авторитарный строй. Более того, по мере упрочения своей власти, он стал экспортировать свое чудовищное изобретение – большевизм – в страны Запада и Востока, называя эту политическую диверсию «мировой революцией».

Но вскоре магистр ордена меченосцев заметил, что, несмотря на огромные материальные затраты, дело с экспортом революции в страны мира пробуксовывает, не дает желаемых результатов. Ленин понял, что допустил тактическую ошибку, отказывавшись от идеи создания международной военно-политической организации, призванной стать центральным коммунистическим штабом «мировой революции».

Идея основания принципиально новой международной организации, которая объединила и координировала бы для организации левые силы, подготовила и осуществила бы государственные перевороты в странах Европы и Азии с целью насильственного захвата политической власти, у Ленина зародилась задолго до мировой войны. Однако в условиях функционирования II Интернационала Ленину не так просто было создать альтернативную организацию. Он был достаточно умен, чтобы не понимать, что на фоне корифеев международного социал-демократического движения, признанных лидеров II Интернационала, его личность была малозаметной. Он осознавал этот бесспорный факт и, тем не менее, выбрал не лучший способ добиться признания и популярности в общественно-политических кругах Европы. Эту сложную задачу он берется решить путем интриг и деструктивных действий, как это делал в борьбе за власть в РСДРП. Практически все предвоенные годы Ленин провел в сплошных интригах против русских и европейских социал-демократов. Но, не добившись желаемого результата, в июне 1912 года Ленин неожиданно покидает Париж и переезжает в Краков.

Но, находясь в Кракове, Ленин не прекращает свою борьбу с лидерами европейского социал-демократического движения, но пытается это делать чужими руками. Так, в письме Г.В. Плеханову в Сан-Ремо (Италия) от 4 ноября 1912 года Ленин просит его сообщить комиссии Базельского конгресса II Интернационала о несогласии большевиков со статьей К. Каутского «Der Krieg und die Internationale» («Война и Интернационал»), напечатанной 8 ноября 1912 года в №6 журнала «Neue Zeit», в которой автор рекомендует воздерживаться от революционных стачечных выступлений. Ленин просит также побеседовать на эту тему с Каменевым1223.

Как видим, Ленин начал борьбу против «оппортунизма» и «ренегатства», лидеров II Интернационала за несколько лет до начала войны. Попробуем установить истину и в этом вопросе.

Начавшаяся 19 июля (1 августа) 1914 года мировая война высветила позицию лидеров II Интернационала и социал-демократических партий Европы в этой ужасной исторической трагедии человечества. Отметим сразу, что отношение большинства известных представителей международной социал-демократии, включая Россию, к войне, пусть с оговорками, сводилось к патриотизму и поддержке позиций своих правительств в военно-политическом конфликте между европейскими государствами.

Выдворенный 6 августа из тюрьмы Нового Тарга (Галиция) и оказавшийся с помощью спецслужб Австро-Венгрии и Германии в Швейцарии, Ленин, прикрывшись мнимым «знаменем пролетарского интернационализма», приступает к осуществлению своих авантюристических планов мировой революции и выполнению задания германского правительства, заключающегося в подрыве военно-экономической мощи России.

Этот период советская историография охарактеризовала так: «…только большевики во главе с Лениным заняли правильную, революционную позицию по отношению к войне. Еще задолго до войны большевистская партия вела последовательную борьбу против милитаризма, за предотвращение войны»1224. Это чистой воды ложь! Вспомним хотя бы письмо Ленина Горькому от ноября 1913 года, в котором он ратовал за войну.

Позиция Ленина по отношению к войне и социализму была чужда и непонятна многим известным лидерам европейской социал-демократии и II Интернационала. Ленин не ладил и не находил взаимопонимания по этим вопросам с большинством социал-демократов Европы и России. В причинах легко разобраться. Как только Ленин обнаруживал у кого-нибудь из социал-демократов иную, отличную от его мнения, позицию в вопросах войны и мира, теории и практики социализма, революционной борьбы и рабочего движения, он тут же навешивал на них ярлыки «оппортунист», «ренегат», «шовинист», и с этого момента все они становились его злейшими врагами. Никто не застрахован от ошибок. Но несерьезно думать, что все социал-демократы ошибались и лишь он один, Ленин, всегда и во всём был прав.

Небезынтересно ознакомиться с именами известных лидеров европейской и российской социал-демократии и II Интернационала, попавших в черный список Ленина: Каутский, Берштейн, Гильфердинг, Гуго, Давид (Германия); Бауэр, Адлер В. (Австрия); Вандервелье (Бельгия); Стаунинг (Дания); Брантинг (Швеция); Бурдерон, Лонге, Гильбо (Франция); Грабер, Грейлих, Нобс, Гримм (Швейцария); Турати (Италия); Плеханов, Потресов, Засулич… О каком взаимопонимании могла идти речь, если Ленин выдвигал все новые бредовые и утопические идеи (например, лозунг о мировой революции), вызывающие у трезво мыслящих социал-демократов Запада не только удивление, но и возмущение.

6 сентября 1914 года Ленин выступил с докладом на собрании Бернской группы большевиков-эмигрантов, в котором изложил свою позицию по отношению к войне и выдвинул задачи, сформулированные в «Тезисах о войне». В корне извратив и исказив причины и характер европейской войны, Ленин обрушивается на немецкую, французскую и бельгийскую социал-демократические партии за их «национально-либеральную политику», поддержание немецкими социал-демократами военного бюджета своего государства., измену социализму, вступление вождей бельгийской и французской социал-демократических партий «в буржуазные правительства», отрицание социалистической революции, классовой борьбы, отказ от лозунга превращения военных столкновений государств Европы «в гражданскую войну». Ленин особо упрекал европейских социал-демократов за то, что они «под видом патриотизма и защиты отечества» игнорируют или отрицают основную истину социализма; изложенную в «Коммунистическом Манифесте», что «рабочие не имеют отечества». Обвиняя вождей европейских социал-демократических партий в измене социализму и революции, Ленин делает вывод, что все это «означает идейно-политический крах… Интернационала».

Опуская бредовые мысли, демагогические лозунги и сомнительные выводы, следует выделить основную цель, которую ставил перед собой Ленин: 1) дискредитировать II Интернационал и создать III Интернационал, взяв руководство им в свои руки; 2) широко пропагандировать среди российских социал-демократов и всего народа России идею поражения царской монархии в европейской войне.

Обосновывая (?) необходимость создания III Интернационала, Ленин говорит: «Так называемый „центр“ немецкой социал-демократической партии и других социал-демократических партий на деле трусливо капитулировал перед оппортунистами. Задачей будущего Интернационала должно быть бесповоротное и решительное избавление от этого буржуазного течения в социализме»1225 (выделено мной. – А.А.). Иными словами, Ленину нужен был такой международный политический центр, который не пропагандировал бы парламентскую борьбу за власть, социально-политические и экономические реформы и защиту Отечества, а был бы способен превратить мировую войну в гражданскую, способен был разжечь пожар всемирной социалистической революции.

«Тезисы о войне»1226 не получили сколько-нибудь широкого распространения и не были поддержаны социал-демократами европейских стран и России. Ленин не смог опубликовать и небольшую статью «Европейская война и международный социализм». Она также была опубликована в «Правде» спустя пять лет после смерти ее автора.

1 ноября 1914 года в нелегальной газете «Социал-Демократ» (№33) появляется манифест «Война и российская социал-демократия». В ней Ленин более пространно обрушивается на социалистические партии Европы и их вождей, особенно немецкой, которая, по его мнению, «граничит с прямой изменой делу социализма»1227. Достается и вождям социалистического II Интернационала, которые, как он пишет, якобы «пытаются подменить социализм национализмом… отрицая социалистическую революцию и подменяя ее буржуазным реформизмом»1228. Не обошел Ленин и российских социал-демократов, социалистов-революционеров, кадетов и народников. Он призывает «обязательно заклеймить шовинистические выступления… Е. Смирнова, П. Маслова и Г. Плеханова»1229. Но ни слова не говорит, в чем заключается их шовинизм.

Завершив нападки на своих политических противников, Ленин переходит к главному вопросу. Он выдвигает на повестку дня вопрос создания нового интернационала. «Рабочие массы, – пишет он, – через все препятствия создадут новый Интернационал… Превращение современной империалистической войны в гражданскую войну есть единственно правильный пролетарский лозунг… Да здравствует пролетарский Интернационал, освобожденный от оппортунизма!»1230. Однако, насколько известно, он не был согласован и обсужден с членами ЦК, избранными на пражской партийной конференции.

В том же номере «Социал-Демократа» была помещена статья Ленина «Положение и задачи социалистического Интернационала». Обильно полив помои на головы европейских и русских «оппортунистов» и «шовинистов» и вновь демагогически рассуждая о войне, революции и социализме, Ленин заканчивает статью постановкой задачи: «II Интернационал умер, побежденный оппортунизмом. Долой оппортунизм и да здравствует очищенный не только от „перебежчиков“ (как желает „Голос“), но и от оппортунизма III Интернационал… III Интернационалу предстоит задача организации сил пролетариата для революционного натиска на капиталистические правительства, для гражданской войны против буржуазии всех стран за политическую власть, за победу социализма!»1231 (Выделено мной. – А.А.).

Весть об объявлении Германией войны России была встречена во всех слоях российского общества возмущением и негодованием. Волна патриотического движения вихрем охватила всю Россию. На Отечественную войну по зову сердца шли тысячи добровольцев, не ожидая официального их призыва в армию. Россияне шли на фронт, чтобы защитить Отечество, шли «убивать, чтобы не быть убитыми».

В «Русском Слове» было напечатано воззвание «От писателей, художников и артистов», написанное в духе патриотизма, осуждения германских шовинистов, развязавших мировую войну. В воззвании, в частности, подчеркивалось: «…Каждый новый день приносит новые страшные доказательства жестокостей и вандализма, творимых германцами в этой кровавой брани народов…»

Под воззванием поставили подписи более 300(!) человек. Среди них почетные академики, видные деятели литературы, культуры, искусства и общественных организаций. Советская историография (прежде всего сотрудники ИМЭЛ) сознательно скрывала их имена. Приведем лишь некоторые: А. Бахрушин, Ив. Бунин, М. Горький, А. Серафимович, П. Скиталец (Петров), М. Чехов, К. Успенский, П. Струве, Н. Михайлов, Д. Тихомиров, А. Васнецов, В. Васнецов, С. Коненков, К. Коровин, С. Меркулов, Л. Пастернак, Ф. Шаляпин, А. Нежданова, М. Ермолова, Е. Вахтангов, В. Качалов, К. Станиславский, Вл. Немирович-Данченко, Ив. Москвин, А. Южин (кн. Сумбатов), А. Яблочкина, В. Пашенная, А. Остужев, А. Истомина, П. Садовская, А. Таиров, А. Хохлов, Н. Шевелев, М. Ипполитов-Иванов…1232

Ленин возмущенно отреагировал на это воззвание. В статейке «Автору „Песни о Соколе“, опубликованной в 34-м номере „Социал-Демократа“ 5 декабря 1914 года, он назвал воззвание „шовинистки-поповским протестом против немецкого варварства“. В нем он советует Горькому „беречь свое доброе имя и не давать его для подписи под всякими дешевенькими шовинистическими протестами, которые могут ввести в заблуждение малосознательных рабочих“1233. Статейку Ленина иначе, как отповедью циника, нельзя назвать.

В связи с завершением работы конференции заграничных секций РСДРП (февраль 1915г.) в 4-м номере «Социал-Демократа» Ленин публикует очередную интриганскую статью. В ней он вновь обрушивается на социал-демократический центр «с Каутским во главе», который якобы «вполне скатился к оппортунизму, прикрывая его особо вредными лицемерными фразами и фальсифицированием марксизма под империализм». Но и здесь он не упускает случай, чтобы выступить за поражение России в войне, которое, по его мнению, «при всех условиях представляется наименьшим злом»1234.

Обращает на себя внимание тот факт, что Ленин неустанно выступает за поражение России в войне, а не Германии, развязавшей эту ужасную бойню. Своими гнусными и предательскими статьями он расплачивался перед германскими властями за свою безбедную жизнь в Швейцарии. И в этом убеждаемся, ознакомившись со статьей «По поводу Лондонской конференции». Приведем лишь одну цитату из этой работы, чтобы ясно понять, на кого работал так называемый правдолюбец: «Войну с целью разорения и ограбления Германии, Австрии, Турции ведет англо-французская плюс русская буржуазия»1235. Так беззастенчиво мог писать только Ленин.

В августе 1915 года Ленин вместе с Зиновьевым пишет большую статью «Социализм и война» 158. В этой работе дана субъективная оценка войне и сделан ряд абсурдных и неверных выводов. Например: «Царизм ведет войну для захвата Галиции и окончательного придушения свободы украинцев, для захвата Армении, Константинополя и т.д.»1236 (выделено мной. – А.А.). Ну зачем, например, захватывать Армению, если она находилась в составе России? Сущий бред!

Эти строки насквозь пронизаны фальшью и лицемерием. Когда «защитник» угнетенных народов сочинял свою статью, именно в это время турки вырезали 1,5 млн. армян. Но это «правдолюбец» не замечает. Самое интересное в этой истории то, что армяне русских называют освободителями, а не захватчиками, как об этом пишет Ленин. Чтобы окончательно развеять вымысел германофила Ленина, достаточно привести слова великого армянского просветителя Хачатура Абовяна, выразившего чувства своих соотечественников к русскому народу и государству: «Да будет благословен тот час, когда русские благословенной своей стопой вступили на нашу священную землю и развеяли проклятый злобный дух кызылбашей»1237.

Что же касается войны России с Турцией в 1914-1917 годах, то она была вынужденной мерой, поскольку последняя сама была ее зачинщицей, выступившей против России, Англии и Франции в союзе с Австро-Венгрией и Германией.

И все же главной мишенью отравленных «стрел» Ленина в брошюре являются опять «социал-шовинисты» и «оппортунисты» К. Каутский, Г. Плеханов, В. Адлер, Э. Вандервелье, Г. Алексинский, Н. Чхеидзе, В. Гейне и другие, ставшие на позиции защиты отечества в европейской войне.

Особо острой критике Ленин подвергает германскую социал-демократию, являющуюся, по его мнению, «наиболее сильной и руководящей партией во II Интернационале», за то, что она «нанесла самый чувствительный удар международной организации рабочих»1238.

Ленин обрушил шквал брани и на головы социалистов «пацифистского оттенка» за то, что они без всяких условий выдвигают лозунг о скорейшем прекращении войны. «Бороться за скорейшее прекращение войны, – пишет он, – необходимо. Но только при призыве к. революционной борьбе требование „мира“ получит пролетарский смысл. Без ряда резолюций так называемый демократический мир есть мещанская утопия»1239. И далее Ленин пишет: «Третий Интернационал, по нашему мнению, должен был создаться именно на такой революционной базе. Для нашей партии не существует только вопрос осуществимости этого в ближайшее время в интернациональном масштабе… Ближайшее будущее покажет, назрели ли уже условия для создания нового марксистского Интернационала». При этом он подчеркивает: «…мы знаем, наверное, в чем убеждены непоколебимо, это – в том, что наша партия в нашей стране среди нашего пролетариата будет неутомимо работать в указанном направлении и всей своей повседневной деятельностью будет создавать российскую секцию марксистского Интернационала»1240.

Так рассуждал чужой для России политэмигрант Ленин. Но преобладающее большинство россиян было настроено патриотически, клеймя позором германский милитаризм, насажденный воинствующим Бисмарком. Все периодические издания, кроме большевистских, гневно осуждали агрессивный пыл Германии, призывали граждан России встать на защиту Отечества. Вот что, в частности, писала в своей брошюре З.К. Пименова: «Прусский дух, прусская военная сила по-прежнему господствует в Германии, подавляя все стороны духовной жизни германского народа и заставляя его отдавать весь свой гений и всю свою изобретательность на службу богу войны»1241.

Чтобы понять всю демагогическую фразеологию большевистского теоретика, достаточно вспомнить, на какие рабские (в угоду Германии) условия пошел он при подписании Брестского мира, хотя до захвата власти в России чуть ли не на каждом углу кричал о мире «без аннексии и контрибуции».

Абсурдность мыслей Ленина очевидна. Эти, мягко выражаясь, несерьезные размышления и выводы ставят «пролетарского вождя» в довольно казусное положение: получается, что все договоры о мире и дружбе, заключенные между различными государствами в XX веке, ничто иное, как «мещанская утопия». Сущий вздор!

Вздор не вздор, но Ленин продолжает свою работу по созданию III Интернационала. Увлекшись навязчивой идеей создания III Интернационала, Ленин стал выдавать желаемое за действительное. В «Открытом письме Борису Суворину»1242 он без всякого стеснения пишет: «Третий Интернационал уже родился. И если он еще не освящен первосвященниками и попами II Интернационала, а, наоборот, проклят ими… это все же не мешает ему приобретать день ото дня новые силы. Третий Интернационал даст возможность пролетариату избавиться от оппортунистов, и он же приведет массы к победе в социальной революции, которая назревает и приближается»1243 (выделено мной. – А.А.).

После возвращения из эмиграции Ленин с головой уходит в работу по мобилизации сил для осуществления государственного переворота (июльский мятеж). Но мысль о создании III Интернационала его не покидала. В статье «О задачах пролетариата в данной революции», опубликованной в «Правде» 7 апреля 1917 года, в 10-м пункте своих тезисов подчеркивает: «Обновление Интернационала. Инициатива создания революционного Интернационала, Интернационала против социал-шовинистов и против „центра“1244.

На VII (Апрельской) Всероссийской конференции РСДРП(б) Ленин вновь поднимает вопрос об Интернационале. Однако его тезис о разрыве с Циммервальдским большинством не был поддержан делегатами конференции. Конференция выступила и против попытки Ленина создать III Интернационал. Большинство делегатов проголосовало за участие большевиков в III Циммервальдской конференции.

Однако Ленин понимал, что для создания этого нового политического центра по руководству мировой революцией необходима подготовительная работа. С этой целью он 29 мая 1917 года пишет письмо Радеку в Стокгольм, в котором излагает свое чаяние: «Если бы поскорее международное совещание левых, то Третий Интернационал был бы основан»1245. 17 июня Ленин вновь пишет Радеку: «…если левые шведы взяли в свои руки Циммервальд и если они захотят путаться, надо им поставить ультиматум: или они объявляют на первой же Циммервальдской конференции Циммервальд распущенным и основывают III Интернационал, или мы уходим. Так или иначе надо похоронить поганый („гриммовский“: все же он гриммовский) Циммервальд во что бы то ни стало и основать настоящий III Интернационал только из левых, только против каутскианцев. Лучше маленькая рыбка, чем большой таракан»1246.

Как видим из текста письма и других приведенных выше материалов, Ленин плел интриги и против «левых», и против «правых», и против «центра», и против Циммервальда… Словом, он был против всех, без исключения, кто не одобрял его политическую позицию. В этих условиях весьма сложно было найти единомышленников, на кого можно было бы возложить задачу составления Интернационала. И не находя на свободе нужной кандидатуры для этой цели, Ленин останавливается на… находящемся в заключении немецком социал-демократе Карле Либкнехте: «Только такие люди (группы, партии и т.п.), как немецкий социалист Карл Либкнехт, сидящий в каторжной тюрьме, только люди, борющиеся беззаветно и со своим правительством, и со своей буржуазией, и со своими социал-шовинистами, и со своим „центром“, могут и должны немедленно составить необходимый народам Интернационал»1247.

На этом Ленин временно прекращает свои выступления относительно создания III Интернационала, поскольку он полностью посвящает себя задаче осуществления государственного переворота. А после провала июльского путча вопрос о создании III Интернационала переносится на задний план. И даже после захвата власти большевиками в октябре 1917 года Ленину было не до Интернационала, поскольку повсеместно на территории России началось сопротивление большевистской власти. Вплоть до окончания мировой войны и даже позже Ленин и его соратники были целиком заняты так называемым «триумфальным шествием советской власти» и ее упрочением в центре и на местах.

Однако вскоре после окончания мировой войны в общественно-политических кругах Запада стали прослеживаться проявления, которые не могли не насторожить вождя большевиков. В частности, лидеры ряда социал-демократических партий стали заявлять, что необходимо возродить деятельность II Интернационала. Конкретные шаги организационного характера предприняли руководители Лейбористской партии Англии, обратившись к социалистам всех стран с предложением созвать 6 января 1919 года в Лозане (Швейцария) Международную социалистическую конференцию в целях возрождения II Интернационала. А вот как отреагировал Ленин на действия лидеров английских лейбористов. Напуганный столь неожиданным оборотом дела, ЦК РКП(б) по инициативе Ленина разослал 24 декабря 1918 года радиограмму, в которой призывал все революционно-интернационалистические элементы отказаться от участия «в конференциях врагов рабочего класса, прикрывающихся именем социализма»1248.

Одновременно Ленин ставит вопрос о срочном созыве международной социалистической конференции коммунистов и левых социал-демократов с целью создания III Интернационала. Конкретные шаги организационного характера он излагает в директивном письме Наркому иностранных дел Г.В. Чичерину: «…т. Чичерин! Нам надо спешно (до отъезда „спартаковца“ 159 утвердить в ЦК) подготовить международную социалистическую конференцию для основания III Интернационала. (В Берлине (открыто) или в Голландии (тайно), скажем, на 1.II.1919) [вообще очень скоро]…»1249

Маховик большевистской идеологической машины завертелся. К работе по созданию III Интернационала были подключены все партийные и государственные органы, включая ВЧК. Вскоре Ленин убедился, что совершенно нереально пытаться создать Интернационал за рубежом: было очевидно, что эта затея может закончиться полным провалом, и для него лично – плачевно. Поэтому было решено созвать международную конференцию для основания III Интернационала в Москве. Однако организаторам политического шоу никак не удавалось зазвать на него зарубежных представителей. И тут выручила смекалка Ленина. Было решено заполнить аудиторию конференции представителями многочисленных национальностей и народностей России. В этой интернациональной среде легко можно было бы «растворить» так называемых зарубежных делегатов, которых можно было счесть на пальцах одной руки. Для Ленина важно было разрекламировать факт созыва международной коммунистической конференции. И первым шагом в этом направлении было воззвание «К первому съезду Коммунистического Интернационала», которое от имени ЦК РКП(б) и нескольких компартий было разослано по странам Запада и Востока.

Как бы то ни было, 2 марта 1919 года в Москве открылась Учредительная, так называемая Международная коммунистическая конференция. Большевистская пресса широко освещала работу конференции, искусственно раздувала ее международное значение и масштабность. Вместе с тем коммунистическая пресса особо не афишировала делегатов этого политического спектакля, прибывших (?) из зарубежных стран. Они мельком упоминаются лишь в отдельных работах, а также в научных исследованиях. Так, например, в 37-м томе Сочинений Ленина говорится, что в работе конференции «приняли участие 52 делегата (В.И. Ленин, В.В. Воровский, Г.В. Чичерин, Г. Эберлейн (М. Альберт), О.В. Куусинен, Ф. Платтен, Б. Рейнштейн, С. Рутгерс, И.С. Уншлихт (Юровский), Ю. Сирола, Н.А. Скрипник, С.И. Гопнер, К. Штейнгард (И. Грубер), И. Файнберг, Ж. Садуль и др.»1250. Отметим, что из 52 делегатов Конгресса более половины являлись членами РКП(б), постоянно проживающие в России. В их числе: Ленин, Сталин, Троцкий, Зиновьев, Клингер, Бухарин, Чичерин, Радек, Воровский, Оболенский (Осинский), Скрипник, Уншлихт, Куусинен, Балабанова, Раковский и другие.

Многие приведенные выше фамилии нерусского происхождения, на первый взгляд, производят впечатление, будто на этом форуме были представлены коммунистические и социал-демократические партии чуть ли не всех европейских стран. Но стоит поближе познакомиться с биографией этих делегатов, как сразу же обнаруживаешь, в какое смешное положение поставили себя организаторы III Интернационала 80 лет тому назад. В этом очень легко убедиться.

Начнем с Г. Эберлейна, так называемого немецкого коммуниста, ведущего раскольническую (по примеру большевиков) деятельность в своей партии, борющегося с инакомыслящими. Именно при его активном участии на II съезде в октябре 1919 года произошел раскол Коммунистической партии Германии и были исключены из партии немецкие «меньшевики» за то, что они отрицали вооруженную борьбу, отказывались принимать участие в реакционных профсоюзах. Не случайно Ленин в своем письме Павлу Леви, Кларе Цеткин и Гуго Эберлейну, выполняющих роль креатур, писал, что «необходим раскол с каутскианцами»1251.

О.В. Куусинен и Ю. Сирола на конференции представляли коммунистическую партию Финляндии. Это на бумаге. На деле после 1918 года Куусинен постоянно жил и работал в Советской России, занимал ряд ответственных партийных и государственных должностей, был членом Президиума, затем Политбюро ЦК КПСС. «За особые заслуги перед советским государством (?) в 1961 году ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда».

Что касается Сиролы, то даже в справочном разделе сочинений Ленина нет указаний, что он был делегатом конгресса Коминтерна. Подчеркивается лишь, что «в 1921-1922 и 1928-1936 годах – член Интернациональной контрольной комиссии Коминтерна»1252. Он также жил в Москве.

Фриц Платтен известен читателю как агент германского генштаба, осуществляющий секретные связи большевиков с немецкими властями. Эти сведения стали достоянием швейцарских общественных кругов. Поэтому он вынужден был покинуть родину и переехать на постоянное место жительства в Россию. Однако 12 марта 1938 года Платтен был арестован 160. Он был обвинен по статье 58 (измена) и статье 182 (незаконное хранение оружия) и.приговорен к четырем годам исправительных работ. 22 апреля 1942 года Платтен скончался в больнице исправительного лагеря под Архангельском. Кстати, незадолго до ареста Платтену было предложено добровольно покинуть СССР и вернуться в Швейцарию. Однако он наотрез отказался. Очевидно, он понимал, что там его сладкая жизнь не ожидает.

Любопытна биография В.И. Рейнштейна. Он россиянин. Какое-то время жил в США, работал в Американской социалистической рабочей партии и даже был ее представителем во II Интернационале. В 1917 году Рейнштейн возвратился в Россию и в апреле 1918 года вступил в партию большевиков. Почти 20 лет работал в Коминтерне, затем в Профинтерне. Так что никакую зарубежную партию он в III Интернационале не представлял.

Забавная история получается с Себалъдом Рутгерсом. Он действительно голландец. Но весь казус с этим делегатом международной коммунистической конференции заключается в том, что он с 1918 года по 1938-й работал в РСФСР, затем в СССР; в 1921-1926 годах являлся (по решению Политбюро ЦК РКП(б)) руководителем автономной индустриальной колонии (АИК) по восстановлению и эксплуатации угольной и химической промышленности Кузбасса, то есть вел предпринимательскую деятельность.

Поиск источников, где можно было бы почерпнуть информацию о К. Штейнгарде, не дал положительных результатов. Создается впечатление, что эта фамилия вымышлена, чтобы пустить пыль в глаза читателям, и в первую очередь мировой общественности.

Об И.И. Файнберге говорится в литературе, что он один из основателей Коммунистической партии Великобритании. Но известно также, что он в 1918 году переехал в Россию и до конца своей жизни жил и работал в СССР. Поэтому говорить о том, что он представлял в Коминтерне английских коммунистов, не приходится.

Завершает приведенный список делегатов конференции Жак Садуль, который служил, по словам Ленина, «верой и правдой французскому империализму»1253. Это офицер французской армии. В 1917 году был командирован в Россию в качестве члена французской миссии. После октябрьского переворота вступил во французскую секцию РКП(б) и добровольцем в Красную Армию. На родине военным судом заочно приговаривался к смертной казни. Но это, очевидно, был политический трюк, поскольку по возвращении во Францию (в 1924г.) он никаких наказаний не понес. Почему – остается загадкой. Кстати, на конференции присутствовал еще один француз – Анри Гильбо, но он в приведенный выше список не попал, и понятно почему: вскоре выяснилось, что он, оказывается, не разделяет политику большевиков, а позже стало очевидно, что ему близка… троцкистская политическая позиция. Вот только непонятно, чем отличался Троцкий от Ленина и других лидеров большевиков.

Сделав экскурс в историю образования III Интернационала, можно теперь перейти к рассмотрению его практической деятельности. Но для начала надо бы ознакомить читателя с одной фальшивкой, которую распространил Ленин в мае 1919 года в журнале «Коммунистический Интернационал». Вот что он писал: «Третий Интернационал фактически создался в 1918 году…»1254 Поскольку это не первая фальшивка, исходящая от Ленина, поэтому примем ее к сведению и перейдем к главным вопросам, связанным с деятельностью и сущностью Коммунистического Интернационала.

Формально международный центр планирования» организации и осуществления государственных переворотов в странах Европы и Востока образовался 2 марта 1919 года. Практически же большевистские лидеры приступили к этой деятельности, как уже говорилось выше, еще осенью 1918 года.

Особое внимание Ленин и его ближайшие соратники (Троцкий, Зиновьев, Сталин, Иоффе, Ганецкий, Свердлов, Радек и др.) уделяли Германии и Австро-Венгрии. Именно в эти страны в первую очередь были направлены эмиссары Иоффе и Радек. Прикрываясь дипломатическим статусом, они путем агитации и прямого подкупа разжигали революционные страсти рабочих, подстрекали их к решительным действиям, к захвату власти. Так, за участие в восстании «Спартака», организованном немецкими ультралевыми социал-демократами, Карл Радек был посажен в Берлинскую тюрьму «Маобит». Немецкий генерал Людендорф, критикуя германское правительство за пассивные действия против большевистских агентов в рассматриваемый период, писал, что оно «созерцало, как Иоффе в Берлине раздавал деньги и воззвания и подготовлял революцию… Социалисты большинства, как партия, признавали великую опасность большевизма… В конце октября 161 Иоффе был наконец выслан, и мы вновь перешли в состояние войны с Россией»1255.

А. Иоффе, являющийся с апреля по ноябрь 1918 года полпредом РСФСР в Берлине, действительно был выдворен из Германии, но этот большевистский деятель за полгода сумел сделать многое. В конце сентября 1918 года политическая обстановка в Германии и Австро-Венгрии была близкой к тому, чтобы разразилась гражданская война. Ленин остро чувствовал, что сегодня-завтра в этих странах могут произойти серьезные политические события. 1 октября он из Горок отправляет письмо Свердлову и Троцкому:

«…Дела так „ускорились“ в Германии, что нельзя отставать и нам. А сегодня мы уже отстали. Надо созвать завтра соединенное собрание ЦИК Московского Совета Райсоветов Профессиональных Союзов и прочая и прочая. Сделать ряд докладов о начале революции в Германии. (Победа нашей тактики борьбы с германским империализмом. И. т.д.)

Принять резолюцию.

Международная революция приблизилась за неделю на такое расстояние, что с ней надо считаться как с событием дней ближайших.

Никаких союзов ни с правительством Вильгельма, ни с правительством Вильгельма II + Эберт и прочие мерзавцы.

Но немецким рабочим массам, немецким трудящимся миллионам, когда они начали своим духом возмущения (пока еще только духом), мы братский союз, хлеб, помощь военную начинаем готовить.

Все умрем за то, чтобы помочь немецким рабочим в деле движения вперед начавшейся в Германии революции.

Вывод: 1) вдесятеро больше усилий на добычу хлеба (запасы все очистить и для нас и для немецких рабочих), 2) вдесятеро больше записи в войско. Армия в 3 миллиона должна быть у нас к весне для помощи международной рабочей революции.

Эта резолюция должна в среду ночью пойти всему миру по телеграфу…»1256

Ленин слова на ветер не бросал. Материальная и практическая помощь немецким экстремистам была оказана. 7 ноября 1918 года в Баварии было провозглашено образование социалистической республики. Правда, она просуществовала недолго.

Весьма интересные сведения о методах и средствах, стимулирующих деятельность левых сил Европы, содержатся в воспоминаниях А.И. Балабановой1257. После октябрьского переворота по рекомендации Ленина она была направлена в Стокгольм для установления тесных контактов с европейскими социал-демократическими организациями и группами левого толка. Любопытен отрывок воспоминаний Балабановой, в котором наглядно отражен метод экспорта революции:

«Корабли прибывали в Стокгольм каждую субботу. Они привозили мне огромное количество денег. Цель подобных денежных перемещений была мне непонятна… Я получила письмо от Ленина, в котором он писал: „Дорогой товарищ Балабанова. Отлично, отлично (подчеркнуто три раза – это привычка Ленина придавать особое значение своим словам), Вы наш самый способный и достойный сотрудник. Но я умоляю Вас, не экономьте. Тратьте миллионы, много миллионов“. Мне разъяснили, что я должна использовать деньги для поддержки левых организаций, подрыва оппозиционных групп, дискредитации конкретных лиц и т.д.»1258.

Ум и способность уловить черты характера человека, его внутренний мир и нравственные устои позволили А.И. Балабановой показать Ленина таким, каким он был в действительности. Вот что она писала в своих воспоминаниях: «Ленину нужны были соучастники, а не соратники. Верность означала для него абсолютную уверенность в том, что человек выполнит все приказы, даже те, которые находятся в противоречии с человеческой совестью… Ленин никогда не отрицал тех действий и поступков, за которые он нес ответственность, так же как не пытался он уменьшить тяжесть их последствий, потому что он всегда действовал с самонадеянностью в правоте своего дела и был пропитан уверенностью, что только его теория – большевизм – сможет восторжествовать… Он был нетерпимым, упрямым, жестоким и несправедливым в общении со своими оппонентами…»1259.

Финн Эйно Рахья никогда не был оппонентом Ленина. Напротив, он был верным соучастником преступных дел Ленина, беспрекословно выполнял все его поручения и приказы. Поэтому, когда Рахья от имени руководства (?) финских коммунистов обратился к Ленину с просьбой оказать компартии Финляндии материальную помощь на сумму 10 миллионов финских марок, то тот, не моргнув глазом, дал свое согласие на это1260.

20 февраля 1919 года заместитель наркома по иностранным делам Л.М. Карахан направил Ленину письмо с просьбой о срочном отпуске кредитов в сумме 200 тысяч рублей на поддержание «рабочих организаций» и для целей агитации и пропаганды на Востоке. Ленин на этом письме делает лаконичную запись: «в СНК»1261.

14 июля того же года председатель ЦИК Калмыкии А. Чапчаев послал Ленину докладную записку по вопросу об использовании пропаганды и агитации «против господства англичан в Азии». Ленин ставит резолюцию: «в оргбюро Цека. По моему направить к Чичерину для подгот.(овительных) мер. 16/VII Ленин»1262.

Как видим, Востоку Ленин уделяет внимание, но его взор все же был направлен на Запад, где, по его мнению, вот-вот должны были вспыхнуть революционные очаги.

Выступая с отчетным докладом ЦК на VIII съезде РКП(б) 18 марта, Ленин говорил: «Сотни тысяч военнопленных из армий, которые империалисты строили исключительно в своих целях, передвинувшись в Венгрию, в Германию, в Австрию, создали то, что бациллы большевизма захватили эти страны целиком»1263 (выделено мной. – А.А.). Поразительное признание Ленина в болезнетворности большевизма! Но вместе с тем информация, которую дает Ленин, безошибочна: бациллы большевизма плюс деньги и оружие сделали свое дело. 22 марта 1919 года по радио было получено известие об образовании 21 марта Венгерской Советской Республики. Во главе правительства оказался член РКП(б), политический авантюрист и международный преступник Бела Кун. По поручению VIII съезда РКП(б) Ленин послал от имени съезда приветственную радиотелеграмму правительству Венгерской Советской Республики и сообщил, что «рабочий класс России всеми силами спешит к вам на помощь». Очевидно, в порыве эйфории Ленин завершил приветствие словами: «Да здравствует международная коммунистическая республика!»1264.

Идеей мировой революции были заражены почти все члены большевистского Политбюро. В этом вопросе Ленин был главным идеологом и вдохновителем. Но совершенно очевидно, что Троцкий не меньше, чем Ленин, был заражен этой навязчивой идеей. Он был глубоко уверен, что наступит день, когда революция победит на всей планете. Вскоре после создания III Интернационала он писал: «Если сегодня центром Третьего Интернационала является Москва, то, – мы в этом глубоко убеждены, – завтра этот центр передвинется на Запад: в Берлин, Париж, Лондон… Ибо международный коммунистический конгресс в Берлине или Париже будет означать полное торжество пролетарской революции в Европе, а стало быть, во всем мире»1265.

Когда в Мюнхене коммунистические экстремисты 13 апреля 1919 года подняли путч и, пользуясь слабостью силовых структур в городе, объявили Баварскую Советскую Республику, то Троцкий ликовал. События в Баварии вселили в Троцкого уверенность, что костер мировой революции начал разгораться и что погасить его будет уже невозможно. Вести из Баварской столицы произвели на Троцкого такое сильное впечатление, что он поспешил дать политический прогноз:

«Советская Германия, – заявил он, – объединенная с Советской Россией, оказались бы сразу сильнее всех капиталистических государств, вместе взятые!»1266

В порыве эйфории, вызванной осуществлением коммунистического путча в Баварии, большевистские лидеры стали активизировать свои действия по экспорту революционных бацилл в страны мира. Большевистская пропаганда «мировой революции» достигла и американского континента. Она вызвала у американского общества вполне объяснимую тревогу и озабоченность. Эти чувства стали проявляться в публичных выступлениях и в антибольшевистских демонстрациях; они нашли отражение и в печати. Например, на первой странице газеты «Чикаго Трибун» в июле 1920 года была опубликована пространная статья, в которой ее автор, Джон Клайтон» раскрывает политические цели большевиков, как международной преступной организации, пытающихся дестабилизировать общественно-политическую жизнь в странах мирового сообщества. Уже в самом заглавии, автор статьи подчеркивает: «Большевизм только орудие для достижения определенной цели». А цель, по мнению Клайтона, – это «установление мирового господства». Автор конкретизирует эти цели.

«Работа большевизма направлена на разрушение существующего строя общества…В рядах коммунистов есть группа, принадлежащая к этой партии, которая на коммунизме не останавливается. Для вождей коммунизм имеет лишь второстепенное значение… Они готовы использовать для своих целей безразлично все, что угодно, будь это восстание Ислама, ненависть центральных держав к Англии, японские вожделения на Индию или торговое соперничество между Америкой и Англией. Как подобает всякой мировой революции, так и данная прежде всего направлена против Англо-Саксов…»1267

Следует сказать, что большевистские лидеры не скрывали своих намерений. Широко распространяя пропагандистский лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», штаб Коммунистического Интернационала разрабатывал все новые планы государственных переворотов в странах Европы и Азии. Для этих целей выделялись огромные материальные средства. На эту военно-политическую акцию работала вся идеологическая машина большевистского правительства – печать, радио, искусство, литература, поэзия. Приведенные ниже строфы Владимира Маяковского тому свидетельство: Ломая границ узы, шагая горами веков, и к вам придет, французы, красная правда большевиков. Все к большевизму ведут пути, не уйти из-под красного вала, Коммуне по Англии неминуемо пройти, рабочие выйдут из подвалов. Что для правды волн ворох, что ей верст мерка! В Америку Коммуна придет. Как порох, вспыхнет рабочая Америка1268.

В условиях разрухи, нищеты и голода советское правительство выделяло огромные средства на пропаганду идей III Интернационала и «мировой революции». Под руководством Коминтерна и с участием Пролеткульта разрабатывались и в большом количестве изготовлялись пропагандистские плакаты и транспаранты, которые распространялись по всей стране. В скульптурных, художественных и проектных мастерских, а также на фарфоровых заводах изготовлялись различные изделия, иллюстрирующие коммунистические идеи и призывающие пролетариат всех стран объединиться и разжечь пламя «мировой революции» по всей планете.

Бесспорно, как оратор Троцкий превосходил Ленина, но уступал ему как аналитик. Информация, которой владел Ленин, не давала ему оснований быть убежденным в успешном исходе событий в Баварии. Очевидно, этим можно объяснить то, что приветствие Баварской Советской Республике1269 он пишет аж 27 апреля(!) 162, то есть тогда, когда «независимые социал-демократы» выпроводили всех коммунистов во главе с их лидером Е. Левине 163 со всех руководящих постов. А 1 мая правительственные войска вступили в Мюнхен, и вскоре мятеж авантюристов был подавлен.

Такая же участь ожидала Венгерскую Советскую Республику. 1 августа 1919 года она была свергнута. Бела Кун со своим войском бежал в Россию и, пользуясь доверием и покровительством Ленина, принимал активное участие в кровавой ликвидации офицеров армии Врангеля и истреблении сопротивляющихся против большевистского правительства народов России.

Забегая вперед, отметим, что большевистское правительство открыто поддерживало мятеж в Гамбурге, организованный немецкими экстремистами в октябре 1923 года. И на этот раз мятежники были жестоко разгромлены.

Мне представляется, что Ленин предвидел исход «революционных» вспышек в цивилизованных странах Европы. Однако, не ослабляя усилия по их материальной и моральной поддержке, вместе с тем он с весны 1919 года больше внимания стал уделять отсталому Востоку. Судя по всему, он возлагал большие надежды на Турцию, рассчитывал, что именно она станет знаменем борьбы народов Востока с «мировым империализмом», фиаско в Баварии, а затем и в Венгрии убеждают Ленина в том, что надо активизировать военно-политическую деятельность в странах ближнего и дальнего Востока. Более того, из Туркестана стали поступать обнадеживающие сведения.

Так, 24 мая 1919 года Реввоенсовет Туркестанской Республики направил докладную записку в Реввоенсовет РСФСР, в которой подчеркивалось: «…Афганистан, видимо, готов заключить с нами союз борьбы с Англией». В этом документе, подписанном председателем Реввоенсовета Казаковым и начальником Главного штаба Домогатским, содержится и просьба: «Дайте ваши инструкции относительно линии поведения с правительством Афганистана»1270.

Эти сведения подкреплялись еще тем, что в конце апреля 1919 года из Кабула выехало в Советскую Россию чрезвычайное посольство во главе с Мухаммед Вали-ханом. Последний при беседе с Лениным сказал: «Я протягиваю Вам дружескую руку и надеюсь, что Вы поможете освободиться от гнета европейского империализма всему Востоку»1271.

Анализируя сложившуюся политическую ситуацию в Европе и на Востоке, Троцкий приходит к выводу: «…Красная Армия на арене европейских путей мировой политики окажется довольно скромной величиной не только для наступления, но и для обороны… Иначе представляется положение, если мы станем лицом к Востоку… Дорога в Индию может оказаться для нас в данный момент более проходимой и более короткой, чем дорога в Советскую Венгрию…»1272

Давайте проследим, как и какими средствами большевистский штаб прокладывал дороги (короткие, средние и длинные), ведущие к «мировой революции». Изучение источников позволило выявить основные средства, которые использовались большевистскими вождями и теоретиками в целях создания «Международной коммунистической республики».

Первое. Это экспорт идей большевизма в страны Запада и Востока. Этим делом до образования Коминтерна занимался Народный комиссариат иностранных дел. Чиновники НКИД, распространяющие за границей революционные идеи, получали большие денежные вознаграждения. Были установлены даже тарифные ставки агитаторам в зависимости от страны, в которой они вели работу. Например, премия за агитационную работу в Северном Китае и Корее составляла 10 тысяч рублей, а в Южном Китае – 20 тысяч рублей1273. Должен заметить, что коммунистическая пропаганда в странах Востока проводилась не только штатными чиновниками аппарата НКИД. Ленин умел использовать любую возможность, чтобы организовать и проводить коммунистическую пропаганду среди народов других стран. Даже в условиях гражданской войны он дважды созывает в Москве съезд представителей мусульманских организаций. Он принимает активное участие в работе съезда, выступает с докладом, прилагает большие усилия к тому, чтобы превратить делегатов съезда в проводников коммунистических идей в странах Востока.

Так, выступая на II съезде коммунистических организаций народов Востока 22 ноября 1919 года, он, обращаясь к делегатам, говорил:

«Перед вами стоит задача, чтобы и дальше заботиться о том, чтобы внутри каждой страны, на понятном для народа языке велась коммунистическая пропаганда… В этом вам поможет, с одной стороны, тесный союз с авангардом всех трудящихся других стран, а с другой – уменье подойти к народам Востока, которых вы здесь представляете… вы должны проложить дорогу к трудящимся и эксплуатируемым массам каждой страны и сказать на понятном для них языке, что единственной надеждой на освобождение является победа международной революции и что международный пролетариат является единственным союзником всех трудящихся и эксплуатируемых сотен миллионов народов Востока»1274.

Ленин пристально следил за идейными течениями в левом социализме и коммунизме и различными движениями в социал-демократических организациях Запада. В письме Чичерину от 4 января 1920 года он в этой связи писал: «…Надо добиться (и от Литвинова и всех членов РКП за границей и от всех „бюро“ и агентур), чтобы были наняты прикосновенные к литературе люди в каждой стране (для начала достаточно в Дании, Голландии и т.п.) с обязанностью собирать по 4-5 экземпляров каждой социалистической и анархической и коммунистической брошюры и книги, каждой резолюции, всех отчетов и протоколов о съездах и т.д. и т.п. на всех языках. Все доставлять в Копенгаген, в Стокгольм, в Вену и т.п. (в Берлин также)… Надо заранее собирать через нанятых лиц (русские неряхи и никогда аккуратно делать этого не будут). Жалеть на это деньги глупо…»1275 (Выделено мной. – А.А.).

Из доклада Временного Военно-революционного Совета Туркестанской Республики, адресованного во ВЦИК и Реввоенсовет РСФСР, стало известно, что этот регион не имеет пограничной стражи и что граница «с Китаем, Индией, Бухарой и Афганистаном дает самую широкую почву иностранному шпионажу»1276. Политбюро, которому фактически и практически подчинялся Коминтерн, быстро сообразило, как использовать эту прозрачную границу в целях создания в странах Востока филиалов III Интернационала. Архивные источники указывают, что с согласия Политбюро в Туркестане была организована так называемая «индусская база» по подготовке и внедрению в страны Востока пропагандистов, распространяющих в них революционные идеи, и что на эти цели, с согласия Ленина, выделяются 2 млн. рублей золотом1277. Думается, что в качестве инструкторов в «индусской базе» работали не только чиновники НКИД и деятели Коминтерна, но и сотрудники ВЧК.

Второе. Оно касается денежной помощи мнимым коммунистическим организациям Запада и Востока. С уверенностью могу отметить, что сегодня никто не сможет сказать, сколько всего было отпущено средств на «мировую революцию». Дело в том, что на поддержание коммунистических и прокоммунистических организаций Запада и Востока выделялись не только золотые рубли: выдавались и драгоценности, которые строго не оценивались. Более того, большевистские чиновники из НКИД и Коминтерна, передавая крупные суммы и большое количество драгоценностей представителям компартий зарубежных стран, на этом хорошо наживались. А получатели материальных средств бесконтрольно тратили их, а то и просто присваивали себе миллионы золотых рублей.

Так, например, проверка 164 деятельности главного так называемого казначея «Франкфуртского фонда» (Германия) Джеймса Рейха 165 показала, что хищение денежных средств Коминтерна, исчисляемое в нескольких миллионах немецких марок, имело место1278. И все же, «товарищ Томас» совершал не такие тяжкие преступления, как Ленин. Миллионы россиян гибли от голода, от болезней, а он одним росчерком пера разбазаривал народное добро в целях осуществления бредовой идеи «мировой революции». Материальное обеспечение Коминтерна обходилось народу России многими миллионами рублей золотом. Так, например, в мае 1919 года Политбюро ЦК РКП(б) с ведома Ленина принимает решение отпустить Коминтерну драгоценности (бриллианты, изделия из платины, золота, жемчуга и других драгоценных камней) на сумму в несколько сот тысяч рублей золотом1279. А в 1920 году Коминтерну было выплачено 2053000 рублей золотом1280. Вспомним, как Ленин умолял Балабанову: «Не экономьте. Тратьте миллионы, много миллионов». Вспомним, как с его ведома Рахья увез в Финляндию огромное количество драгоценностей. Не он ли дал добро на вывоз в Германию 450 кг российского золота?! Такого (по масштабам) преступления не совершил ни один глава государства, царь, фараон, эмир. Он бесспорно вошел в историю России как один из величайших преступников.

Третье. Трудно озаглавить данный раздел. Но попробую попроще раскрыть его суть. Речь идет об организации военных и диверсионных действий на территории сопредельных с Россией государств, а также террористических акций против общественных и политических деятелей зарубежных стран и проживающих в них русских эмигрантов. Целью этих агрессивных, жестоких и безнравственных действий и поступков являлись: устрашение и физическое уничтожение политических противников; дестабилизация социальной обстановки и создание благоприятных условий для распространения большевистского влияния на другие государства.

Страны и общественно-политические лица, против которых должны были осуществляться диверсионные и террористические акции, определялись в кабинете Ленина, обсуждались в Политбюро. Коминтерну в этих чудовищных делах отводилась роль координатора. Исполнителями же таких зловещих планов являлись части особого назначения (ЧОН) и печально известное ведомство Дзержинского. На эти, с позволения сказать, мероприятия Ленин также не жалел денег. Например, в ноябре 1921 (!) года, то есть тогда, когда голодом были охвачены 18 губерний России, когда ежедневно погибали тысячи граждан, Ленин подписывает постановление Совета Труда и Обороны (СТО) о выделении ВЧК дополнительно к ранее отпущенным средствам еще 792000 рублей золотом1281. Для какой цели отпускались ВЧК столь большие средства, в постановлении не расшифровывается.

В бывшем архиве ЦК КПСС сохранился документ, который проливает свет на цели, для которых так щедро отпускал народные средства Ленин. Это набросок плана вторжения в приграничные населенные пункты Польши вооруженных бандитских групп для осуществления там террористических акций среди мирного населения. Автор плана – заместитель народного комиссара по военным делам и заместитель председателя Реввоенсовета Республики Э.М. Склянский. Но, судя по всему, инициатива по разработке плана исходила от Ленина.

А теперь давайте ознакомимся с отзывом и замечаниями Ленина на этот план: «Прекрасный план! Доканчивайте его вместе с Дзержинским. Под видом „зеленых“ (мы потом на них и свалим) пройдем на 10-20 верст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премия: 100000 р. за повешенного…»1282

В том же архиве имеются документы, свидетельствующие о том, что большевистские эмиссары вели активную деятельность в Персии (Иран). Выявляя местных экстремистов московской ориентации, они оказывали им практическую помощь в деле подготовки и осуществления государственного переворота, в надежде, что пришедшее к власти «революционное» правительство окажется послушным вассалом кремлевских правителей. Трудно сказать, на что рассчитывали находящиеся в Персии большевистские эмиссары Ф. Раскольников, Б. Абуков и другие. Но тем не менее они просят Москву оказать неотложную материальную помощь в виде драгоценностей организатору персидской «революции» Мирзе Кучуку1283.

Четвертое. Выступая на торжественном заседании Московского совета, посвященном годовщине III Интернационала, 6 марта 1920 года, Ленин с присущим ему фанатизмом заявил: «Нет ни одной страны в мире – даже самой неразвитой, где бы все мыслящие рабочие не присоединялись к Коммунистическому Интернационалу, не примыкали к нему идейно. В этом полная гарантия того, что победа Коммунистического Интернационала во всем мире в срок не чрезмерно далекий – эта победа обеспечена»1284. А так ли это было в действительности? Не выдавал ли Ленин желаемое за действительное?

В 15-й главе достаточно подробно были показаны средства и методы, с помощью которых ленинская партия осуществляла победное шествие советской власти по территории бывшей Российской империи. Эти средства и методы использовались большевиками и против других народов, в частности, против польского народа. Об этом свидетельствуют документы, приведенные в 10-й главе. Однако, несмотря на наличие документально подтвержденных фактов вооруженного вторжения большевиков в пределы польского государства, физическое истребление его народа, советская историография преподносила читателям грубую и циничную фальшивку. Так, в главе «Партия в период иностранной военной интервенции и гражданской войны (1918– 1920 годы)» Истории КПСС ее авторы пишут: «Польская армия, сформированная и снабженная Антантой, вторглась в Литву и Белоруссию»1285. Это событие отнесено коммунистическими учеными к весне 166 1919 года. Ровно через 10 страниц читаем: «25 апреля 1920 года польская армия напала на Советскую страну»1286. Такая же фальшивка нашла отражение и в Истории СССР1287.

Приведенные выше сведения находятся в полном противоречии с действительным положением дел, они лживы.

Чтобы опровергнуть откровенную ложь коммунистических историков, достаточно сослаться на директиву командования Юго-Западного фронта №20/оп от 9 января 1920 года, в которой, в частности, содержится приказ 12-й Армии: «усилив путем соответствующей перегруппировки свой правый фланг и центр, выйти в кратчайший срок на линию р. Птичь – р. Уборть – м. Олевск – г. Новоград-Волынский – р. Случь – м. Любар – ст. Синява – ст. Жмеринка – ст. Рахны. Армии быть готовой на случай осложнения с поляками и перейти в решительное наступление в направлении Ровно-Дубно»1288.

А вот еще один документально подтвержденный факт. 3 апреля 1920 года 1-я Конная армия из Майкопа выступила на Польский фронт1289. Ниже увидим причины образования этого фронта.

В научной литературе ни словом не говорится и о том, что в рассматриваемый период украинский народ, как и поляки, вел борьбу с большевистским нашествием и хозяйничанием на родной земле, отстаивал независимость Украинской Народной Республики. Ведь наглость большевистских правителей не имела границ. Взять хотя бы такой возмутительный факт, как назначение Лениным уголовного преступника, пьяницу и развратника Орджоникидзе чрезвычайным комиссаром Украины. Это ведь было надругательством над чувствами украинского народа!

Изучение документов Центрального Государственного архива Советской Армии убедительно показывает, что большевистское правительство после октябрьского переворота сразу же приступило к советизации всей территории, некогда входящей в состав российской империи. В документах 167 Западного и Юго-Западного Фронтов и Главкома1290 со всеми подробностями прослеживаются военные действия Красной Армии, в частности против поляков, стремившихся после окончания мировой войны возродить польское национальное государство. К этому, кстати, стремились и украинские патриоты. Противником же устремлений польских и украинских патриотов выступало большевистское правительство. На почве этих глубоких политических разногласий с 1919 года начались острые конфликты, переросшие затем в вооруженные столкновения между Россией и Польшей.

О боевом настрое польских войск говорит такой факт: остановив продвижение частей Красной Армии, польские войска перешли в контрнаступление на Западном фронте, заняли ряд населенных пунктов, а 20 апреля 1919 года вошли в г. Вильно1291. Из разговора по прямому проводу командующего Западным фронтом Надежным с начальником штаба Белорусско-Литовской армии Новиковым выясняется, что польские войска, успешно отбив наступательные действия 17-й дивизии, сами перешли в наступление и в конце мая заняли ряд населенных пунктов в минском направлении1292.

Однако в середине июня в связи с политическими осложнениями Польши и Германии польское командование вынуждено было перебросить часть войск с Западного фронта на германскую границу. Этим воспользовалось командование Западного фронта и приказало 15-й и 16-й армиям «перейти к энергичным действиям…»1293. Но из последующих сообщений выясняется, что в начале июля инициатива снова на стороне поляков. В приказе командующего Западным фронтом №033 от 7 июля 1919 года говорится, что «поляки, овладев вилейско-молодечненским районом, направляют главный удар на Минск. Кроме того, ими ведется концентрическое наступление со стороны Ганцевичи, Логишина и Видибора на Лунинец»1294.

Как видим, между Россией и Польшей идет война. Известны и планы сторон: если первая стремится загнать поляков в коммунистические казармы, то последние ведут справедливую борьбу за возрождение своего национального государства, окончательно ликвидированного третьим разделом Польши в конце XVIII столетия. Так что писать о том, что белорусский и украинский народы поднялись «на освободительную борьбу против польских захватчиков»1295, как это делали адепты коммунистической идеологии, по меньшей мере безнравственно.

Между тем истинные захватчики – большевики, сосредоточив большие силы против Польши, в начале июня 1920 года перешли в наступление. В первых числах июля войска Западного фронта вступили на территорию Польши, а войска Юго-Западного фронта вторглись в Западную Украину. Казалось, что Польша находится на грани полного поражения.

11 июля из Спа (Бельгия), где проходила конференция стран Антанты с участием представителей Германии, министр иностранных дел Англии Джордж Керзон направил ноту советскому правительству, в которой требовал остановить наступающую Красную армию в 50 километрах к востоку от линии Гродно – Яловка – Немиров – БрестЛитовск – Дорогуск – Устилуг, восточнее Грубешова, через Крылов и далее западнее Равы Русской, восточнее Перемышля до Карпат. Эта линия была определена специальной территориальной комиссией по польским делам, созданной Парижской мирной конференцией в 1919 году. В ответной ноте от 17 июля советское правительство заявило, что оно принимает предложение британского правительства, выразило готовность установить мирные отношения с Польшей, но при этом подчеркнуло, что Польша сама должна непосредственно обратиться к Советской России с просьбой о перемирии и заключении мира. Было очевидно, что советское правительство идет на дипломатические трюки с целью оттяжки времени, необходимого для реализации задуманных планов. А эти планы четко прослеживаются в документах, которые приведены ниже.

Так, в телефонограмме Сталину в Харьков от 12 июля Ленин, проинформировав адресата о ноте Керзона, просит: «I) ускорить распоряжение о бешеном усилении наступления; 2) сообщить мне его, Сталина, мнение…»1296.

В тот же день Ленин пишет записку Склянскому: «т.Склянский! Международная обстановка, особенно предложение Керзона… требует бешеного ускорения наступления на Польшу. Делается ли? Все ли? Энергично ли?»1297

В ответ на советскую ноту Керзон 20 июля по радио сообщил, что союзники рекомендуют польскому правительству немедленно начать самому переговоры с Россией. Вместе с тем Керзон предупредил, что если по получении от Польши просьбы о мире советские войска будут продолжать наступление, то союзники окажут Польше поддержку. Польша не подозревала о коварном плане Ленина. Он прояснился после того, когда она получила предложение советского правительства выслать парламентеров… к 30 июля.

А коварный план Ленина заключался в том, чтобы всякими маневрами и уловками оттянуть начало переговоров о перемирии и мире, а тем временем завершить военный разгром Польши и советизировать ее. На это у вождя большевиков имелись основания. Вначале третьей декады июля передовые части Юго-Западного фронта стремительно продвигались к польской столице – Варшаве. Военные успехи Красной Армии в войне с поляками были настолько очевидны, что Ленину уже мерещился призрак советизированной Польши в составе «Международной советской республики». Окрыленный успешным наступлением советских войск на Варшаву, Ленин 23 июля посылает зашифрованную телеграмму в Харьков Сталину: «Положение в Коминтерне превосходное. Зиновьев, Бухарин, а также и я думаем, что следовало бы поощрить революцию тот час в Италии. Мое личное мнение, что для этого надо советизировать Венгрию, а может, также Чехию и Румынию. Надо обдумать внимательно. Сообщите ваше подробное заключение. Немецкие коммунисты думают, что Германия способна выставить триста тысяч войска из люмпенов против нас. Ленин»1298 (выделено мной. – А.А.).

Ну чем не наполеоновский план? Заметим, что в этом документе ничего не говорится о Польше. Очевидно, Ленин считал, что она уже у него в «кармане», поэтому он излагает план дальнейших действий Красной Армии в осуществлении «мировой революции».

Но как жестоко просчитался теоретик большевизма. На защиту своей страны встал едва ли не весь польский народ, от мала до велика. Чувством ответственности за судьбу родины были проникнуты все слои польского общества. Польская армия после больших неудач в июле сумела все же оправиться. Ее ряды стали пополняться новыми силами. Польская армия сумела не только отстоять Варшаву, но и вскоре перешла в контрнаступление. Успеху польской армии способствовало и то, что на ее стороне выступали войска украинской Центральной Рады, возглавляемой С.В. Петлюрой, а также галицинские войска. Красная Армия беспорядочно стала отступать на восток. Фактически Западный фронт развалился.. Это был крах большевистского плана захвата и советизации Польши.

И тем не менее, касаясь советско-польской войны, Ленин нагло и цинично заявил на совещании председателей уездных, волосных и сельских исполкомов Московской губернии 15 октября 1920 года: «Мы остались победителями»1299. Но это был чистейший обман народа. Ссылаясь на заявление Ленина, участник советско-польской войны, А.М. Василевский, повторяя ложь вождя и от себя добавляя, пишет: «Так была наказана (?!) агрессия. Поэтому объективным результатом этой кампании, указывал В.И. Ленин, следует считать поражение врага и победу Советской России»1300 (выделено мной. – А.А.).

Вот только непонятно, по каким международным правилам «победительница» Советская Россия стала платить контрибуцию «побежденной» Польше (?!).

Спустя пять месяцев после своего лицемерного заявления, Ленин вынужден был пойти на дипломатические уловки, чтобы как-то замазать сказанную им ложь.

Касаясь поражения Красной Армии в войне с Польшей, Ленин в своей речи на Х съезде РКП(б) 8 марта 1921 года, в частности, сказал: «При нашем наступлении, слишком быстром продвижении почти что до Варшавы, несомненно, была сделана ошибка. Я сейчас не буду разбирать, была ли это ошибка стратегическая или политическая, ибо это завело бы меня слишком далеко, – я думаю, что это должно составлять дело будущих историков, а тем людям, которым приходится в трудной борьбе продолжать отбиваться от всех врагов, не до того, чтобы заниматься историческими изысканиями»1301.

Не трудно заметить, что изворотливый Ленин уходит от ответственности за поражение в войне с Польшей. Я уже не говорю о агрессии, совершенной им против этой страны. Странно, что спустя 5 месяцев после подписания в Риге (12 октября) «Договора о перемирии и прелиминарных 168 условиях мира между РСФСР и УССР, с одной стороны, и Польшей – с другой», он дипломатично не раскрывает ошибку, приведшую к позорному поражению большевиков в советско-польской войне, перекладывает этот вопрос на плечи «будущих историков». Мне думается, что у большевистского вождя не хватило мужества признать, что в конфликте с Польшей была допущена грубая политическая ошибка и что ее основу составлял авантюризм. Документы, которые были приведены выше, наглядно и убедительно показывают, что автором этой авантюры был Ленин. А она дорого обошлась российскому народу. Не считая сотен тысяч погибших на полях сражений, число которых по сей день никому неизвестно, более 30 тысяч сынов России оказались в плену у поляков. Их судьба также на совести Ленина.

Авантюристическая затея Ленина вооруженным путем осуществить советизацию Польши и присоединить ее к России стоила для голодной России контрибуции в 10 миллионов рублей золотом и другими драгоценностями. Уже в 1921 году Россия выплатила Польше в счет контрибуции 5010300 рублей золотом1302. Советскому правительству было откуда брать золото, чтобы расплатиться с Польшей. В «Отчете по золотому фонду» указано: «…поступило на приход (за время с октября 1917 года по 1 февраля 1922 года) монеты, слитков бывших частных банков, слитков и монеты из сейфов, золото от Главзолото и т.д. – 84356234 рубля 95 копеек»1303.

Польша справедливо добилась включения в Договор пункта, в соответствии с которым советское правительство обязывалось вернуть ей культурные ценности, вывезенные из страны царским правительством1304…

Так позорно закончилась спровоцированная большевистским правительством советско-польская война 169.

Да, изворотливым и хитроумным политиком был Ленин. Он прекрасно знал, каким историкам будет поручено написать историю большевизма вообще, историю создания и деятельности Коминтерна в частности. Эта задача была возложена на красную профессуру. А она умела извращать и фальсифицировать историю. Вряд ли имеет смысл приводить новые факты, подтверждающие ту непреложную истину, что советская историография насквозь пронизана обманом и ложью.

Возможно, был слишком строг, но, очевидно, по-своему прав Сервантес, когда писал, что «лживых историков следовало бы казнить, как фальшивомонетчиков».






 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх