ГЛАВА 15

«ПРОЛЕТАРСКИЙ» НЕОКОЛОНИЗАТОР

Есть у банд один закон: Кто не в банде, тех в загон.

(Е.Евтушенко)

Едва утвердившись в Петрограде и став главой так называемого Временного рабочего и крестьянского правительства, Ленин повел большевиков на борьбу за повсеместную победу новой, советской власти. Однако «шествие» ее не было «триумфальным», как это потом представила народу красная профессура.

В стране происходили бурные политические процессы, вызванные Февральской революцией. На карте бывшей Российской империи одно за другим появлялись самостоятельные государства: Бухарский эмират; Войсковое правительство Уральского казачества; Украинская Центральная Рада; Западно-украинская народная республика (ЗУНР); Кокандская автономия; Молдавская Народная Республика; Правительство Аланорды в Казахстане; Сибирское независимое государство; Закавказская демократическая Федеративная Республика и другие.

Остановимся на событиях в Закавказье, судьба которого является ярким примером колониальной политики Ленина.

После Февральской буржуазно-демократической революции 9 (22) марта 1917 года Временным правительством был создан особый Закавказский Комитет (ОЗАКОМ). Он просуществовал до середины ноября 1917 года. 15 (28) ноября в результате консолидации политических партий при поддержке широкой общественности демократическим путем образовались Закавказская республика и Закавказский комиссариат. Последний в феврале 1918 года упразднили и вместо него был избран Закавказский сейм, провозгласивший Закавказскую демократическую федеративную республику (ЗДФР). Однако это политическое объединение просуществовало недолго: в мае 1918 года оно распалось. 26 мая Грузия была объявлена независимой республикой. К этому времени относится также образование Армянской и Азербайджанской самостоятельных республик. О событиях в Азербайджане следует сказать особо.

Пользуясь слабостью Временного правительства, большевистские комиссары (местные и «прикомандированные»), опираясь на политически неграмотную часть рабочих и солдат, 31 октября 1917 года провозгласили советскую власть в Баку. На какое-то время комиссарам удалось номинально распространить ее на незначительную прибрежную часть Азербайджана (Шемаха, Куба, Ленкорань). Но вскоре население советизированных районов поняло, что большевики не в состоянии наладить хозяйственную деятельность и решить социально-экономические задачи, обеспечить население продуктами и предметами первой необходимости, прежде всего хлебом. Национализированные нефтяная промышленность, Каспийский торговый флот и банки пришли в упадок. Еще более усложнилась политическая ситуация в связи с социализацией беко-ханских земель. В сложной и напряженной обстановке 25 июля 1918 года было созвано Чрезвычайное заседание Бакинского Совета для обсуждения вопроса о политическом и военном положении в Баку в связи с наступлением турецкой армии. Не рассчитывая на помощь Советской России, большинством голосов Совет принял резолюцию о приглашении в Баку английских войск. Стало очевидно, что широкая общественность Азербайджана выступает против всяких связей с правительством Ленина. 29 июля тот, в разговоре по прямому проводу с членом Астраханского военного Совета, спрашивал: «Сколько времени рассчитывает продержаться власть большевиков в Баку?»1059 Но этого времени уже не было. 31 июля они сложили свои «полномочия» и ушли с политической арены. Однако по предписанию вновь сформированного коалиционного правительства «Диктатуры Центракаспия», в которое вошли представители партии эсеров, меньшевиков и дашнаков, узурпаторы – 26 бакинских комиссаров – были арестованы и расстреляны.

Политические события в Закавказье весьма встревожили Ленина. Разогнав Учредительное собрание, укрепив свою политическую власть в центре, а также заключив 3 марта 1918 года сепаратный мирный договор с Германией, он поставил в повестку дня план аннексии закавказских республик. В речи по политическому отчету Центрального Комитета на VII экстренном съезде РКП(б) 7 марта 1918 года он, в частности, сказал: «Только благодаря тому, что наша революция попала в этот счастливый момент, когда ни одна из двух гигантских групп хищников не могла немедленно ни броситься одна на другую, ни соединиться против нас, – только этим моментом международных политических и экономических отношений могла воспользоваться и воспользовалась наша революция, чтобы проделать это свое блестящее триумфальное шествие в Европейской России, перекинуться в Финляндию, начать завоевывать Кавказ, Румынию»1060 (выделено мной. – А.А.). Однако эти захватнические планы пришлось ему временно отложить в связи с тем, что весной 1918 года в результате введения продразверстки, началась гражданская война.

Но в конце 1919 года, после ряда неудач войск Добровольческой, Донской и Кавказской армий на юге России, Ленин вновь вернулся к плану захвата Кавказа.

В советской историографии эта военно-политическая акция преподносится в строгом соответствии с установками идеологического аппарата. В двенадцатитомной «Истории СССР», равно как и в книгах «Борьба за победу Советской власти в Грузии», «Великая Октябрьская социалистическая революция и победа Советской власти в Армении», «Борьба за победу Советской власти в Азербайджане» и в сотнях других работ, вторжение войск 11-й, 9-й армий и группы войск Терской области Кавказского фронта в пределы Закавказских республик объясняется как «помощь» и «поддержка» трудящихся, якобы поднявшимся на вооруженное восстание против своих правительств. Между тем многочисленные источники, и прежде всего труды Ленина, документы Центрального Государственного архива Советской Армии, бывшего архива ЦК КПСС, высказывания партийных и военных деятелей того времени, а также свидетельства очевидцев убедительно доказывают, что аннексия Закавказья была заранее спланированной акцией идеолога большевиков.

Еще 23 декабря 1919 года в соответствии с директивой командующего Юго-Восточным фронтом1061 (за № 4428/с), командованием 11-й армии был создан экспедиционный корпус для операции по овладению районом Кизляра и дальнейшего продвижения на Кавказ1062. В состав корпуса (командир Ю.П. Бутягин) вошли: 1-я кавалерийская бригада 34-й стрелковой дивизии; 37-й кавалерийский полк 7-й кавалерийской дивизии; 1-й, 2-й и 4-й десантные отряды военных моряков; Особый отряд по охране штаба 11-й армии1063. Не вызывает сомнения, что командующий фронтом, отдавший приказ о создании экспедиционного корпуса, имел на этот счет директивы от главкома и правительства республики. 14 января 1920 года в штаб 11-й армии поступила директива командования Кавказским фронтом (за № 4773/с), в которой, в частности, содержалось предписание: «…Экспедиционному корпусу готовиться к выполнению намеченной операции по овладению районом Кизляра»1064.

Большевистскому правительству была нужна бакинская нефть, и Ленин торопил командование Кавказским фронтом (командующий М.Н. Тухачевский)1065 захватить Баку. Телеграмма Ленина, направленная в Реввоенсовет (РВС) Кавказского фронта И.Т. Смилге и Г.К. Орджоникидзе 17 марта, – яркое тому свидетельство. Вот ее содержание: «Взять Баку нам крайне, крайне необходимо. Все усилия направить на это, причем обязательно в заявлениях быть сугубо дипломатичными и удостовериться максимально в подготовке твердой местной Советской власти. То же относится к Грузии, хотя к ней относиться советую еще более осторожно. О перебросках (войск. – А.А.) условьтесь с Главкомом. Ленин»1066. В эти дни 11-я армия (командующий М.К. Левандовский), захватив Армавир, Пятигорск и овладев Владикавказской железной дорогой, стремительно продвигалась к Дербенту. 22 марта в 18 часов в РВС Кавказского фронта шифром шла директива Главкома (№1659/ от 165/ш) о наступлении на Баку. В ней, в частности, содержался приказ: «…2. С занятием Терской области продолжать наступление в общем направлении на Баку с задачей овладения районом всей бывшей Бакинской губернии. Главком С. Каменев. Член РВСР Курский. Зам. наштаревсовета (начальник штаба. – А.А.) Шапошников»1067.

Выполняя строгое требование главы советского правительства регулярно информировать о положении дел на фронтах, Главком 28 марта 1920 года (то есть ровно за месяц до отправления (?) временным ревкомом Азербайджана телеграммы Ленину с просьбой оказать военную помощь в его борьбе за власть) направил Ленину доклад (за № 1805/оп) о выполнении директивы правительства. Речь идет о директиве, которая была дана Главкому республики в конце 1919 года. Приведем ту часть доклада Главкома, которая раскрывает содержание директивы правительства (то есть Ленина): «1. Первоначальная задача, поставленная директивой правительства на Кавказском фронте, выполнена. 2. Приступлено к выполнению последней директивы правительства о дальнейшем развитии наших операций на Кавказе в направлении Баку»1068 (выделено мной. – А.А.). Для усиления 11-й армии, нацеленной вторгнуться в Азербайджан со стороны Каспийского моря, Главком направил в район военных действий дополнительные войсковые подразделения. В этой связи он сообщал 1 апреля командованию Кавказского фронта, что «отдельным приказом, для действий против Азербайджана, намечается сосредоточить до 13 стрелковых и до 5 кавалерийских дивизий…»1069 Судя по количеству войск, можно думать, что они предназначались также для вторжения в Армению и Грузию.

Сосредоточение больших военных сил у границ республики не могло не встревожить азербайджанское правительство. В телеграмме на имя Чичерина от 15 апреля 1920 года министр иностранных дел Азербайджанской республики писал: «…Ныне наблюдается концентрация значительных войсковых сил российского советского правительства в пределах Дагестана в Дербентском районе у границ Азербайджанской республики. Азербайджанское правительство, не будучи осведомлено о намерениях Советского правительства, просит срочно уведомить о причинах и целях концентрации войск в указанных районах…»1070 Однако ответа на эту телеграмму министр не дождался. Большевистское правительство решило не отвечать на его запрос. До вторжения частей 11-й армии в пределы Азербайджана оставалось десять дней.

Тем временем шла подготовка войск Кавказского фронта для вторжения в Грузию через Черноморское побережье. С выходом частей 9-й армии в прибрежные районы последовала директива командования Кавказским фронтом (№1341/оп) от 4 апреля за подписью Тухачевского и Пугачева, в которой содержалось требование: «Левому флангу 9 армии ставлю задачу стремительным наступлением овладеть Туапсе и не позже 12 апреля очистить от противника все Черноморское побережье от Джубской до Гагра включительно»1071. 7 апреля 1-я конная ворвалась в Туапсе.

18 апреля, отвечая на запрос полевого штаба, командование Кавказского фронта направило доклад, в котором говорилось, что «для наступления вдоль западного побережья Каспийского моря сосредотачиваются почти все наличные силы 10 и 11 армий, а именно: 20, 28, 32 и 39 стрелковые дивизии, части 49 стрелковой дивизии и бывшего экспедкорпуса и конкорпуса в составе 7 кавдивизий, кавдивизии Курышко и Таманской кавбригады, развертываемой в дивизию путем слияния ее с I Московской кавдивизией…»1072

К началу третьей декады апреля стрелковые и кавалерийские части 11-й армии были сосредоточены у государственной границы Азербайджана. В боевом порядке находились и бронепоезда под командованием М.Г. Ефремова. В море крейсировали военные корабли Каспийского флота и Волжской флотилии с десантными войсками (под общим командованием Ф.Ф. Раскольникова). Убедившись в готовности армии и флота к вторжению в Азербайджан, командование фронта директивой (№490) от 21 апреля за подписью Тухачевского, Орджоникидзе и Захарова отдало приказ 11-й армии и Волжско-Каспийскому флоту. В нем подчеркивалось: «…1. Командарму 11-й 27 апреля сего года перейти границу Азербайджана и стремительным наступлением овладеть территорией Бакинской губернии. 2. Комфлота Раскольникову ко времени подхода частей 11 армии к Апшеронскому полуострову произвести в районе ст. Алят десант небольшого отряда, который должен быть выделен в распоряжение командарма 11. Быстрым налетом овладеть в Баку всем наливным флотом, не допустить порчи нефтяных промыслов…»1073. Спустя два дня, 23 апреля, в штаб армии поступила уточняющая директива: «В дополнение и изменение директивы №490 приказываю: конечной задачей 11 армии считать не овладение Бакинской губернией, а овладение всей территорией Азербайджана. О получении донести. Командкавказ Тухачевский. Член РВС Орджоникидзе. Наштафронта Пугачев»1074 (выделено мной. – А.А.). Заметим, что план захвата Азербайджана претворялся в жизнь тогда, когда в республике еще не был образован так называемый Временный революционный комитет и о вооруженном восстании там не помышляли. Что же касается телеграммы Временного ревкома Азербайджана, отправившего (?) ее 28 апреля Ленину с просьбой «немедленно оказать реальную помощь путем присылки отрядов Красной Армии»1075, то это всего лишь неудачный и низкопробный политический фарс. В сущности, в телеграмме не было нужды, поскольку в момент ее «отправки» части 11-й армии уже были в Баку. И естественно, Ленин на нее не отреагировал. Эти факты находят всестороннее документальное подтверждение.

Узнав о надвигающейся опасности со стороны Красной Армии и не имея средств для защиты государства, мусаватистское правительство Азербайджана на вечернем заседании 27 апреля, в условиях вооруженной блокады, вынуждено было приступить к рассмотрению политического положения страны и, после бурного обсуждения, в 2 часа ночи приняло постановление о передачи власти коммунистам. Постановление принималось в то время, когда части 11-й армии и бронепоезда находились в пригороде Баку (Баладжары), а десант Волжско-Каспийской флотилии высадился на Апшеронский полуостров и на побережье к югу от азербайджанской столицы, закрыв тем самым путь внешней помощи. Следует отметить, что в этой операции участвовала вся морская флотилия. В телеграмме Орджоникидзе в Москву в этой связи говорилось: «С 27 на 28 в два часа ночи власть в Баку перешла к Азербайджанскому Ревкому. В 4 часа ночи вошли наши бронепоезда. Следите за Черноморским побережьем1076. Сообщите Ильичу об Уратадзе оттягивать1077. С продовольствием отвратительно. Выезжаю в Баку. Орджоникидзе»1078.

Здесь должен отметить, что в установлении большевистского господства на Кавказе видную роль играли также С.М. Киров, А.И. Микоян, Н.Н. Нариманов и другие деятели большевистской партии.

Необходимо упомянуть еще об одном небезынтересном документе, уточняющем и дополняющем приведенные выше факты. Речь идет о телеграмме Ленина Смилге и Орджоникидзе от 17 марта 1920 года. На копии этой телеграммы Орджоникидзе позже собственноручно сделал пометку следующего содержания: «Телеграмма относится к периоду подготовки наступления на Баку. Операция была подготовлена, и под командой Левандовского 25-26 апреля перешли границу Азербайджана, 28 были уже в Баку»1079. И все же последнюю дату следует уточнить. В Центральном Государственном Архиве кино-фотодокументов СССР хранится фотография командующего группой бронепоездов М.Г. Ефремова. В аннотации, сделанной, очевидно, ее автором, ясно записано, что бронепоезда заняли Баку 27 апреля 1920 года1080.

Оккупировав Баку, части 11-й армии приступили к выполнению директивы командования Кавказским фронтом (№6214/с) от 2 мая, предписывавшей «овладеть всей территорией Азербайджана в пределах бывшей Русской империи»1081. Практически части 11-й армии уже были нацелены на захват всего Закавказья, поэтому они стремительно продвигались к его южным границам. Следует отметить, что, несмотря на падение Баку, в Азербайджане были отмечены вооруженные выступления патриотических сил. Однако их малочисленные и плохо вооруженные отряды не могли, конечно, противостоять огромной армии. Выступления ополченцев были жестоко подавлены оккупантами. В подавлении восстании и демонстраций принимали участие китайцы. Судя по поступившим сведениям из Баку, последние выполняли там роль палачей. Так, по рассказу одного китайца, за ночь «им пришлось расстрелять 160 человек, похоронить их и засыпать общую могилу»1082.

С захватом Баку политическая обстановка вокруг Армении с каждым днем стала все более осложняться и драматизироваться. Еще 4 мая 1918 года глава правительства Армянской Демократической Республики А. Оганджанян направил Народному Комиссару иностранных дел РСФСР Чичерину телеграмму следующего содержания: «2-й Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов объявил права Армении на самоопределение, а председатель Совета народных комиссаров Ленин 13 декабря 1918 года провозгласил Декрет об Армении. Ссылаясь на эти документы, правительство независимой, единой и демократической Армении предлагает правительству социалистической России начать переговоры о заключении договора между двумя республиками на основе признания независимости Армении и права армян на самоопределение»1083. На телеграмму правительства Армении кремлевские политики не отреагировали: они сочли, что с правами наций на самоопределение лучше всего разберутся военные.

11 мая командующий фронтом Смилга отдал приказ: «Левому флангу 11 армии выдвинуться в район Нахичевань – Ордубад – Шуша и впредь до разрешения вопроса о границе между Азербайджаном и Арменией смешанной комиссией правительств обоих этих государств иметь в указанном районе гарнизоны достаточно сильные для поддержания порядка и недопущения резни»1084.

Руководствуясь этим приказом, части 11-й армии приступили к захвату территорий, искони принадлежавших Армении. Фактически Армения оказалась в тисках между Россией и кемальской Турцией. 22 мая Орджоникидзе направил телеграмму советскому правительству, в которой сообщал: «Ночью вернулся из Карабаха… Думаю, что районы Шуша, Нахичевань, Ордубад, Джульфа будут заняты без сопротивления…»1085 Однако расчеты большевистского комиссара не оправдались. Части Красной Армии встретили сопротивление со стороны армянских патриотов в Карабахе, Нахичевани и других районах. Особенно выделялись в этом отношении карабахцы. Они мужественно оборонялись, оказывая яростное сопротивление 28-й дивизии 11-й армии. Об этих событиях Орджоникидзе информировал Ленина, Сталина и Чичерина: «Восстание в Карабахе ликвидировано, захвачено 8 орудий с упряжью, лошадьми, 26 пулеметов, большие склады огнеприпасов, винтовок, пулеметов»1086. Примечательно, что в Нахичеванском районе против армянских войск сообща действовали 28-я дивизия 11-й армии и турецкая Баязетская дивизия. Кстати, в частях 11-й армии также были турки, взятые в плен русскими войсками в период мировой войны. Орджоникидзе весьма лестно отзывался о турецких аскерах. Одного из них – Сулеймана Нури – решением ЦК КПА и Военсовета 11-й армии в начале июля 1920 года даже направили в качестве комиссара (!) в Карабах для подавления восстания. После неравных сражений армянские отряды вынуждены были отступить. Утром 28 июля 1-й кавалерийский полк 28-й дивизии вошел в Нахичевань. Здесь полк вошел в контакт с подразделениями турецкой Баязетской дивизии. Примечательно, что между захватчиками при взятии Нахичевани никаких эксцессов не было отмечено. Напротив, стороны проявляли друг к другу дружелюбие. 31 июля части 11-й армии заняли Шушу, Ордубад, Джульфу. Забегая вперед, следует отметить, что повстанческое сопротивление частям 11-й армии продолжалось и после провозглашения советской власти в Армении: оно было настолько сильным, что 18 февраля 1921 года красные части 11-й армии вынуждены были оставить Еривань1087.

Говоря о захватнических планах большевистского правительства в Закавказье и, в частности, в Армении, следует, однако, особо отметить, что они рассматривались им в свете общей (глобальной) восточной политики, в основе которой лежала бредовая идея «мировой революции». И в этом плане, по замыслу большевистских лидеров, Турция должна была стать «знаменем борьбы народов Востока против империализма». Поэтому Кремль готов был любой ценой поддержать политические интересы и территориальные притязания Турции в Закавказье и этим удержать ее в антиантантовской коалиции. Эта позиция ясно прослеживается в ряде документов, ранее засекреченных фондов партийного архива ЦК КПСС. Так, например, 8 июля 1920 года Сталин по прямому проводу продиктовал для Орджоникидзе в Ростов-на-Дону следующую записку: «Передать по возможности до 24 часов срочно. Мое мнение таково, что нельзя без конца лавировать между сторонами, нужно поддержать одну из сторон определенно, в данном случае, Азербайджан с Турцией. Я говорил с Лениным, он не возражает. Сталин»1088. Как видим, большевистское правительство приносит в жертву национальные интересы армянского народа, ориентируясь на Турцию, как на потенциального союзника в борьбе против «мировой буржуазии». Фактически советское правительство совместно с турецким приступило к реализации идеи Халиль-паши 136, который еще в начале весны 1920 года предложил С.Кирову совместными военными усилиями захватить всю Армению1089 и, разумеется, разделить ее между Россией и Турцией.

Из других документов вновь убеждаемся, что политические лидеры Москвы и Анкары сообща действовали против Республики Армении. Так, в телеграмме Сталина и Орджоникидзе в Москву Чичерину от 5 сентября 1920 года, в частности, говорится: «Пятое – считаем абсолютно необходимым немедленную отправку в Турцию Кемалю полномочных лиц с целью… 137 и информации Москвы, в срочном порядке Азербайджан. Вместе с нами Прокопий Мдивани, Джелал Кархмазов и Бейбут Шахтахтинский, которым немедленно нужно прислать мандаты на переговоры с правительством Кемаля, этой же тройке следовало бы дать и директивы по вопросу о наступлении на Армению. Опоздание с нашей стороны опасно. (Мы и так опоздали.) Шлите мандаты немедленно, экстренным поездом»1090… (Выделено мной. – А.А.). На следующий день Сталин и Орджоникидзе отправили очередную телеграмму Чичерину: «Приехал Легран 138 с проектом договора, ультиматума Армянскому правительству им не было предъявлено. Проект договора предоставляет Армении Нахичеванский и Зангезурский уезды, мы получаем право провоза в Турцию оружия и проч., если турки под нашим давлением отходят к границе 1914 года. Проект не может быть подписан немедленно, и начинается 139 в подробном рассмотрении и существенном изменении. Следовало бы выехать Леграну в Москву для разъяснений. Сталин, Орджоникидзе»1091 (выделено мной. – А.А.).

Не трудно понять, что большевистские эмиссары на Кавказе советуют Чичерину затягивать подписание договора с Арменией до тех пор, пока войска 11-й армии не вторгнутся в ее пределы с целью советизации. Однако, готовя широкомасштабную военную интервенцию против Армении, политики коммунистического государства понимали, что эта акция может вызвать в правительственных кругах и в общественной среде Запада нежелательный резонанс с непредсказуемыми последствиями. Достаточно вспомнить ноту английского министра иностранных дел лорда Джорджа Керзона в период советско-польской войны, в которой он решительно потребовал от советского правительства прекратить наступление Красной Армии на линии, принятой Верховным советом Антанты в декабре 1919 года, угрожая в противном случае начать войну против России. Поэтому одновременно с военными приготовлениями большевики проводили активную политическую, дипломатическую, агентурно-агитационную и подрывную деятельность с целью, и насколько возможно, закамуфлировать готовившуюся агрессию против суверенной Армянской Республики.

Так, за неделю до вторжения турецких войск в Армению Сталин посылает Ленину и Чичерину телеграмму, в которой он, рисуя политическую обстановку в Армении и вокруг нее, информирует их о проводимой в жизнь задачи, состоящей, по его мнению, в том, чтобы «расколоть дашнаков 140 и повести за собой левую часть в деле образования ревкома…»1092 (Выделено мной. – А.А.).

До вторжения советских войск в глубь Армении оставались считанные дни. Командование Кавказским фронтом лихорадочно сосредоточивало войска вокруг Армении. 3 ноября Сталин по поручению Политбюро отправляет по прямому проводу директивную записку Орджоникидзе, в которой говорит о возможности ввода войск в Армению «по распоряжению командования фронтом»1093, выгораживая этим правительство.

В отличие от большевиков, турецкое правительство не собиралось скрывать свои агрессивные планы против Армении. «…Мы решили, – заявил Мустафа Кемаль на Великом национальном собрании, – что нападение на Карс, Сарыкамыш, Олты и Аргадан – также разрешение вопроса дипломатическим путем…»1094 Следует заметить, что так называемые дипломатические вопросы Россия и Турция решали путем координации своих действий в Армении. Так, из зашифрованной телеграммы Сталина в Москву узнаем, что «для связи с турками Россия отправила в Турцию специальную радиостанцию»1095. Более того, Россия снабжала Турцию оружием и боеприпасами. Телеграмма Сталина членам Политбюро – яркое свидетельство тому: «…Дабы поддержать левое крыло кемалистов предлагаю теперь же начать погрузку оружием присланного турками в Новороссийск парохода, о чем сообщить туркам через Мдивани 141»1096.

Кстати, предложение Сталина об отгрузке оружия нельзя рассматривать лишь как его инициативу: в соответствии с соглашением от 24 августа 1920 года правительство РСФСР обязывалось оказывать военную помощь Турции. И как только первая партия российского оружия поступила в Турцию, она незамедлительно напала на Армению. Справедливости ради надо сказать, что, когда турки совместно с большевиками готовили агрессию против беззащитной Армении, правительство Великобритании оказало ей, пусть небольшую, военную помощь: в июне и июле 1920 года оно отправило в Армению 25 тысяч винтовок и 40 тысяч комплектов обмундирования1097.

Начавшаяся в сентябре 1920 года война между Турцией и Арменией 142 до основания подорвала и без того слабое военно-экономическое положение последней.

И еще одно любопытное свидетельство. В семейном архиве В.А. Трифонова, члена РВС Кавказского фронта, сохранилась копия секретной записки, полученной им от Орджоникидзе в период войны Турции с Арменией, Текст ее приводит в своей документальной повести «Отблеск костра» сын комиссара, писатель Юрий Трифонов: «…В связи с наступлением Кемаля на Армению вероятнее всего, что нам придется вмешаться для спасения Армении и придется советизировать, для чего понадобится главным образом кавалерия».

На всякий случай 30 ноября, из глухой деревни – Дилижана (с целью «дипломатического прикрытия») Ревком Армении направил (?) Ленину телеграмму, в которой, в частности, говорилось, что Ревком объявил «Армению Социалистической Советской Республикой» и что он «в полной надежде, что освободительница угнетенных народов Востока – героическая Красная Армия великой социалистической России – окажет нам реальную помощь в нашей трудной борьбе»1098. Так на практике осуществлялась принятая III Всероссийским съездом Советов «Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа», в которой приветствовалась политика Совета Народных Комиссаров под руководством Ленина, «объявившего свободу самоопределения Армении»1099.

В заключение, на мой взгляд, целесообразно привести еще один важный документ, раскрывающий омерзительную политику большевистского правительства в отношении Армении. Это телеграмма Орджоникидзе в Москву от 2 декабря 1920 года:

«…Надя передай Ленину и Сталину следующ. Только что получено сообщение из Еривани от Леграна, что в Еривани провозглашена Сов. власть. Старое правит(ельст)во отстранено, вся власть временно до прибытия Ревкома передана военному командованию во главе с Дро 143. Военным комиссаром Армении назначен Силин, войскам отдан приказ о передаче их в распоряжение Ревкома. Ревком в настоящее время (в) Дилижане. Завтра утром поедет в Еривань. Ревком получил приветственную телеграмму от Карабекира 144. Кязим… вместе с ревкомом в Дилижане, который завтра будет почетным караулом Ревкома на пути в Еривань, в связи с этим надо по-моему разрешить следующее: 1) Разрешить нам официально согласно приглашения ревкома ввести красноармейские части в Армению. 2) Необходимо сегодня же получить ответную телеграмму Ленина на имя Ревкома.

Прибывший сегодня из Александрополя тов. сообщает, что среди кемалистских войск настроение в высшей степени дружественное к нам. Войска носят крас(ные) значки и считают (себя) красно(армей)цами. Среди них циркулирует слух, что идут на Тифлис для соединения с большевиками.

Азербайджан вчера уже декларировал отказ в пользу Сов. Армении Нахичевана, Зангезура и Нагорного Карабаха. Все. Ответ сейчас же.

Орджоникидзе»1100 (выделено мной. – А.А.).

На эту телеграмму Сталин дал краткий ответ: «Ленин в отъезде. Ответ получишь завтра днем. Теперь я вижу, что ты догадался. Сталин»1101.

Напрашивается вопрос: о чем же догадался Орджоникидзе? Ведь Ленин и Сталин в спорном территориальном вопросе между Азербайджаном и Арменией советовали поддержать «Азербайджан с Турцией». А вот в чем. Хитроумный, но коварный замысел Ленина и Сталина заключался в том, чтобы на первом этапе указанные выше три области, по тактическим соображениям, временно передать Армении и, пользуясь эйфорией армянского народа и его поддержкой, свергнуть дашнакское правительство. А когда в Республике окрепнет большевистская власть, пересмотреть ранее вынесенное решение, придерживаясь стратегической линии, направленной на тесное содружество с Турцией.

Этот документ срывает маску с лица большевистских лидеров: оккупировав Армению, они задним числом оформляют документы, «свидетельствующие», что ввод в Армению частей 11-й армии был произведен по приглашению Ревкома.

Многочисленные факты, содержавшиеся в приведенных выше документах, наглядно и убедительно доказывают, что аннексия Армении осуществлялась на основе бесспорно существовавшего соглашения о совместных действиях большевиков и кемалистов. Сдается мне, что тайный сговор между большевистским вождем Владимиром Ульяновым и главой националистического турецкого правительства Мустафой Кемалем о территориальном разделе Республики Армении в 1920 году, спустя 20 лет (в 1939 г.), был использован в качестве методического пособия при разработке и заключении зловещего пакта Риббентропа – Молотова.

Тучи нависли над последним суверенным демократическим государством Кавказа – Грузией, с которой РСФСР 7 мая 1920 года в Москве подписала мирный договор, состоящий из 16 статей. Две из них представляют особый интерес.

«Статья 1. Исходя из провозглашенного Российской Советской Федеративной Социалистической Республикой права всех народов на свободное самоопределение вплоть до полного отделения от государства, в состав которого они входят, Россия безоговорочно признает независимость и самостоятельность грузинского государства и отказывается добровольно от всяких суверенных прав, кои принадлежали в России в отношении к Грузинскому народу и земле.

Статья II. Исходя из провозглашенных в предшествующей статье 1-й настоящего договора принципов, Россия обязуется отказаться от всякого вмешательства во внутренние дела Грузии»1102.

Однако этот договор был подписан правительством РСФСР, чтобы усыпить бдительность правительства Грузии. Еще 25 апреля, в день вторжения частей 11-й армии на территорию Азербайджана, Орджоникидзе направил Ленину телеграмму, в которой, в частности, сообщалось, что в Грузии «настроение всюду за нас, ждут прихода советских войск»1103. Ленин не отреагировал на это сообщение по причине, о которой будет сказано ниже.

После вторжения советских войск в пределы Азербайджана и захвата Баку, командование нацелило правый фланг 11-й армии на Грузию. Овладев железной дорогой Баку – Батум и шоссейными дорогами севернее от нее, части 11-й армии, включая бронепоезда, стремительно двинулись в направлении Ганджа – Акстафа – Тифлис. А часть войск, включая 18-ю кавдивизию, получила приказ двигаться в направлении Шеки – Закаталы – Лагодехи. Воодушевленное успехами 11-й армии в Азербайджане, где оно не встречало сколько-нибудь серьезного сопротивления, командование Кавказским фронтом дало указание Левандовскому вторгнуться на территорию Грузии, что и было сделано в начале мая 1920 года. 3 мая Орджоникидзе направил телеграмму Ленину, в которой сообщал, что «не позднее 15 мая он надеется быть в Тифлисе»1104. На следующий день Ленин получил вторую телеграмму, в которой Орджоникидзе сообщал о возможном занятии Тифлиса 12 мая1105. В тот же день Политбюро ЦК РКП(б), обсудив телеграммы Орджоникидзе, «постановило немедленно послать телеграмму с запрещением „самоопределять Грузию“. „ЦК обязывает Вас, – говорилось в телеграмме, – отвести части из пределов Грузии к границе и воздержаться от наступления на Грузию“1106. Подписывая и направляя эту телеграмму, Ленин руководствовался далеко идущим планом, о котором Орджоникидзе и Киров, как мне представляется, не знали. Этот план заключался в том, чтобы взять Грузию в железные клещи со всех сторон. Его можно было реализовать лишь после захвата Армении, прохода 9-й армии вдоль Черноморского побережья и проникновения в Грузию через Военно-Грузинскую и Военно-Осетинскую дороги войск Терской области. Нельзя было не считаться и с наличием в Грузии английских войск.

Разобравшись с замечаниями ЦК РКП(б) и проанализировав реальную обстановку на Кавказе, Орджоникидзе и Киров 7 мая направили Ленину телеграмму, в которой говорилось: «Ваше приказание будет исполнено с точностью…»1107 В тот же день в Москве между Грузией и Советской Россией, как уже известно, был подписан мирный договор. 13 июня был подписан также договор между Грузией и Азербайджаном. Однако правительства РСФСР и Советского Азербайджана не собирались выполнять свои обязательства.

Вплоть до января 1921 года командование 11-й армии было занято вопросом дележа территории Армении и ее советизации. Но одновременно шла подготовка войск для вторжения в Грузию. 27 января 1921 года Сталин направил Орджоникидзе в Баку зашифрованную телеграмму:

«…Цека принял решение вести подготовительную работу в предположении, что может понадобиться военное вмешательство и оккупация Грузии. Решено также послать Кавфронту запрос о состоянии наших военных сил и о том, сколько еще понадобится сил для того, чтобы наверняка победить Грузию, ибо Троцкий уверяет, что мы на нашем фронте крайне слабы. Сообщи, на мое имя обязательно, можем ли рассчитывать на решительную победу при наличном количестве сил. Если придется начать, то после подписания договора с Англией, которое состоится приблизительно через один-два месяца. Я и Ильич ждем точного, непреувеличенного сообщения от тебя. №1225.

Сталин»1108.

После обмена телеграммами между Сталиным и Орджоникидзе, части 11-й армии без объявления войны небольшими силами стали вторгаться в пределы Грузии. Об этом Орджоникидзе информировал Москву. Понятно, что действия российских войск могли быть расценены грузинским правительством как агрессия. Ночью 3 февраля Сталин по прямому проводу передал Орджоникидзе записку-инструктаж: «Тов-щу Орджоникидзе. Частичный ввод войск, проводимый с большой осторожностью, разрешаем. Ввод войск должен быть произведен по распоряжению фронта или армии и от имени фронта или армии, но не от имени правительства. Соблюдай большую осторожность. Авантюристам волю не давай. Втягиваться нам в войну нельзя. Подумай о материальном обеспечении Армении, направь туда побольше коммунистов. О ходе дел сообщай ежедневно и обязательно. Мы думаем, что ты не должен отлучаться ни на один день. Момент очень важный и твое присутствие в Баку необходимо. О проводе обмундирования, а также об Элиаве 145 сообщу завтра. По поручению Политбюро ЦК Сталин»1109. А вот ответ Орджоникидзе Сталину:

«Понял. Все будет сделано. Сегодня ночью выезжают в район Казаха и дальше тов. Михайлов 146 и Геккер 147. Что ты на это скажешь? Связи я с ними не потеряю, а на месте они ориентируются. Гоните всех коммунистов-армян из Москвы и других городов России.

Орджоникидзе»1110.

В начале февраля 1921 года удобный момент для вторжения в Грузию большими силами наступил. К этому времени Грузия была взята в кольцо частями Красной Армии с семи направлений. По свидетельству бывшего начальника штабов Кавказского фронта и Отдельной Кавказской армии С.А.Пугачева, военные действия по овладению Тифлисом начались частями 11-й армии 10-11 февраля 1921 года. Он также признал, что в армиях Кавказского фронта насчитывалось более 14 тысяч человек из числа австро-венгерских, немецких и турецких военнопленных1111. Позже, 14 и 15 февраля, когда бои фактически шли на территории Грузинской республики, были получены две телеграммы от Ленина, в которых давалось разрешение РВС 11-й армии на занятие Тифлиса, подчеркивалось, что «мы ожидаем от РВС 11 энергичных и быстрых действий, не останавливающихся перед взятием Тифлиса»1112. Эти сведения подтвердил в беседе с автором современник тех событий А.Г. Мискин1113. Он утверждал, что за Триалетским хребтом 9-10 февраля уже шли бои между вооруженными отрядами Республики и частями 11-й армии и что последние, по свидетельству раненых грузинских ополченцев, потерпев неудачу, вынуждены были отступить к Цалке. Со стороны же Гянджи части 11-й армии имели успех.

К середине второй декады февраля части 11-й армии уже находились на подступах к грузинской столице. 15 февраля в 16 часов Сталин отправил Орджоникидзе коротенькую зашифрованную записку: «Сейчас передан шифрованный ответ Цека, а пока предлагаю ехлаве…аиге калаки! 148 Сталин»1114. Приказ Сталина подстегнул командование 11-й армии: оккупационные войска перешли к решительным действиям. При поддержке бронепоездов они 16 февраля заняли Пойлы, а 18-го – Сандары, находящиеся в 48 верстах к югу от Тифлиса. 16 же февраля, когда часть территории Грузии уже была оккупирована, в Шулаверах (южнее Марнеули) 149 образовался ревком Грузии в составе М.Цхакая, Г.Елисабедашвили и некого Аракела. По примеру Азербайджана и Армении он также направил телеграмму Ленину, в которой, в частности, говорилось: «Мы уверены, что страна не только Великой пролетарской революции, но и великих материальных возможностей не оставит нас в неравной борьбе и придет на помощь новорожденной Социалистической Советской Республике Грузии»1115.

Во всех этих событиях определенно просматривается предательская роль Сталина и Орджоникидзе. Последний из кожи лез, чтобы выглядеть перед Москвой настоящим большевиком-ленинцем. В сообщении по прямому проводу Сталину 17 февраля он докладывал: «…Трудящиеся Грузии, измученные голодом и насилиями грузинского правительства, восстали против бесшабашного пира буржуазии, царившего в их стране, и мощной лавиной двинулись в Тифлис, чтобы свергнуть насильников и эксплуататоров и установить там рабоче-крестьянскую власть. Красные повстанцы Грузии обратились за помощью к братской им Красной Армии, которая не замедлила откликнуться на их призыв…»1116

Еще большей ложью пронизан доклад Сталина «Об очередных задачах партии в национальном вопросе», сделанный на Х съезде РКП(б) 10 марта. В нем он, в частности, говорил, что «Турция… подняла знамя борьбы и сплотила вокруг себя народы Востока против империализма»1117. В то время, когда Сталин произносил восторженные речи в адрес Турции, войска последней, вероломно вторгнувшись в пределы Грузии, находились уже в предместьях Батума. Но это Сталина не волновало, равно как и то, что на его родине большевики с помощью наемных убийц уничтожают суверенную демократическую республику. И чего стоил его доклад по национальному вопросу, коль в нем он и словом не обмолвился об истекающей кровью грузинской нации.

Итак, грубо нарушив мирный договор, Советская Россия начала вероломное вторжение в пределы суверенной Грузии.

Судя по фактам, первая попытка 11-й армии овладеть Тифлисом захлебнулась. 18 февраля последовала директива командования Кавказского фронта армиям (№28/кф) за подписью В.Гиттиса (сменившего Тухачевского) и члена РВС В.Трифонова: «А.Командарму 11:1) По овладению Тифлисом быстрым выдвижением вперед занять Гори, Сурам и Боржом, выслать конную разведку на Ахалкалаки, коей войти в связь с турецкими частями у границы Грузии; отдельным отрядом занять Душет в целях содействия совместно выдвигаемыми из Теробласти нашими частями восстанию и организацией Советской власти в Северной части Грузии. 2) Немедленно по… восстановлении железнодорожного движения через Пойлинский мост, перебросить несколько бронепоездов, направив в первую очередь один бронепоезд с отрядом с целью занятия Батума. 3) Учитывая значительное расширение района действий армии и углубление большей части сил в пределах Грузии, обеспечивать тыл занятием гарнизонами наиболее важных пунктов – Шуша, Ганджа, Сигнах, Телав и других»1118. Далее ставилась задача Комвойск Теробласти: «Восстановить взорванный грузинами Дарьяльский мост на Военно-Грузинской дороге и быстро выдвинуть по этой дороге отряд… имея задачей войти в связь с частями 11 армии севернее Тифлиса… По сосредоточении 98 бригады у ст. Даргкох направить ее по Военно-Осетинской дороге вслед за Сводным осетинским батальоном, имея целью занятие Кутаиса»1119. Днем раньше, директивой (№23/кф), командующему 9-й армии предписывалось «немедленно перейти из районов Сочи – Адлер в наступление, имея ближайшей задачей разбить противника… овладеть районом Гагры, развивая в дальнейшем наступление в целях создания угрозы поднять повстанческое движение Абхазии…»1120

В боевых действиях должны были участвовать, кроме бронепоездов, также танки и авиация. Однако и после организационно-тактических мер, принятых командованием Кавказского фронта, войсковые части, нацеленные на захват Тифлиса, успеха не имели. Более того, на подступах к Тифлису на разных направлениях они терпели поражение от правительственных войск, состоящих из офицерских и юнкерских частей и «Народной гвардии». В приказе командующего Кавказским фронтом от 21 февраля (№31/кф) в этой связи подчеркивалось, что «во время попыток захвата Тифлиса потерпела поражение 26-я бригада на правом фланге, 96-я бригада была разбита на левом фланге»1121. О поражении частей 11-й армии сообщала 27 февраля 1921 года и газета «Руль». Отход потерпевших поражение красных частей прикрывал венгерский батальон, сформированный из военнопленных Австро-Венгерской армии.

Должен отметить, что газета «Руль» в целом правильно освещала события на Кавказе, но все же кое-что следует уточнить. Венгерский батальон действительно участвовал в боях за захват Грузии зимой 1921 года, но он состоял из курсантов-венгров Бакинской школы старших командиров. Это были те самые венгры, которые после их подавления у себя на родине, как узурпаторов власти, вместе с Бела Куном бежали из Венгрии.

Командованию 11-й армии пришлось срочно подтянуть для захвата Тифлиса резервы. В частности, в Коджори была стянута 12-я кавдивизия1122. 18-я кавдивизия подходила к Сартачале, были брошены части и из-под Караяз1123. Пользуясь большим превосходством в численности и вооружении, части 11-й армии 19 февраля заняли Коджори, а 22-го – Сартачалы и Вазиани. Упорные бои разгорелись на подступах к Тифлису 23 февраля. Кульминационным моментом стало 24 февраля, когда сопротивление защитников столицы Грузии было сломлено. 25 февраля в 12 час. 30 мин. командование фронта в донесении главкому сообщало: «Решительная операция, начавшаяся с утра 25 февраля, закончилась сегодня утром взятием Тифлиса. Подробности выясняются. Есть сведения, что правительство эвакуировано в Кутаис»1124. Кремлевский диктатор ликовал.

Покидая столицу, глава Грузинского государства Н.Жордания написал обращение:

«НАРОДАМ ЕВРОПЫ.

Советское правительство России сорвало, наконец, свою социалистическую маску и открыло лицо беспощадного завоевателя. Оно бросило свои полки против Грузии, сначала со стороны Армении и Азербайджана, потом, 19 февраля, с севера, со стороны России, оно сделало это без всякого предлога, без объявления войны, без всякого предупреждения.

Советское правительство использовало националистические страсти армянского и русского населения, чтоб бросить эти народы на Грузию.

В этой войне большевики базируются не на различиях интересов, существующих между разными классами, как они возвещают повсюду, но на национальных различиях, на примитивных расовых инстинктах.

Подвергшаяся со всех сторон нападению маленькая демократическая Грузия, без всякой помощи извне, ведет войну на четырех фронтах: со стороны Армении, со стороны Азейрбайджана и со стороны России, по побережью Черного моря и в направлении Владикавказа. В то же время правительство Ангары 150, пользуясь нашим тяжелым положением, захватило две наши провинции, пограничные с Турцией – провинции Ардагена и Артвина.

С единодушным энтузиазмом, редким в истории, весь грузинский народ поднялся, как один человек, чтоб отбросить большевиков. В несколько дней вся страна превратилась в военный лагерь. Рабочий класс стал во главе обороны. Заводы и фабрики опустели. Пролетариат с красными знаменами двинулся на фронт. В боях, продолжавшихся с 11-го по ночь 24 февраля и закончившихся сражениями под стенами Тифлиса, противник потерпел большое поражение. Наступавшие потеряли больше 4000 пленными, много пушек, пулеметов и вооружения, но после этого поражения противник, подкрепленный своими дивизиями, бросил против нас все технические средства, которыми он располагал, включая блиндированные поезда и танки. Отбив все эти атаки, мы решили эвакуировать Тифлис, чтоб сохранить наши живые силы. Армия и все военные материалы были эвакуированы в полном порядке. Мы приготовляемся к защите на новой стратегической линии. Все население Тифлиса, так же как пролетариат, сражающийся на фронте, покинуло город вместе с войсками. Бывшие чиновники царского режима торжествуют, составлены длинные проскрипционные списки. Грузинский народ полон готовности сражаться с московским варварством, но он один в этой борьбе.

Мы обращаем на это преступление большевиков против Грузии особое внимание тех, кто в Европе имеет симпатии к нам. На глазах цивилизованных народов красные империалисты уничтожают наиболее демократическое государство, когда-либо бывшее в мире, государство, управляемое социалистами. Это столкновение двух принципов: большевизма и социализма. Большевистские методы применяются в России, в то время как мы, в Грузии, осуществляли методы социализма. В настоящее время большевики хотят разрешить спор между двумя методами грубой силой пушек и штыков. Гибель Грузии будет ударом не только по грузинскому народу, но всему социализму. Только единодушное и энергичное вмешательство рабочего класса и демократии всей Европы может положить конец московскому варварству.

Грузинская демократия потеряла в это войне много своих лучших сынов, но это нас не обескураживает. Мы продолжаем эту неравную борьбу с удвоенной энергией. Мы истекаем кровью, защищая великие принципы человечества, но мы надеемся, что европейская демократия окажет нам помощь и моральную поддержку, и, уверенные в этой помощи и в этой поддержке, мы решительно идем к свободе или к смерти.

Жордания. Председатель правительства Грузии. Февраль 1921 года»1125.

27 февраля, преследуя отступающие правительственные войска, кавалерийские части захватили бывшую столицу Грузии Мцхету, а 2 марта пал город Гори.

К началу марта части 9-й армии уже были на подступах к Сухуми. 4 марта командование фронта шифром (№4949/с 502/ш) отдало приказ: «По овладении районом Сухум – Кале развить дальнейшее наступление по побережью с целью выхода на Поти – Ново – Сенаки, где установить связь с войсками Теробласти и 11-й армии, действующими в Кутаисском направлении»1126. Как тут не вспомнить фальшивку в «Истории СССР», где говорится, что «после освобождения Тифлиса Красная Армия и отряды повстанцев двинулись на север (?), на помощь восставшему народу. Ими были освобождены Гагра, Гудаута, Сухуми»1127.

С оставлением Тифлиса сопротивление правительственных войск заметно ослабело. Не хватало боеприпасов и людей, да и моральное состояние войск было уже не таким, как в начале войны. Силы сторон были явно неравными. 8 марта части 11-й армии заняли Хашури, Боржоми, Ахалцих. 9 марта обороняющиеся правительственные части были вынуждены оставить Зугдиди, а 10 марта – Кутаис и Квирили (Зестафони). 14 марта части 9-й армии вступили в портовый город Поти. Захватом Батуми 18 марта завершилась полная аннексия Грузинской Республики. Начались массовые репрессии.

После аннексии Грузии большевики выслали в Берлин 62 политических деятеля1128.

Позже, по свидетельству очевидцев, из Грузии было депортировано за границу и в глухие районы России значительное число интеллигенции. Эти факты привели в беседе с автором жители г. Тбилиси А.Е. Сагарян, Г.Н. Авоян, С.С. Самхадзе, Р.И. Шаумов, А.А. Ашимли, А.Г. Мискин, А.Н. Бондаренко, М.Г. Цителаури, О.С. Согомонов, С.Г. Мурадов. Они рассказывали также о зверствах большевиков в Грузии, особенно в Тбилиси.

Аннексировав Кавказ, Ленин незамедлительно стал прибирать к рукам его национальные богатства. В первую очередь оккупанты начали вывозить золото. Грабежу подверглись также природные богатства региона. Из Азербайджана полным ходом стали вывозить нефть, из Армении – скот, из Грузии – марганец и другие ископаемые. Так, уже 30 марта 1921 года, то есть вскоре после полной аннексии Грузии, Ленин шифром отправляет телеграмму в Тифлис, в которой от имени Политбюро требует «изо всех сил постараться возобновить старые концессии, как можно скорее и всячески постараться заключить новые…»1129. 5 апреля он вновь телеграфирует Орджоникидзе, подчеркивая, что концессии на ткварчельские и чиатурские копи имеют «гигантское значение и для Грузии и для России, ибо концессии, особенно с Италией и Германией, необходимы безусловно, как и товарообмен за нефть, в большем масштабе с этими странами, а потом и с другими»1130.

Эти факты со всей очевидностью показывают, что Ленин был не только душителем свободы народов России, но и алчным колонизатором большевистского образца.

Чтобы у читателя не осталось хоть капли сомнения, что в отношении Закавказских и других республик со стороны большевистского правительства России была допущена прямая агрессия, обратимся за разъяснением к В.И. Ленину, санкционировавшему эту военно-политическую акцию:

«Под аннекцией или захватом чужих земель правительство понимает, сообразно правовому сознанию демократии вообще и трудящихся классов в особенности, всякое присоединение к большому или сильному государству малой или слабой народности без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности, независимо от того, когда это насильственное присоединение совершено, независимо также от того, насколько развитой или отсталой является насильственно присоединяемая или насильственно удерживаемая в границах данного государства нация. Независимо, наконец, от того, в Европе или в далеких заокеанских странах эта нация живет. Если какая бы то ни было нация удерживается в границах данного государства насилием, если ей, вопреки выраженному с ее стороны желанию – все равно, выражено ли это желание в печати, в народных собраниях, в решениях партий или возмущениях и восстаниях против национального гнета, – не предоставляется права свободным голосованием, при полном выводе войска присоединяющей или вообще более сильной нации, решить без малейшего принуждения вопрос о формах государственного существования этой нации, то присоединение ее является аннексией, т.е. захватом и насилием»1131.

Думается, что такое разъяснение в комментариях не нуждается.

Так, ценой огромных людских и материальных жертв, впервые в истории человечества создавалось государство цивилизованного рабства, основой которого, по замыслу Ленина, должен был быть жесточайший порядок – «беспрекословное подчинение единой воле… беспрекословное повиновение воле одного лица… беспрекословное повиновение воле советского руководителя, диктатора»1132.






 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх