Венло, 11 ноября 1938 года

Вальтер Шелленберг прибыл в кафе за пятнадцать минут до назначенного срока. Он припарковал машину прямо напротив кафе и вместе со своим пассажиром, который должен был изображать генерала, направился в кафе. Всю дорогу его нервы были напряжены, но сейчас у него дрожала каждая клеточка. Весь окружающий мир он видел как во сне.

Вальтер не торопясь выбрал столик рядом с окном, чтобы заранее увидеть прибывших англичан, аккуратно повесил на спинку стула плащ и сел. Его спутник, ничего не подозревающий об изменении плана, всю дорогу молол какую-то чепуху, которую Шелленберг просто не слышал. Сейчас коммерсант вальяжно расселся напротив гауптштурмфюрера и набрал в легкие воздуха, чтобы выдать новый залп белиберды.

Не успели они сесть, как к ним подскочил кельнер. Вальтер заказал чашечку кофе и рюмку ликеру, его попутчик — кофе и коньяк. Шелленберг внимательно приглядывался к каждому человеку, попадавшему в поле его зрения. Во время предыдущих встреч с англичанами, ему казалось, что он безошибочно угадывает тех, кто прикрывает его противника. Но сегодня каждый человек ему казался подозрительным, подозрение у него вызывали даже подростки. Время тянулось мучительно медленно.

А на другой стороне границы, метрах в пятидесяти от шлагбаума, разделяющего две страны, стояли две машины, в которых разместилась ударная группа отряда эсэсовцев. Оберштурмфюрер не отрывал глаз от бинокля, всматриваясь в шоссе, проходящее мимо кафе. Вот вдали показался «Бьюик» зеленого цвета. Карл слегка кивнул и напрягся. Шофер в тот же момент запустил двигатель и вцепился в руль. Но тут Карл заметил, что машина была цвета темной болотной зелени, в то время как машина англичан была ближе к салатному цвету, цвета весенней зелени. Он опустил бинокль и на несколько секунд закрыл глаза, чтобы дать им хоть на мгновение передышку. Карл прекрасно понимал, что без стрельбы им не обойтись, а раз так, то результат предсказать нельзя: в стрельбе всегда присутствует элемент удачи.

Но вот показалась машина, которую они ждали. Карл снова кивнул и поднял левую руку, чтобы дать сигнал трогаться. Два ротенфюрера позади него передернули затворы автоматов. Карл махнул рукой, и машина прямо с места рванулась с бешеной скоростью.

Когда капот передней машины с треском врезался в шлагбаум, оба ротенфюрера, чтобы еще больше усилить элемент внезапности, дали в сторону голландских пограничников две очереди. Пограничники бросились врассыпную.

Англичане почувствовали неладное, но времени принять разумное решение у них уже не было. Офицеры, которые представились при первых встречах, как Бест и Стивен, попробовали нырнуть обратно в «Бьюик», лейтенант Коппенс выхватил пистолет. Но хотя Коппенс и выхватил оружие, он растерялся: сначала он наставил пистолет на вышедшего их встречать Шелленберга, но потом понял, что с другой стороны ему грозит большая опасность. Между лейтенантом Коппенсом и Карлом Вебером завязалась перестрелка. Вальтер растерялся и стоял как вкопанный как раз на линии огня.

— Отойди в сторону, идиот! — заорал на него оберштурмфюрер, раскачиваясь всем телом из стороны в сторону, чтобы не дать англичанину прицелиться.

Вебер оказался лучшим стрелком, и через несколько выстрелов Коппенс медленно осел на землю. Пока между Вебером и Коппенсом происходила настоящая дуэль, роттенфюреры уже вытащили майора Стивена и капитана Беста из «Бьюика» и запихнули их в свою машину. Шофер-голландец попробовал бежать, но тут же попал в лапы двум эсэсовцам из второй машины.

Вся операция заняла не более пяти минут. Как только англичане и шофер-голландец оказались в машинах эсэсовцев, те, даже не разворачиваясь, так задом и рванули к немецкой границе. Пограничники попытались стрелять, но шквальный автоматный огонь из автоматов заставил их залечь.

К кафе, размахивая пистолетами, бежали три голландских полицейских, но они успели к шапочному разбору.

Вальтер Шелленберг вернулся в кафе. Внутри у него все дрожало, он рухнул на свой стул напротив изумленно наблюдавшего за всем происходящим промышленника.

— Коньяку и побольше! — крикнул Вальтер кельнеру.

— Что это было? — спросил гауптштурмфюрера так и не сыгравший роли генерала промышленник.

— В последний момент операцию изменили, — выдавил из себе Вальтер, ему совершенно не хотелось разговаривать, — Сейчас поедем обратно в Дюссельдорф.

Когда кельнер принес коньяк, Шелленберг залпом выпил двойную порцию и, встав из-за стола, громко сказал:

— Это не Голландия, а Дикий Запад какой-то.


Через полчаса гауптштурмфюрер Шелленберг уже сидя в отеле в Дюссельдорфе слушал Карла Вебера.

— Все прошло, как нельзя лучше, — смеялся молодой эсэсовец. — Голландцы, наверно, до сих пор приходят в себя и соображают, что это было. Все четверо арестованных в Дюссельдорфе. Незадача получилась только с Коппенсом: он серьезно ранен, и его пришлось отвезти в госпиталь. Можете доложить обо всем в Берлин.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — только и выдавил из себя Вальтер.

Всю дорогу до Берлина он раздумывал над тем, как по вине начальства сорвались его планы, в которых он ловил в свою сеть чуть ли не всю английскую нацию.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх