Париж, 7 ноября 1938 года

Гершель Гриншпан уже второй день болтался вокруг немецкого посольства. Правый карман его куртки оттягивал тяжелый револьвер марки «Смит-энд-Вессон». Этот револьвер принес ему Пауль Фогель, сказав, что в Америке все настоящие мужчины ходят с такими. Они с Паулем даже съездили в лес, где Гершель попробовал сделать несколько выстрелов. Во время поездки Пауль вспоминал все больше и больше жутких моментов из жизни родителей Гершеля и все радужней описывал жизнь в Америке. Он даже сказал, что завидует Гершелю, у которого скоро будет две тысячи долларов на открытие собственного дела.

И вот два дня молодой Гриншпан ходил кругами вокруг посольства, не смея зайти внутрь. Каждый раз, как он направлялся внутрь, его ноги становились ватными, а в животе откуда-то появлялся тяжелый камень.

Наконец Гершель собрал в кулак всю свою небольшую волю, поклялся сам себе, что сделает задуманное, зашел в небольшое кафе рядом с посольством, залпом выпил подряд две рюмки коньяка и когда коньяк начал давать о себе знать, направился к массивным дверям посольства, рядом с которыми постоянно стоял жандарм.

Когда Гершель подошел к двери, жандарм окинул его подозрительным взглядом и спросил:

— Вы куда, молодой человек?

Стараясь как можно сильнее подчеркнуть свой немецкий акцент, Гершель ответил:

— Мне нужен посол граф фон Вельчек, — и после небольшой паузы добавил: — По личному делу.

Жандарм пожал плечами и кивнул в сторону двери.

Когда Гершель оказался внутри посольства, то из-за стола, стоявшего у основания широкой мраморной лестницы, встал молодой человек в черной эсэсовской форме и, пристально вглядываясь в молодого Гриншпана, спросил на немецком:

— Что вам угодно?

— Я хочу видеть графа фон Вельчека, — на этот раз уже смелее на том же языке ответил Гершель.

— Граф занят, — последовал надменный ответ.

— А когда он освободится? — настаивал Гершель.

— По какому вопросу вы хотите с ним переговорить? — поинтересовался молодой охранник.

— Это мое личное дело, — резко ответил Гершель. Он начинал уже нервничать.

— Я должен знать, по какому делу вы пришли к графу, чтобы объяснить это секретарю, когда буду договариваться, чтобы граф вас принял, — спокойно и холодно пояснил эсэсовец.

Но тут, к несказанному счастью Гриншпана, на вершине лестницы появился тот, чью фотографию ему показывал Пауль. Это был третий секретарь немецкого посольства в Париже Эрнст фон Рат. Фон Рат, легко сбегая по лестнице, на ходу спросил:

— Что надо этому молодому человеку?

Не дожидаясь, пока ответит охранник, Гриншпан выпалил:

— Мне нужен граф фон Вельчек.

— По какому вопросу, может быть, я смогу вам помочь? — спросил фон Рат, останавливаясь как раз напротив молодого еврея.

И в этот момент Гриншпан начал стрелять, даже не вынув револьвер из кармана. Первая пуля попала фон Рату в живот, он согнулся, еще две пули ударили ему в грудь, четвертая попала третьему секретарю в шею.

К тому моменту, когда молодой эсэсовец пришел в себя и бросился на Гершеля, в посольство уже вбежал жандарм, который и обезоружил Гриншпана.


Через час Гершель Гриншпан, размазывая по щекам слезы, сбивчиво рассказывал комиссару полиции о том, как трудно быть евреем в Германии и Польше.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх