Берлин, 21 апреля 1938 года

В этот день с утра к рейхсканцелярии одна за одной подъехали несколько черных официальных автомобилей. Приезжавшие высшие чины Германии торопливо проходили в зал для заседаний. К одиннадцати часам в зале уже присутствовали: фельдмаршал Геринг, рейхсфюрер Гиммлер, недавно назначенный министр иностранных дел Риббентроп, начальник Верховного командования вермахта генерал Кейтель, группенфюрер Гейдрих и обергруппенфюрер Лоренц. Ровно в одиннадцать в зал вошел Гитлер. Ответив на приветствие присутствующих, Гитлер попросил собравшихся занять свои места, а сам остался стоять за письменным столом.

— Я собрал вас, господа, чтобы обсудить те изменения, которые следуют внести, учитывая изменившуюся ситуацию, в операцию «Грюн». Как и в случае с Австрией, здесь предстоит большая работа как для рейхсфюрера Гиммлера, так и для господина Риббентропа. Генерал Кейтель должен в сжатые сроки разработать план вступления войск в Чехословакию, а также предусмотреть действия армии в случае, если в результате наших действий в ситуацию вмешается Англия, Франция или Россия. Мы уже много говорили о безобразном притеснении немцев в Чехословакии, и мировое сообщество в этом нас поддерживает. Правительство так называемого президента Бенеша не собирается выполнять условий Парижской мирной конференции, и это тоже вызывает беспокойство всей мировой общественности. Фактически мы уже ведем с этой страной пропагандистскую и экономическую войну. Но этого мало. Мы должны как можно быстрее присоединить Судеты к империи, и сделать это так, чтобы не пострадало ни одно промышленное предприятие, чтобы вся промышленность Судет сразу же включилась в работу на благо Германии.

— Господин Риббентроп, — продолжал фюрер, — должен прозондировать почву и выяснить, как отреагируют на эту ситуацию сгорающие от ненависти к нам Англия и Франция. Нельзя забывать, что у Чехословакии подписан договор о военной помощи в случае агрессии с Францией и Россией. Министерству иностранных дел надо сделать все, чтобы ни у кого и в мыслях не было рассматривать наши действия как агрессию. Все должны понимать, что мы всего лишь защищаем права наших братьев, немцев.

— Об этом уже постоянно говорит и английская, и американская, и французская пресса, — ответил Риббентроп. — О чешском терроре в отношении немцев говорят и официальные лица этих стран. Думаю, с этой стороны нам не стоит ждать каких-либо неприятностей. Хуже обстоит дело с Россией: на днях в Женеве Литвинов заявил, что Россия не отказывается от своих союзнических обязательств перед Чехословакией, и если та попросит, то Россия окажет ей любую помощь.

— Значит, надо сделать так, чтобы не попросила, — отрезал Гитлер, а затем повернулся к Кейтелю: — А вам, генерал-полковник, следует сделать выводы из операции «Отто»: девяносто процентов ваших танков так и не добралось до Вены. Надеюсь, такого позора больше не повторится!

— Сорок процентов, — угрюмо поправил Кейтель.

— Значит, вам придется еще заняться и математикой, генерал-полковник, — обрезал его фюрер.

Это совещание длилось более трех часов. Все присутствующие поняли, что операция «Грюн» вошла в новую фазу.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх