Берлин, 10 марта 1938 года

В здании бывшего генерального штаба, который теперь превратился в Верховное командование вермахта, на офицерский суд чести над генералом фон Фричем собрались почти все участники. Ждали только председателя суда, фельдмаршала Геринга. Геринг опоздал на полчаса. Он быстрым шагом вошел в зал и прямо с порога громко объявил:

— Господа, не будем тянуть время. Заседание считаю открытым.

Первым делом обвинение попросило вызвать на перекрестный допрос свидетеля Отто Шмидта. В зал ввели арестованного. Увидев такое сборище сильных мира сего, бедный шантажист и вовсе потерял дар речи. В ответ на все вопросы он бурчал что-то нечленораздельное, да и это из него выжимали почти силой. Допрос длился уже около получаса, когда вдруг дверь зала тихонько открылась, и в помещение бесшумно проскользнул адъютант Геринга. Он на цыпочках подошел к своему шефу и что-то сказал ему на ухо. Внимание всех присутствующих со свидетеля переключилось на эту пару. Геринг кивнул, встал, поднял руку, требуя тишины и внимания, и объявил:

— Господа, фюрер приказал главнокомандующим всех родов войск, а также всему руководству генерального штаба срочно прибыть в рейхсканцелярию. По армии объявлена готовность номер один для операции «Отто». Наше заседание придется перенести.

По залу пробежал шепоток. Все сразу же забыли о цели своего сбора. Собравшиеся там прекрасно понимали, что началась большая война. Но потом, несколько лет спустя, историки в своих кабинетах, стараясь оправдать трусливость и нерешительность своих правителей, назовут дату начала той войны совсем другую, отстоящую от этой более чем на год.








Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх