Глава 20

Завел собаку — сиди дома? Поговорим о хаосе в машине

Многим собакам заднее сиденье в автомобиле кажется земным эквивалентом ада. За годы работы мне довелось познакомиться с собакой, которая могла безостановочно пролаять двести миль, то есть четыре часа пути от Линкольншира до Шотландии, а потом еще с одной, которая все время пыталась буквально просочиться в щелку приоткрытого окна, рискуя оказаться на оживленном шоссе. Многие владельцы признавали поражение и отказывались от мысли о путешествиях и поездках, не в силах вынести вид обезумевшего от страха любимца.

Беспокойство, охватывающее собак, легко объяснимо. Почти во всех отношениях салон автомобиля для них — что-то вроде укрытия, логова, разве что уменьшенного в размерах. Попадая в него, собака оказывается в окружении своей стаи (или ее части). А потом начинается: со всех сторон раздаются шумы, сигналы, суть которых собаке непонятна. Она не может до них добраться, а между тем уверена, что все эти непонятности представляют опасность для стаи. Кто бы в такой ситуации не впал в панику? Поэтому-то никто из владельцев собаки не застрахован от того, что я называю хаосом в машине. Я выбрала два случая, чтобы показать, насколько просто и эффективно можно превратить даже самых возбудимых собак в спокойных и радостных путешественников.

Супруги Клисорп обратились ко мне по поводу Блэки, черного метиса лабрадора с бордер-колли. Он пускался наутек каждый раз, когда они пытались усадить его на заднее сиденье автомобиля. Чего они только не пробовали, чтобы помешать ему. Они включали радио на полную мощность, кричали на собаку, уговаривали, взывали к ее совести — ничего не помогало. Каждое путешествие превращалось в кошмар, даже ежедневная поездка в полмили (британская миля равна 1,6093 км. — Ред.) до местного пляжа, где Блэки любил побегать и порезвиться.

Первый час моего визита в этот дом прошел совершенно нормально. Посвящая хозяев Блэки в суть метода, я в то же время начала посылать сигналы самому псу. Постепенно Блэки приблизился ко мне. Казалось, что он игнорирует своих хозяев. Часто у людей такая реакция собаки вызывает волнение, им кажется, что я каким-то образом отнимаю у них любовь животного, настраиваю его против них. На самом деле это не так. Просто собака считает, что нашла вожака, лидера, которому она может доверить заботу о членах своей стаи. Им и самим предстоит впоследствии проделать то же самое. Очень скоро хозяева получают возможность убедиться, что для меня лучший способ проиллюстрировать метод в действии — показать его на себе. Привязанность собаки к ним ничуть не уменьшается, меняется только политика поведения.

Вскоре я почувствовала, что достаточно продвинулась в отношениях с Блэки, чтобы отправиться с ним и его хозяевами на прогулку на машине. И вот мы садимся в их автомобиль. Они привычно заняли места впереди, Блэки забрался в заднюю часть кузова «универсал». Я устроилась между ними на заднем пассажирском сиденье. В отличие от многих людей, которые (на мой взгляд, совершенно неправильно) позволяют своим собакам беспрепятственно передвигаться по салону, хозяева Блэки держали его за загородкой в задней части кузова. Я держала собаку за поводок, пропустив его через загородку, чтобы контролировать события.

Когда заработал мотор, я была тише воды, ниже травы. Машина тронулась, я просунула руку над загородкой и положила ее на плечо Блэки. Когда Блэки пытался вскочить, я чуть нажимала, удерживая его на месте. Он сразу успокаивался.

Мы проехали три или четыре мили, направляясь, как и договорились, в самую многолюдную часть города. Мне хотелось, чтобы Блэки увидел, услышал, почуял как можно больше из того, что, с его точки зрения, представляло потенциальную угрозу. Во время всей поездки я не убирала руки от Блэки. Каждый раз, как он настораживался или проявлял признаки тревоги, я слегка надавливала ладонью на его плечо. Этот жест означал, что я одновременно успокаиваю пса и как бы приказываю ему сидеть. (Думаю, вы понимаете, что я имею в виду. Если нет, представьте себе, что впервые привели ребенка к зубному врачу. Дело это неприятное, но необходимое. Убеждая ребенка сидеть тихо, мы помогаем ему успокоиться, облегчаем ожидание.) Когда подошло время возвращаться домой, я почувствовала, что могу убрать руку. На протяжении большей части поездки Блэки спокойно сидел, наблюдая за сменяющимися в окне картинами мира. С тех пор он каждый день спокойно и даже с удовольствием ездил в машине, не проявляя беспокойства.

У собак, как и у людей, впечатления могут оставлять шрамы на долгое время. Так, каждый, кому пришлось пережить автомобильную аварию, согласится, что потом не сядешь в машину просто, как ни в чем не бывало. У собак все точно так же. Я убедилась в этом, когда столкнулась с одним из самых печальных случаев в моей практике. Несчастному доберману, о котором я хочу рассказать, пришлось пережить такой ужас, что какое-то время он не сходил со страниц местных газет. Его нашли на обочине шоссе. Животное было изранено и находилось в состоянии глубокого стресса. Трудно в это поверить, но было такое впечатление, что его выбросили из автомобиля на полном ходу. Раны и повреждения были очень тяжелыми, пришлось доставить собаку в отделение интенсивной терапии. В какой-то момент казалось, что она не выживет. Но доберман выжил и пошел на поправку, медленно, но верно. Когда псу стало лучше, его взяла к себе супружеская пара из городка Барнетби. Физически пес совсем поправился, но вот справиться с психической травмой оказалось труднее.

Доберманы — не пугливые неженки, но бедный пес приходил в панический ужас при виде любого автомобиля. Если новым хозяевам удавалось всеми правдами и неправдами затолкать его в салон, он от ужаса мочился, орошая все внутри машины. Проще всего было списать беднягу как неизлечимого — уж очень тяжела была травма. Но люди, к которым ему посчастливилось попасть, не хотели сдаваться. Они изо всех сил старались помочь собаке вернуться к здоровой жизни и были полны решимости сделать для этого все, что только возможно.

Я провела с ними день, объяснив, что предстоит долгое и нелегкое дело. Собаке требовались постоянная поддержка, ободрение, и все равно еще очень не скоро она добровольно согласится приблизиться к машине. К счастью, они оказались превосходными учениками. За две недели удалось правильно выстроить отношения в их стае, расставив все акценты относительно лидерства. Теперь я предложила им как можно полнее сосредоточиться на делах, связанных с машиной.

И началась работа. Целый месяц они ставили миску с кормом в месте, откуда видна была их машина. Идея состояла в том, чтобы помочь собаке расстаться с идеей, что машина несет в себе только зло, постараться вызывать положительные ассоциации. Постепенно они приближались к машине. Я все время напоминала о двух главных основах нашего дела: спокойствии и последовательности. Они не спешили, не форсировали события. Теперь они перенесли семейные ужины на свежий воздух, располагаясь у стоящей в саду машины. Мало-помалу усилия начали приносить первые плоды. Прорывом можно считать момент, когда пес согласился поесть в стоявшей неподвижно машине. С этого времени они начали играть с ним, бросая игрушку, которая то и дело оказывалась рядом с машиной или даже влетала внутрь.

Дело двигалось очень медленно, но хозяева добермана были настроены на успех. Вскоре они отважились включить мотор машины в тот момент, когда пес ел в задней части салона. Следующим шагом было во время его трапезы проехать по саду. С этого момента до выезда на дорогу прошло еще восемь недель, настолько трудно было справиться с психологической травмой, которую перенесла собака. И все же я счастлива сообщить, теперь они выезжают на машине всей семьей в полном составе. Все страхи бедолаги добермана остались в прошлом.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх