Глава 11. «АКТИВНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ»: ИНФОРМАЦИОННО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ

1. Введение. Краткая историческая справка

Одним из первых практиков спецслужб, использовавших «активные мероприятия» для решения поставленных перед ним задач, был… Даниэль Дефо. Так, например, в 1704 году будущий автор «Робинзона Крузо» начал выпускать собственную газету «Обозреватель», которая просуществовала девять лет. Эта газета, вроде бы выражавшая интересы «вигов» (либералов, представлявших интересы буржуазии), на самом деле финансировалась из королевской казны и служила отличным прикрытием для проведения в жизнь политики королевы Анны.

В то время для Англии самой болевой точкой была проблема шотландского сепаратизма. Поэтому с 1706 по 1714 год Д. Дефо совершил 17 поездок в этот мятежный край в целях формирования нужного общественного мнения. Дефо даже временно перенес в столицу Шотландии Эдинбург издание своего «Обозревателя», выпуская его по 2-3 раза в неделю. Тайная деятельность Дефо не прошла даром, и весной 1707 года парламент двух народов стал единым.

Вот как сам Дефо описывал решаемые им задачи в письме к своему шефу лорду Гарлею:

«1. Быть в курсе всего, что предпринимается различными группировками против нашей унии, и постараться помешать их попыткам.

2. Беседуя со здешними жителями, а также с помощью других доступных способов склонять сознание людей в пользу единения.

3. Опровергать в печати всякие выступления, порочащие идеи союза, самих англичан, английский двор во всем, что касается того же союза.

4. Устранять всевозможные подозрения и беспокойства у людей относительно каких-то тайных происков против шотландской церкви.»

А вот выдержка еще из одного письма Дефо от 26 апреля 1718 года заместителю государственного секретаря Сантерленду: «Под видом переводчика иностранных новостей я вошел с санкции правительства в редакцию еженедельной газеты некого господина Миста с тем, чтобы держать ее под скрытым контролем, не давая ей возможности наносить какой-либо ущерб. Ни сам Мист, ни кто-либо из его сотрудников не догадывался, каково мое истинное направление… Благодаря такому же контролю, проводимому мной, и еженедельный „Дневник“ и „Дормерова почта“, а также „Политический Меркурий“, за вычетом отдельных промахов… на самом деле будут полностью обезврежены и лишены какой-либо возможности нанести ущерб правительству.»

Как он все это делал? Да очень просто. Дефо писал полемические статьи в 26 газетах и журналах самых разных направлений. Соответственно и его статьи носили противоречивый характер. В одной газете он излагал свое мнение, в другой нападал на него, в третьей издевался над автором второй статьи, в четвертой… и т.д.

Вполне естественно, что и в современных информационных конфликтах средства массовой информации активно используются для недобросовестной рекламы и конкуренции, организации крупномасштабных мошеннических операций или размещения материалов, дискредитирующих деятельность конкурентов в целях формирования нужного общественного мнения. Все стратегии дестабилизации строятся на том, что появляется новая точка зрения, вносится новая модель мира, на основе которой происходит изменение социальной ситуации.

Так, например, весной 1993 года Союз предпринимателей французской текстильной промышленности с целью воспротивиться нежелательным официальным мерам против регламентации, диктуемой ЕС, провел в печати активную «кампанию влияния». Эта операция была столь эффективна что ЕС вынуждено было опубликовать ответ, очень похожий на неуклюжее оправдание.

2. Основная часть. Теория и практика проведения активных мероприятий

Определимся с терминологией: «активные мероприятия» (сокращенно — «AM», жаргонное обозначение «активка») — специальные мероприятия, имеющие своей целью оказание выгодного влияния на политику органов исполнительной и законодательной власти для решения стоящих перед хозяйствующим субъектом задач; формирование благоприятного общественного мнения о нем, его руководстве и персонале; укрепление авторитета и доверия к нему среди партнеров и клиентов; стратегическое и тактическое дезинформирование конкурентов и оппонентов; подрыв и ослабление их позиций на рынке и в органах государственной власти.

Сегодня уже ни для кого не секрет, что СМИ активно используются спецслужбами (как государственными, так и частными) для легализации информации компрометирующего характера. В качестве конкретного примера можно привести «активку» ФСБ, запущенную через «Московский комсомолец», о прослушивании телефонных переговоров президентской семьи частным охранным предприятием «Атолл» или акцию некоторых чинов прокуратуры с целью дискредитации своего руководства. Журналисты охотно идут на сотрудничество с представителями спецслужб, кто из соображений карьеры, кто за деньги, кто из патриотических или идеологических убеждений. Иногда журналистам действительно подсовывают реальные «жареные факты», временами высококачественную «дезу». Естественно, что любое подобное мероприятие тщательно планируется и в обязательном порядке согласовывается с руководством. На оперативном жаргоне подобные мероприятия называются «контролируемой утечкой информации». Иногда при проведении подобных акций имеет место откровенная фабрикация внутренних документов спецслужб и правоохранительных органов.

Во многом ангажированность российских спецслужб в 90-х годах объясняется тогдашней обстановкой неопределенности и неустойчивости, когда действующие сотрудники более всего были озабочены тем, где бы устроиться на пенсии.

В работе спецслужб наиболее распространенной технологией легендирования источника поступления компрматериалов является его анонимная передача или продажа в один из многочисленных «независимых» информационно-аналитических центров. Центр «совершенно секретно» информирует еще один объект, который, в свою очередь, передает ее в небольшую газету или местную теле— или радиостанцию, что значительно удлиняет цепь посредников и делает невозможным установить первоисточник информации. После легализации на информационном рынке подключаются журналисты, которые уже готовят «заказную» статью, ссылаясь на легализовавший ее источник. Информация получает надежность в силу того, что все ее повторяют, но никто не знает, откуда она взялась.

В качестве примера можно привести грандиозный скандал, разразившийся в апреле 1997 г. после публикации в газете «Известия» данных об огромных доходах Виктора Черномырдина. Выяснилось, что «Известия» перепечатали эти цифры из французской газеты «Монд». В «Монд» информация попала из стенограммы слушаний конгресса США 1996 г., на которых конгрессмен Генри Хайд привел эти данные директорам ЦРУ и ФБР. В свою очередь конгрессмен сослался на цифры, предоставленные ему бывшим главным редактором «Вашингтон тайме» Арно де Борчгрейвом. А тот в качестве первоисточника сослался на некие неофициальные оценки израильской разведки «Моссад».

В России для проведения активных мероприятий чаще всего используются газеты «Сегодня», «Московский комсомолец», «Совершенно секретно» и «Версия». Кое-кто пытается назвать это грязным словом «коррупция», но, по-моему, все значительно проще: СМИ продают свои услуги точно так же, как любой другой участник рынка.

Установление контактов со СМИ может идти несколькими путями: покупка СМИ, частичное финансирование отдельных изданий и программ, оказание «спонсорской» помощи или размещение «заказных» материалов.

Все началось еще в период первых экономических войн, когда олигархи стали покупать газеты не с целью получения прибыли, а для ведения информационных войн. Первыми, кто испытал на себе эффективность этого оружия и узнал о себе много нового, был топ-менеджмент предприятий, попавших в сферу интересов акул отечественного бизнеса. В свою очередь «красные директора» обращались за помощью в местные газеты и пытались восстановить справедливость, раскрывая злобные планы нуворишей, мечтающих захватить родной завод. Таким образом, СМИ стали страшным оружием буржуазии, причем неумолкающим. Дальше — больше, начались информационные войны между самими олигархами, а Владимир Гусинский с помощью своих медиа-активов некоторое время успешно шантажировал первых лиц государства.

К сожалению, многие руководители до сих пор недооценивают разрушительные возможности этих технологий. Как пример можно привести следующий случай из практики.

Предприятие К. выпускает спортивно-охотничьи боеприпасы, пользующиеся большим спросом на внешнем рынке. Предприятие имеет форму открытого акционерного общества. Пакет акций в размере 30% сосредоточен в руках фирмы П, которая занимается поставкой на предприятие сырья. 35% акций принадлежит фирме В, которая реализует продукцию предприятия на внешнем рынке. 15% акций принадлежит фирме К. Остальные акции распределены между членами трудового коллектива предприятия. «Золотая акция» принадлежит Миноборонпрому.

После 17 августа усиливается конфликт между частью акционеров и дирекцией предприятия. Фирма П, владеющая около 30% акций предприятия и обеспечивающая предприятие сырьем, оказывается в достаточно затруднительном положении из-за того, что цены на закупку сырья у поставщиков установлены в долларовом эквиваленте, а на поставку сырья предприятию — в рублях.

Эмиссарами фирмы П начинается активная скупка акций у работников предприятия, а также формируется теневой аппарат управления предприятием, который в случае, если контроль над предприятием после собрания акционеров перейдет в руки данной фирмы, должен будет заменить команду действующего директора. В теневой аппарат входят в большинстве своем лица, имеющие достаточный опыт работы на предприятии, но по различным причинам недовольные сложившимся положением дел.

В данном случае применяется типовая схема действий разведывательных органов в отношении дестабилизации хозяйствующего субъекта.

1. Подрывная деятельность. Тактические действия, рассчитанные на подрыв единства команды управления изнутри, создание атмосферы недоверия и подозрительности. Раздувание конфликтных ситуаций. Создание в команде управления предприятия конфликта интересов.

Политические, экономические, социальные и идеологические разногласия между различными группировками в команде управления.

Возможное соперничество между ними. Недовольство распределением материальных средств. Корыстные устремления отдельных руководителей. Недовольство трудового коллектива командой управления. Изучаются история возникновения команды управления и сложившийся баланс интересов, причины, побудившие того или иного руководителя поддерживать ту или иную группировку в руководстве.

Разжигание противоречий осуществляется с целью углубления и доведения до «точки кипения» имеющихся различий между различными социальными группами и производственными кланами на предприятии. При этом используется недовольство людей действующим руководителем и его командой управления, их неудовлетворенность своим положением на предприятии (уровень заработной платы, распределение социальных льгот и т.д.), а также специально организуются гонения, притеснения и провокации. В результате формируется своеобразная «пятая колонна», т.е. категория лиц, враждебно настроенная к руководству предприятия и готовая помогать его оппонентам. Создаются условия для перехода наиболее перспективных кадров в стан оппонентов. Цель данных мероприятий — углубить имеющиеся противоречия до критического уровня и посредством этого максимально снизить способность к сопротивлению в отношении захвата предприятия. Внимание сотрудников предприятия привлекается к фактам коррупции и казнокрадства среди высшего и среднего звеньев менеджмента, их неспособности эффективно управлять предприятием. Такая пропаганда должна вызвать у рабочих и служащих чувство ущемленности, недовольство привилегированным положением высших менеджеров, их высокомерным отношением к подчиненным. Это, в свою очередь, снижает их готовность организованно выступить в защиту действующей команды управления.

2. Проникновение. Вербовка агентуры влияния в команде управления.

3. Дискредитация руководства и ведущих сотрудников предприятия. (Дискредитация руководителей хозяйствующего субъекта бывает эффективна только в том случае, если их популярность и авторитет снизились. В противном случае реакция на подобные акции бывает прямо противоположной. Самый большой пропагандистский эффект имеют материалы, не содержащие прямых оскорблений в отношении руководства, так как объекты воздействия могут воспринять данные оскорбления как личные.)

4. Вмешательство. Координированные и организованные усилия с тем, чтобы осложнить деятельность команды управления, тем самым снижая прибыль предприятия и увеличивая его расходы.

5. Информационно-психологическое воздействие («промывание мозгов»). Осуществление широкой пропагандистской кампании с целью формирования негативного мнения о предприятии и его руководстве. Заказные газетные статьи, теле— и радиопередачи о критическом положении на предприятии, рассчитанные на охват широкой аудитории, очень эффективно формируют негативное общественное мнение в отношении предприятия и его руководства. Одновременно происходит формирование положительного отношения работников предприятия, местных властей и населения к оппонентам действующей команды управления. Основная цель этих действий — сформировать в возможно более широких кругах установку на положительное восприятие своих намерений в отношении предприятия.

6. Систематическое распространение слухов, особенно правдоподобных. Слухи — это специфический вид информации, появляющийся спонтанно в силу информационного вакуума среди определенных слоев населения либо специально кем-то распространяемый для воздействия на общественное сознание.

Очень часто с целью создания у общественности неблагоприятного впечатления о предприятии используются лжесвидетели какого-либо события, реально произошедшего на данном хозяйствующем субъекте. Слухи, как метод активного воздействия, наиболее опасны в критические для предприятия моменты, особенно когда правду о реальном положении дел выяснить достаточно сложно, и в связи с этим общественное мнение становится очень восприимчиво к любой новости.

Распространение компрометирующих слухов с целью подрыва авторитета руководства хозяйствующих субъектов является достаточно сложной технологией воздействия, состоящей в составлении и распространении единого по своей направленности блока слухов. В него обычно входит информация, как явно порочащая объект дискредитации, так и якобы «прославляющая», «защищающая» и «соболезнующая».

«Порочащие» слухи. Конкретные факты коррупции, связи с криминальными структурами, протекционистской кадровой политики. Все обвинения должны соответствовать действительности.

«Прославляющие» слухи. «Умелое» управление предприятием — за время руководства данной командой сокращено всего 70% сотрудников предприятия, оставшиеся 30% должны благодарить за то, что у них такое руководство.

«Защищающие» слухи. Да, предприятие долгое время было убыточным, но директор просто не смог ориентироваться в рыночной экономике.

«Соболезнующие» слухи. Новые акционеры хотят привлечь к ответственности за хищения на предприятии. Но команда управления слишком слаба, чтобы навести там порядок.

Инсинуации, намеки и разоблачения — вот типичный набор средств информационной войны, к которому прибегает противник. Его стремление сводится к подрыву доверия к доводам оппонента.

При этом используются различные обличительные характеристики, сплетни, недобросовестная информация, сенсационные разоблачения. В разоблачениях упор делается на принцип: «чем невероятнее, тем правдоподобнее». При этой методике акцент сознательно делается на невероятность информации, во-первых, потому, что именно такая информация вызывает чувство шока, оторопи, и, во-вторых, невероятное правдоподобие так же трудно опровергнуть, как и подтвердить. Как любил говаривать доктор Геббельс, «чем громаднее ложь, тем охотнее в нее верят».

Кстати, анализируя опыт избирательных кампаний в местные органы власти, можно с уверенностью утверждать о наличии во многих избирательных штабах групп по распространению слухов:

1) откровенно прославляющих «своего» кандидата;

2) взятых с потолка и легко дезавуируемых.

Распространение второго вида слухов решает сразу две задачи. Первая — это создание повода еще раз напомнить о своем кандидате и попутно пнуть неразборчивых в средствах оппонентов, свалив на них ответственность за попытку опорочить его светлый образ. Эти слухи, словно своеобразные прививки, позволяют увеличить барьер критичности электората по отношению к «активным мероприятиям» конкурентов.

Хотя перебарщивать тоже не стоит. Приходит на память случай, когда в разгар избирательной губернаторской компании, пиарщики одного из кандидатов выпустили газетенку, в которой утверждалось, что их клиент имеет шестиэтажную виллу в Колумбии, где, используя труд малолетних рабов, собирает повышенные урожаи наркоты. Народ не понял юмора яйцеголовых умников, и долго еще местные пенсионеры, составляющие основную массу голосующего электората, на полном серьезе обсуждали заоблачные доходы «наркобарона».

Итак, слухи представляют собой форму альтернативного распространения информации. Известна следующая формулировка «закона» распространения слухов: С=Ф(ВхД), т.е. слух есть функция от произведения важности события на его двусмысленность.

По этому «закону» противодействие слухам, их опровержение, объяснение, запоздалая исчерпывающая информация будут лишь способствовать реанимации слухов, ибо все указанные средства ориентированы на устранение одной из составляющих данной формулы — двусмысленности. Но чем больше будет рвение в устранении двусмысленности, тем больше будет внимания привлекаться к самому факту, т.е. компенсаторно будет работать второй сомножитель — критерий важности события. Поэтому устранение слухов заключается в устранении двусмысленности. Полная (своевременная и недвусмысленная) информация о событии превращает второй сомножитель в величину, близкую или равную нулю. Это делает функцию от произведения двух сомножителей предельно мизерной. Говоря простым языком — слухов не будет, если не будет поводов к ним.

Система безопасности предприятия, состоящая из отдела режима и охраны, не в состоянии справиться с нависшей угрозой. Директор предприятия был вынужден обратиться за помощью в консалтинговое агентство. Отсутствие системы комплексной безопасности предприятия вылилось в круглую сумму непредвиденных расходов на скупку акций, на оплату услуг консалтингового агентства, на мероприятия информационного противодействия, штрафы антимонопольному комитету и федеральной комиссии по ценным бумагам, а также нанесло существенный моральный ущерб имиджу и престижу предприятия.

Данная глава в первую очередь призвана помочь разобраться с самим понятием «активные мероприятия» и найти формы и методы защиты от враждебного информационного воздействия на хозяйствующий субъект или на его руководство. Это может выражаться в усилении мер информационной безопасности, организации контрнаблюдения и так далее по полной программе. Так, например, подразделения безопасности некоторых структур ведут постоянный мониторинг на предмет наличия компрометирующих материалов на своих сотрудников с целью подготовки упреждающих заказных статей или передач в СМИ. Один из таких примеров будет рассмотрен в приложении 1.

Сегодня даже крупные западные инвестиционные компании изучают компромат, чтобы понять: куда дует ветер, какая газета на чьей стороне играет, кто какую пиар-кампанию начал. Соответственно выстраивается стратегия инвестиций или стратегия спекуляций на рынке ценных бумаг.

Несколько бесплатных советов.

Как в свое время сказал Жан Жак Руссо: «Хула — очень удобная вещь: нападают с помощью одного слова, а нужны целые страницы для защиты». Итак, если вы стали объектом информационной атаки «активного мероприятия», то первое, что необходимо сделать, — успокоиться, расслабиться и постараться не делать резких движений и заявлений. Оправдываться и судиться, как правило, бесполезно. Это приведет только к лишней трате денег и времени. Опровержения у нас никто не читает, а оправдания еще больше вызывают подозрения народных масс. Судиться в России могут позволить себе лишь две категории граждан — либо напрочь отмороженные, либо очень богатые. Первые будут судиться до потери пульса, только из принципа. У вторых от обилия крупных купюр нарушено адекватное восприятие действительности. Да, можно попытаться задавить связями, дать взятку судье, арестовать счет в банке… Но, кроме утехи самолюбию, это ничего не даст. Отечественные журналюги так отточили свой стиль, что наказать их в судебном порядке практически невозможно. Да и в случае вашей победы это мало что изменит. Так, например, Иосиф Кобзон победил в судах все газеты, однако визы в Штаты ему все равно не дали.

Второе: чтобы эффективно ответить вашим недругам, надо вычислить «заказчика» и четко понять, почему «заказали» именно вас. «Активные мероприятия» — вещь достаточно затратная. Оценить степень недовольства вами оппонентов и прикинуть финансовые ресурсы, которые они готовы заплатить за ваше испорченное настроение, можно достаточно точно, зная тарифные расценки СМИ, тиражирующих наглые пасквили в ваш адрес.

В третьих, следует поработать как с журналистом, так и с возможным посредником размещения компромата. Журналистский мирок достаточно тесен, и там все друг про друга знают. Многие пиарщики дружат между собой, и всегда есть вероятность утечки информации о ваших обидчиках. Можно попытаться просто перекупить журналиста, а еще лучше редактора издания. Эти ренегаты и сольют вам все по полной программе: что, кто, как.

С ответным ударом тоже не стоит торопиться.

Во-первых, нужно просчитать все хитросплетения личных и коммерческих отношений ваших оппонентов, кто может выступить на их стороне, а кто будет только рад такому исходу.

Во-вторых, попытаться заручиться поддержкой врагов и конкурентов ваших оппонентов.

В-третьих, проанализировать, обнародование какой именно информации нанесет вашим противникам максимальный ущерб.

В-четвертых, найти все возможные источники компрометирующей информации.

И, наконец, просчитать все возможные последствия своего активного мероприятия, и если последнее слово явно останется за вами, то тогда -вперед. Ответный удар должен быть такой, что навсегда отобьет у оппонента всякую охоту когда-либо появляться на вашем пути.

Если обратиться к отечественной истории, то в качестве примера творческого противодействия «активным мероприятиям» оппонентов можно привести случай, который произошел в конце 80-х годов в Москве. Редакция одной газеты, славившейся своей патологической ненавистью к органам госбезопасности, разместила на своих страницах объявление от имени несуществующей школы по подготовке «рыцарей плаща и кинжала». Данное учебное заведение якобы предлагало свои услуги по подготовке профессиональных диверсантов, в качестве контактного телефона для желающих был дан телефонный номер одного из подразделений КГБ СССР. Естественно, что когда чекистов стали одолевать звонки от желающих повысить свою квалификацию, то они без труда установили, откуда в их сторону дует ветер, но самое интересное не это.

К ответной акции подошли с юмором. На «засвеченный» телефон повесили автоответчик, который милым женским голосом извинялся за то, что с данного адреса фирма переехала, и просил перезвонить по новому номеру телефона. Новый номер был домашним телефоном главного редактора «шутливой» газеты.

В качестве еще одного примера грамотной работы можно привести эпизод из книги В.В.Путина «От первого лица»: «Допустим, группа диссидентов собирается в Ленинграде проводить какое-то мероприятие, приуроченное к дню рождения Петра Первого. Диссиденты в Питере в основном к таким датам свои мероприятия приурочивали. Еще они любили юбилеи декабристов. Задумали, значит, мероприятие с приглашением на место события дипкорпуса, журналистов, чтобы привлечь внимание мировой общественности. Что делать? Разгонять нельзя, не велено. Тогда взяли и сами организовали возложение венков, причем как раз на том месте, куда должны были прийти журналисты. Созвали обком, профсоюзы, милицией все оцепили, сами под музыку пришли. Возложили. Журналисты и представители дипкорпуса постояли, посмотрели, пару раз зевнули и разошлись. А когда разошлись, оцепление сняли. Пожалуйста, идите кто хочет. Но уже неинтересно никому».

(От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным. — М., Вагриус, 2000)

Если говорить о проведении заказных «активных мероприятий», то с определенной долей обобщения можно выделить следующие категории их направленности:

— информационные войны между государствами;

— информационные войны между финансово-промышленными группами;

— информационные войны между властью и финансово-промышленными группами;

— информационные войны между властью и оппозицией, которую, в свою очередь, поддерживают определенные финансово-промышленные группы (иностранные государства);

— информационные войны, инспирированные противостоянием разных сегментов власти, поддерживающих различные финансово-промышленные группы (иностранные государства).

Еще В.И.Ленин в своих трудах отмечал, что политика является концентрированным продолжением экономики. Если же попытаться построить причинно-следственные связи исследуемых политических событий, то это становится еще более ясно.

«Активные мероприятия» могут быть направлены на нанесение прямого экономического ущерба. Так, например, в июле 1997 года Дж. Сорос предпринял успешную информационную атаку против национальной валюты ряда стран Азиатско-Тихоокеанского региона — Малайзии, Индонезии, Сингапура и Филиппин.

В итоге произошел скачок цен, национальные экономики этих стран были отброшены в своем развитии на 10-15 лет, а в Индонезии к маю 1998 года начался просто хаос.

Журнал «Эксперт» № 42 от 03.11.1997 г. так описывает эту ситуацию: «Еще осенью 1996 года появлялись сообщения, что группа фондов Дж.Сороса мобилизует ресурсы для атаки на гонконгский доллар. Глава финансового ведомства Гонконга Дональд Цзн вызвал к себе представителей Сороса и ознакомил их с планами защиты гонконгского доллара в случае атак на него. Планы эти произвели на гостей такое впечатление, что они дали обещание не нападать на гонконгскую валюту. Но атаки на гонконгский доллар все же состоялись, и их эффект оказался оглушительным, превыше ожиданий: кризис затронул не только Гонконг, но и весь мир.»

Следующим объектом воздействия впавшего в головокружение от успехов господина Сороса был Китай. И вот тут-то, как говорил всенародно любимый кино герой Глеб Жеглов, «промашка у вас, граждане, вышла»…

Учтя печальный опыт стран Юго-Восточной Азии, Китай серьезно готовился к предстоящему кавалерийскому наскоку Сороса и встретил его во всеоружии.

В ходе информационного противоборства с США китайским специалистам удалось правильно определить точное время нападения Сороса на китайский фондовый рынок и полностью «переиграть» американцев в финансовой сфере в период азиатского кризиса 1997— 1998 гг.

Проведение китайскими специалистами контрмер заключалось в нейтрализации финансовых атак Сороса на китайском фондовом рынке (поочередной игре на «повышение» или «понижение» путем скупки или, наоборот, экстренной продажи ценных бумаг). Полностью блокировались специально распространяемые Соросом слухи в мировой информационной среде о неустойчивости китайского юаня.

Была предпринята и информационная атака на Нью-йоркскую фондовую биржу, которая осуществляет более 70% всех операций с акциями в США и является крупнейшей в мире. Тревожный сигнал об ответном китайском ударе прозвучал для США 27 октября 1997 года, когда курс акций на Нью-йоркской фондовой бирже обрушился на 554,6 пункта. Это было наибольшее в истории падение акций американских компаний со времен «великой депрессии» 1929 года. В итоге акции американских «голубых фишек» значительно обесценились.

Вскоре китайцы практически полностью разорили Сороса. Его ведущий фонд был просто ликвидирован, а два мелких объединены.

Поэтому когда кто-то говорит, что все «это чистая политика», он по меньшей мере лукавит, ну а если не лукавит, то…

Сакраментальный российский вопрос: «А кому же это экономически выгодно?» помогает с большой степенью уверенности выявить истинных заказчиков того или иного политического явления. Вот поэтому и гремят информационные войны, отодвигая от кормушки одних и приближая к ней столь же «хороших» других. В России, как и во всем мире, информационные войны имеют под собой в первую очередь экономические основания -установление своего контроля над сектором экономики или финансового рынка. Или наоборот — защита своего места под солнцем от слишком уж шустрого конкурента.

Конечно, бывают скандалы, которые возникают самопроизвольно. Иногда, преследуя свой узкокорыстный интерес, их поднимают на щит и развивают по нарастающей, но в большинстве случаев они заканчиваются, так и не начавшись. Катализатором подобных явлений является в основном финансовая подпитка, а так как говорить о самоокупаемости многих СМИ было бы весьма опрометчиво, то вывод делайте сами.

Кстати, в последнее время российская общественность настолько привыкла к тому, что практически все скандалы заказные, что даже то, что не является рукотворным, часто воспринимают как «заказуху». Как говорится: «Все подумали, что всплыла правда, но по запаху поняли; что ошиблись».

В регионах информационные конфликты очень редко бывают масштабными и затяжными. Это и понятно, финансовые ресурсы заказчиков весьма ограничены, да и цели в них преследуются в основном оперативно-тактические. «Бои местного значения» становятся всероссийским достоянием только в том случае, если куски делимой собственности настолько значительны, что вызывают интерес столичных структур.

В основном «активные мероприятия» в регионах решают две типовые задачи.

1. От объекта информационной атаки требуется выполнение определенных действий в интересах инициатора «активки».

2. Объект хотят просто хотят убрать с дороги без применения силовых методов. В последнем случае самой благодарной аудиторией этой информации являются, как правило, местные правоохранительные органы и спецслужбы.

Если попытаться проследить историческую перспективу «активных мероприятий», то без труда можно отметить, что попытки переломить ход событий в свою пользу с помощью различных информационных технологий предпринимались с самого момента зарождения человеческого общества. Для того чтобы подтвердить этот тезис, достаточно просто перелистать Библию или нетленное произведение китайского философа Сунь Цзы «Искусство войны». Очень детально и весьма квалифицированно методики информационной войны описаны в «Протоколах сионских мудрецов».

В практическом плане стоит отметить профессионально подготовленные и квалифицированно исполненные «активные мероприятия» американской разведки против СССР: «вброс» на заседание ООН смонтированной в нужном русле записи переговоров центра управления полетами и пилота истребителя, сбившего в 1993 году южнокорейский «Боинг»; кампания по обвинению болгарских и, соответственно, советских спецслужб в покушении на Папу Римского и многое-многое другое.

Справедливости ради в качестве весьма эффективного аппарата «активных мероприятий» также можно упомянуть Службу «А» («активные мероприятия») Первого главного управления КГБ СССР. Несмотря на свою малочисленность (ее аппарат составлял около ста человек), эта служба добивалась значительных успехов в своей деятельности, в отличие от огромного и неповоротливого отдела внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС. Основные действия Службы «А» были направлены на дискредитацию всех аспектов американской политики, создание условий для конфликтов между США и их союзниками по НАТО, одним из направлений работы была и всесторонняя информационная поддержка западных движений сторонников мира. В качестве наиболее успешных акций ПГУ можно привести распространение информации о том, что вирус СПИД имел непосредственное отношение к американским военным биолабораториям, а также активное муссирование версий о причастности ЦРУ к убийству Патриса Лумумбы, Мартина Лютера Кинга и Улофа Пальме.

Кстати, скандал, разразившийся вокруг применения американцами на территории бывшей Югославии боеприпасов с низкообогащенным ураном, приобрел столь широкий резонанс явно не без участия сотрудников соответствующих подразделений российской внешней разведки.

Да и случай с опубликованием именно в России мемуаров бывшего сотрудника английской разведки MI-6 Ричарда Томлипсона «Большой провал», скорее всего, можно расценивать как «наш ответ Керзону» на книгу К. Эндрю и О. Гордиевского по истории советской разведки. У ребят из Ясенева в этом отношении всегда была очень хорошая память.

К тому же в связи с ростом профессионализма российской организованной преступности многие специалисты, в частности ныне, к сожалению, уже покойный С. С. Овчинский, открыто ставят вопрос об использовании методик «активных мероприятий» (ранее свойственных в основном спецслужбам) органами Министерства внутренних дел и Федеральной службы налоговой полиции.

В последнее время в связи с развитием технического прогресса технологии «активных мероприятий» становятся все более и более изощренными. И если ранее шекспировскому Яго для компрометации Дездемоны в глазах объекта информационной атаки Отелло достаточно было просто шепнуть ему об этом на ухо, то сегодня, скорее всего, эти сведения были бы размещены на одном из интернетовских сайтов.

Первым догадался использовать «всемирную паутину» для «активных мероприятий» американский прокурор Кеннет Старр, именно благодаря ему весь мир смог детально ознакомиться с трогательной историей любви практикантки Белого дома Моники Левински, а также тщательно изучить отдельные особенности анатомического строения президента Соединенных Штатов Б.Клинтона.

Но не ко всем компроматчикам американская Фемида столь благосклонна. В 2002 году 68-летний обитатель одного из американских домов престарелых Пол Таммель провел три с половиной месяца в тюрьме за создание компромат-сайта о соседях и персонале своего последнего пристанища. Этот отчаянный смельчак сделал достоянием гласности информацию о том, что его недруги сговорились не давать ему спать по ночам, вызвав этим у него «сексуальное расстройство».

Разгневанная администрация богадельни добилась того, чтобы диссидент-правозащитник был отправлен в тюрьму штата. Американские борцы за свободу слова пытались защитить дедушку, но безжалостное империалистическое правосудие было непоколебимо.

Днем рождения российского сетевого компромата можно считать 26 ноября 1998 года — именно в этот пасмурный день и появился сайт «Коготь», сразу же оперативно закрытый российскими спецслужбами. Информационное наполнение сайта состояло из восемнадцати файлов, содержавших в себе сводки прослушивания телефонных переговоров чиновников и политиков высокого ранга.

По информации Интернет-провайдеров, российские информационные узлы политической и экономической направленности, а также сайты средств массовой информации посещает более 1 000 000 человек. Это говорит о том, что уже сегодня число русскоязычных пользователей Интернета позволяет серьезно использовать его возможности для ведения масштабных информационных войн.

Для российских технологов «активных мероприятий» Интернет интересен еще и тем, что он является входным информационным каналом для определенной целевой аудитории. Каждый пользователь сети в процессе общения со своим окружением становится передатчиком (транслятором) полученной информации. Отдельные категории интернетовской аудитории, такие, например, как журналисты, способны многократно усилить волну от брошенного в информационное море камешка. {Исследования показывают и другую статистику — более двух третей посетителей русского сегмента Интернета появляются там только затем, чтобы полюбоваться на бесплатные порнокартинки, обогатить память свежим нецензурным анекдотом да потрепаться о своих интимных проблемах в чатах.

Однако огромный потенциал для «Интернет-активок» все-таки есть, ведь ключевое слово «компромат» по частоте поиска занимает почетное четвертое место, сразу после таких излюбленных нашим народом поисковых реквизитов, как «порно», «секс» и «анекдот». Политические психологи объясняют это тем, что многие российские пользователи Интернета, донельзя измученные заумными и популистскими заявлениями отечественных политиков, явно и подсознательно жаждут сеанса их принудительного стриптиза, желая, чтобы деятелей, чьими фейсами и перлами изобилует окружающая среда, хотя бы в сети вывернули наизнанку, раздев до исподнего…} Как пример можно привести все тот же «Коготь», число его посетителей было невелико, но широким читательским массам он стал доступен благодаря публикациям его данных в газетах «Московский комсомолец» и «Московские новости».

Это еще раз подтверждает тезис о том, что в кризисных ситуациях даже небольшие информационные выбросы способны привести к весьма серьезным результатам. В качестве еще одного высокоэффективного «активного мероприятия» можно привести сайт «Коготь-2». Размещенная на нем информация была посвящена различным деяниям тогдашнего хозяина Красноярского алюминиевого завода Анатолия Быкова. Но вот что показательно: если для широкой российской публики это была лишь очередная сенсация, быстро вытесненная новыми скандалами, то в Красноярском крае акция дала совершенно определенный политический и экономический результат.

Несмотря на то, что степень достоверности размещенных на сайте данных рядовому обывателю оценить было весьма проблематично, обсуждение этой информации в самом Красноярске в течение всего 2-3 недель коренным образом изменило местное общественное мнение. По результатам социологических опросов еще в январе 1999 года красноярцы «в среднем» крайне негативно оценивали эффективность деятельности своего губернатора. Но после размещения всего нескольких страниц текста авторитет Лебедя значительно укрепился, а его оппонент Быков утратил свои доминирующие позиции в информационной войне против «чужака» — губернатора. Масштаб последствий этого низкозатратной «активки» на многих произвел весьма сильное впечатление.

Весьма показателен рост профессионализма создателей Интернет-компромата. Если первый «Коготь» был обнаружен и закрыт в течение суток, то «Коготь-2» просто так закрыть было уже нельзя, так как он располагался на сервере, находившемся далеко за пределами нашей родины.

Для раскрутки сайта была проведена предварительная «двухходовая» реклама: сначала в наиболее посещаемых местах русскоязычного Интернета появились рекламные баннеры, ведущие к некой заметке на сервере List.ru. Эта заметка сообщала о появлении нового сайта и отсылала пользователей непосредственно на «Коготь-2».

Но отечественные самоделкины не привыкли останавливаться на достигнутом. Так, например, летом 1999 года в Интернете появился сайт http:sbinfo.sm.com., в котором каждый желающий мог найти достаточно неприглядную информацию о личной жизни одного из самых влиятельных банкиров России — председателя правления Сбербанка Андрея Казьмина.

Данная акция явно была направлена на дискредитацию не только самого Казьмина, но и всей могущественной империи Сбербанка.

Рассмотрим этот случай более подробно. Так, например, анонимные создатели сайта уверяют, что «в Сбербанке давно ходят слухи, что самое богатое и формально государственное кредитное учреждение стало для его председателя чем-то вроде семейного бизнеса. И что председатель уже перестал скрывать практически семейные отношения со своим первым замом Аллой Алешкиной. Эта дама прибыла в Москву из Куйбышева в 1980 году и сделала в Сбербанке блестящую карьеру. Причем в карьере этой были такие повороты, что мало не покажется никому».

Модель доказательной базы, которую авторы сайта используют для проведения своей «активки», основана на симбиозе оперативной и открытой информации. Так, например, явные результаты наружного наблюдения — сведения о совместном посещении объектами квартиры по Большому Козловскому переулку, куда утром за ними приходят служебные авто, дополнены данными бюро технической инвентаризации о самой квартире (площадь 110 кв.м, евроремонт, джакузи) и перемежаются с агентурной информацией о средствах для покупки квартиры (кредит Сбербанка). И, наконец, как апофеоз ссылка на публикацию в «Парламентской газете»: «Весной 1996 года заместитель председателя правления Сбербанка РФ Алешкина обнаружила в своем кабинете забытый кем-то черный дипломат. Сама хозяйка кабинета якобы открыть его не решилась, сделала это в присутствии других работников Сбербанка. И что же? В дипломате лежали пачки долларов — три упаковки на общую сумму 250 000. Разиню, забывшего такой „пустячок“, не нашли. Пожав плечами, решили милицию заботами не обременять, о случайной находке не заявлять, а содержимое чемоданчика зачислить на счет Сбербанка. Вроде бы как пожертвование от малоимущих вкладчиков. А об истории забыть. Ни глава Сбербанка Андрей Казьмин, ни руководство Центрального банка не возразили против такого варианта».

На практике как средство давления используется не только информация компрометирующего характера, но и весьма вольная трактовка реальных событий. Значительная доля таких «заказных» материалов, размещаемых в Интернете или СМИ, выдержана в духе «то ли он украл, то ли у него украли».

«Активные мероприятия» в Интернете значительно облегчает то, что информация, размещенная и циркулирующая в этой сети, не попадает в зону правового регулирования. Практически отсутствует ответственность за вброс и распространение информации. Интернет абсолютно не подвержен цензуре. Более того, размещенная информация легко обезличивается. В частности, информация компрометирующего характера может быть размещена на сайтах, принадлежащих как юридическим, так и физическим лицам. Само понятие принадлежности сайта является размытым. Информационный сайт может быть физически размещен на сервере, находящемся на другом континенте, но при этом обеспечена его доступность по всей территории России.

По этому поводу ветеран информационных войн Глеб Павловский в своем интервью газете «Комсомольская правда» заявил следующее: «Традиционные средства массовой информации несут ответственность за распространяемые ими сведения. Слухи же, передающиеся через Интернет, -анонимны. Но затем газеты, телевидение получают возможность ссылаться на Интернет. То есть происходит самое настоящее отмывание так называемой „черной“ информации. Раньше из этой „черной“ информации можно было сделать только „серую“ — распространять ее в кулуарах, не более. Теперь есть возможность отмывать любую „дезу“ добела».

Павловский знает, о чем говорит. Так, например, в период выборов в Государственную Думу в 1999 году сайт «Организованная властная группировка» (www.ovg.ru), распорядителем которого он считается, опубликовал длинные списки криминальных деяний лидеров «Отечества» под заголовками «Юрий Лужков подозревается в…» и «Владимир Яковлев подозревается в…». На что вроде бы полемизирующий ему сайт с веселым названием sovesti.net ответил биографией Евгения Примакова и некоей «оперативной разработкой» на Александра Мамута.

В последнее время среди реализаторов информации компрометирующего характера популярными стали не только анонимные, но и персонифицированные Интернет-сайты. Так, например, в конце декабря 1999 года Министерством печати России был зарегистрирован сайт независимого «Агентства федеральных расследований» (www.flb.ru). Его учредителями выступили московские журналисты (в основном ведущие сотрудники холдинга «Совершенно секретно») Сергей Плужников, Сергей Соколов и Алексей Челноков. Большинству пользователей Интернета этот сайт известен тем, что в начале июля 2000 года на нем появилась так называемая «база данных Моста», персональные данные на 140 ведущих политиков, предпринимателей и журналистов. Эта база содержит сведения, относящиеся к периоду с начала 90-х до конца 1998 года.

Существует еще несколько таблоидов с криминальной информацией, в частности это сайт Сергея Горшкова (www.compromat.ru) и его клон (www.kompromat.ru). Определенная информация компрометирующего характера имеется на сайте «Агентства Политических Новостей» (www.apn.ru).

Относить создателей подобных сайтов к категории активных информационных «бойцов» не стоит. Большинство размещенных там данных значительно устарели или перепечатаны из средств массовой информации, а также состоят из PR-бредней, кое-как сляпанных в пресс-службах и предвыборных штабах.

Как говорят знающие люди, любой, у кого есть лишних пятьсот баксов, может попробовать разместить там нужный материал.

Да, чуть не забыл! Если, конечно, вас не опередили конкуренты. В этом случае придется поторговаться.

Правда, отдельные несознательные граждане, категорически не желая увеличивать благосостояние сайтосодержателей, частенько сливают свою информацию в различные Интернет-форумы и гостевые книги.

Возвращаясь к технологии проведения классических «активных мероприятий», следует сказать, что сбор информации компрометирующего характера осуществляется по стандартной схеме, усиливая те или иные моменты по просьбе заказчика. Сначала определяется, что в принципе на данный момент может быть компрометирующим обстоятельством для «объекта». «AM» в первую очередь стараются сделать адресными.

Адресаты материалов «активных мероприятий» разные, а отсюда и различия в способах подачи.

1. Материалы, адресованные широкому общественному мнению. Ярким примером может служить развязанная информационная война против лидеров блока «Отечество — Вся Россия» в период выборов в Государственную Думу 1999 года, рупором которой был известный телекиллер Сергей Доренко.

Самый последний пример — книга беглого подполковника ФСБ А.Литвиненко и «независимого» историка из США Ю. Фельштинского «ФСБ взрывает Россию», усердно преподнесенная общественности «Новой газетой». В этом «труде», состряпанном из весьма сомнительных газетных публикаций, авторы «раскрывают» практически все убийства и взрывы, имевшие громкий общественный резонанс. По их утверждению, именно ФСБ причастна к убийству Листьева и Старовойтовой, развязыванию двух чеченских войн, созданию криминальных группировок и банд киллеров, взрыву на Котляковском кладбище… Для придания иллюзии правдоподобности этому бреду повествование щедро пересыпано кличками агентов, номерами уголовных дел и воинских частей, фамилиями оперативников и следователей.

Смысл этого мероприятия весьма прозрачен, как и фигура за спиной двух бесстрашных борцов с эфэсбешными подрывниками. Это не кто иной, как Борис Абрамович Березовский, предрекший Президенту России В.В. Путину отстранение от власти и теперь любой ценой старающийся оправдать репутацию хорошего прогнозиста. А заодно и подпортить имидж России на Западе, так как из спецслужб вышли многие нынешние руководители России.

2. Материалы, адресованные определенной части общественного мнения. Это может быть обработка депутатского корпуса перед принятием какого-нибудь важного решения в пользу одной из сторон. Также инициаторами и активными участниками подобных «активных мероприятий» часто становятся адвокаты и следователи. Как правило, и теми, и другими руководит не корыстный интерес, а нечто другое. Адвокаты, «сливая» журналистам информацию, стараются таким образом оказать давление на суд или на следственные органы. Следователи и прокурорские работники с помощью «контролируемой утечки информации» пытаются от такого давления защититься.

Частенько в борьбе между собой различные группировки применяют и так называемый «целевой слив». Доверенному журналисту под большим секретом передается эксклюзив, например проект экономической программы правительства или концепции политической реформы. Документ зачастую подлинный. Цель инициаторов операции — вызвать вал критики на разработчиков этого документа до того, как они успеют к ней подготовиться, и тем самым их дискредитировать Так, например, в узких кругах широко известна история о том, как в 1993 году, когда Черномырдин уже был практически готов подписать постановление о частичной национализации банков, один из «тайных агентов» олигархов, имевший доступ на Старую площадь, банально выкрал копию документа со стола помощника премьера. Документ попал в прессу, и национализация была сорвана.

3. Материалы, предназначенные для одного (первого) лица и его ближайшего окружения. Так, например, политические оппоненты Евгения Примакова, зная весьма ревностное отношение Бориса Ельцина к своему посту, использовали это в борьбе с неуступчивым премьером. Для этого контролируемые ими СМИ сконцентрировали свое внимание на растущем рейтинге премьер-министра и на якобы имеющихся у него президентских претензиях.

Исходя из того, кому адресуется материал, строятся его содержание, методы подачи информации и раскрутки скандала. В этом плане большое значение имеет сам способ подачи материала.

Во-первых, используется специфический психологический эффект, когда к информации солидного с точки зрения адресата источника он относится с меньшей долей критичности, чем стоило бы (так называемое референт-мнение, или «эффект доктора»).

Во-вторых, информация должна легко усваиваться при чтении, если используются печатные СМИ и Интернет, или при просмотре, если для этих целей используется телевидение.

После того как цели поставлены, непосредственно начинается информационно-поисковая работа. Как показывает российский опыт, объект могут взять в весьма серьезную разработку. С наружным наблюдением, «подставой» девочек или мальчиков, прослушиванием телефонных переговоров и так далее по полной программе

Но, как показывает практика, в России к личной жизни у широкой общественности интерес, как правило, слабый. Тут нужно что-то совсем уж из ряда вон выходящее, чтобы это задело за живое. Поэтому сведения о «банных приключениях» используются достаточно редко. Если проанализировать имеющуюся в СМИ и Интернете фактуру, то наиболее часто в «AM» используют совсем не фотографии и видеозаписи эротической направленности. Данные вещи идут в ход, только когда нет ничего более серьезного.

Чаще всего в информационном пространстве появляются копии банковских документов; сравнение доходов и расходов «заказанного» лица; экономическое состояние его бизнеса; копии имеющих отношение к фигуранту документов органов внутренних дел, налоговой полиции и спецслужб; копии листов уголовного дела, медицинские документы. В основном все эти материалы — официальные документы разной степени секретности. Сегодня уже аксиомой стало то, что если человек хоть раз в жизни вел хозяйственную деятельность, то вероятность возможных нарушений им законов практически стопроцентная, как минимум — укрытие доходов от налогообложения.

Также большой интерес у широкой общественности обычно вызывает информация о собственности объекта: декларация о доходах и собственности, история приватизации служебной квартиры, машины, дачи, наличие банковских счетов и кредитных карточек.

Технология добывания материалов по финансово-экономической деятельности весьма прозрачна и состоит в основном в поддержании теплых неформальных отношений в ОБЭП, налоговой полиции и инспекции, таможне и валютном контроле.

Кстати, проведение служебных расследований по поводу утечки информации из государственных структур в последнее время весьма осложнено тем, что почти десяток структур, являющихся субъектами оперативно-розыскной деятельности, имеют официальное право на проведение оперативно-технических мероприятий. Более того, до самого последнего времени торговля различной спецтехникой проходила совершенно безнаказанно. Стоит только вспомнить фирму «Атолл», которая в частном порядке прослушивала несколько десятков пейджеров и мобильных телефонов «сильных мира сего».

В современную эпоху «кидалова» и «обувалова» большой интерес для сбора фактуры представляют поиск и опрос бывших партнеров и друзей объекта. Как уже говорилось выше, совсем честного бизнеса у нас не бывает, и, значит, недовольные будут всегда.

Совершенно ясно, что поиском подобной информации занимаются в основном бывшие и действующие сотрудники различных компетентных органов. Поисковые мероприятия обычно выполняются или собственными силами, или с привлечением сторонних организаций. А так как занятие это явно противозаконное, заказ на выполнение подобных работ передается через цепочку посредников в целях легендирования конечного заказчика.





 



Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Вверх